Празднование Вечери Господней настолько исполнено горящей любви, а участие в ней настолько исполнено благодати и праведности, но при этом ее празднование является еще и кульминацией жизни прихода...

Они строят алтарную часть храма таким образом, чтобы алтарь был ее вершиной. Наше богослужение напоминает подъем на высокую гору. Оно начинается с вопля из глубины сердец: "Господи, помилуй!", - и делает шаг вверх, к исповеданию веры в искупление словами ангельской песни: "Слава в вышних Богу!" Потом оно поднимается еще выше вместе с чтением Послания и Евангелия, на которые эхом откликается Символ Веры. После проповеди наступает время молитвы обо всех бедствиях и правителях земли. Потом, по завершении прошений, следует благодарение с возгласом: "Вознесите сердца ваши!" И чинопоследование продолжает подниматься все выше. В молитве благодарения мы сливаем свои голоса с [небесным] хором Победившей Церкви, соединяясь с нею в пении троекратного славословия и возгласом "Осанна!" приветствуем Того, Кто приближается к нам в Своей Вечере. Опустившись на колени, мы произносим Молитву Господню и выслушиваем Слова Установления. Мы поднимались от одной ступеньки к другой и теперь, наконец, приход оказывается на вершине горы - небеса над верующими раскрылись, а перед ними накрыт небесный стол с единым хлебом и единой чашей для всех, ибо сама Церковь есть единая семья детей Божьих, семья братьев и сестер во Христе.

Есть что-то очень трогательное в этом совместном шествии прихода к алтарю, и в наших сердцах как будто звучит голос: "Встану, пойду к Отцу моему", - и в доме нашего Отца начинается праздник, царский пир, и ангелы радуются, и Отец веселится, вновь видя, как Его сыновья и дочерь собираются за столом. Они принимают тело и кровь Христа, исповедуя, что это те самые тело и кровь, которые были преломлены и пролиты на Кресте. Как сказал св. Павел: "Всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете", - и так оно и есть. Ибо каждое празднование Вечери - это великое возвещение смерти Христа пред Богом и пред миром. Здесь находится кульминация богослужения, которое затем быстро завершается песнью Симеона: "Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром, ибо видели очи мои спасение Твое", - ибо на вершине горы Сам Господь встретил нас в Таинстве, и мы приблизились к Нему настолько, насколько это возможно во время земного странствования.

[…]

Когда христианин принимает тело и кровь Христа как верный залог прощения, - это вершина благодати. Ибо этим самым телом, которое было предано за нас на кресте, этой самой кровью, которая была пролита за нас, Христос искупил вину человечества, и эту самую жертву - Его тело и Его кровь - Он дает нас в святой Вечере как гарантию того, что наш долг прощен. Гарантия - это не просто расписка, расписка - не просто честное слово. Стоимость гарантии всегда так же велика, как и размер долга. Тело и кровь Христа, преданные на Голгофе, были платой за долг мира; тело и кровь Христа, преподаваемые мне во время Вечери, порождают во мне невыразимую уверенность и радость, поскольку они даются мне как гарантия того, что Иисус Христос есть умилостивление за грехи наши, и не только наши, но и грехи всего мира. Но где прощение грехов, там и жизнь и спасение. Вот почему для христианина участие в Вечере - это вершина благодати.

— Макс Коммен, суперинтендент епархии Люнебург-Целле (1870)