смотрю на пустое поле сообщения и не знаю, как это написать и как сказать.
событие года было не озвучено

...произошло так в том, ушедшем году, что я поняла, что больше не люблю. Не люблю того, кого должна.

Странно и страшно звучит: с определенного момента вдруг оказывается, что ты ДОЛЖНА. Любить, заботиться, разделять, понимать, чувствовать. Замечать. Оставлять, когда надо оставить. Не давить, когда надо не давить.
И вот похоже два этих последних момента происходили за последнее время слишком часто.
Нет, не про последнее время я говорю. Про вредя до октября. До середины октября.

И конечно должен был появиться кто-то третий, чтобы показать небо тому, у кого нет крыльев. Показать огонь тому, кто давно заложил очаг кирпичом - наверно, ради сохранности. Дать чистого воздуха в вечно болеющие легкие.
А после этого начался уж совсем кошмар... и полет. И счастье, и беда, боль и ожидание. Отчаяние и страх...

И если бы я видела хоть один шанс остаться, и остаться живой, - я бы им воспользовалась. И никуда не поехала. Уж больно это... больно, и страшно, и жутко. И я не о себе. Вернее, не только о себе. И в первую очередь не о себе.
У меня лично давно кончились все эмоции. Осталось только желание заползти в нору, где я буду совсем одна, и спать там долгим-долгим сном, пока не восстановлю хоть частичку. Ту ГЛАВНУЮ частичку себя...

- Алиса, милая, как же я ей помогу? - спросила Лемешева ласково. - Она мертвая. Уже минут пять как. Не рассчитала, выложилась вся.
Я поспешно убрала руку. Безвольное тело Ольги подергивалось в кресле, опущенный подбородок елозил по груди.
- Ты что, не чувствуешь? - прошептала Жанна. - Алиска, ты что?
Отличать живое от мертвого - на это даже заклинаний никаких не надо. Элементарная работа с силой. Та тонкая материя, которую некоторые называют душой, чувствуется сразу... если она на месте.
- Слишком много сил отдала! - поняла Ленка. - Ой, Алиса, да ты же теперь пустышка! Лет на пять - пустышка. Вот как Юля Брянцева два года назад выложилась на операции, так до сих пор в сумрак войти не может!
- Не дождетесь, - только и сказала я, пытаясь сохранить спокойное лицо. - Согласно инструкции, мне помогут восстановится.*


Счастье, когда два человека теряют друг друга одновременно... но вот когда нет - это... это самодельный ад на Земле.
Ведь ад - не место.

Я люблю тебя. Как человека, как саму суть тебя.
Но не могу быть с тобой. Потому что не люблю так, как должна.

PS
и не хочу потерять тебя совсем.
надеюсь, когда-нибудь я смогу не причинять тебе боли одним своим видом.
И надеюсь когда-нибудь обрадоваться твоему новому счастью.
Я знаю, что ты надеешься на другое. Я не могу и не хочу разбивать эту надежду.
Потому что не оракул. И не знаю, что произойдет на этот раз.

*Сергей Лукьяненко, Владимир Васильев. Дневной дозор