Ласочка (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Те, кто не умирают, -- живут
до шестидесяти, до семидесяти,
педствуют, строчат мемуары,
путаются в ногах.
Я вглядываюсь в их черты
пристально, как Миклуха
Маклай в татуировку
приближающихся
дикарей.

(с) И. Бродский

Ласочка (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора I

Март на исходе. Радостная весть:
день удлинился. Кажется, на треть.
Глаз чувствует, что требуется вещь,
которую пристрастно рассмотреть.
Возьмем за спинку некоторый стул.
Приметы его вкратце таковы:
зажат между невидимых, но скул
пространства (что есть форма татарвы),
он что-то вроде метра в высоту
на сорок сантиметров в ширину
и сделан, как и дерево в саду,
из общей (как считалось в старину)
коричневой материи. Что сухо
сочтется камуфляжем в Царстве Духа.

II

Вещь, помещенной будучи, как в Аш-
два-О, в пространство, презирая риск,
пространство жаждет вытеснить; но ваш
глаз на полу не замечает брызг
пространства. Стул, что твой наполеон,
красуется сегодня, где вчерась.
Что было бы здесь, если бы не он?
Лишь воздух. В этом воздухе б вилась
пыль. Взгляд бы не задерживался на
пылинке, но, блуждая по стене,
он достигал бы вскорости окна;
достигнув, устремлялся бы вовне,
где нет вещей, где есть пространство, но
к вам вытесненным выглядит оно.

III

На мягкий в профиль смахивая знак
и "восемь", но квадратное, в анфас,
стоит он в центре комнаты, столь наг,
что многое притягивает глаз.
Но это -- только воздух. Между ног
(коричневых, что важно -- четырех)
лишь воздух. То есть дай ему пинок,
скинь все с себя -- как об стену горох.
Лишь воздух. Вас охватывает жуть.
Вам остается, в сущности, одно:
вскочив, его рывком перевернуть.
Но максимум, что обнажится -- дно.
Фанера. Гвозди. Пыльные штыри.
Товар из вашей собственной ноздри.

IV

Четверг. Сегодня стул был не у дел.
Он не переместился. Ни на шаг.
Никто на нем сегодня не сидел,
не двигал, не набрасывал пиджак.
Пространство, точно изморось -- пчелу,
вещь, пользоваться коей перестал
владелец, превращает ввечеру
(пусть временно) в коричневый кристалл.
Стул напрягает весь свой силуэт.
Тепло; часы показывают шесть.
Все выглядит как будто его нет,
тогда как он в действительности есть!
Но мало ли чем жертвуют, вчера
от завтра отличая, вечера.

V

Материя возникла из борьбы,
как явствуют преданья старины.
Мир создан был для мебели, дабы
создатель мог взглянуть со стороны
на что-нибудь, признать его чужим,
оставить без внимания вопрос
о подлинности. Названный режим
материи не обещает роз,
но гвозди. Впрочем, если бы не гвоздь,
все сразу же распалось бы, как есть,
на рейки, перекладины. Ваш гость
не мог бы, при желании, присесть.
Составленная из частей, везде
вещь держится в итоге на гвозде.

VI

Стул состоит из чувства пустоты
плюс крашенной материи; к чему
прибавим, что пропорции просты
как тыщи отношенье к одному.
Что знаем мы о стуле, окромя,
того, что было сказано в пылу
полемики? -- что всеми четырьмя
стоит он, точно стол ваш, на полу?
Но стол есть плоскость, режущая грудь.
А стул ваш вертикальностью берет.
Стул может встать, чтоб лампочку ввернуть,
на стол. Но никогда наоборот.
И, вниз пыльцой, переплетенный стебель
вмиг озарит всю остальную мебель.

VII

Воскресный полдень. Комната гола.
В ней только стул. Ваш стул переживет
вас, ваши безупречные тела,
их плотно облегавший шевиот.
Он не падет от взмаха топора,
и пламенем ваш стул не удивишь.
Из бурных волн под возгласы "ура"
он выпрыгнет проворнее, чем фиш.
Он превзойдет употребленьем гимн,
язык, вид мироздания, матрас.
Расшатан, он заменится другим,
и разницы не обнаружит глаз.
Затем что -- голос вещ, а не зловещ --
материя конечна. Но не вещь.

(с) И. Бродский

Ласочка (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Грохот цинковой урны, опрокидываемой порывом
ветра. Автомобили катятся по булыжной
мостовой, точно вода по рыбам
Гудзона. Еле слышный
голос, принадлежащий Музе,
звучащий в сумерках как ничей, но
ровный, как пенье зазимовавшей мухи,
нашептывает слова, не имеющие значенья.

Неразборчивость буквы. Всклокоченная капуста
туч. Светило, наказанное за грубость
прикосновенья. Чье искусство --
отнюдь не нежность, но близорукость.
Жизнь в рассеянном свете! и по неделям
ничего во рту, кроме бычка и пива.
Зимой только глаз сохраняет зелень,
обжигая голое зеркало, как крапива.

Ах, при таком освещении вам ничего не надо!
Ни торжества справедливости, ни подруги.
Очертания вещи, как та граната,
взрываются, попадая в руки.
И конечности коченеют. Это
оттого, что в рассеянном свете холод
демонстрирует качества силуэта --
особенно, если предмет немолод.

Спеть, что ли, песню о том, что не за горами?
о сходстве целого с половинкой
о чувстве, будто вы загорали
наоборот: в полнолунье, с финкой.
Но никто, жилку надув на шее,
не подхватит мотивчик ваш. Ни ценитель,
ни нормальная публика: чем слышнее
куплет, тем бесплотнее исполнитель.

(с) И. Бродский

Ласочка (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Покинул во тьме постель
и в темной прихожей встал.
Рассвет озарил гостей,
которых, признаться, ждал.
Часто видел вдали.
Чаще в местах пустых.
Теперь вот они пришли,
взяв с собой понятых.

Тихо. В двух зеркалах
три голубых окна.
Тихо во всех углах
реют остатки сна.
Пол с потолком связав,
будто бы пряжу ткут.
В рамку тем самым взяв
все, что творится тут.

Тишь. Понятой прикрыл
дверь поплотнее, спит.
Слышен лишь шелест крыл
редкий и стук копыт.
В двух шагах от сего
снег заметает двор,
Двое ищут того,
кто для обоих вор.

Пусть хоть в каждой груди
что-то чужое есть,
жизнь не могла пройти,
не намекнув на месть.
Тихо, совсем один
роюсь в горсти монет.
Глядит на меня блондин,
а рядом стоит брюнет.

Вот и проходит ночь.
Я поднимаю взор.
Оба уходят прочь.
Снова смотрит во двор,
как там витает снег,
тот, кого не найдут,
пусть хоть ищут весь век
ангел и дьявол тут.

(с) И. Бродский

Ласочка (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Сохрани мою тень. Не могу объяснить. Извини.
Это нужно теперь. Сохрани мою тень, сохрани.
За твоею спиной умолкает в кустах беготня.
Мне пора уходить. Ты останешься после меня.
До свиданья, стена. Я пошел. Пусть приснятся кусты.
Вдоль уснувших больниц. Освещенный луной. Как и ты.
Постараюсь навек сохранить этот вечер в груди.
Не сердись на меня. Нужно что-то иметь позади.

Сохрани мою тень. Эту надпись не нужно стирать.
Все равно я сюда никогда не приду умирать,
Все равно ты меня никогда не попросишь: вернись.
Если кто-то прижмется к тебе, дорогая стена, улыбнись.
Человек -- это шар, а душа -- это нить, говоришь.
В самом деле глядит на тебя неизвестный малыш.
Отпустить -- говоришь -- вознестись над зеленой листвой.
Ты глядишь на меня, как я падаю вниз головой.

Разнобой и тоска, темнота и слеза на глазах,
изобилье минут вдалеке на больничных часах.
Проплывает буксир. Пустота у него за кормой.
Золотая луна высоко над кирпичной тюрьмой.
Посвящаю свободе одиночество возле стены.
Завещаю стене стук шагов посреди тишины.
Обращаюсь к стене, в темноте напряженно дыша:
завещаю тебе навсегда обуздать малыша.

Не хочу умирать. Мне не выдержать смерти уму.
Не пугай малыша. Я боюсь погружаться во тьму.
Не хочу уходить, не хочу умирать, я дурак,
не хочу, не хочу погружаться в сознаньи во мрак.
Только жить, только жить, подпирая твой холод плечом.
Ни себе, ни другим, ни любви, никому, ни при чем.
Только жить, только жить и на все наплевать, забывать.
Не хочу умирать. Не могу я себя убивать.

Так окрикни меня. Мастерица кричать и ругать.
Так окрикни меня. Так легко малыша напугать.
Так окрикни меня. Не то сам я сейчас закричу:
Эй, малыш! -- и тотчас по пространствам пустым полечу.
Ты права: нужно что-то иметь за спиной.
Хорошо, что теперь остаются во мраке за мной
не безгласный агент с голубиным плащом на плече,
не душа и не плоть -- только тень на твоем кирпиче.

Изолятор тоски -- или просто движенье вперед.
Надзиратель любви -- или просто мой русский народ.
Хорошо, что нашлась та, что может и вас породнить.
Хорошо, что всегда все равно вам, кого вам казнить.
За тобою тюрьма. А за мною -- лишь тень на тебе.
Хорошо, что ползет ярко-желтый рассвет по трубе.
Хорошо, что кончается ночь. Приближается день.
Сохрани мою тень.

(с) И. Бродский

Cyrine (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Наталья Очкур


Я - Женщина, и, значит, я - Актриса,
Во мне сто лиц и тысяча ролей.
Я - Женщина, и, значит, я - Царица,
Возлюбленная всех земных царей.
Я - Женщина, и, значит, я - рабыня,
Познавшая соленый вкус обид.
Я - Женщина, и, значит, я - Пустыня,
Которая тебя испепелит.
Я - Женщина. Сильна я поневоле.
Но знаешь, даже если жизнь - борьба,
Я - Женщина, я слабая до боли.
Я - Женщина, и, значит, я - Судьба.
Я - Женщина. Я просто вспышка страсти,
Но мой удел - терпение и труд.
Я - Женщина. Я то большое счастье,
Которое совсем не берегут.
Я - Женщина. И этим я опасна.
Огонь и лед навек во мне одной.
Я - Женщина, и, значит, я - Прекрасна
С младенчества до старости седой.
Я – Женщина, и в мире все дороги
ведут ко мне, а не в какой-то Рим.
Я – Женщина, я избранная Богом,
хотя уже наказанная им.

А я мужчина - стало быть боец,
В бою как лев ,и, значит, я отец.
Мужчиная я и, стало быть, опора.
И прятаться не стану за забором.
Мужчина я, и, значит, я без страха.
Мечем рублю я головы с размаха.
Ведь я Мужчина, значит, я силен,
И жизнью на сраженья обречен.
Мужчина я и, значит, слаб.
И в этих сладостных объятьях, я твой раб.
Мужчина я, не ведающий страх,
И лишь любовь к тебе, меня стирает в прах.

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Ушиб растает. Кровь подсохнет.
Остудит рану жгучий йод.
Обида схлынет. Боль заглохнет.
А там, глядишь, и жизнь пройдет.

Строки вяжутся в стишок,
море лижет сушу,
дети какают в горшок,
а большие – в душу.

Коротко и ясно!!!

Время льется, как вино,
сразу отовсюду,
но однажды видишь дно
и сдаешь посуду.

Друзья мои живость утратили,
угрюмыми ходят и лысыми,
хоть климат наш так замечателен,
что мыши становятся крысами.

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Александр Башлачёв

Когда дважды два было только четыре,
Я жил в небольшой коммунальной квартире.
Работал с горшком, и ночник мне светил
Но я был дураком и за свет не платил.

Я грыз те же книжки с чайком вместо сушки,
Мечтал застрелиться при всех из Царь-пушки,
Ломал свою голову в виде подушки.
Эх, вершки-корешки! От горшка до макушки
Обычный крестовый дурак.
- Твой ход, - из болот зазывали лягушки.
Я пятился задом, как рак.

Я пил проявитель, я пил закрепитель,
Квартиру с утра превращал в вытрезвитель,
Но не утонул ни в стакане, ни в кубке.
Как шило в мешке - два смешка, три насмешки -
Набитый дурак, я смешал в своей трубке
И разом в орла превратился из решки.
И душу с душком, словно тело в тележке,
Катал я и золотом правил орешки,
Но чем-то понравился Любке.

Муку через муку поэты рифмуют.
Она показала, где раки зимуют.
Хоть дело порой доходило до драки -
Я Любку люблю! А подробности - враки.
Она даже верила в это сама.
Мы жили в то время в холерном бараке
Холерой считалась зима.

И Верка-портниха сняла с Любки мерку -
Хотел я ей на зиму шубу пошить.
Но вдруг оказалось, что шуба - на Верку.
Я ей предложил вместе с нами пожить.

И в картах она разбиралась не в меру -
Ходила с ума эта самая Вера.
Очнулась зима и прогнала холеру.
Короче стал список ночей.
Да Вера была и простой и понятной,
И снегом засыпала белые пятна,
Взяла агитацией в корне наглядной
И воском от тысяч свечей.

И шило в мешке мы пустили на мыло.
Святою водой наш барак затопило.
Уж намылились мы, но святая вода
На метр из святого и твердого льда.

И Вера из шубы скроила одеяло.
В нем дырка была - прям так и сияла.
Закутавшись в дырку, легли на кровать
И стали, как раки, втроем зимовать.

Но воду почуяв - да сном или духом -
В матросской тельняшке явилась Надюха.
Я с нею давно грешным делом матросил,
Два раза матрасил, да струсил и бросил.
Не так молода, но совсем не старуха,
Разбила паркеты из синего льда.
Зашла навсегда попрощаться Надюха,
Да так и осталась у нас навсегда.

Мы прожили зиму активно и дружно.
И главное дело - оно нам было не скучно.
И кто чем богат, тому все были рады.
Но все-таки просто визжали они,
Когда рядом с ритмами светской эстрады
Я сам, наконец, взял гитару в клешни.

Не твистом свистел мой овраг на горе.
Я все отдавал из того, что дано.
И мозг головной вырезал на коре:
Надежда плюс Вера плюс Саша плюс Люба
Плюс тетя Сережа плюс дядя Наташа...
Короче, не все ли равно.

Я пел это в темном холодном бараке
И он превращался в обычный дворец.
Так вот что весною поделывают раки!
И тут оказалось, что я - рак-отец.

Сижу в своем теле, как будто в вулкане.
Налейте мне свету из дырки окна!
Три грации, словно три грани в стакане.
Три грани в стакане, три разных мамани,
три разных мамани, а дочка одна.

Но следствия нет без особых причин.
Тем более, вроде не дочка, а сын.
А может - не сын, а может быть - брат,
Сестра или мать или сам я - отец,
А может быть весь первомайский парад!
А может быть город весь наш - Ленинград!. .

Светает. Гадаю и наоборот.
А может быть - весь наш советский народ.
А может быть, в люльке вся наша страна!
Давайте придумывать ей имена.

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Я так хочу туда, в начало,
Где столько света и тепла,
И нужно от любви так мало,
Всего лишь чтоб она была,
Где мир глядит в тебя влюбленно
И нежен, словно мягкий мех,
Где чувство неопределенно
И разливается на всех.


Где ты застыл, закрепощенный,
Объятьем маленькой руки,
И жизнь разгадкой воплощенной,
И жизнь разгадкой
Щебечет у твоей щеки.

Или хотя б туда, где зачат
Кромешный быт и неуют,
Где мелочи так много значат,
А сны покоя не дают,
Или туда, где мир развенчан,
Он расплывается в слезах,
Напоминая чьи-то плечи,
Улыбку, волосы, глаза.

Где в первых приступах отчаянья
Любовь, не зная, как ей быть,
Познавши чувство утеканья,
От утеканья
Спешит себя оборонить.

Но только не туда, где поздно
Ее спасать или беречь,
Где все горит, где несерьезно
Ждать повода для новых встреч.
Где собираешься в дорогу,
Чтоб все забыть в чужом краю,
Где чувство тлеет понемногу,
Подтачивая жизнь свою.

Свой взгляд уже не отрываю
От окон и входной двери
Любимая, я умоляю,
Любимая,
Приди, спаси и сохрани

Я так хочу туда, в начало,
Где столько света и тепла,
И нужно от любви так мало,
И нужно мало -
Всего лишь, чтоб она была...

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Виталий Калашников

Вот недолгой отлучки цена:
У дверей – обгоревшая свалка...
Стены целы и крыша цела,
Но внутри... Ах, как жалко! Так жалко,
Словно я потерял средь огня
Дорогого душе человека.
В этой кухне была у меня
Мастерская и библиотека.

Всюду лужи, развалы золы,
И лишь книги одни уцелели:
Плотно стиснуты, словно стволы,
Только вдоль по коре обгорели.
Вещи сгинули или спеклись,
Как забытые в печке ковриги,
Потолок прогорел и провис,
Но не рухнул – оперся на книги.

Черт с ней, с кухней, ведь я не о том,
Речь идет о задаче поэта:
Этот мир с виду прочен, как дом,
Но внутри... Ты ведь чувствуешь это.
Этот запах притих в проводах
И в никчемных пустых разговорах,
И в провисших сырых небесах,
И в глазах чьих-то серых, как порох.

Пламя только таится, оно
Ждет момент, когда б мы приумолкли.
Этот мир уже б рухнул давно –
Его держат книжные полки.

1984

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Света не светит,
Маша не машет,
Люба не любит,
Катя не катит,
Oдна Даша - молодец.

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Как-то раз берёзу скрестили с коноплёй.
Получилось, братцы, просто ой-ёй-ёй,
Выросла берёза, белая душа,
На берёзьих ветках вьётся анаша.
Подойдет к берёзе Ваня— мужичок,
Из берёзьих листьев скрутит косячок.
Помутнеет Ванин разум небольшой,
Но не водкой пахнет, пахнет анашой …
Синие коровы во поле стоят…
На зеленом солнце 10 негретят…
А река шальная станет водопад…
И смеётся Ваня, Ванечка так рад!..
…Был и я когда-то у берёзы той,
С той поры, ребята, потерял покой,
Как назвать берёзу, думаю я, бля…
То ли Коноплёза, то ли Березля!!!

Laska (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Мне нравятся фильмы про мрачного Сталина,
Как ходит задумчиво он по Кремлю
И вешает всех,от Иркутска до Таллина…
Но порно я всё-таки больше люблю.

Мне вестерны в кайф,где индейцы с ковбоями
Друг друга на медленном жарят огне
И очень гордятся своими устоями…
Но порно особенно нравится мне.

Про космос люблю,про убийц-астероидов,
Где Землю спасает бурильщик простой,
Он-самый толковый в команде негроидов…
Но это в сравнении с порно-отстой.

Про рыцарей — тема довольно красивая:
Погибнуть готовы,служа королю!
Кольчуги,мечи,лошадёнка спесивая…
Нет,всё-таки,порно я больше люблю.

И ужасы — жанр,навеки излюбленный,
Люблю,чтоб кровища потоком текла,
Чтоб был там скелет и чтоб палец отрубленный…
Но порно — покруче.Такие дела.

сучка_ (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Тpудное счастье моё спит у меня на плече
Звёзды гоpят для неё ангелы кpужат над ней
Тайная гpусть словно тень легла на губах
Скоpо пpойдёт эта ночь вpемя её сочтено
То что была ты со мной утpом покажется сном
Hе тоpопись вpемя главных слов не успел сказать ей

Пpитомился ангел мой в небесах летая
Hочью погpустил со мной а к утpу pастаял
Сказки кpаткая глава ночь накануне Pождества

Hе гоpюй сеpдце моё я покоpился судьбе
Hе удеpжать мне её не отобpать у небес
Синюю птицу сегодня я отпущу на волю

ностальгия_по_тебе (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора

***

В ночи, когда уснет тревога,
И город скроется во мгле —
О, сколько музыки у бога,
Какие звуки на земле!

Что буря жизни, если розы
Твои цветут мне и горят!
Что человеческие слезы,
Когда румянится закат!

Прими, Владычица вселенной,
Сквозь кровь, сквозь муки, сквозь гроба —
Последней страсти кубок пенный
От недостойного раба!
Сентябрь (?) 1898

буду рассказывать завтро на уроке наизусть=)

Vityn4ik (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Спи, мой мужчина. Истина проста -
Исторглось семя, и безвольно тело.
Дотронусь осторожно и несмело
Дыханием…. Чуть дрогнули уста,
Блаженная улыбка - лёгкий блик,
И снова погрузился ты в нирвану,
Открытый, как ребёнок, всем обманам,
Наивный и счастливый в этот миг.
Расслабились объятья сильных рук,
Так странно… мы почти что не знакомы,
И каждого из нас ждёт кто-то дома.
Луна в окне очерчивает круг.
Пусть ждут - всё это завтра, а сейчас
Ты мой - до каждой клеточки, до дрожи!
Не знаю, после встретимся… быть может…
Так редко выпадает счастья шанс.
Коснусь висков, щеки, морщинок лба
И жилку на ладони поцелую,
Не жертвуя ничем, себя дарую,
Твоей покорна власти и… слаба.
- Люби меня, люби! – без слов шепчу.
Взрывается сознанье сотней радуг.
Там, за окошком ночь идёт в распадок,
И я частицей солнечной лечу…

Полонина Ирина

raisanikolaevna (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Дремота.Сон,Слабеют веки.
Опилками глазная резь.
Заснули Люди-Человеки,
Слетает сонная пригрезь,

Смахнула заморочки дня,
Остались Человек и Вечность.
С радужной вспышкою огня
Сон-Жизнь уносит в Бесконечность.
.. . . . . . . . . . . . . . . .
Синеют губы.Стынут звуки.
Рук неестественный покой.
Сгорбились вечные старухи,
Шепча слова за упокой.

Услышав тихие рыданья,
Ползком крадётся вечный сон.
Нет ни вины,ни оправданья….
Сон-Смерть выносит приговор.

Vityn4ik (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Стол, бутылка, стакан, колбаса... –
и чего не хватает мужчине
для нехитрого счастья сейчас?
Может быть, только гарной дивчины?

Или есть там иные причины,
чтобы счастья простого не знать?!
Так отбрось к чёрту эти кручины
и вкуси, наконец, благодать!

Что же лучше, чем лечь на кровать
со стаканом, наполненным влагой,
и о жизни своей размышлять? –
Не любому дано это благо!

Ну, пожалуйста, будь молодчагой,
в своё сердце впусти чудеса,
сядь за стол, напиши на бумаге:
стол, бутылка, стакан, колбаса...

В.Евсеев

do_not_know (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора
Иосиф Бродский
Прилив (1981)


I

В северной части мира я отыскал приют,
в ветреной части, где птицы, слетев со скал,
отражаются в рыбах и, падая вниз, клюют
с криком поверхность рябых зеркал.

Здесь не прийти в себя, хоть запрись на ключ.
В доме -- шаром покати, и в станке -- кондей.
Окно с утра занавешено рванью туч.
Мало земли, и не видать людей.

В этих широтах панует вода. Никто
пальцем не ткнет в пространство, чтоб крикнуть: "вон!"
Горизонт себя выворачивает, как пальто,
наизнанку с помощью рыхлых волн.

И себя отличить не в силах от снятых брюк,
от висящей фуфайки -- знать, чувств в обрез
либо лампа темнит -- трогаешь ихний крюк,
чтобы, руку отдернув, сказать: "воскрес".

II

В северной части мира я отыскал приют,
между сырым аквилоном и кирпичом,
здесь, где подковы волн, пока их куют,
обрастают гривой и ни на чем

не задерживаются, точно мозг, топя
в завитках перманента набрякший перл.
Тот, кто привел их в движение, на себя
приучить их оглядываться не успел!

Здесь кривится губа, и не стои'т базлать
про квадратные вещи, ни про свои черты,
потому что прибой неизбежнее, чем базальт,
чем прилипший к нему человек, чем ты.

И холодный порыв затолкает обратно в пасть
лай собаки, не то, что твои слова.
При отсутствии эха вещь, чтоб ее украсть,
увеличить приходится раза в два.

III

В ветреной части мира я отыскал приют.
Для нее я -- присохший ком, но она мне -- щит.
Здесь меня найдут, если за мной придут,
потому что плотная ткань завсегда морщит

в этих широтах цвета дурных дрожжей;
карту избавив от пограничных дрязг,
точно скатерть, составленная из толчеи ножей,
расстилается, издавая лязг.

И, один приглашенный на этот бескрайний пир,
я о нем отзовусь, кости' не в пример, тепло.
Потому что, как ни считай, я из чаши пил
больше, чем по лицу текло.

Нелюдей от живых хорошо отличать в длину.
Но покуда Борей забираться в скулу горазд
и пока толковище в разгаре, пока волну
давит волна, никто тебя не продаст.

IV

В северной части мира я водрузил кирпич!
Знай, что душа со временем пополам
может все повторить, как попугай, опричь
непрерывности, свойственной местным сырым делам!

Так, кромсая отрез, кравчик кричит: "сукно!"
Можно выдернуть нитку, но не найдешь иглы.
Плюс пустые дома стоят как давным-давно
отвернутые на бану углы.

В ветреной части мира я отыскал приют.
Здесь никто не крикнет, что ты чужой,
убирайся назад, и за постой берут
выцветаньем зрачка, ржавою чешуей.

И фонарь на молу всю ночь дребезжит стеклом,
как монах либо мусор, обутый в жесть.
И громоздкая письменность с ревом идет на слом,
никому не давая себя прочесть.

V

Повернись к стене и промолви: "я сплю, я сплю".
Одеяло серого цвета, и сам ты стар.
Может, за ночь под веком я столько снов накоплю,
что наутро море крикнет мне: "наверстал!"

Все равно, на какую букву себя послать,
человека всегда настигает его же храп,
и в исподнем запутавшись, где ералаш, где гладь,
шевелясь, разбираешь, как донный краб.

Вот про что напевал, пряча плавник, лихой
небожитель, прощенного в профиль бледней греха,
заливая глаза на камнях ледяной ухой,
чтобы ты навострился слагать из костей И. Х.

Так впадает -- куда, стыдно сказать -- клешня.
Так следы оставляет в туче кто в ней парил.
Так белеет ступня. Так ступени кладут плашмя,
чтоб по волнам ступать, не держась перил.

Ласочка (Стихи_любимых_поэтов) все записи автора Вместе они любили
сидеть на склоне холма.
Оттуда видны им были
церковь, сады, тюрьма.
Оттуда они видали
заросший травой водоем.
Сбросив в песок сандалии,
сидели они вдвоем.

Читать далее

(с) И. Бродский