Многие читали "Маленького принца", прекрасную книгу Антуана де Сент-Экзюпери. Это тонкое, глубокое произведение и детей, и взрослых побуждает к размышлениям и раздумьям. Однако лишь немногие знакомы с другими его произведениями — романами, повестями и рассказами.
Сент-Экзюпери был летчиком-истребителем, он сражался с нацистами и погиб в бою. До Второй мировой войны он участвовал в гражданской войне в Испании против фашистов. Он написал захватывающую историю, основанную на впечатлениях тех лет, под названием "Улыбка". Именно эту историю я и хотел бы рассказать сейчас. Не ясно, был ли это автобиографический случай или вымысел. Мне хочется верить, что это действительно имело место.
Он рассказал, что был захвачен врагами и брошен в тюремную камеру. По презрительным взглядам и грубому обращению со стороны тюремщиков он был уверен, что на следующий день его казнят. С этого места я расскажу историю, как я ее помню, своими словами.

"Я был уверен, что меня убьют. Я был в смятении и сильно нервничал. Я порылся в карманах в надежде найти сигареты, которые могли уцелеть после обыска. Я нашел одну. У меня так дрожали руки, что я с трудом поднес ее к губам, но у меня не было спичек, они их забрали.
Я взглянул через решетку на моего тюремщика. Он даже не смотрел в мою сторону. В конце концов, кому охота смотреть на вещь, на труп. Я обратился к нему:
— У вас не найдется огонька?
Он взглянул на меня, пожал плечами и подошел к решетке, чтобы дать мне прикурить.
Когда он приблизился и зажег спичку, его глаза непроизвольно встретились с моими. В этот момент я улыбнулся. Не знаю, почему я это сделал. Возможно, из-за моей нервозности, возможно, потому, что, когда вы находитесь близко друг к другу, очень трудно не улыбнуться. Как бы там ни было, я улыбнулся. В этот момент между нашими двумя сердцами, между нашими душами пробежала искра. Я знал, что он не хотел этого, но моя улыбка перепрыгнула через решетку и вызвала у него на губах ответную улыбку. Он зажег мою сигарету, но не отошел сразу, а остался подле меня, глядя мне прямо в глаза и продолжая улыбаться.
Я тоже продолжал улыбаться ему, воспринимая его теперь как человека, а не как тюремщика.
— У тебя есть дети? — спросил он,
— Да, да, вот. — Я достал портмоне и нервно стал отыскивать фотографию моей семьи.
Он тоже вытащил фотографию жены и начал рассказывать, какие планы он строил для детей, когда те вырастут. Мои глаза наполнились слезами. Я сказал, что боюсь, что никогда больше не встречусь со своей семьей и у меня нет шанса увидеть детей взрослыми. На его глаза тоже навернулись слезы.
Неожиданно, не говоря ни слова, он отпер тюремную камеру и молча вывел меня из нее. Потом из тюрьмы и — тайком, задворками — из города. Там, на окраине, он отпустил меня. Не проронив ни слова, он повернулся и направился обратно в город.
Так моя жизнь была спасена улыбкой".

Да, улыбка — это искренняя, незапланированная, естественная связь между людьми. Я рассказал эту историю, потому что мне хотелось, чтобы люди осознали, что под всеми наслоениями, которые мы создаем, чтобы защитить себя — нашим достоинством, нашими званиями, нашими учеными степенями или нашим статусом и потребностью в том, чтобы нас видели такими, какими нам хочется, — подо всем этим скрывается наше подлинное я. Я не боюсь назвать это душой. Я искренне верю, что если эта часть вас и эта часть меня могли узнать друг друга, мы никогда бы не стали врагами. Мы не могли бы тогда ненавидеть и бояться другого или завидовать ему. Я с грустью заключаю, что все эти наслоения, которыми мы в течение жизни так старательно окружаем себя, отдаляют и изолируют нас от настоящих контактов с другими. История, рассказанная Сент-Экзюпери, говорит о том волшебном моменте, когда две души узнают друг друга.
Я испытал несколько подобных моментов. Один пример — когда я влюбился. И когда я смотрю на детей. Почему мы улыбаемся, когда видим малышей? Возможно, потому, что мы встречаем кого-то без всяких защитных наслоений, кого-то, чья улыбка, обращенная к нам, — искренна и бесхитростна. И эта душа ребенка в глубине нас мечтательно улыбается при этой встрече.

для почитать

Зима, это очень и очень хорошо. А для Маргариты зима вообще была одним из самых любимых времен года. Зима, это яркий белый снег, острое и в тоже время долгожданное и дружелюбное, высокое, зимнее солнце, это тишина ватного падающего снега и громкие салюты новогодних праздников. Зимой, за пеленой снега и быстро темнеющим и укрывающимся зимними снами миром, можно отлично спрятаться, привести себя в порядок, набраться сил или же наоборот устроить что-нибудь такое грандиозное, чтобы, когда снег растает, мир вокруг улыбнулся.

Но самым главным для Риты были зимние выходные, которых она с нетерпением ждала всю неделю. Каждую субботу к Рите приезжали подруги. И загрузив сумки термосом с кофе, и бутербродами, подруги шли в лес, где они сначала от души гуляли, а потом, дойдя до речки, катались на ледянках с горки.

А по воскресениям, быстро сделав все накопленные за неделю дела, друзья, собирались в том же составе на каток, где катаясь, они успевали обдумать все то, что случилось и должно случиться за неделю, потому что нигде больше так хорошо не думалось, как на катке.

Думая обо всем этом Рита сама не заметила, что вместо одного большого термоса кофе она заварила два. Большой со специями, а маленький, зачем-то, с медом. Подумав, девушка решила, что видимо, в прошлый раз им не хватило кофе, вот подсознание и решило все за нее.

Мысленно пожав руку подсознанию, девушка покидала все в особый «гуляльный» рюкзак и, прихватив ледянки, подруги, в будни, успешно притворяющиеся серьезными, выдвинулись в лес.

Иногда, кажется, что леса и парки в городе, точно так же, как и люди с нетерпением ждут выходных, потирая мохнатые лапы елок и шелестя листвой в нетерпении. За будние дни, лес копит степенность неспешной прогулки, тишину и звонкий воздух, для того, чтобы потом в выходные, обменять их на смех, радость и теплоту.

Сегодня на склоне, Рита устала первая, съезжать с горки – весело, и первые десять-пятнадцать раз подъем обратно на гору тоже одолевается легко и радостно. Но потом дышать становится тяжелее, ноги наливались свинцом, и требовался отдых. Что Рита и сделала, присев на скамейку.

На которой, уже кто-то сидел, сильно ссутулившись. Правда, потом Рита с удивлением заметила, что это была не сутулость. Просто к пуховику ее соседа были прикреплены маскарадные крылья! В руке, мужчина с маскарадными крыльями, держал длинный, пустой поводок. Ну мало ли, может он гулял с собакой и отпустил ее побегать по лесу? На крылья, Рита тоже решила не обращать внимания. Может человек с кем-то поспорил? А может просто любит ходить по лесу с крыльями надетыми на пуховик?

Мужчина сидел, совершенно не шевелясь, и Рита даже прислушалась, а дышит ли он вообще?

Вроде дышал.

Но тоже как-то тихо.

- Э… А какая у вас собака? – Спросила она, чтобы хоть как-то начать разговор.

- Простите?

- Собака. Ваша, - Рита показала на поводок. Мужчина опустил глаза и посмотрел на поводок так, словно видит его первый раз в жизни. Потом поднял голову, подумал немного и мелодично посвистел. Непонятно откуда, к нему подбежали два огромных лохматых бобтейла и, дружелюбно помахивая хвостами, сначала оббежали скамейку, а потом уселись перед ним, требовательно глядя в глаза.

- Верните собачек туда, откуда взяли! – Рассмеялась Рита. Показывая пальцем на поводок. Во-первых, поводок был один, а во-вторых, он был скорее… Немного декоративный, чем настоящий, способный удержать такую собаку, как эта груда бело-серого меха. А тем более две груды.

- Не подходит? – Серьезно переспросил мужчина и снова просвистел какую-то мелодию. Лохматые красавцы убежали в лес, а к скамейке семеня лапками, приблизилась маленькая лохматая собачка породы «модный комбинезон». Саму собачку было не очень видно в одежде, разве что любопытные глазки, и носик, которые тут же проигнорировав «хозяина» решили познакомиться с Ритой. Рита с удовольствием погладила малышку. Такие собачки под модными комбинезонами и блестящими ошейниками часто прятали храброе сердце и неукротимый дух. Но теперь поводок не подходил собаке по стилю.

- Опять не то? – Покачал головой незнакомец, чуть улыбаясь. Потом пошевелил лопатками и вздохнул.

Почему-то он совершенно не вызывал у Риты опасения, а вот его начинающие синеть от холода губы – пугали, приглядевшись Рита поняла, что вообще-то одет странный гость леса, не по погоде. Куртка была слишком легкой, а ботинки - осенними. И перчаток не было.

- А пока ваша собачка где-то гуляет, хотите кофе? – Неожиданно сказала девушка и протянула своему соседу маленький термос с кофе с медом.

- Ооо! Спасибо! – Улыбнулся мужчина. Отвинтив крышечку, он сам налил в нее кофе, и, сделав первый глоток, с огромным удовольствием начал меняться. Исчезла заторможенность, губы стали чуть ярче, изменилось что-то общее, общее впечатление от человека. Он словно оживал и становился реальнее и не реальнее одновременно. Словно не кофе с медом пил, а эликсир жизни. Рита даже засомневалась, что она там заварила в термос, ведомая своим подсознанием. Незнакомец улыбнулся и тут, из под скамейки, ворча и сопя, с видом, словно он сидел там все время, вылез английский бульдог, который идеально подходил к поводку, как и поводок к нему.

- А вот и ваша собака! – Обрадовалась Рита.

- Точно! Где ты был приятель? – Спросил сосед по скамейке, гладя пса. Тот подставил голову под руку хозяина, и сразу стало заметно, что он именно его хозяин. Такое бывает, что чувствуется в двоих что-то общее. Не зря же говорят, что хозяева и их собаки похожи?

- А что вы тут делаете? Так долго? Не замерзли, гулять? – Спросила Рита, то ли у хозяина, то ли бульдога, гладя его.

- Да… Просто нужно было посмотреть все ли в порядке. Тут, вокруг. Я присматриваю иногда за лесом. А потом я задумался, - Расплывчато ответил мужчина и легко встал. И только когда он встал, Рита заметила, что было еще не так. Или, наоборот. Уже так. Его маскарадные, смешные крылья исчезли. «Наверное, он их свернул и спрятал под куртку. Как и положено» - подумала Рита и опустила глаза на снег, по которому, вежливо попрощавшись и сердечно поблагодарив за кофе и спасение его жизни от холода, удалялись незнакомец, его флегматичный пес, и их тени. Одна тень была высокой и крылатой, а вторая, а вторая так и не смогла выбрать кто же она: две огромные груды меха или маленький смешной комбинезончик?

"Осторожно принюхавшись к дымящейся чашке, барышня неожиданно поняла, что влюбилась. Причем не просто так, а на всю оставшуюся жизнь. И да, разумеется, в напиток из странных зерен."
Макс Фрай