Я стоял на балконе семнадцатого этажа и смотрел на суету внизу.....
А посмотреть было на что. Там разворачивалась прямо таки драма... Кто-то окровавленный (мне правда почти не видно было крови, но я точно знал что она есть) лежал на земле и стонал (опять же - мне то не слышно было, но что может еще делать израненный человек ?). Кто-то уже и стонать не мог - слишком мало от него осталось. Вокруг них суетились люди, стараясь помочь. Иногда кто-то и добровольцев сам становился пострадавшим - сверху с некоторой периодичностью обваливались куски здания, либо из дверей и окон вырывались столбы огня.
Толпы зевак в некотором отдалении в принципе делали то же самое, что и я сейчас - глазели, но было между нами маленькое отличие... Я стоял на балконе этого самого здания. Я умирал. Вернее в тот момент я еще был жив и большей степенью невредим. Но другого исхода не предвиделось - верхние этажи обвалились внутрь. Коридор полыхал огнем. А машины пожарные не могли подъехать из-за завалов это раз, из-за регулярно повторяющихся вспышек пламени, это два. Да если бы и подъехали - до семнадцатого этажа вряд ли бы достали...
Зато с другой стороны, трещины в стене становились все больше и балкон грозился просто обвалиться нафиг вместе с еще несколькими этажами и жизнями.
Слышны были крики из запертых завалами комнат. Кто-то звал на помощь, кто-то пытался выбраться сам. Но я был реалистом. Я видел что это невозможно. Я просто стоял. Мог бы и походить конечно, но что толку?

Смотреть на панику внизу мне надоело. Чем бы еще заняться... Я достал телефон и позвонил любимой. Интересно... всегда было интересно, что чувствует человек перед смертью... например когда его ведут на эшафот... Не знаю что чувствовали они, а я - ничего. Страх прошел, лишь только я осознал неизбежность. Желание спастись - тогда же. Жить хотелось конечно же... Но так уж вышло.
- Да? - раздалось в трубке. Я на секунду опешил. Что сказать то? "Извини родная, я сейчас умру..."??? Я ответил как обычно.
- Привет, малыш...
- Привет, Карлсон - засмеялась она. Сто раз эта шутка повторяется, и еще ни разу не приелась... она так смешно это говорит.. я иногда даже просил специально так сказать - мне всегда это поднимало настроение. Так и сейчас.
- Что делаешь? - стандартный вопрос.
- Да ничего особенно. Сейчас вот документы отправила... Представляешь.. тут ... помнишь я говорила про поставщиков из Швеции?
- Ну да.
- Так вот они подписали контракт и теперь я буду получать 5 процентов от суммы сделок... классно? - ее голос сорвался на детский фальцет и она засмеялась.
- Это хорошо, солнышко. Я же говорил, что у тебя все получится.
- Ага, ага !!! Я молодец у тебя, правда?
- Конечно. - на меня навалилась грусть. Оно и не удивительно.
- А еще...
- Котенок! - я перебил ее. Но "уходить" по английски не хотелось.
- Да?
- Я тебя люблю... Ты самое лучшее что у меня было в жизни... - голос начинал предательски дрожать.
- Я тебя тоже! Ты же знаешь... поему ты грустишь.. что-то случилось? - вот жешь блин. Выдал таки меня голос.
- Нет, малыш. Просто хотел чтобы ты знала. Хотел тебе это еще раз сказать. А что, нельзя? - попытался отшутится я.
Молчание. Не поверила... Да уж, в такой ситуации актерское мастерство как то отшиблось...
- Слушай... тут такое дело... У меня батарея садится в телефоне. -врать не хотелось, но что делать... - А мне мать должна звонить. Если мне не дозвонится, то наверняка тебе звякнет. Передай ей, что приехать не смогу... И что я ее очень люблю...
Мелькнула мысль, что лучше бы самому позвонить ей. Но я посмотрел на все более проседающий балкон и понял что не успею.
- ЧТО СЛУЧИЛОСЬ ????
- Тю ! Ну просто передай !!!! Тяжело что ли?
- Хорошо...
- Пока, малыш... Я тебя люблю... Я всегда буду тебя любить... Всю жизнь...
- Я тоже... Позвони мне позже чуть, как освободишься.
- Если смогу...
Я положил трубку и вытер слезинку с щеки. Никогда не плакал. Я подошел опять к перилам. Но вниз смотреть не стал. Сзади послышался треск... Я стоял и смотрел на небо. Потом на свою правую руку - на безымянном пальце кольцо... серебряное... еще серебряное. Она мне его подарила, когда подавали заявление. Через две недели должно было стать золотым...
С жутким грохотом обвалилась стена и балкон вместе с ней. Вся эта груда камней полетела вниз, прямо на таки подъехавшую пожарную машину.
Я смотрел на кольцо. Я всю оставшуюся жизнь смотрел на кольцо.
Я тебя люблю... Я всегда буду тебя любить... Всю жизнь... И даже больше...