Вопрос: что я знал о Вене до того, как прибыл сюда? Что на Stephansplatz булыжная мостовая, кондитерские, цветочные магазины и всё время идёт дождь. Что в 1957 году в венском отеле случайно встретились бывший нацист и бывшая заключенная концлагеря, и между ними вспыхнула противоестественная страсть в формате садомазохизма ("Ночной портье", Liliana Cavani (1974)). 

Чего нет в Вене - это подсолнечных семечек, халвы, аджики, праздных шлюх и village people в метро.

Без семечек я скучаю по двум причинам. Во-первых, меня к ним пристрастила одна московская селянка. Во-вторых, как известно, непьющие алкоголики, к которым принадлежу я (а из известных ещё и Дмитрий Харатьян), легко подсаживаются на что-то другое - сладкое, например, или вот эти семечки.

Без них скучно смотреть телевизор. Иногда смотрю - засыпая, бессюжетный канал с видео, записанным стационарной камерой из кабины водителя венского трамвая. Или поздно вечером показывают ролики с немками, призывающими позвонить на короткий номер - никакого порно. И хотя австрийцы крайне не любят, когда их ассоциируют с немцами (потому что у потомков подданных Франца-Иосифа свои имперские амбиции), для нас они все на одно лицо, и в каждой немке невольно видишь образ тётки где-нибудь на средиземноморском пляже, с унылым, как уши у спаниеля, топлесом... вот только порно мне невыносимо смотреть (сказывается сотрудничество с мужским журналом), порно в Вене можно увидеть, даже не желая того, в Сецессионе (по ночам в здании галереи с золотым шаром на крыше, который венцы называют изъеденным капустным листом и который случайно попал в кадр, когда я фотографировал римлянина - имя запамятовал, открывается клуб для свингеров). В свинг-клубе, уверяю вас, есть комната с пыточными станками. 

Капустный лист - за пирамидальным тополем