Я совсем не отношусь к числу тех, кто бездумно восхваляет нынешнюю российскую власть. Более того, скажу честно и доверительно: она мне совсем не нравится. Она воровата, цинична, растленна, склонно к постоянным безобразиям и актам вандализма.

Но, в отличии от разных балаболов и извращенцев, я понимаю, что она (российская власть) не сама собой такою стала. Её такой сделали. И сделал её такой наш народ.

Выходя на улицу я, как и вы, вижу перед собой типичного мужичка из народа – вороватого растленного безобразника. Эта типичность и сформировала нынешнюю вертикаль власти – отразившей, словно в зеркале все пороки народной толщи.

Поймите, при формировании власти ВАЖНО НЕ ТАК, КАК ЧЕЛОВЕК ГОЛОСУЕТ, А КАК ОН ЖИВЕТ. При голосовании человек склонен к обману и самообману, он часто врет другим и себя, стараясь казаться (в том числе и в собственных глазах) лучше, чем есть на самом деле.

Так воришка голосует за честность.

Так тунеядец голосует за труд.

Так тайный развратник голосует за мораль.

Порой они очень искренни в своем самообмане, и искренне ругаются, что их голоса украли. НО ВЛАСТЬ У НИХ НЕ ТАКАЯ, КАКИМИ ОНИ ХОТЯТ КАЗАТЬСЯ, А ТАКАЯ, КАКИЕ ОНИ НА САМОМ ДЕЛЕ.

Наша власть – со всеми её пороками – это наш внутренний продукт, это дитя, выношенное в утробе народной и плоть от плоти народной. И тут уж на зеркало неча пенять…

Кто такие полицейские, судьи, прокуроры, офицеры-силовики, как не мы сами и наши друзья-родственники? Разве они с другой планеты? Разве они не учились в одной с нами школе, не росли в одном с нами дворе, не слушали одни с нами песни, не читали одни с нами книги?

Разве мы ежечасно не сталкиваемся с ними в быту и не влияем на их поведение своим мнением?

Разве всякий высокопоставленный чиновник не начинал с мелкой должности, выдвиженцем из народной толщи? И разве его не выбраковали бы прямо там, уже на первой, нижней стадии, выдвижения, если бы он не соотвествовал представлениям народа о правильном и неправильном?

Как может десяток генералов, вооруженных легкими пистолетами заставить сделать что-то тысячи вооруженных автоматами и базуками солдат, что ВСЕ солдаты ПО-НАСТОЯЩЕМУ, НА САМОМ ДЕЛЕ не хотят?

Это же бред – думать, что СЛОЖИВШАЯСЯ ИЗ НАС И ПОД НАШИМ ДАВЛЕНИЕМ ВЛАСТЬ ЧУЖЕРОДНА НАМ.

Разве всякий политик – не есть ловкий хамелеон, приспосабливающийся под мнение большинства, верткий, как флюгер? Разве для того, чтобы усидеть в высоком кресле он не изобразит ЛЮБОЕ лицо – какое бы не запросила масса?

Тогда почему сейчас он повернут к нам лицом вороватого растленного безобразника и вандала?

Не потому ли, что мы дали такой «заказ от масс»?

Власть – говорю я Вам – ЭТО ТОЧКА ВЗАИМНОГО УРАВНОВЕШИВАНИЯ ДЕЙСТВУЮЩИХ В ОБЩЕСТВЕ СИЛ.

Каково общество – такова и точка. Сумма равна своим слагаемым.

Чтобы вы мне поверили, я решил процитировать великого Н.Гоголя (письмо Белинскому 1847 года). А как будто вчера написано: «Вы говорите, кстати, будто я спел похвальную песнь нашему правительству. Я нигде не пел. Я сказал только, что правительство состоит из нас же. Мы выслуживаемся и составляем правительство. Если же правительство огромная шайка воров, или, вы думаете, этого не знает никто из русских? Рассмотрим пристально, отчего это? Не оттого ли эта сложность и чудовищное накопление прав, не оттого ли, что мы все кто в лес, кто по дрова? Один смотрит в Англию, другой в Пруссию, третий во Францию…»

И ещё острее, ещё современнее – как будто сегодня сказано Николаем Васильевичем, великим сыном русского народа и писателем мировой величины: «Вы говорите, что спасенье России в европейской цивилизации. Но какое это беспредельное и безграничное слово!

Хоть бы вы определили, что такое нужно разуметь под именем европейской цивилизации, которое бессмысленно повторяют все. Тут и фаланстерьен, и красный, и всякий, и все друг друга готовы съесть, и все носят такие разрушающие, такие уничтожающие начала, что уже даже трепещет в Европе всякая мыслящая голова и спрашивает невольно, где наша цивилизация? И стала европейская цивилизация призрак, который точно никто покуда не видел, и ежели пытались ее хватать руками, она рассыпается. И прогресс, он тоже был, пока о нем не думали, когда же стали ловить его, он и рассыпался».

Гоголь видел далеко вперед. Но то, что в XIX веке было видно только гению – сегодня уже и обывателю очевидно: Запад не просто идет в тупик, он уже зашел в него, и погряз в нем, как в трясине.

Если при Гоголе Европа была живым, заживо разлагавшимся организмом, то в наши дни – это уже мертвая туша, в которой живы только копошащиеся паразиты.

Копировать эту мертвечину может только или безумец, или преступник. Да и невозможно внести ген одного вида в организм другого вида так, чтобы не вызвать жуткую и омерзительную мутацию.

Георг Гегель, которого малообразованные школьники по иронии судьбы часто путают с Гоголем, высказал то же самое, что и Гоголь, но на языке философии: «Основной гегелевской мыслью является положение «Все действительное разумно, все разумное действительно» -сообщает энциклопедическая статья.

Иначе говоря – всякое внешне проявляющееся состояние системы соответствует её внутреннему состоянию, её настрою. Всякое несовершенство действия объясняется через неумелость делателя. Всякая патология соответствует образу жизни, приведшему к этой патологии.

И в этом смысле наша власть – действительно НАША, потому что все её несовершенства – это наши несовершенства, которые мы ей передали.

При этом мы далеко не безнадежны. Ведь все познается в сравнении!

Да, наш средний мужичок вороват – но ведь и милосердие стучится порой в его сердце! Да, он растленный циник, но ведь и глубокие мысли порой приходят в его голову!

И потому он на голову выше западного человека-зомби, запрограммированного биоробота, который давно уже ни о чем не думает, и не грешит по той причине, что и само понятие греха давно уже потерял.

Быть преступником может только тот, кто осознает грань, через которую ПРЕСТУПАЕТ. Животное не может быть преступным – потому животных и не судят за убийства или вредительство. Животное руководствуется инстинктами, т.е. не имеет собственной личности, обладает только стандартной видовой личностью.

Осознание грани у наций русской цивилизации соседствует с полным стиранием всех граней у представителей окружающих цивилизаций (или даже антицивилизаций).

Мы были весь ХХ век и остаемся ныне МАЯКОМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА, его всепланетарной надеждой. И если мы прекратим, наконец, паясничать, и сформулируем ОБЩУЮ национальную идею, если вместо базарного гвалта национальная мысль превратится в хоровое пение, мысленно настаивающее на чем-то ОДНОМ ДЛЯ ВСЕХ – закончатся и наши проблемы с правительством.

Оно при таком раскладе (ясно выраженной общей воле масс) либо сменится, либо переменится. Оно избавится от тех, кто неспособен жить иначе, и заживет с оставшимися совсем иначе. И это будет не его добрая воля, а его вынужденная необходимость.

Нигде и никогда правительство не действует само по себе – ибо само по себе оно лишь звук пустой. ЦАРЬ ТОЛЬКО ТЕМ И ОТЛИЧАЕТСЯ ОТ ГОРОДСКОГО СУМАСШЕДШЕГО, ОБЪЯВИВШЕГО СЕБЯ ЦАРЕМ, ЧТО РЕАЛЬНО ВОПЛОЩАЕТ ЧЬИ-ТО МАССОВЫЕ ИНТЕРЕСЫ, ЗА НИМ РЕАЛЬНО СТОИТ ОБЩЕСТВЕННОЕ УБЕЖДЕНИЕ.

Если не останется миллионов людей, убежденных в правоте царя – то и царя не останется. И мы увидим одинокого потерянного человечка на станции Дно или в Кремле, Николая Романова или Михаила Горбачева, НИКОМУ БОЛЬШЕ НЕ ИНТЕРЕСНЫХ.

Поэтому власть не может ВЫВЕСТИ НАС ИЗ БЕЗОБРАЗИЯ. Она может только скулить, призывая нас к этому, гнать в этом направлении пропаганду, умолять, заклинать, запугивать чисто магическими по своей природе пустышками.

-Я сейчас всех коррупционеров расстреляю!

Ну и как ты это сделаешь, один-то? Возьмешь пистолетик и пойдешь из кабинета в кабинет… А у них и свои пистолеты имеются…

Поэтому такого рода заявы правителя – только магическая пустышка, призванная заворожить легковерных и подтолкнуть к выбору колеблющихся. До тех пор, пока нет МИЛЛИОНОВ ЛЮТО НЕНАВИДЯЩИХ КОРРУПЦИЮ людей – невозможна и борьба с ней. До тех пор, пока общество ясно не выразило – чего оно хочет (как наше, сегодняшнее) – не будет и ясной власти. В своих метаниях между кланами и группами власть так и будет принимать половинчатые и компромиссные решения, производя со стороны вид шизофренички.

Поэтому главное для нас сейчас – сформулировать и общественным консенсусом принять национальную идею. Самим понять и всему миру объявить – за что будем благодарны, а за что голову оторвем.

Проблема власти в этот момент решится сама собой. Никакя власть не может пойти против общественного мнения – если, конечно, это общественное мнение СУЩЕСТВУЕТ, если общество не раскололось на множество микроскопических сект, галдящих каждая о своем…

А.Леонидов(Филиппов), специально для НСН «Венед»