Я люблю свою Жизнь.



«Твои солёные слёзы,
узкие джинсы,
шея и плечи –
весь этот бред……

…….Я ненавижу когда
меня кто-то лечит…….»

Александр Васильев.



Вечер повис иссушенным комом в старом больничном парке. На веранде операционной, привалившись залипшей халатом спиной к облупленному боку угрюмого цементного льва, плавными от утомления взмахами, уже вторую или третью……… Безветрие и неподвижность…. Дым не хотел уходить и ласкался к щетине…….. Запах кожи и дезинфектора, начинал доставать……… «Скольких сегодня ты вывел?» - на парапет припорхнула Голубка и заглянула в глаза……… Сизые перья вяло играли в оранжево стухающего через червивую листву луча…. «Кто это был?…….. Мальчик….. Подросток. Второй…….. от конца…… Дышит ли? Дыыыышитттттт…. карма…… знамение…… скоро уже … и я пройду…….. карма……»……….

- Карма! – за дверью в глубь вытушенного лобного места мягкие лапы спрыгнули и резво засеменили по кафелю в сквозняк……… Белая Кошка с распахнутым взглядом скользнула прыжком по полосатой штанине и прильнула шёлковой щекой к лодыжке…… Хирург наконец-таки выдохнул до конца и сбросил босые ступни с парапета………. Хруст суставов, тянущихся вверх и вниз – и под балконом хрустнула ветка. Голая Девочка в цветных сатиновых трусах осторожно несла под пупком обёрнутого в синее снятого платья, недовольно обфыркивающего мягкие складки ежа…….. Утомительная привычка видеть всё то, что привело пациента на стол операционной, и что будет после того, как его распростёртое тело укатят прочь после его касаний запустила сценарий……. Тёмный дом окнами на погост, младший на несколько лохмато-мрачный Брат, разорванные скомканные страницы в углу под кроватью…….. «Ты любишь свою Жизнь?» - нечаянный вопрос коснулся её между лопатками, девочка вздрогнула и выронила ежа в траву…….

- Мой Брат говорит, что любовь – это гной…… Но он – плохо видит. Щурит глаза. Много лет уже. После пожара….

Хирург рассмеялся…. Трубки катетеров предпоследнего Мальчика заплясали перед глазами и потянуло сладенькой тленью..

- А ты? Что ты говоришь?
- А я вот поймала ежа. Он ранен. В живот. Я устрою ему на могиле Отца под яблоней будку. И буду любить.
- Лечить? ))

Голубка спорхнула с парапета и влетела во второе от веранды окно……. Туда, где спасённый лохмато-угрюмый мальчик лежал в потолок и пытался не слушать, как стекает по трубке гной……… В наркозном отходняке последние услышанные над собой слова, звучали, как заклинание…… «Сколько уже без сознания? Пневмоторакс? Нет-нет…… срочно……. рентген…… уверен, что это – осколок….. быстрее… на стол…….анестезия…….»…………. Мальчик провалился в надоевший до тошноты кошмар и вновь, стотысячный раз увидел, как разорванная костром жесть баллона медленно расползается взрывом на зубастые осколки……… И он, маленький, жалкий и раздавленный ужасом ошибки, валится спиной на сарай и закатывает глаза….. Сизая голубка распахнутыми крыльями обхватила его лицо и мягко потащила назад….. Белая кошка сверкнула жёлтым огнём зрачков и безжалостно вонзилась когтями в правое его лёгкое…….. Осколок просиял последний раз в злой всклокоченной голове и – рассыпался звёздною пылью.

Лечить.






Фото от Гэлли.