В 1880 почти 40-летний художник знакомится со своей будущей женой Алиной Шариго, молодой портнихой из Эссуа. Этот пост посвящен любимой жене и модели Пьера-Огюста Ренуара.



Пьер-Огюст Ренуар Автопортрет 1879 г.
Пьер-Огюст Ренуар Портрет Алины Шариго 1885 г.

Алина Шариго
Aline Charigot

23 мая 1859 — 27 июня 1915

Алина происходила из семьи виноградаря из Эссуа, маленького местечка между Труа и Шатийон-сюр-Сен в провинции Шампань. Ее предки жили в Эссуа на протяжении нескольких поколений. Мать Алины была портнихой.
Отец Алины не ладил со своей женой. В августе 1860 отец оставил жену и Алину, бывшую тогда пятнадцати месяцев от роду, и сбежал аж в Америку, в Северную Дакоту. У Алины было трудное детство. Мать нашла работу далеко от дома, отец приезжал в Эссуа очень редко.
Главными воспитателями Алины были ее тетя Викторина и дядя Клод. Алина посещала в Эссуа школу для девочек. Эта школа, содержавшаяся монахинями, была основана в 1826 году по инициативе богатой деревенской семьи Дарра. В школе Алина также обучалась работе по дому и шитью, что стало впоследствии ее профессией.
В 1872 году ее мать Эмели уезжает работать в Париж. В 1874 году Алина в возрасте 15-ти лет приезжает в Париж к матери и начинает работать там портнихой.
В год встречи с Ренуаром Эмели, как и Ренуару, было около сорока, Алине в мае должно было исполниться двадцать один.
Ренуар встретил девушку напротив своего дома в молочной мадам Камиль на улице Сен-Жорж поздним летом 1880.
В те времена молочная в Париже была еще и харчевней, и Пьер-Огюст часто сиживал здесь в крошечном закутке, отделенном низкой перегородкой от магазина. За символическую плату тут можно было прекрасно пообедать, о чем, впрочем, знали лишь посвященные. Раз в неделю хозяйка молочной, толстуха из Бургундии мадам Камилла, готовила традиционное угощение этой провинции – красную фасоль со шкварками. На десерт всегда подавали одно и то же – кусок «Бри», который Ренуар называл «королем сыров».
Алина жила совсем рядом. Так же, как Ренуар, Алина заходила иногда в молочную, где можно было недорого пообедать. Алина Шариго, как и владелица молочной, мадам Камилла, была родом из департамента Л'Об. Этим и объяснялись дружеские отношения девушки с хозяйкой. Добродушная мадам Камилла необычайно заботливо относилась к Ренуару и часто сокрушалась из-за его худобы. «Просто жалко глядеть, — охала она и добавляла: — Ему надо жениться». Хозяйка молочной мечтала выдать за художника одну из своих дочерей, но судьба распорядилась иначе. Как-то во время завтрака в молочной Алина и познакомилась с Пьером-Огюстом Ренуаром.
Она была почти на 20 лет моложе художника.




Взаимную тягу друг к другу Ренуара и Алин невозможно было не заметить. Алина, дочь простого фермера, не выделялась какими-либо особенными талантами. Алина просто становится его моделью, но вскоре их взаимоотношения зашли дальше, чем бывало с другими натурщицами. Она становится его возлюбленной.



Пьер-Огюст Ренуар Мадам Ренуар с собакой 1880 г.

Хорошо сложенная блондинка, Алина, по словам художника, была очень «уютная».
«Ее хочется погладить по спине, как котенка», — говорил очарованный Ренуар. Со своей стороны Алине очень нравилось позировать художнику.

Алина, которой хозяйка швейной мастерской советовала подыскать «приличную партию», выйти замуж за «богатого и не слишком молодого», не глядела ни на кого, кроме своего соседа, а он, хотя и соответствовал второму условию, отнюдь не был ни богат, ни хорош собой: щеки впалые, лицо подергивается, бородка редкая, брови кустистые, спина сутулая.

В живописи Алина не разбиралась. И, однако, глядя, как Ренуар орудует своими кистями, она испытывала удивительно волнующее чувство полноты жизни. У нее было какое-то смутное, неосознанное, но непреодолимое ощущение, что, находясь рядом с ним, она соприкасается с чем-то самым важным, подлинным, чего она не могла бы выразить словами, с чем-то в корне отличным от того, что ей приходилось встречать до сих пор.
Этот человек, который глядел на нее, а потом наносил краски на чистый холст, всем — и своим ремеслом, и образом жизни, и тем, как он смотрел на людей и окружающие предметы, — резко отличался от обыденного мира. И ключи от этого мира к нему не подходили. Кончив писать, он задирал ноги, клал их на стул и, дважды нервно потерев указательным пальцем нос — это был один из его тиков, — оглядывал холст, оглядывал модель и улыбался. Улыбался, как довольный ребенок.
Руководствуясь верным чутьем, свойственным некоторым женщинам, и присущей ей вдумчивостью, которая позволяет отличать показное от подлинного, Алина с первых же дней почувствовала, как ее влечет к художнику. Она не разбиралась в живописи, но поняла, что Ренуар — это Ренуар. Это было для нее непреложной истиной. Если Алине предстояло сделать выбор — она его сделала.

Дороживший своими холостяцкими привычками, ревниво оберегавший свою независимость, Ренуар никогда не представлял себе, что какая-нибудь женщина может стать подругой его жизни, постоянно быть с ним рядом, и поэтому его пугало, что юная Алина Шариго стала занимать такое большое место в его мыслях.

Как хороши были послеполуденные часы, проведенные с Алиной в «Ла Гренуйер», где она училась плавать. Как сладки летние вечера, когда под звуки пианино на террасе ресторана папаши Фурнеза танцующие пары кружились в вихре вальса...
В этой безыскусной, как бы подчиненной одному чувству жизни нет места женщине, — женщине, которая обладала бы не только телом, но и душой.

Холостяцкое положение, естественно, отвечало такой жизни. Какое смятение, какие сложности внесла бы она в простой обиход Ренуара! Но эти глаза, это милое лицо, покой, который он испытывает в ее присутствии. Как он хочет, чтобы она была рядом, и как боится этого! Ее лицо преследует его. Как он старается избегать ее близости! «Ох уж эти бабенки, лучше писать их портреты!»

И действительно, с 1880 года в живописи и рисунках Ренуара все чаще появляется лицо молодой девушки с круглыми щечками и чуть вздернутым коротким носиком. Иногда это лицо мелькает в толпе на площади Пигаль, оставляя ощущение мимолетного счастья. Иногда ее присутствие угадывается в образе рыжеволосой читающей девушки, иногда - в гибкой фигуре девушки, садящейся в лодку.



Пьер-Огюст Ренуар Девушки в черном 1880-82 г.г.

Жан Ренуар говорит о том, что его отец начал изображать его мать гораздо раньше их знакомства. Действительно, во многих картинах, например в "Первом выезде" 1876 года, его модель уже похожа на Алин. Жан рассказывает о том, что, когда Ренуар рисовал профиль Марии-Антуанетты на фарфоровой тарелке, хозяин мастерской сказал ему: "Осторожно! Клиенты не узнают своего идола. Вам нужно было бы сделать нос подлиннее". Внешне Алин поразительно совпадала с тем женским типом, который создал в своем творчестве Ренуар. Однако в ней Ренуар нашел гораздо большее: простоту и искренность, которые она не растеряла, перебравшись из деревни в столицу, спокойствие, чуткость и понимание значимости его работы, которые художнику были так нужны.

Ренуар, рассуждала Алина, «создан, чтобы писать, как виноградник — чтобы давать вино. Стало быть, хорошо ли, плохо ли, с успехом или без него, он должен заниматься живописью».
С другой стороны, парижская среда, неизбежное в столице общение с другими художниками только усугубляют его смятение. И Алина решила: почему бы им не уехать вдвоем в деревню Эссуа? Там он «сможет писать свои этюды, и занятые своим делом виноградари, которым некогда рассуждать о судьбах живописи, не будут ему помехой».

«Надо быть чертовски сильным, чтобы обречь себя на одиночество», — заявил художник, уклонившись от предложения Алины. Алина теперь почти не выходила из швейной мастерской. Ренуар решил провести лето в Варжемоне.

Но уже осенью 1880 года, по возвращении из Варжемона , художник везет Алину в Шату и изображает ее в своей картине «Гребцы в Шату»: Алина в красном платье стоит на поросшем травой берегу Сены рядом с Эдмоном, одетым в белую рубашку. В настоящее время картина находится в Национальной галерее Вашингтона.



Пьер-Огюст Ренуар Гребцы в Шату 1879-80 г.г.

В 1881 Ренуар отправляется в Италию. Существует две версии этой поездки.
По одной, художник взял Алину с собой в Италию, хотя и тайком. После посещения Рима, Венеции и Флоренции Ренуар поселился на Капри. На острове он был единственным французом.
«Великолепная» погода, безукоризненно синее море, апельсиновые и оливковые деревья, цветы, вина с привкусом серы Везувия и суп из frutti di mare несколько поправили его настроение.
На Капри он создал одно из своих лучших итальянских полотен — «Белокурую купальщицу».



Пьер-Огюст Ренуар Белокурая купальщица 1880-82 г.г.

Сидя в лодке на волнах залитой солнцем бухты, он пишет Алину в образе «Белокурой купальщицы», причем работает в новом стиле, которому суждено произвести революцию в творчестве художника.
По другой версии, Ренуар уезжает в Италию один, чтобы разобраться в себе и своем творчестве. И Алину в «Купальщице» он писал по памяти.
Картины Рафаэля, фрески Помпеи, разговоры с Сезанном только укрепили художника в убеждении, что ему еще многому надо учиться. Путешествие не разрешило ничего, кроме одного сомнения: Ренуар написал Алине Шариго, что будет счастлив, если она придет встретить его на вокзал в Париже. Алина Шариго становится неофициальной женой Ренуара.

Алина, знавшая толк и в хорошей кухне, и в добром вине, стала замечательной женой для художника (хотя расписались они только через 10 лет совместной жизни). Она не корчила из себя супругу великого артиста, не встревала в умные разговоры, предпочитая выражать свое отношение к мужу и его друзьям на кухне. И делала она это замечательно.
Когда супруги жили на Монмартре, дом Ренуара, при ограниченности средств, слыл самым хлебосольным. Гость всегда мог рассчитывать на щедрую тарелку вареной говядины с овощами.

Первые годы теща Ренуара с большим неодобрением относилась к вечно перепачканному краской зятю-голодранцу. Весь свой нерастраченный на супруга пыл теща Ренуара обратила на художника. Она, бывало, говаривала: «Карманы пусты, бедняк бедняком, непременно надо отведать паштета». Мадам Шариго без устали готовила и безапелляционным тоном требовала от зятя съедать все ее бесконечные антрекоты, рагу, суфле и десерты. Это сильно портило жизнь Ренуару, который, не выдержав, в разгар трапезы срывался из-за стола, чтобы набросать эскиз. Обиженная мадам Шариго брала его тарелку и доедала за неблагодарным. В таких случаях, чтобы успокоить мамашу, Алина покупала ей коробку каштанов в сахаре.
Убежденная в том, что ее взгляды на жизнь — единственно правильные, Эмели, судя по всему, не отличалась легким характером. «Зануда», — вежливо аттестовал ее Ренуар.
Жан Ренуар в своих воспоминаниях рассказывает:
«Однажды она явилась с дочерью в мастерскую и, встав перед мольбертом, презрительным взглядом окинула начатую картину:
«И этим вы зарабатываете на жизнь? Ну и везет же некоторым»».

Став супругой художника, Алина сумела облегчить его жизнь, ограждая Ренуара от всего, что могло бы помешать его работе. Беден он или богат, знаменит или безвестен, для нее это не имело значения. Алин быстро снискала всеобщее уважение. И даже женоненавистник Дега, увидев ее однажды на одной из выставок, сказал: «Она похожа на королеву, посетившую бродячих акробатов».

Итак, в 1881 году, в картине "Завтрак лодочников" появляется еще один портрет Алины. Молодая женщина в причудливой модной шляпке с цветами и с пекинесом в руках, изображенная в левом нижнем углу холста - это она, Алина Шариго . Пышные дамские головные уборы конца столетия были пристрастием художника. Они настолько нравились Ренуару, что порой для его моделей специально заказывались необычные, даже причудливые шляпы. Причем самые немыслимые варианты головных уборов оказывались совершенно уместными на головах ренуаровских моделей.



Пьер-Огюст Ренуар «Завтрак лодочников» 1881 г. Галерея Филлипса, Вашингтон

В ресторане «Дом Фурнез», который находился на островке Шату, посередине Сены и хозяином которого был господин Фурнез, собиралась весьма пестрая публика, но тон всему задавали спортсмены. В то время все стремились научиться гребле, увлекались парусным спортом, и ресторан папаши Фурнеза превратился в подобие яхт-клуба.
Огюст считал это место самым красивым на реке. Внутри помещение украшали букеты из моркови, свеклы, спаржи, россыпи вишен, ломти тыквы или виноградные гроздья - в зависимости от сезона. Здесь подавали морковный суп «Креси», названный так по региону произрастания моркови, матлот из угря, жареных пескарей, гусей на вертеле, артишоки с болот Лувесьенн, столь ценимые на рынке Лез Алль за их сочную мякоть, и, конечно, молодое вино. Вечером на террасе, откуда открывался прекрасный вид на реку, устраивали танцы под пианино.

Вот у Ренуара и возникла идея написать большую картину, изображающую завтрак гребцов на террасе ресторанчика. Бывший кавалерийский офицер, участник кохинхинской кампании и недолгое время мэр Сайгона барон Барбье (этот задорный весельчак лет сорока неутомимо прожигал жизнь и почти совсем промотался) предложил Ренуару помочь осуществить его замысел. А замысел был не такой простой: чтобы написать картину, Ренуару надо было собрать на террасе ресторана на берегу Сены, по которой скользили парусники, не меньше четырнадцати человек.

Картина воспроизводит сцену непринужденного разговора, передает состояние души его молодых участников – друзей художника - актрис, журналистов, художников, банкира и дипломата. В «Завтраке лодочников» художник запечатлел многих друзей, каждый из которых чрезвычайно индивидуален. Стоящий слева мужчина — это Альфонс Фурнез, сын хозяина ресторана, а девушка, облокотившаяся на перила террасы, возможно, его очаровательная сестра Альфонсин. Женщина с фужером — легкомысленная монмартрская натурщица Анжель, которая не раз позировала Ренуару, но отныне уже не могла это делать, потому что собиралась замуж. Оседлавший стул молодой человек в шляпе-канотье (справа) — друг импрессионистов, Гюстав Кайботт. Будучи весьма состоятельным, он ради собственного удовольствия занимался живописью. Познакомившись с импрессионистами, Кайботт стал их искренним почитателем. Он покупал у них картины. Причем не те, которые ему нравились, а те, которые никто не покупал. На этом полотне есть и актриса Жанна Самари. Присутствуют здесь друзья Ренуара – Эфрюсси, Барбье, Лот и Лестренге. Но все признают, что особенно очаровательна фигура сидящей слева молодой женщины с собачкой в руках, то есть Алина Шариго.

Всеобщее оживление передается благодаря хорошо продуманной перспективе и специфическому расположению фигур: от круговой композиции на первом плане к постепенному обобщению на втором, получающемся в результате умелого использования цветовых сочетаний.
В этом произведении уже чувствуются заметные изменения в фактуре, торжество линий и объема, все то, к чему должен был привести период перелома — мучительный, как всякая ломка, — который Ренуар переживал в эту пору.
«Завтрак лодочников» положил конец целому периоду в творчестве художника, периоду импрессионизма, балов и ресторанчиков, завтраков на траве и зеленых беседок, он стал его блестящим завершением. И в то же время он стал началом многолетней семейной идиллии Ренуара и Алины.

В 1882-1883 годах Ренуар пишет три больших полотна (с фигурами почти в натуральную величину), на которых изображена танцующая пара. Эти картины называются "Городской танец", "Деревенский танец" и "Танец в Буживаль " (несколько большая по размеру, чем остальные).
В 1883 году Ренуар проводит некоторое время на островах в Ла-Манше с Алиной, где и заканчивает своеобразный триптих - три портрета танцующих пар, над которыми он начал работать еще в Варжемоне два года назад – в 1881м.



Пьер-Огюст Ренуар Сельский праздник 1883 г. Музей д*Орсе, Париж

Известно, что Ренуар был по существу противником того, чтобы с помощью своих холстов рассказывать истории, однако "Деревенский танец" и "Городской танец" написаны с явным желанием противопоставить два образа жизни - утонченный городской и здоровый деревенский.
Это отразилось и в выборе моделей, для картин: для "Городского танца", а также для «Танца в Буживаль» художнику позировала натурщица Мари-Клементина Валадон, которой будет посвящен отдельный пост в моем Дневнике, а в качестве модели для "Сельского танца" он выбрал свою жену, Алину Шариго, женщину красивую, но более "земную".
Мужской моделью для картин послужил друг Ренуара, Поль Лот. Все три полотна были в свое время приобретены торговым агентом Ренуара Полем Дюран Рюэлем.

В верхней части картины видны листья каштана, образующие изящный узор и ярко выступающие на темном фоне. На столе (справа) мы видим скатерть, фаянсовую посуду и стекло. Различная фактура этих предметов позволяет Ренуару продемонстрировать свое высочайшее мастерство художника при передаче деталей натюрморта. На переднем плане изображена соломенная шляпа, грубая фактура которой ярко контрастирует с гладкой поверхностью пола. Судя по всему, танцующая пара находится на открытой веранде. Прелестный узор платья Алины живо контрастирует с черным костюмом ее партнера.

Сорокадвухлетний художник, повидавший жизнь, предстает здесь мечтателем, достигая верхов импрессионизма и погружая зрителей в световой и радостный водевиль красок. На этом фоне перед нами разворачивается роман между юной девушкой и немолодым сердцеедом. Почему-то нет сомнения, что партнером девушки является художник. Рискнем предположить, что это в какой-то степени автопортрет, причем на всех трех картинах.

В 1884 году Ренуар проводит некоторое время с Алиной в Шату. Дюран-Рюэль год от году платит Ренуару всё меньше, а между тем Алина забеременела и они нуждались в деньгах.

23 марта 1885 года родился первый сын Ренуара Пьер. Кайботт согласился стать крестным отцом. В качестве платы доктору Лати, который принимал роды, Ренуар расписал стены его квартиры цветами - мечта о декоративных росписях не только не угасла, но после поездок в Италию приобрела характер ностальгии.

Чтобы мать с ребёнком дышали свежим воздухом, Ренуар вместе с семьёй и семейством Сезанна переехал в небольшой городок на Сене — Ла Рош-Гюйон. Несмотря на стеснение в деньгах, Ренуар был счастлив.

В 1885 г. они фактически были мужем и женой, хотя официально брак был зарегистрирован только через пять лет, и, пожалуй, ничто так зримо не демонстрирует счастье этого союза, как картина “В саду”.



Пьер-Огюст Ренуар В саду 1885 г.

Судьба этой картины необычна. Будучи одной из наиболее значительных работ Ренуара, она никогда не выставлялась и практически всегда оставалась неизвестной публике.
Барбара Уайт, современная исследовательница его искусства пишет о картине:
“В саду” большой, но тем не менее, интимный холст, завершенный в 1885 году, - это последняя картина, в которой он изображает любовь современного мужчины к современной женщине в окружении природы.

Следует добавить, что “В саду” не только последняя, но и, пожалуй, наиболее необычная любовная композиция Ренуара. Прежде в изображении флирта, церемонии ухаживания. Ему нравилось дать почувствовать взаимное влечение мужчины и женщины, но при этом он, как и все импрессионисты, избегал какого бы то ни было сюжетного “прочтения” темы. Он избрал мотив, который легко оборачивался для любого современного ему живописца псевдоромантической декламацией и сентиментальной безвкусицей.

Однако удивительным образом картина “В саду” такой опасности избегает.
Сцена, представленная здесь, являет нечто большее, чем объяснение в любви. Фабулой картины становится поворотный момент в жизни героев. Пристальный, ждущий взгляд юноши, весь его облик не оставляет сомнения в его намерениях: он просит руки и сердца девушки. В такой детали, как цветы, лежащие на столике, угадывается прелюдия решающего разговора. А остановившийся взор девушки отражает не столько замешательство, сколько то, что всем своим существом она уже словно перенеслась в будущее, в другую жизнь. Серьезность намерений юной пары как бы скрепляется крестом на груди девушки, деталь необычная для неверующего художника и больше нигде у него не встречающаяся. Здесь она не воспринимается как украшение – Ренуар вообще не любил писать женских украшений. Поставленный же в самый центр композиции крест как бы фокусирует ее смысл.

Появление столь своеобразной картины, по-видимому, связано рождением первенца Пьера. Это событие знаменовало истинное начало семейной жизни, что в творчестве мастера выразилось завершением цикла композиций на тему любви.
Изображая в любовных, причем всегда целомудренных сценах женщину, с которой он, действительно, был или хотел быть близок, Ренуар, в соответствии с нравами своей эпохи не мог показать себя самого и совершал своеобразную подстановку. Любопытно, что партнером в таких парах оказывался кто-либо из его друзей, также художник.

Как в картине «Сельский танец» «партнером» Алины был друг Ренуара – Поль Лот, так же и в этой картине героем оказался художник Анри Лоран. Лоран был значительно младше Ренуара, на 21 год. Соединив его в садовой композиции с Алиной Шариго, своей гражданской женой, которой тогда исполнилось 26 лет, а ему самому 44, Ренуар словно задался целью представить идеальную пару, поскольку возраст влюбленных близок.

Немаловажно то, что здесь Алина изображена иначе, чем где бы то ни было еще.
Даже в значительно более ранних картинах, таких как “Портрет мадам Ренуар с собакой” 1880 г. или “Завтрак гребцов”1881г. , где она представлена на первом плане играющей с собачкой, Алина Шариго выглядит не столь юной, да и черты ее лица отличаются меньшей правильностью.

К тому же 1885 г. относятся и ряд других полотен, где Ренуар не приукрашивал свою возлюбленную.

Однако в работе “В саду” дело обстоит иначе, образ героини здесь настолько иной, что напрашивается мысль о работе не с натуры, а по воображению.
Впрочем, Ренуару нетрудно было пригласить попозировать какую-либо хорошенькую девушку из Шату, где писалась эта композиция. В Шату с его купальнями и известным рестораном папаши Фурнеза охотно приезжали в поисках развлечений молодые люди из Парижа.

Существует небольшой подготовительный этюд к картине, где намечены только головы персонажей, причем зеркально по отношению к полотну. Мужчина находится не слева, а справа и собирается поцеловать женщину. На такой поворот сюжета Ренуара могли подтолкнуть мастера рококо, которых он очень любил, но позже такая мысль, вероятно, показалась ему нескромной. Поцелуев он никогда не писал. Общение влюбленных в его картинах ограничивается беседой, совместным чтением, танцем или каким-то жестом доверия. Картина писалась, по меньшей мере, в два приема. Уже после того, как она была закончена и кромки оклеены бумагой для вставления в раму, Ренуар снова прописал ее, так что мазки этого, последнего этапа работы перекрывают в различных местах защитную бумагу.
Лето Ренуар проводит с Алиной и Пьером в Ля Рош-Гийоне, затем в Динаре (Бретань).

Осенью Ренуары уехали в родную деревню Алины Эссуа, на границе Шампани и Бургундии. Появление ребёнка привело его в восторг, работа отныне шла лучше, приносила ему всё большее удовлетворение. Часто художник делал наброски Алин, кормящей ребенка. Годом позже по этим эскизам и наброскам он написал картину "Материнство". "Своей острой и нежной кистью он доставлял сердцу радость ласкать ямки на шее, складочки на кулачках своих малышей и кричать всему человечеству о своей отцовской любви", - писал Жан Ренуар.
На родине Алины, в Эссуа, Ренуар написал "Причёску" и "Материнство".



Пьер-Огюст Ренуар Материнство 1886 г.
Пьер-Огюст Ренуар Материнство (Алина и Пьер) 1886 г. (второй вариант)

Написанная в 1886 году, картина "Мать, кормящая ребенка (Алина и Пьер)" запечатлела младенческие дни старшего сына Ренуара и перекликается с традиционной для живописи темой Мадонны с младенцем. В сети Интернета я нашел две картины Ренура, возможно одна из них была эскизом или вторым вариантом другой.

Ренуар вставал очень рано и завтракал один, окуная поджаренные гренки со сливочным маслом в чашку кофе с молоком. Он всегда отрезал масло от большого куска из кладовой, игнорируя квадратик в масленке.
На летнем отдыхе художник часто садился в кухне рисовать жену, пока она стряпала. Возвращаясь в столицу из деревни, они загружали купе деревенскими припасами. Однажды хорошо выдержанный сыр вызвал недовольство других пассажиров. Но, несмотря на протесты соседей, Алина отказалась выкинуть его в окошко, и они потом долго лакомились им в Париже.

В 1886 мастерскую Ренуара посещает художница Берта Моризо, восхищаясь его картинами из серии «Материнство» и «Купальщицами». В октябре он уничтожает все картины, созданные за последние два месяца. В декабре уезжает с семьей Алины в Эссуа.
1889 год.
Ренуар вынужден избегать холода, работает большей частью в Эссуа. Проводит лето вместе с семьей в Монбриане.
1890 год.
14 апреля Огюст и Алина сочетаются браком в мэрии IX-ого парижского округа. Переезжает на улицу Жирарду на Монмартре.
Они поселились в замке Туманов на вершине монмартрского холма, среди садов, огородов и посевов люцерны, придававших Монмартру того времени деревенский облик. Соседи здесь запросто заглядывали друг к другу одолжить веточку кервеля или угоститься вином. По субботам в замке Туманов накрывали стол: и друзья приходили без приглашения, чтобы разделить с хозяевами пот-о-фё - вареную говядину с домашними маринованными корнишонами.
К обеду Алина покупала в местных лавочках устрицы (одно из любимых блюд мужа) и морепродукты для супа буйабес. Даже те знакомые Ренуаров, что не выносили чеснок, обожали бесподобный буйабес Алины .
1892 год.
Ренуар живет вместе со своей семьей в Бретани.



Пьер-Огюст Ренуар Семья художника 1896 г.

В следующем году проводит август с семьей в Порт-Аване, где знакомится с Жанной Бодо, которая становится ученицей художника.
В 1894 году у Ренуара родился второй сын, и художник встретил «свою новую музу», которую изобразит потом на многих своих полотнах.
4 августа 1901 года летом в Эссуа Алина родила Ренуару третьего сына - Клода, прозванного Коко.
С 1903 года Ренуары живут в деревне - в местечке Кань-сюр-Мер, что на полпути между Антибом и Ниццей. Вначале они снимали комнаты у владельца почты, бывшего повара Динана. Но вскоре выкупили полузаброшенную усадьбу Колетт с вековыми оливами, посаженными еще солдатами Франциска во время войн с Карлом V. Алина выращивала в огороде овощи и пряные прованские травы. В это же время обострилась болезнь Ренуара.
Строительство «семейного гнездышка» закончилось только в 1909 году.
В 1910 году, после некоторого улучшения здоровья, Ренуар с семьей путешествует в Веслинг вблизи Мюнхена.



Пьер-Огюст Ренуар Мадам Ренуар и Боб 1910 г.
Музей искусств Гарвардского университета

В 1914 начинается первая мировая война. Оба сына записываются в армию. Все мысли Ренуара были теперь о сыновьях, которые сражались на фронте.
Через некоторое время Пьера ранили в предплечье, а Жану раздробило пулей шейку бедра, оба лежали в госпиталях, к этим несчастьем добавилась ещё и болезнь жены, которая уже несколько лет болела сахарным диабетом, но скрывала это от мужа и лечилась тайно.

Алина посещает Пьера в Каркассоне, а Жана - в Люсоне. В 1915м Жан ранен во второй раз, теперь в ногу. Алина отправляется навестить его и по возвращении умирает.

Алина умерла в Ницце 27 июня в возрасте 56 лет, похоронена в Эссуа.
В 1916 Ренуар приглашает скульптора Гино приехать в Эссуа и выполнить на основе его эскиза бюст покойной жены.

Ренуар пережил жену на четыре с половиной года. 2 декабря 1919 года он скончался от закупорки легких в имении «Коллетт». Всего за несколько часов до смерти, по словам Жана Ренуара, художник попросил принести ему палитру и кисть, желая написать цветы. Он отдал все это своей сиделке, пробормотав: «Кажется, у меня действительно начинает что-то получаться».

Материалы ВИКИПЕДИИ и сайтов:
http://www.centre.smr.ru/win/artists/renuar/biogr_renuar.htm
http://www.ug.ru/01.06/t29.htm
http://www.odessapassage.com/arhiv/2003/jul2003/art36/index.php3?lang=en
http://biography.artyx.ru/books/item/f00/s00/z0000000/st006.shtml