Как неумолимо бежит время. Уже родилось несколько новых поколений, которым вполне простительно забыть не только образ, но самое имя одной женщины, судьба которой была тесно связана с Одессой. В дореволюционном кино было много «королей экрана» (Мозжухин, Полонский, Максимов), но «королева» была одна — это не обсуждалось, и не надо было доказывать, это была аксиома, потому что это была Вера Холодная.

Звёзды не гаснут, они уходят
16 февраля 1919 года возле дома Папудова на Соборной площади стояла молчаливая толпа. И было что-то тревожное и пугающее в молчании обычно шумных и общительных одесситов.
Там, в доме за окнами, на которые были устремлены все взоры, умирала молодая женщина — любовь всего города, любовь России — женщина, чьё имя в эти тревожные послереволюционные годы давало хоть какую-то веру, уже хотя бы потому, что и сама она была Вера — Вера Холодная, «королева киноэкрана».

Накануне она выступала на благотворительном вечере, танцевала, разгорячённая вышла на балкон, где её прохватило резким морским ветром. У неё началась «испанка» (так тогда называли грипп). Одесские медицинские светила, профессора Коровицкий и Усков, пытались совершить чудо. Но чем? Антибиотиков не было. Давали аспирин да растирали камфарным спиртом.
Вечером в половине восьмого из подъезда дома, рыдая, выбежала какая-то девочка, и через мгновение все уже знали — умерла.
А когда 19 февраля пронёсся слух, что в 4 часа утра произойдёт вынос тела артистки из дома Папудова в Преображенский кафедральный собор для отпевания, — почти вся Одесса в 4 часа утра в лютый февральский мороз собралась здесь, чтобы проводить свою любимицу.


Аппетиты королевы
Особенно в эти дни переживал друг Веры Холодной Александр Вертинский. Ему казалось, что это он накликал беду. «Однажды, ещё в Москве, — вспоминал он, — я принёс показать ей одну свою песню, которая была мне особенно дорога «Ваши пальцы пахнут ладаном». Верочка, которая изумительно пела, попробовала песню за роялем и сказала, что это лучшее, из того, что я до сих пор писал. И тогда в каком-то порыве я схватил перо и на нотах написал посвящение: «Королеве экрана — Вере Холодной».
Она замахала на меня руками:
— Что вы сделали! Не надо! Не хочу! Чтобы я лежала в гробу! Ни за что! Снимите сейчас же посвящение!
Помню, тогда я немного даже обиделся».
Связано ли всё в жизни некой нитью судьбы, трудно сказать. Не вызывает сомнения одно: первым назвал Веру Холодную «королевой экрана» именно Вертинский.
А ведь тогда даже предположить столь ошеломительный взлёт было непросто.
У неё была прозаическая фамилия Левченко и простое русское имя Вера. Бесхитростная мама звала свою доньку «полтавской галушкой» за сказочный с самого детства аппетит, который сумел удивить даже хлебосольную Полтаву, где в 1893 году в семье учителя местной гимназии родилась Вера.
Она — а это замечали все — была ребёнком необычным. Не по годам серьёзная, она уже в 12 лет беседовала со взрослыми только «на равных» и поражала кругом вопросов, какие её интересовали. Что ж, дом учителя, полный книг, был тому виной (что не грозит, кажется, многим нынешним детям).
На выпускном гимназическом балу Вера познакомилась с молодым юристом Владимиром Холодным и, как вы поняли по её новой фамилии, с радостью сделала её своею. Эта любовь выдержала все испытания: и испытание разлукой (во время войны 1914 года муж Владимир Григорьевич сражался на фронте), и самое большое испытание — испытание славой (когда Веру Холодную как «королеву экрана» окружали сотни поклонников).


Коронация королевы
Карьера её была почти голливудской. Никому неизвестная девочка влюбилась в кинозвезду немого кино Асту Нильсен. Нильсен была, пожалуй, единственной из тогдашних актрис, кто вместо принятых тогда в кинематографе внешних проявлений чувств (заламывание рук, дикое закатывание глаз) вдруг проявила на экране сдержанность. Но как был выразителен каждый её жест! Каждая фильма, как тогда говорили, Асты Нильсен была для Веры драгоценным уроком.
А тут как раз началась Первая мировая война. В Россию почти полностью прекратился ввоз иностранных кинолент. Но война-не-война, а зрители уже привыкли, что в синематографах два раза в неделю появляется новая программа из нескольких фильмов. Где их брать? И стали плодиться свои кинофирмы.


Вот так осенью 1914 года в фирму «Тиман и Рейнгард» к режиссёру Гардину знаменитый московский администратор Ворожевский (знаменитый тем, что решительно всё — опоздание актёра, отсутствие нужного для съёмок живого медведя или бегство студийного кота — неизменно объяснял одной фразой: «Бреется, сию минуту будет!»), так вот, Ворожевский привёл новую дебютантку, красивую брюнетку с очень выразительными глазами. Но то ли режиссёр Гардин устал от обилия брюнеток и блондинок, то ли не такой уж он был большой специалист по кастингу, но, сняв Холодную в «Анне Карениной» в маленьком эпизоде на балу, поставил её таланту диагноз: «Ничего не выйдет — заурядность».
Однако уже меньше, чем через полгода, он кусал себе локти, ибо восторг от актрисы, которую он отверг, всколыхнул Россию. «Открыл» её для России Николай Францевич Бауэр. Бауэр — имя не очень известное. Но, если учесть, что это он первый «открыл» в своих фильмах Мозжухина, Максимова, Полонского, то его вклад в мировое киноискусство, кажется, не так уж мал.
Первая лента Веры Холодной «Песнь торжествующей любви», поистине, стала её триумфом. Такого ещё не было. Вся Россия пересмотрела фильм по несколько раз. В один день Золушка стала принцессой. И принцессу окружили короли, только экранные. И какие: Рунич, Мозжухин, Чардырин, Максимов, Полонский.
Сам Станиславский Константин Сергеевич уготовил ей роль Катерины в своей постановке «Грозы» в Московском художественном театре (МХТ). Но Вера Холодная тактично отказала мэтру театра. Скорей всего потому, что знала: все актрисы Станиславского почему-то провалились в непривычном для них кинематографе. Вот и не хотела сама повторять их опыт на сцене МХТ.


Любовью за любовь
А потом пришёл 1917 год, началась революция. Кто-то в большевистских верхах лозунг «Долой царей!» сгоряча распространил и на королев, королев экрана. Пришлось кинопроизводство в Москве сворачивать. А тут вспомнили, что в Одессе давно уж построены декорации для съёмок фильма «Княжна Тараканова». Группа отправилась в экспедицию на юг, как бы в другое измерение. В Одессе собрались не только лучшие представители русской интеллигенции, но и пребывала добровольческая армия.
Жена боевого русского офицера Вера Холодная не могла отказаться от благотворительных концертов, сборы от которых шли раненным. Уже была простужена, а тут просто на коленях умолили выступить. Как было отказать?! И это случилось: в зале было душно, подошла к приоткрытому балкону, и зимний ветер, подхватив снежную пыль с торосов застывшего одесского залива, окутал королеву.
Наверное, не все знают, что тело умершей актрисы тогда, в 1919 году, набальзамировали и поместили в церкви при Первом христианском кладбище в конце улицы Преображенской, чтобы потом перевезти в Москву.
Но гегемон тогда звёзды носил на папахах, а не на руках. Да и кладбище, на котором была похоронена вся история и слава Одессы какой-то «мудрец» распорядился снести, чтобы заложить Парк культуры и отдыха (а где же ещё отдыхать, как не на гробах?!). Правда, утверждают, что в 1931 году набальзамированное тело всё же отправили в Москву, да где-то в дороге потеряли. Кому нужны были «королевы экрана», когда на экран пришли «Свинарки и пастухи»?!


Сейчас невозможно представить, каких вершин добилась бы Вера Холодная, если бы не умерла в 25 лет. Поразительно, но вся её артистическая карьера уложилась в неполных пять лет (1915—1919). Примечательно, но всю жизнь её сопровождала тайна, которую пытались разгадать и соперницы, и зрители, и хозяева кинофирм: в чём секрет успеха этой, по сути, случайно пришедшей в кино женщины? Листая страницы воспоминаний о ней, невольно появляется одно невероятное, но, возможно, самое реальное тому объяснение: её успеху сопутствовала... Любовь. Она никогда не «представляла» на экране это чувство. Она всегда и на экране, и в жизни любила по-настоящему. Этим она покорила и всю Россию, и любимую ею Одессу. А любовь тем и прекрасна, что всегда рождает ответную любовь.

Автор: Валентин Крапива