— Ну и что вы можете сказать в своё оправдание?
Голос судьи неподдельно равнодушен.
— За что вы меня хотите судить? За то, что я свободен, за то, что был собой и своим поведением нарушил противоестественные законы? Осудить меня можно, только предполагая, что у меня был выбор: устроиться на работу или жить на смехотворно малое пособие. А если не было работы, а выжить на мизерное пособие невозможно, если у меня не было выбора? Как же можно судить меня, если я был не свободен? Свобода без выбора не свобода!
Предполагается, что выбор есть всегда, выбор как наличие нескольких альтернатив. Но, взвешивая эти альтернативы, человек выбирает одну — ту, которая в наибольшей степени отвечает его внутренней и внешней необходимости. То есть выбор как бы предопределён между оптимальным и неоптимальным. Либо человек поступает закономерно, правильно выбирая оптимальное и необходимое, либо незакономерно — то есть своевольно — неправильно выбирая ему не необходимое или не оптимальное!
Человек всегда поступает, как того требует необходимость, либо внешняя, либо внутренняя, а чаще в совокупности. Поступок, противоречащий необходимости, неразумен, более того — разрушителен. Выбор предопределён необходимостью!
Хотя возможны и ошибки, когда человек поступает во вред себе, выбирая ему не необходимое. Причём ошибка осознаётся в момент выбора, но не после. Ошибка — это случайность, не отменяющая и не искажающая общей закономерности.
Говорить об ответственности можно, только если человек свободен. А свободен человек, когда у него есть выбор. Без выбора нет свободы воли. Как я могу проявить свою свободу, если у меня нет возможности выбирать?!
Но если человек поступает закономерно, выбирая ему необходимое, то он фактически лишён свободы выбора, поскольку выбирает единственно правильное. А если выбирает неправильно, поступая незакономерно, то тем самым проявляет свою свободу, и значит, может нести ответственность.
Если человек поступает законно, то есть с точки зрения общества закономерно и правильно, его не за что судить, а судят, только если он нарушает закон, то есть поступает незакономерно.
Если человек нарушил закон, потому что к этому его принудили обстоятельства, когда у него не было выбора, то он не может быть привлечён к ответственности, поскольку был не свободен. А если он нарушил закон, потому что боролся с силой обстоятельств, то есть проявил свою свободу, своё Я — его тем более нельзя привлекать к ответственности. Что же, судить за то, что он проявил свободу воли?
Если человек говорит, что он нарушил закон, поскольку не мог поступить иначе, то есть был не свободен в своём решении, он не должен нести ответственность, если докажет, что у него не было выбора, то есть когда признает свою несвободу.
К ответственности его можно привлечь, лишь доказав, что он обладал свободой выбора и мог не нарушить закон, то есть мог поступить закономерно — законным и единственно правильным необходимым для него образом.
Но, признавая за человеком свободу выбора, и при этом доказывая, что единственный выбор — это поступить законно, означает лишить его выбора, а значит, и свободы.
Получается, если человек не мог поступить иначе, он не имел свободы, но поступая законно, он как бы отказывается от свободы, признавая свою несвободу перед выбором единственно правильного и для него необходимого.
Выходит, признание наличия у человека свободы воли нужно лишь для того, чтобы признавать человека ответственным за свои поступки?!
Значит, судят меня за то, что я проявил свободу воли, за то, что был самим собой, пусть и поступил неразумно, своевольно?
Закон, таким образом, имеет целью оградить общество от проявлений человеком своего подлинного Я, если это Я вступает в противоречие с Я других; то есть судят человека за то, что он был самим собой.
Однако никакой закон не останавливает людей от проявлений своей сущности! Всегда убивали и будут убивать из ревности, и страх смертной казни не остановит. Нет, не всё так просто в душе человеческой. Следствие мало что говорит о причине!
Если всё в жизни закономерно, и всякое действие имеет причину, то нет места случайности. Ибо если всё взаимосвязано, закономерно, то нельзя говорить об ответственности человека, поскольку всё обусловлено обстоятельствами и нет места воле, выбор практически предрешён, то есть нет выбора, ведь человек всегда выбирает необходимое!
Если мы признаем, что всякое действие имеет причину, и таким образом всё взаимосвязано и подчинено всеобщей закономерности, то отрицается случай, который, при внимательном рассмотрении оказывается необъяснённым проявлением всё той же закономерности. Таким образом, всякий поступок не случаен, а закономерен, и обусловлен совокупностью внутренних и внешних обстоятельств, то есть детерминирован, и человек не мог поступить иначе. Тогда как же можно судить его, если он не мог поступить иначе, даже совершив преступление?!
Человека можно привлечь к ответственности только когда он имел возможность не нарушать закон, то есть он обладал свободой выбора. Но в этом случае он поступал бы несообразно обстоятельствам, толкающим его на преступление, и его поступок не имел бы причины, что невозможно, ибо каждый поступок имеет причину. А если нет причины, то поведение человека объяснить невозможно, и как же тогда можно его судить?!
Важно выяснить: мог ли человек не нарушать закон и поступить иначе? Если мог, то надо признать, что должны быть и обстоятельства, побуждающие его к этому поступку, и они должны носить характер причины. Но тогда надо признать, что имеется сразу две причины у одного поступка: одна, побуждающая к противоправному поведению, а другая — к правомерному, что невозможно, ибо всякое следствие имеет строго определённую причину. Не может быть одновременно двух взаимоисключающих причин у одного поступка. Если человек поступил именно так, то он не мог поступить иначе. Потому как другому поступку соответствовала бы другая причина. А причина — это совокупность обстоятельств, побуждающих к поступку. И если признать, что подсудимый мог поступить иначе, то надо признать, что у него были другие, эти «иные» обстоятельства, то есть другие причины, или то, что в одних и тех же обстоятельствах он мог поступить по-разному, что, однако, противоречит принципу: определённая причина порождает строго определённое следствие. Следствие не может быть иным, чем вызвавшая его причина. Иначе это отрицание самого принципа причинности, если следствие не соответствует причине, её породившей, когда результат действия может быть произвольным. Например, мы бросаем камень в сторону, а он попадает нам в лоб.
Всё это доказывает, что человек не мог поступить иначе, чем он поступил в конкретных условиях! Фактически он был лишён выбора между противоправным и правомерным поведением, и мог поступить только так, как поступил. Поступить иначе он не мог, поскольку был несвободен от силы обстоятельств, которые и стали причиной его незаконного действия.
Любое объяснение возможно, только признавая наличие у поступка соответствующей ему причины. Беспричинных поступков не бывает, как не бывает немотивированных преступлений. Ибо раз есть как следствие преступное поведение, значит, должна быть и соответствующая причина.
В философии под причиной понимают то, что с неизбежностью закономерно порождает определённое следствие в данных условиях. Однако в уголовном праве почему-то считается, что в одних и тех же обстоятельствах, то есть под воздействием одних и тех же причин, люди могут поступать, как соблюдая закон, так и закон нарушая, то есть у одной причины может быть два разных следствия.
Если мы признаём наличие причины у преступления, значит, считаем противоправный поступок закономерным следствием поведения и влияния обстоятельств, и всё поведение неслучайным, то есть детерминированным. А значит, человек не может нести ответственности за свои поступки, если все его действия детерминированы, то есть жёстко опосредованы обстоятельствами и в какой-то мере предопределены, то есть у него не было свободы выбора.
Преступление, как и любой поступок, не может быть случайным, не иметь причины, ибо случайно то, что не закономерно. Всякое действие закономерно, а значит, имеет причину, объясняющую это действие. Всё имеет причину, а значит — всё закономерно, а значит, жёстко опосредовано каждое движение, каждое движение необходимо, а значит, неслучайно, ибо то, что случайно, то не закономерно.
Если преступление явилось закономерным итогом предыдущей жизни подсудимого или развития его жизненной ситуации, или стечения обстоятельств, своего рода следствием, значит, человек не мог поступить иначе; а если мог поступить иначе и мог не нарушать закон, то его преступление не закономерно, то есть случайно. Но если преступление имеет причину, а причину имеет любой поступок, то преступление не случайно, а значит, закономерно!
Если признавать свободу воли, то есть возможность поступать незакономерно, это приводит к повсеместной случайности, к следствию без причины, к хаосу, к отрицанию закономерности мира.
А если признавать всеобщую взаимосвязанность и обусловленность явлений, то это приводит к логическому исключению свободы воли и даёт основания задуматься о предопределении.
Либо свобода воли, либо предопределение! Либо свобода, либо судьба!
Предопределён человек своим генотипом к преступному поведению или только предрасположен?
И вот ещё интересный вопрос: а в чём же состоит необходимость существования уголовного и прочих законов человеческих, ведь вряд ли можно отрицать необходимость ограждения общества от убийц, насильников и прочих антиобщественных элементов?
Закономерность появления уголовного закона, его необходимость вызвана "отклонениями" от общепринятого одобряемого поведения. Но само это "отклонение" следует признать закономерным с точки зрения наличия причин, приводящих к таким негативным, с точки зрения общества, следствиям. Причины эти — те конкретные обстоятельства, которые побуждают нарушать закон. То есть нарушение официального закона вызвано несоответствием обстоятельств жизни людей требованиям официального закона; то есть официальный закон не соответствует естественному закону — той естественности закономерности, когда ухудшение материальной жизни людей ведёт к росту преступности.
Именно насаждаемые официальные законы есть то зло, которое считает неестественным закономерные проявления неблагополучия!
Именно несоответствие официальных законов естественным законам поведения людей есть причина преступности!
Несовершенство официальных законов вызвано не столько несовершенством законодателей, сколько той системы отношений между людьми, которую хотят "узаконить" с помощью нормативных актов и принуждения.
Таким образом, закономерность появления уголовного закона, призванного "защитить" общество от нарушителей, вызвана не фактом наличия нарушителей, а следствием неестественной системы отношений между людьми, устанавливаемой государством!
Таким образом, нравственность и уголовный закон — не выражение необходимости сдерживания, воспитания людей, принуждения их к определённому поведению, а по сути признание порочности общественного устройства. Но не человека!
Таким образом, всякий закон есть показатель порочности общества, а всякая этика — показатель неестественности, антигуманности существующих общественных отношений.
Не поведение людей причина появления уголовного "закона", а именно наличие противоестественного закона причина негативного поведения людей, ибо закон устанавливает что "хорошо", а что "плохо".
Так за что же вы хотите меня судить: за то, что я был свободен, или за то, что не смог соответствовать неестественным законам?
— Если судить по-вашему, то никто не виновен.
— Так и есть! И все за всех виноваты!
(из романа-быль "Странник"(мистерия) на сайте
http://www.newruslit.nm.ru
