ХУЛИО ИГЛЕСИАС (полное имя Хулио Хосе Иглесиас де ла Куэва)
родился в Мадриде, в 2 ч. ночи 23-го Сентября 1943 года в старой и ныне уже не существующей больнице Месон на улице Паредес. Он старший сын в семье преуспевающего врача-гинеколога, члена Медицинской академии, Хулио Иглесиаса Пуга и Марии дель Розарио Де Ла Куэва Перинан (более известной как "Чаро"). У Хулио есть родной брат Карлос. Предки Хулио Иглесиаса по отцовской линии (бабушка Мануэла и дедушка Ульпиано) родом из испанской провинции Галисия. Его отец, доктор Иглесиас, родился в Оргенсе. По материнской линии его бабушка, Долорес де Перинан наследница знатного дворянского рода.

(Ее дядя был маркизом Перинана, а кузен, также маркиз, в течении 20 лет был послом Испании в Великобритании). Семья Хулио проживала на улице Альтамиро в Мадриде, где он и провел первые три года своей жизни. В 1946 году они переехали на улицу Бенито Гутиерреса дом 27 и прожили там до его брака в 1971г.


Еще в школе Хулио любил быть в центре внимания. Будущий певец рос в трудное время, когда страна, ведомая диктатором Франко, была на грани экономического краха. Ровесников парня в основном волновало, где достать еды, но Хулио уже тогда мечтал стать особенным. Он рос в счастливой благополучной семье врача-гинеколога и матери-домохозяйки. Его брат Карлос мечтал пойти по стопам отца, а Хулио увлекался музыкой, мечтал стать преуспевающим адвокатом и дипломатом.


Хулио учился в школе Sagrado Corazones, затем закончил католический колледж Св. Павла, где падре Аксельмо,руководивший хором, после попытки Хулио исполнить "Ave Maria" довольно категорично посоветовал ему заняться чем угодно, только не пением. И он с радостью переключился на футбол, где достиг выдающихся результатов и в 15 лет был приглашен в качестве запасного голкипера в молодежный состав самого знаменитого футбольного клуба страны - мадридского "Реала". Будучи в свои 19 лет студентом юридического факультета Мадридского Университета и членом элитных молодежных клубов, Хулио разъезжал по родному Мадриду на "Рено-Дофин" последней модели на то время и мечтал стать вторым Рикардо Заморой (знаменитый вратарь "Реала"). И, видимо, через некоторое время в Испании появился бы еще один блестящий футболист, и мир никогда бы не услышал песен Хулио Иглесиаса, но не зря же говорят: "Не было бы счастья, да несчастье помогло"...


22-го Сентября 1963 года в 2 часа ночи, за день до своего 20-летия с Хулио произошло несчастье, едва не стоившее ему жизни. Когда он в компании 3-х своих друзей (Энрике Клименте Криадо, Тото Аройя и Педро Луиса Иглесиаса) ехал с фиесты из небольшого городка Махадагонда, что в 20 км. от столицы на своем "Рено-дофин" в Мадрид, он не справился с управлением и машина на полном ходу перевернулась, упала с крутого склона и врезалась в дерево... По счастью, трое его друзей отделались лишь легким испугом и мелкими ранениями. Хулио же оказывается в мадридской клинике "Элоя Гонзало" с раздробленной правой ногой, тяжелой травмой позвоночника и сильно поврежденной левой стороной лица. После оказания первой помощи он был отпущен домой. Но через несколько месяцев у него появились боли в спине, а 6 января 1964 года он не смог встать с постели. Он так вспоминает о том времени: "Прежде всего я ощутил страх. По лицам окружавших меня людей я пытался понять: выживу я или нет. Позже, когда я понял, что буду жить, я начал думать как жить дальше..." Чтобы установить причину заболевания, на нем опробовали тяжелейший метод диагностики - спинномозговая пункция, когда без анестезии в позвоночник вводили длинной иглой жидкость и с помощью рентгеновских лучей следили за ее движением. Диагноз гласил: киста позвоночника. Срочная операция длилась восемь часов, но результата не дала: ноги были неподвижны. Врачи считали, что он обречен на "пожизненный паралич". В течение более 1,5 лет Хулио оставался полупарализованным. Первые полгода он был практически прикован к постели. Не было никакой надежды, что Хулио снова сможет ходить. Юноша впадает в депрессию. Боязнь быть в тягость семье довлеет над. "У меня не осталось ни тела, ни мускулов, вспоминал он впоследствии, - только мозг был силен, как бык". Но не смирившись со словами врачей, что лучше не мучить себя и привыкнуть к инвалидной коляске, Хулио проявляет неожиданный для баловня судьбы характер: урезая сон и превозмогая боль ползает по комнате ночью (чтобы не знали врачи), стараясь встать на ноги, штудирует книги по неврологии, а когда начались первые улучшения по 12 часов в день ходит на костылях, разрабатывая ноги. И воля победила тяжелый недуг, который напоминает сейчас о себе только легким прихрамыванием да небольшим шрамом на лице (поэтому он всегда просит фотографировать себя с правой стороны).


"Я не родился певцом, я стал им", - любит повторять Иглесиас. Именно в больнице из-за вынужденного бездействия, бессонницы и тягостных переживаний его поэтический и музыкальный талант получает свое развитие. Ночью Хулио слушал радио и писал стихи - грустные, романтичные поэмы, посвященные смыслу жизни человека, для чего он приходит в этот мир. Эладио Магдалено - молодой санитар, ухаживавший за Хулио, как-то принес ему гитару, чтобы тот не скучал. Хулио начал с жадностью ее изучать. К тому времени он и не помышлял быть певцом, памятуя падре Аксельмо. "Лежа в постели, мне не хватало человеческого тепла, общения, и я стал искать их в музыке. Я всего лишь хотел развлечься, - поделился как-то раз воспоминаниями певец, но музыка обрушилась на меня как шторм. Она полностью изменила все вокруг меня". И именно на больничной койке он сочиняет свою первую песню - "La Vida Sigue Igual" (Жизнь продолжается), ставшую манифестом его воли к жизни и пропуском к будущим вершинам музыкального Олимпа. "Ты скоро увидишь меня на фестивале", заверил он мать сидя в инвалидной коляске.



В 1966 году, когда 23-х летний Хулио уже окончательно поправился, он захотел продолжить учебу. "Высшее образование стало для меня тогда своего рода возвращением к жизни, но отнюдь не призванием", - признался он как-то журналистам. Чтобы развеять печаль сына, отец посылает его на год в Англию, чтобы совершенствоваться в английском языке, сначала в Рэмсгейт, а затем в Языковую Школу Белла в Кембридже. Как-то Хулио зашел с друзьями в пивной бар кембриджского аэропорта, там за столиками сидели несколько парней. Один из них играл на гитаре. Хулио попросил у него инструмент и исполнил популярную в то время кубинскую песню "Guantanamera" - о несчастной любви девушки. Пока он пел в пабе царила гробовая тишина: посетители, отставив в сторону кружки, слушали незнакомца. Как только Хулио перестал петь, в зале раздались аплодисменты. Это было первое выступление Иглесиаса перед слушателями и его первый "гонорар". Потом очень часто он выступал в том баре по выходным, исполняя песни Тома Джонса, Энгельберта Хампердинка, Битлз... И там же, в Кембридже, он встретил французскую студентку Гвендолин Боллор, ставшую его подругой и одним из музыкальных успехов. (Песня, которую он посвятил ей - "Gwendolyne", принесет ему 4-е место на ЕВРОВИДЕНИИ, а его имя сразу узнают более 400 млн. чел. по всему миру). В 1967 году он вновь поступает на I курс юридического факультета Мадридского Университета с решимостью закончить его. Но попутно он не оставляет надежды начать музыкальную карьеру.


В 1968 г. еще не веря в собственные силы, он принес свою первую песню в мадридскую студию звукозаписи в поисках певца, согласившегося бы исполнять его музыку. Он был ошеломлен, когда менеджер спросил его: "Почему Вы не исполняете ее сами, у Вас же хороший голос?" Ответ был, "Потому что я не певец". Но Хулио все же отправил свою песню на конкурс и никогда не пожалел об этом. Суеверные испанцы любят заключать между собой пари - на удачу. Как признался однажды своим поклонникам Иглесиас, "я дал слово отцу, что если не одержу победы на конкурсе раз и навсегда перестану петь и получу диплом юриста".


И вот 18-го Июля 1968 года Хулио Иглесиас, никому не известный тогда новичок, блестяще выигрывает национальный испанский Фестиваль песни в курортном городке Бенидорм со своей песней "La Vida Sigue Igual", завоевав сразу три премии: "За лучшее исполнение", "За лучшие стихи" и "За лучшую песню"! Сразу после выступления он подписывает контракт с Columbia Records.



"Я вытянул голос из глубины души и стал петь", вспоминал Хулио свое первое выступление. Не умея держаться на сцене, он был несказанно рад уже тому, что зрители ничем не запустили в него... Так в Испании появился певец, совершенно не похожий на кумиров публики конца 60-х. Хулио всегда выходил на сцену в темном костюме, белой рубашке с черным галстуком. Он очень мало жестикулировал во время пения, что вызывало упреки и даже насмешки журналистов, привыкших к более темпераментной манере исполнения. Однако слушатели, а особенно слушательницы, были от Хулио в восторге. Ведь его оружием на сцене были и есть не жесты и движения, а его чарующий, оказывающий прямо-таки гипнотическое воздействие голос, единожды услышав который вы уже никогда и ни с кем не сможете перепутать. Завораживающий тембр голоса Хулио Иглесиаса погружает вас в пучину настоящей любви и страсти, заставляет сопереживать его радостям и печалям. И именно поэтому его столь романтический образ пришелся по душе слушателям.


Так как пари было выиграно, то Хулио взял академический отпуск в Университете, а отец, смирившись с выбором сына, помог ему с выпуском первой пластинки. "К счастью, фортуна улыбнулась мне, и я выступаю перед вами не как адвокат, а как певец" - шутил потом Хулио.



Но одна ли фортуна помогла Иглесиасу стать известным и богатым? Вряд ли кто даже из близких людей видел его лежащим на диване у телевизора, праздно проводящим время на каком-нибудь пикнике или же разъезжающим по странам в качестве туриста. С тех пор его карьера стала развиваться стремительно. Иглесиас успешно представляет Испанию на конкурсе "Евровидения", его песни становятся национальными хитами: "Gwendoline", "Un Canto A Galicia"... Всего несколько лет понадобилось Иглесиасу, чтобы стать испанским певцом №1 и безусловно самым известным испаноязычным исполнителем в мире. Он начинает подолгу гастролировать за рубежом и с триумфом выступает на самых престижных европейских площадках: в парижской "Олимпии", в лондонском "Одеоне". Слушателям разных стран нравится, что испанец многие песни из своего репертуара поет на их родных языках. Это не только расширяет аудиторию певца, но и значительно повышает тиражи продаж его дисков.