За вчерашний вечер я выкурил пачку. Со скрипом оставил одну сигарету на утро (да и то потому что нашёл в номере дамские). Нужна заначка, чтобы появляться в киоске не таким уж дёрганным.

И многие в этом квартале, кажется, не понимают моего данкешёновского: "Гебен зи, битте, айне сигарет..." Экс-югослав в кофейне на углу совершенно отказывается воспринимать выражение "Ohne milk" и поправляет меня: "Nicht milk..?" Теперь стоит сотню раз подумать, угощать ли мулата, который стреляет у меня постоянно напротив Billa; он, вероятно, пасёт здесь зазевавшихся домохозяек. С моим конфликтным характером нельзя быть нелегалом - так не выжить. От меня отписался даже латвийский безработный, из-за того что я Шендеровича назвал жидом и от Австрии его тошнит. Но и меня тошнит. От Австрии и повсеместной вавилонизации, от которой деться некуда.

Я готов бы бегать по утрам, или брать напрокат велосипед с рекламой Райффайзенбанка и кататься в Штадтпарке или Фольксгартене, но для этого мне нужно слезть с табака, как я в своё время слез с алкоголя. Приковать себя на пару месяцев к батарее наручниками и договориться с горничной, чтобы она приносила еду. Но батареи здесь из легкого металлопластика, они не выдержат моего рывка. Мир настолько ненадёжен, что в нём приковать себя не к чему.