Да, но ГУВХ опрометчиво назвал меня журналистом, которых у нас в редакции достаточно талантливых. Специально для тебя - завтра в газете:

...О пользе пьянства на рабочем месте

Нет, выпить на рабочем месте иногда немножко можно. Если немножко и если повезет и начальство не заметит. Я вот однажды немножко выпил в рабочее время, и - знаете - повезло!
Работал я тогда в одном издательском доме, который принадлежал немцам и выпускал по всей России женские глянцевые журнальчики. Офис у нас был в центре Москвы. Стоял поздний ноябрь, и снаружи уже вовсю мела поземка. Как-то я выскочил ненадолго на улицу в одной водолазке, на пару минут, вернулся в офис - чувствую минут через 10, что все же простудился. Симптомы к горлу начали подступать. Ну, я в то время лечился просто: водкой с черным перцем. Выскочил опять на улицу, уже в пуховике, купил в ларьке напротив того и другого, у себя в кабинете налил медицинскую дозу, засыпал черных жгучих крошек в рюмку… Ну, через полчаса опять налил и насыпал перцу. Пошло очень хорошо, горло прогорело, все бактерии сдохли, симптомы ушли. И тут звонит секретарша нашего генерального директора, немца из бывшей ГДР, и просит она меня срочно заглянуть к нему. А был я тогда еще на испытательном сроке, и позориться не хотелось - немец ко мне тогда хорошо относился. Ну пожевал жвачку с ксилитом и карбамидом, в голове приятно шумит, захожу в кабинет. А генеральный как назло спрашивает полную ерунду: «Вы, говорит, господин редактор, сделали то-то и то-то?» По телефону не мог узнать, что ли... По-немецки я свободно, в ФРГ год прожил. Ну, в сторону отвернулся, чтобы не дыхнуть... «Сделали еще в прошлую среду!» - говорю. И тут у меня язык взял да и заплелся, последнее слово не вытанцовывается...
«Ну, приехали! - лихорадочно думаю, - сейчас он меня как пить дать оштрафует. И это в лучшем случае».
А генеральный встает из-за стола, подходит - и вдруг хлопает меня по плечу и говорит: «Мне кажется, господин редактор, вы еще недостаточно бегло говорите по-немецки, чтобы работать в нашем издательском доме… Поезжайте-ка вы на месяц в Германию - на языковую практику! Место для практики сами потом выберете - Берлин, Дюссельдорф или Мюнхен».
Я отвечаю: «Было бы великолепно!» - и в итоге весь следующий декабрь, захватив Рождество и Новый год, я провел в Мюнхене, пивной столице Европы. За счет издательского дома. Ну, плюс командировочные…
А немец меня все же уволил, но потом, спустя два года. За общее легкомысленное отношение к своим обязанностям. С тех пор расстался я с большим алкоголем. И окончательно раздружила меня с ним покупка автомобиля. Вернее, то, что неофициальные тарифы у гаишников на учуянный от водителя запах спиртного в последние годы выросли до небес. Говорят, люди уже по несколько тысяч долларов отдавали, чтобы вернуть себе права. Выпивать экономически стало невыгодно.
Только с прежними друзьями-алкоголиками я тоже раздружился - мне с ними теперь скучно. Они еще любят вечером после работы постучать пивными кружками о стол в ресторане. А я даже если и сижу с ними трезвый, думаю: чего они гогочут, как дети малые? Над плоскими шутками. Хотя когда я с ними вместе кружками стучал, шутки такие казались мне острыми. Теперь не то, теперь мы с ними в разных резонансах. Я их уговаривал переходить к нам, к трудоголикам, но пока их печени еще держатся, а мешки под глазами еще не качаются на ходу, ребята меня не слушают. Поэтому вечерами я предпочитаю подольше в офисе посидеть.
Лучше зашиваться на работе, чем в наркологической клинике.