Пробило десять. В доме тишина. 
Она сидит и напряженно ждет. 
Ей не до книг сейчас и не до сна, 
Вдруг позвонит любимый, вдруг придет?! 

Пусть вечер люстру звездную включил, 
Не так уж поздно, день еще не прожит. 
Не может быть, чтоб он не позвонил! 
Чтобы не вспомнил - быть того не может! 

"Конечно же, он рвался, и не раз, 
Но масса дел: то это, то другое... 
Зато он здесь и сердцем и душою". 
К чему она хитрит перед собою 
И для чего так лжет себе сейчас? 

Ведь жизнь ее уже немало дней 
Течет отнюдь не речкой Серебрянкой: 
Ее любимый постоянно с ней - 
Как хан Гирей с безвольной полонянкой. 

Случалось, он под рюмку умилялся 
Ее душой: "Так преданна всегда!" 
Но что в душе той - радость иль беда? 
Об этом он не ведал никогда, 
Да и узнать ни разу не пытался. 

Хвастлив иль груб он, трезв или хмелен, 
В ответ - ни возражения, ни вздоха. 
Прав только он и только он умен, 
Она же лишь "чудачка" и "дуреха". 

И ей ли уж не знать о том, что он 
Ни в чем и никогда с ней не считался, 
Сто раз ее бросал и возвращался, 
Сто раз ей лгал и был всегда прощен. 

В часы невзгод твердили ей друзья: 
- Да с ним пора давным-давно расстаться. 
Будь гордою. Довольно унижаться! 
Сама пойми: ведь дальше так нельзя! 

Она кивала, плакала порой. 
И вдруг смотрела жалобно на всех: 
- Но я люблю... Ужасно... Как на грех!.. 
И он уж все же не такой плохой! 

Тут было бесполезно препираться, 
И шла она в свой добровольный плен, 
Чтоб вновь служить, чтоб снова унижаться 
И ничего не требовать взамен. 

Пробило полночь. В доме тишина... 
Она сидит и неотступно ждет. 
Ей не до книг сейчас и не до сна: 
Вдруг позвонит? А вдруг еще придет? 

Любовь приносит радость на порог. 
С ней легче верить, и мечтать, и жить. 
Но уж не дай, как говорится, бог 
Вот так любить!

 

 

Эдуард Асадов