В докладе 7-го отделения Политотдела 61-й армии 1-го Белорусского фронта от 11 мая 1945 г."О работе американской армии и военных властей среди немецкого населения" сообщалось:
   "Американским солдатам и офицерам запрещено общаться с местным населением. Этот запрет, однако, нарушается. За последнее время было до 100 случаев изнасилования, хотя за изнасилование получается расстрел".

    Австралийский военный корреспондент Осмар Уайт, который в 1944-1945 гг. находился в Европе в рядах 3-й американской армии под командованием Джорджа Патона писал:
    "После того как боевые действия переместились на немецкую землю, солдатами фронтовых частей и теми, кто следовал непосредственно за ними, было совершено немало изнасилований.
      Количество их зависело от отношения к этому старших офицеров. В некоторых случаях личности нарушителей были установлены, они были отданы под суд и наказаны.
   Юристы держались скрытно, но признавали, что за жестокие и извращенные половые акты с немецкими женщинами некоторые солдаты были расстреляны (особенно в тех случаях, когда это были негры). Однако я знал, что многие женщины были изнасилованы и белыми американцами. Никаких акций против преступников предпринято не было.
    На одном участке фронта один довольно заслуженный командующий остроумно заметил: "Совокупление без беседы не является братанием с противником!"
      Другой офицер как-то сухо заметил по поводу приказа о недопустимости "братания": "Определенно, это впервые в истории, когда серьезное усилие прилагается для того, чтобы лишить солдат права на женщин в побежденной стране".
    Интеллигентная австрийка средних лет из Бад-Хомбурга говорила: "Разумеется, солдаты берут женщин... После оккупации этого города на протяжении многих ночей нас будили солдаты, стуча в двери и требуя Fraulen. Иногда они врывались в дом силой. Иногда женщинам удавалось спрятаться или убежать".

    "Запрет на братание" (no-fraternisation rule), провозглашенный сразу же после вступления американцев на немецкую территорию, так никогда и не действовал. Он был абсурдно искусственным, и ввести его в действие было просто невозможно. Первоначально он был направлен на предотвращение сожительства британских и американских солдат с немецкими женщинами.
     Но как только закончились бои и войска были размещены по местам постоянной дислокации, значительное количество офицеров и солдат, особенно из состава военной администрации, начало завязывать с немецкими женщинами отношения всех категорий - от хождения к проституткам, до нормальных романов…
      После нескольких убогих и бессмысленных военных судов над козлами отпущения "запрет на братание" превратился в пустой звук.
Насколько я знаю, солдаты из американской дивизии, которая освободила Бухенвальд в апреле, спали с немками уже к концу мая. Они сами хвастались этим.
    Когда лагерь расчистили и превратили в центр для перемещенных лиц, ряды бараков, в которых сотни восточноевропейцев умерли от голода и болезней, были обставлены награбленной в Веймаре мебелью и превращены в бордель. Он процветал и снабжал лагерь бесчисленными консервами и сигаретами".
++++++++++++++
     В вышедшей в 1946 г. в США брошюре Остина Эппа "Изнасилование женщин завоеванной Европы" приводятся несколько сообщений американской и английской прессы:

Сильвестер Михельфельдер (Sylvester Michelfelder), лютеранский пастор, писал в «Крисчен Сенчери» (Christian Century): «Толпы безнаказанных бандитов в английской и американской форме грабят поезда. Женщин и девочек насилуют на глазах у всех. Их заставляют ходить голыми».
     "Джон Дос Пассос в журнале Life от 7 января 1946 г. цитирует "краснощекого майора", заявляющего, что "похоть, виски и грабеж - награда для солдата".
    Один военнослужащий писал в журнале Time от 12 ноября 1945 г.: "Многие нормальные американские семьи пришли бы в ужас, если бы они узнали, с какой полнейшей бесчувственностью ко всему человеческому наши ребята вели себя здесь... "
    Эдвард Уайз в своем дневнике писал: "Перебрались в Оберхунден. Цветные ребята устроили здесь черт-те что. Они подожгли дома, резали всех подряд немцев бритвами и насиловали".

      Армейский сержант писал: "И наша армия и британская армия... внесли свою долю в грабежи и изнасилования... Хотя эти преступления не являются характерными для наших войск, однако их процент достаточно велик, чтобы дать нашей армии зловещую репутацию, так что и мы тоже можем считаться армией насильников".

Итальянец, переживший американские бомбардировки, констатирует, что чернокожие американские войска, размещённые в Неаполе, с разрешения своего начальства имели свободный доступ к бедным, голодным и униженным итальянским женщинам. Результатом этих межрасовых изнасилований и сексуального рабства было производство поколения жалких расовосмешанных детей, наследие жестокого завоевателя.

      Дневной рацион немцев, установленный западными оккупационными властями, был ниже, чем американский завтрак. Поэтому не случайной выглядит запись, характеризующая военную проституцию:
     "5 декабря 1945 г. "Christian Century" сообщал: "Американский начальник военной полиции подполковник Джеральд Ф. Бин сказал, что изнасилования не являются проблемой для военной полиции, поскольку немного еды, плитка шоколада или кусок мыла делают изнасилование излишним. Задумайтесь над этим, если вы хотите понять положение в Германии".

Согласно сообщению «Ассошиэйтед Пресс» от 12 сентября 1945 года, озаглавленному «Немецко-американские браки запрещены», правительство Франклина Рузвельта известило своих солдат, что браки с неполноценными немками категорически запрещены, но, кто имеет внебрачных детей от тех немецких женщин, чьи мужья или женихи считаются погибшими, пленными или заключёнными в концлагерях, могут рассчитывать на денежное пособие 


     По сообщению журнала "Тайм" от 17 сентября 1945 года, правительство поставляло солдатам примерно 50 миллионов презервативов в месяц с живописными иллюстрациями по их использованию. Фактически солдатам говорилось: "Преподайте этим немцам урок, - и приятно проведите время!"
    Автор одной из статей в "New York World Telegram" от 21 января 1945 г. констатировал: "Американцы смотрят на немок как на добычу, подобно фотоаппаратам и Люгерам".
       Д-р Г. Стюарт в медицинском отчёте, представленном генералу Эйзенхауэру, сообщал, что за первые шесть месяцев американской оккупации уровень венерических заболеваний возрос в двадцать раз по сравнению с уровнем, который был прежде в Германии".

Лондонская «Уикли Ревью» (Weekly Review) от 25 октября 1945 года описывала это так:
«Беспризорные молодые девушки открыто предлагают себя за еду или ночлег... всё очень просто, для продажи у них осталась единственная вещь, и они её продают... как способ умереть, это может быть даже хуже, чем голод, но это отодвигает смерть на месяцы, или даже годы».

Д-р Джордж Н. Шустер (George N. Shuster) президент колледжа Хантер, писал в декабре 1945 года в «Католик Дайджест» (Catholic Digest) после посещения американской оккупационной зоны: «Вы сказали этим всё, когда вы говорите, что Европа является сейчас местом, где женщина проиграла многолетнюю борьбу за благопристойность, потому что только бесстыдные остались живы".

 Своей официальной политикой Союзники создали такие условия, при которых, только те матери могли спасти своих детей от голодной смерти, которые сами, или чьи сестры становились наложницами оккупационных войск. По общему признанию, наши официальные лица снизили дневной рацион немцев до уровня ниже, чем американский завтрак, уровня, который медленно, но верно ведёт к смерти, если не принять меры.

Согласно свидетельским показаниям, данным в Сенате США 17 июля 1945 года, когда колониальные французские войска под командованием Эйзенхауэра, - в большинстве своем африканцы, -вошли в немецкий город Штуттгарт, они согнали немецких женщин в метро и изнасиловали около двух тысяч из них. В одном только Штуттгарте войска под командованием Эйзенхауэра изнасиловали больше женщин за одну неделю, чем немецкие войска изнасиловали во Франции за целых четыре года. Фактом является то, что из всех основных воюющих сторон во Второй Мировой Войне у немецкий войск был несравненно самый низкий показатель изнасиловании и грабежей.

Фактом является то, что уровень изнасилований немецкой армией на оккупированных Германией территориях был даже ниже чем, уровень изнасилований у американских войск, расположенных на американской же земле!

Согласно лондонской «Международной Службе Новостей» от 31 января 1946 года, когда жены американских солдат приехали в Германию, то они получили специальное разрешение носить военную форму, потому что «Джи-Ай [американские солдаты] не хотели, чтобы, оккупационные войска по ошибке приняли их за фрой-лян [нем. девушки]». Автор одной из статей в «Нью-Йорк Уорлд Телеграмм (New York World Telegram) от 21 января 1945 года констатировал; "Американцы смотрят на немок как на добычу, подобно фотоаппаратам и Люгерам". Д-р Г. Стюарт (G. Stewart) в медицинском отчёте, представленном генералу Эйзенхауэру, сообщал, что за первые шесть месяцев американской оккупации уровень венерических заболеваний возрос в двадцать раз по сравнению с уровнем, который был прежде в Германии.

Сегодня мало кто помнит, что в 1940-х годах Союзники, которые уже тогда называли своё создаваемое мировое правительство «Объединёнными Нациями», преследовали политику безоговорочной капитуляции, означавшую, что немцы должны были подчиниться оккупационному правительству, чьи намерения, - геноцидный «План Моргентау» (Morgenthau Plan) - низвели бы Германию на средневековый уровень, и сократили её население искусственным голодомором. Пойдите в большую библиотеку и закажите книгу Секретаря Моргентау, «Германия - наша проблемам (Germany is our problem), Harper and Brothers,

1945. Вы увидите использование термина «Объединённые Нации» на переднем форзаце и в предисловии Франклина Д. Рузвельта. Видный еврейский писатель в Америке Теодор Кауфман (Theodore Kaufman) написал в 1941 году книгу, озаглавленную «Германия должна погибнуть» (Germany Must Perish), в которой он проповедовал истребление всех немцев путём стерилизации.

Книга Кауфмана получила благосклонные отзывы в главных американских журналах и газетах. Другие книги, такая как «Что делать с Германией» (What to do with Germany) Луи Ницера (Louis Nizer), также способствовали нагнетанию атмосферы нетерпимой антинемецкой ненависти. Военная пропаганда и официальная политика совместно создали образ немца как недочеловека, заслуживающего если не истребления, то бесконечного наказания.

В январе 1945 года Черчилль сказал немцам: «Мы, союзники, - не чудовища. По крайней мере, я могу это сказать Германии от имени Объединённых Наций... Мир, хотя и на основе безоговорочной капитуляции, принесёт Германии и Японии огромное и немедленное облегчение всех бедствий и страданий".

Этому лживому заверению покойный д-р Остин Aпп противопоставил правду: Эти Союзники, которые были «не чудовища» в действительности изнасиловали больше европейских женщин, чем было изнасиловано во всей мировой истории. Они посадили Германию на диету голодомора. По прямому приказанию Дуайта Эйзенхауэра они убили свыше миллиона немецких военнопленных. Они ограбили 12 миллионов человек, лишив их своих домов, добра, еды и даже одежды, и выгнав с их родины. Они забрали у них четвёртую часть всех сельскохозяйственных земель, забрали у них корабли, заводы и сельскохозяйственные орудия труда, а затем приказали им жить земледелием.

Они замучили и заморили голодом до смерти больше немецких детей, чем было евреев, когда-либо живших в Германии. Они изнасиловали и развратили сотни тысяч немецких, австрийских и венгерских женщин и девочек от восьми до восьмидесяти лет. За один лишь год мирного времени они умертвили в пять раз больше немцев, чем их умерло за пять лет войны. Да, да, конечно, эти люди из Объединённых Наций, эти люди из Нового Мирового Порядка - не чудовища.

 
++++++++++++++++++
    "Райская жизнь" в западной зоне оккупации оказалась такова, что даже запуганные пропагандой о русских зверствах беженцы постепенно возвращались в районы, занятые советскими войсками.
    Так, в докладе И.Серова Л.Берии от 4 июня 1945 г. о проведенной работе за май месяц по обеспечению населения г. Берлина говорилось:
     "Путем опроса возвращающихся берлинцев установлено, что немцы, проживающие на территории союзников, подвергаются жестокому обращению английских и американских войск, в связи с чем они возвращаются на нашу территорию.
    Кроме того, немецкое население, проживая на территории союзников, уже испытывает голод в снабжении продовольствием. В течение месяца с момента занятия советскими войсками Берлина в город вернулось около 800 тыс. человек, бежавших с отступавшими германскими частями, в результате чего число его жителей увеличилось до 3 млн. 100 тыс. чел., с нашей стороны снабжение населения хлебом проводится регулярно, по установленным нормам, и никаких перебоев за это время не было".

    Первый бургомистр Боннака (район Лихтенберг) заявил, комментируя введенные русским командованием нормы питания для жителей Берлина:
   "Все говорят, что такие высокие нормы нас поразили. Особенно высокие нормы на хлеб. Каждый понимает, что мы не может претендовать на такое питание, которое установлено русским командованием, поэтому с приходом Красной Армии мы ждали голодной смерти и отправку оставшихся в живых в Сибирь. Ведь это поистине великодушие, когда мы на деле убедились, что установленные сейчас нормы являются выше, чем даже при Гитлере...
    Население опасается только одного – не перейдут ли эти районы американцам и англичанам. Это будет крайне неприятно. От американцев и англичан ждать хорошего снабжения не приходится".

      Житель города Гофман в разговоре с соседями высказался так: "Из рассказов прибывающих в Берлин немцев с территории, занятой союзниками, известно, что они очень плохо относятся к немцам, избивают плетками женщин. Русские лучше, они хорошо обращаются с немцами и дают питание. Я желаю, чтобы в Берлине были только русские".
    О том же на основе собственного опыта в кругу соседок говорила и вернувшаяся в Берлин немка Эда: "На территории, занятой союзниками, немцам живется очень трудно, так как отношение плохое - часто бьют палками и плетками.
    Мирным жителям разрешается ходить только в установленное время. Питания не дают. Очень многие немцы пытаются перейти на территорию, занятую Красной Армией, но их не пускают".
+++++++++++++++++
      Обер-ефрейтор Кописке вспоминал: "Мы вышли к деревне Мекленбург... Там я увидел первых "томми" - трех ребят с легким ручным пулеметом, видимо, пулеметное отделение.
    Они лениво развалились на копне сена и даже не проявили интереса ко мне. Пулемет стоял на земле. Повсюду толпы народа шли на запад, некоторые даже на повозках, но англичанам это явно было до лампочки.
    Один на губной гармошке наигрывал песенку. Это был только передовой отряд. Либо они просто больше не брали нас в расчет, либо у них было какое-то свое, особое представление о ведении войны.
      Чуть дальше, на железнодорожном переезде перед самой деревней, нас встретил пост по сбору оружия и часов. Я думал, что мне это снится: цивилизованные, благополучные англичане отбирают часы у заросших грязью немецких солдат!
    Оттуда нас отправили на школьный двор в центре деревни. Там уже собралось немало немецких солдат. Охранявшие нас англичане катали между зубов жевательную резинку - что было для нас в новинку - и хвалились друг перед другом своими трофеями, высоко вскидывая руки, унизанные наручными часами".

    Из мемуаров Осмара Уайта: "Победа подразумевала право на трофеи. Победители отбирали у врага все, что им нравилось: выпивку, сигары, фотоаппараты, бинокли, пистолеты, охотничьи ружья, декоративные мечи и кинжалы, серебряные украшения, посуду, меха.
    Военная полиция не обращала на это внимания до той поры, пока хищные освободители (обычно солдаты вспомогательных частей и транспортники) не начали красть дорогие машины, антикварную мебель, радиоприемники, инструменты и другое промышленное оборудование и придумывать хитрые методы контрабандной доставки краденого на побережье с тем, чтобы потом переправить это в Англию.
    Только после окончания боев, когда грабеж превратился в организованный криминальный рэкет, военное командование вмешалось и установило закон и порядок. До того солдаты брали, что хотели, и немцам при этом приходилось несладко".

Похоже, немцы-германцы понимают язык только силы... Ведь Сталин, в отличии от западных союзников, обеспечил побеждённым немцам - не превращение Германии в "страну свинопасов" - как хотели США, Англия и Франция, а вариант наиболее благоприятного развития для немцев в той ситуации, т.е. восстановление городов, промышленности - народного хозяйства страны (в то время когда наша страна ещё голодала в Восточную Германию гнали эшелоны с продовольствием, как и в Польшу, Чехословакию, Венгрию, Румынию, Болгарию, Югославию). И этим самым, Сталин - в конечном итоге, повлиял на последующий пересмотр политики западных союзников в отношении побеждённой Германии. Они перестали превращать немцев и немок в своих рабов - начались долларовые инвестиции (план Маршалла с апреля 1948). Вот так США жёстким "кнутом и пряником" - "купили" себе Германию и их народ.

 

По советским же законам того времени /1945/ - за насилие над мирным населением Германии - советские военные лица подлежали трибуналу, вплоть до расстрела. И что же - в кратчайшие сроки восстановили им страну (ГДР), получилось - "на свою голову", ведь уже начиная с 50-ых годов, многие восточные немцы "мечтали" о воссоединении с ФРГ, где совсем недавно западные союзники устроили настоящий геноцид против покорённых немцев.
Даже у Берии, когда он пришёл к власти в 1954 году, возникла задумка о воссоединении (передачи ГДР) Германии... вот такая там была ситуация...

Дополнительно: Вот приказ Сталина от 19 января 1945 года:

Офицеры и красноармейцы! Мы идем в страну противника. Каждой должен хранить самообладание, каждый должен быть храбрым...Оставшееся население на завоеванных областях, независимо от того немец ли, чех ли, поляк ли, не должно подвергаться насилию. Виновные будут наказаны по законам военного времени. На завоеванной территории не позволяется половые связи с женским полом. За насилие и изнасилования будут виновные расстреляны.

А вот ещё один документ:

директива Ставки Верховного Главнокомандования
командующим войсками и членам военных советов
1-го Белорусского и 1-го Украинского фронтов об изменении
отношения к немецким военнопленным и гражданскому населению

20 апреля 1945 г.
Ставка Верховного Главнокомандования приказывает:
1. Потребуйте изменить отношение к немцам как к военнопленным, так и к гражданским. Обращаться с немцами лучше. Жестокое отношение с немцами вызывает у них боязнь и заставляет их упорно сопротивляться, не сдаваясь в плен. Гражданское население, опасаясь мести, организуется в банды. Такое положение нам невыгодно. Более гуманное отношение к немцам облегчит нам ведение боевых действий на их территории и, несомненно, снизит упорство немцев в обороне.
2. В районах Германии к западу от линии устье реки Одер, Фюрстенберг, далее река Нейсе (западнее) создавать немецкие администрации, а в городах ставить бургомистров — немцев. Рядовых членов национал-социалистической партии, если они лояльно относятся к Красной армии, не трогать, а задерживать только лидеров, если они не успели удрать.
3. Улучшение отношения к немцам не должно приводить к снижению бдительности и панибратству с немцами.
Ставка Верховного Главнокомандования.
И.СТАЛИН
АНТОНОВ