Есть у меня любимая группа - "Дискотека Аврия".
И есть у них одна песня, написанная еще в начале их творческого пути. Называется "Слова". Удивительная песня... К сожалению, на эту песню не был снят клип. И я как-то представила... а каким бы он мог быть, этот клип...
И вот что получилось...
Крупные хлопья снега медленно опускались на улицы и площади Москвы, переливаясь радугой в лучах вечерней праздничной иллюминации. Приближался Новый Год. До знаменательной ночи оставались считанные дни, и люди торопились приобрести подарки для своих родных, близких и любимых, осаждая как шикарные бутики на Тверской, так и скромные магазинчики в уютных переулках. По улицам сплошным потоком спешили мужчины, женщины, юноши и девушки, обвешанные разноцветными пакетами с подарками.
Он зашёл в один из лучших магазинов электроники и музыкальных инструментов на Тверском бульваре. Вот уже почти 5 лет Он был одним из солистов популярной молодёжной группы. Именно пять лет назад Он приехал вместе с друзьями из провинции в Москву и за эти годы преодолел немало трудностей и препонов российского шоу-бизнеса, приобретая и теряя близких людей. И сегодня Он пришёл в этот магазин в поисках последней модели синтезатора для своего друга из их группы. Проходя стройные ряды электронных пианино, Он вдруг услышал знакомую мелодию и слова:
Если на землю ночь пришла - стоит ли ждать рассвет?
Если не ладятся дела - бросить все или нет?
Если все время не везет - как избежать оков?
Хочется крикнуть: "Эй, вперед!",
Но не находишь слов.
Он с улыбкой вслушивался в звучащие аккорды в ожидании самого любимого им момента этой песни – великолепного проигрыша… И Он его дождался… Только параллельно с фонограммой, льющейся с огромного табло в центре зала, чистые как родниковая вода звуки послышались прямо за его спиной. Он обернулся и увидел девушку, стоявшую за одним из синтезаторов и аккуратными длинными пальчиками извлекавшую великолепные живые звуки из куска металла.
Она была похожа на цветок подснежника среди бесконечной зимы. Волнистые каштановые волосы мягко спадали на плечи, стройная невысокая фигурка в кашемировом пальто цвета топлёного молока была похожа на лебединое пёрышко… Только одно его смутило и удивило в этом ангельском создании – нереально грустные глаза. Ему даже показалось, что он заметил, как блеснула на щеке слезинка, медленно скатившись из-под полузакрытых век.
Она давно перестала играть и просто молча стояла перед инструментом, думая о чём-то своём, а Он всё смотрел и смотрел на неё, не в силах отвести взгляд. Он очнулся от забытья лишь тогда, когда Она медленно направилась к выходу. Он поспешил вслед за ней, боясь потерять её из вида и напрочь забыв, зачем Он собственно пришёл сюда.
Он шёл следом за ней по вечерней Москве, не обращая внимания на усиливающийся с каждой минутой снег. Огромные хлопья так и норовили залететь то в глаза, то за воротник куртки. Но Он словно не замечал этого, боясь потерять из вида ангелочка с грустными глазами. На Манежной площади Она замерла перед знаменитым стеклянным куполом-часами. Он обошёл купол так, что мог видеть её лицо, своей нескрываемой грустью резко контрастировавшее с ослепительной ангельской внешностью. «О чём Она думает?» - спрашивал Он сам себя и не мог представить, что кто-то мог обидеть или причинить боль этому ангелу… А с огромного экрана на площади словно вторя его мыслям и её боли раздавались знакомые слова:
Если придется вдруг упасть - стоит ли слезы лить?
Если звезда твоя не зажглась и некому благословить;
Как быть, коль предадут друзья? Как проучить лжецов?
Хочется крикнуть: "Так нельзя!",
Но не находишь слов.
И вдруг Он понял, что именно должен сейчас сделать! Он стал судорожно оглядываться по сторонам, не замечая удивлённых взглядов проходящих мимо людей, с улыбкой рассматривающих странного парня, мечущегося по площади с возбуждёнными глазами. В это время Она достала из кармана фотографию, посмотрела на неё сквозь вновь нахлынувшие слезы и словно робот – медленными ритмичными движениями – стала рвать её на мелкие кусочки… Обрывки падали ей под ноги, смешиваясь на лету с хлопьями непрекращающегося снега… Она села на корточки и стала засыпать обрывки снегом, словно пыталась засыпать прошлое, боль и разочарования которого никак не хотели отпускать её.
Она не знала, сколько просидела вот так, не замечая как покраснели от холода и снега руки, но когда Она поднялась с колен, первое, что Она увидела… был огромный букет ярко-красных роз! Подняв глаза, Она увидела Его… Он стоял, держа в руках букет, и внимательно глядя ей в глаза, ожидал её реакции на свой немного безумный поступок. И впервые за этот вечер Она прочитала в глазах совершенно незнакомого ей человека, что всё будет хорошо, что мир состоит не из одних предателей и подлецов, что в жизни её ещё будут достойные люди и что так же как снег весной однажды растает и её боль. Она протянула руку, прикоснулась к розам аккуратно и нежно, словно боялась разрушить эту внезапную сказку, и по-прежнему не говоря ни слова, вдруг зарылась лицом в это алое великолепие…
И вдруг Он увидел, как задрожали её плечи… Он немного испуганно и осторожно прикоснулся к ним, словно боялся, что Она – всего лишь видение – и стоит прикоснуться, как видение растает подобно снежинке на щеке… Она подняла на Него глаза, полные слёз и… улыбнулась! Впервые за этот вечер Она почувствовала себя по-настоящему счастливой! Она не знала, останется ли с ней Он, так неожиданно заставивший её поверить в чудо, или растворится в позднем зимнем рассвете, но Она теперь совершенно точно знала одно – отныне её жизнь будет как эти розы – яркой и красивой, и что это зависит только от неё одной!
Они стояли на площади под непрекращающимся снегом, они были частью этого безумного мира и в то же время они были одни… А с огромного табло снова и снова раздавались волшебные звуки волшебной музыки и как заклинание звучали волшебные слова:
Что выбрать: или в грудь свинцом, или в лицо плевок?
Что выбрать: маску подлецов или большой замок?
Если свет солнца не предаст и неба синева,
Я вам спою еще не раз,
Если найду слова.
