В РАН — телефонный перезвон (за счет бюджета, кстати): в губернии и на континенты летят уговоры сохранить Ю.С. Осипова на посту президента любой ценой. И все «Осипов», «Осипов», «Осипов»… О науке ни слова. Может быть, это диагноз?

Академия в последние 15 лет — корабль без руля и без ветрил. Приоритеты ее деятельности так и не были сформулированы (об этом заявлял сам Ю.С. Осипов). А сейчас, когда выполнялось 30 приоритетных программ Президиума РАН и столько же программ отделений РАН, ситуация еще хуже. Нельзя одновременно «приоритетно» двигаться ни в 60, ни в 30, ни даже в 10 направлениях… И если бы академии было бы непонятно, что надо делать, может быть, и следовало бы в течение некоторого времени идти «широким фронтом», пока не проявятся прорывные направления. Но реально программы даются не под проекты и перспективы, а под влиятельных академиков, под имеющуюся бюрократическую структуру, под конкретные группировки. Академия стала ареной местечковых разборок, местом борьбы академических кланов, интересы которых очень далеки от какой-либо научной деятельности.

— Академия, в отличие от советских времен, не занималась не только крупными, имеющими стратегическое значение проектами, но и текущей работой, требующей научных масштабов. Президентом РФ 03.02.2001 были поставлены перед РАН две основные задачи: независимая экспертиза государственных решений и прогноз бедствий, кризисов и катастроф; отработка сценариев перехода от нынешней «экономики трубы» на инновационный путь развития. Руководство РАН во главе с Ю.С. Осиповым задачи проигнорировало. Естественно, возникает вопрос: то ли академия во главе с ее нынешним президентом не хочет и не может заниматься необходимой для страны работой (и вести связанные с нею исследования), то ли президент РАН просто не услышал президента России.

— Тезис о том, что Ю.С. Осипову и руководству РАН удалось сохранить академию, неверен. Академия наук не нашла места для себя и для фундаментальных исследований в новой России. С молчаливого согласия академии была практически ликвидирована прикладная наука, а без нее результаты фундаментальных исследований для экономики страны и ее развития стоят недорого.

— В академии произошла «возрастная катастрофа» — по существу, выбито поколение научных сотрудников возраста 30–50 лет. В итоге в течение ряда лет академия была армией с генералами и рядовыми, но без офицеров. Особенно драматично отсутствие младших офицеров. Такая армия небоеспособна. Однако в связи с последними реформами, одобренными руководством академии, ситуация еще более ухудшилась — теперь нет и рядовых. Сокращение ставок в академических институтах, на которые зачислялись старшекурсники, аспиранты, молодые кандидаты, выбивает молодежь из науки, лишает академию перспективы. Огромные академические институты, насчитывающие тысячу и более сотрудников, сейчас имеют возможность брать всего по десятку с небольшим аспирантов в год. Академические общежития для аспирантов и молодых сотрудников — неразрешимая проблема (оставим пока в стороне вопрос, кем эти общежития сегодня заняты). В результате научный потенциал тает. Молодежи нет. Примечательно, что раж сокращений одолел академических чиновников в преддверии демографической ямы, которая вдвое сократит количество молодежи. Сейчас, пока еще не поздно, и надо было бы набрать молодежь. Но если дела и далее будут идти так, как во время президентства Ю.С. Осипова, то академия исчезнет безо всяких реформ.

— Руководство РАН, будучи представлено в правительстве РФ, не информирует президента, правительство и российское общество о кризисном положении в российской науке, лакирует картину, дает о ней неполную информацию. Преступное бездействие.

— Наука и религия несовместимы. Это основа, на которой наука стоит со времен Просвещения. Ю.С. Осипов и руководство РАН решили подорвать эту основу, делая многочисленные реверансы в сторону РПЦ, в конце концов избрав Патриарха всея Руси почетным доктором РАН. Попытки протащить религиозное мировоззрение в систему образования России, крайне опасные для страны, не получили официальной оценки Академии наук. Академия также не взяла на себя труд разобраться в сути реформ российского образования, сформировать свою позицию и защитить лучшие традиции отечественной школы.

— Ситуация с Государственными премиями (заместителем председателя Комиссии по госпремиям Российской Федерации в области науки и техники является Ю.С. Осипов) и другими, к которым причастна академия, разочаровывает. Раньше Госпремия по крайней мере присуждалась за конкретную работу. Ее достоинства могло оценить и общество — о кандидатах писали газеты, они и сами что-то сообщали о собственной науке. Теперь все келейно, как любит Ю.С. Осипов. По сути, он — полновластный распорядитель. Нынче, например, «черную метку» получил талантливейший российский математик академик Виктор Маслов. Поскольку, по указу президента страны, оценивается не конкретная работа, а некий «вклад» (как они определяют, чей больше: взвешивают, что ли?), вклад претендента Маслова был сочтен отрицательным.Рассматривались кандидатуры двух ученых, выдвинутых совместно. Премию дали одному. Тем самым признали: вклад двух известных ученых меньше, чем вклад одного из них. Нелепость: два меньше, чем один, решила комиссия, хотя в ней есть и математики. Надо заметить, что у всей комиссии, принимающей решение, нет и малой доли тех действительных научных заслуг, что есть у Маслова. Достаточно вспомнить хотя бы тот факт, что именно Маслов дал первый пример наноструктуры (история с планарным лазером) и выполнил блестящие работы по расчетам чернобыльского саркофага, не говоря уже о развитии многих классических теорий в своей и смежных научных специальностях, что позволяет нынче говорить: «метод Маслова», «цикл и коцикл Маслова», «число Маслова», «цепочка Гюгонио — Маслова», «сейсмограмма Маслова» и т.д. А что у Юрия Сергеевича Осипова? Давно уже только кремлевские паркеты. И Маслов нынче — аутсайдер. Кому это нужно? И государственный ли подход осуществляет г-н Осипов с комиссией?

— Упал престиж науки в целом и членов академии в частности. Членов стало очень много — 1500 (в сталинские времена академиков было 80, а сейчас — более 500). Может быть, у нас даже гораздо больше ученых, достойных членства, но академиков, всерьез занимающихся наукой, в нынешней академии кот наплакал. Наметилась опасная тенденция: научный труд уже не главное основание при выборе действительных членов и членов-корреспондентов РАН. Академия публикует списки претендентов и не сообщает, чем они отличились в науках. Поскольку часто и сообщить-то не о чем. Потому и выстраивается очередь из банкиров и госчиновников — первый и самый достоверный признак деградации РАН, превращения ее в обычную чиновничью контору. Так общество скоро дождется не выборов, а назначения академиками угодных власти.

— Академия упустила ВАК: лжеученых нынче пруд пруди. Защищаются кандидатские и докторские, бесстыдным образом переписанные с уже опубликованных зарубежных и отечественных исследований. Дипломы кандидатов вообще можно приобрести в переходе метро. Ученым у нас в стране при таком ведении дел безо всяких преувеличений может наконец стать каждый. И становится.

— Распались многие всемирно известные научные школы, откочевали за рубеж многие ученые. Но еще хуже, что российская наука отстает — многие направления, появившиеся в математике, компьютерных науках, биологии, физике в последние 15 лет, академия просто не замечает. Руководство РАН не организует исследований в этих направлениях и не избирает исследователей. Уже никого не удивляет отсутствие докладов российских ученых на крупнейших и авторитетнейших мировых конгрессах, симпозиумах и конференциях. (недавний пример — Европейская конференции по криптографии в Санкт-Петербурге). Это находится в разительном противоречии с заявлением Ю.С. Осипова, что академия выявляет точки роста в мировой науке и стимулирует исследования в соответствующих направлениях. РАН приобрела ярко выраженную феодальную структуру — в ней практически не ведутся междисциплинарные и межотделенческие исследования.

— Пятнадцатилетнее соглашательство президента и Президиума РАН с разрушительными реформами, отсутствие денег на инфраструктуру, на оборудование поставила многих директоров академических институтов в положение мелких жуликов. Чтобы сохранить свои институты, они вынуждены были сдавать площади, ловчить, «решать проблемы». В результате руководители многих институтов оказались легко уязвимыми, и на каждый директорский «роток», разумеется, можно без церемоний накинуть «платок».

При Ю.С. Осипове существенно пострадала организация научной деятельности в Академии наук. Если раньше считалось, что вице-президенты должны иметь отношение к конкретным сферам науки, координировать деятельность в них, то сейчас эти обременительные, конечно, профессиональные обязанности упразднили. Один вице отвечает за молодежь, другой — за инновации, третий — за публикации и выставки РАН. Вместо руководства в сфере науки мы получили типичную административно-хозяйственную пирамиду.

— Избираясь на свой пост, Ю.С. Осипов не имел программы и просто обещал защищать академическое научное сообщество. Это обещание он не исполняет. Согласие руководства РАН с нынешним сокращением на 21% за 3 года, с ликвидацией и приватизацией ряда институтов, на чем настаивает власть, показывает, что нынешнее руководство не способно защищать ученых и науку, которая делается в институтах, в лабораториях и экспедициях, а не в коридорах президиума.

— Сущность нынешних реформ академии сводится к двум пунктам. Первый — это подрыв материальный базы исследований. Повышение зарплат ученым, призванное сгладить негативные последствия сокращения штатов и ликвидации ряда институтов, осуществляется за счет средств, предназначенных на приобретение научно-исследовательского оборудования. Учитывая, что обслуживающему научные исследования персоналу зарплата фактически не повышается, скоро работать будет не на чем — палят свечку с двух концов. Тезис Ю.С. Осипова, что достаточно заплатить каждому ученому по тысяче долларов и проблем у российской науки не будет, несостоятелен. Второе направление удара — это разрушение горизонтальных связей между разными научными и учебными организациями за счет отмены совместительства. Эксперимент, связанный с запрещением совместительства, уже был проведен в хрущевские времена, привел к тяжелейшим последствиям, ликвидация которых потребовала огромных ресурсов. Сейчас решено наступить на эти грабли еще раз. Зато, вероятно, очень укрепится «академическая вертикаль».

— Академия не заботится о популяризации науки. Жалкое существование влачат научно-популярные журналы, закрыта киностудия научно-популярных фильмов, нет литературы по науке для школьников, и даже ВГИК перестал готовить режиссеров научного кино.

— Российской академии наук нужны перемены, в ней должно быть больше науки, а также больше устойчивости относительно административного нажима. Требуются перемены. Но осуществить их, что очевидно, могут только другие люди в Президиуме РАН, другой президент РАН.
©