Хореограф, танцовщик.
Джон Ноймайер родился в Милуоки (штат Висконсин, США). Окончил университет города Маркета, штат Мичиган, получив звание бакалавра по английской литературе и театроведению. Танцами занимался, еще будучи студентом университета, после окончания которого отправился для продолжения и завершения учебы в Королевской балетной школе Лондона, а затем и в Королевском датском балете в Копенгагене. В 1963 г. в Лондоне он был приглашен Джоном Кранко на положение ведущего танцовщика в труппу Штутгартского Балета, где начал свои первые хореографические опыты. С 1969 по 1973 - он являлся директором Франкфуртского Балета, где поставил свои редакции классических спектаклей: «Щелкунчик», «Ромео и Джульетта», «Дафнис и Хлоя». В 1973 году возглавил Гамбургский балет. В 1978 он открыл Гамбургскую Балетную школу при труппе театра. Значительным этапом в его творчестве стали постановки «балетов-сказок» или «балетов-легенд». К их числу относятся: «История Золушки», «Ундина», а также его интерпретация Гомеровской «Одиссеи», показанной впервые в Афинах в 1995 г. Международное признание получили его балеты на музыку симфоний Г. Малера, «Страсти по Матфею» И. С. Баха, «Реквием» В. А. Моцарта. В последние годы к числу наиболее ярких работ относятся: «Танцы Бернстайна» (1998), «Мессия» (1999), и «Нижинский» (2000).
Балеты Дж. Ноймайера идут на многих сценах мира: в Парижской Опере, Американском Театре Балета, Токио Балете, Королевском Балете (Лондон), в Мариинском театре и других.
Он удостоен множества почетных званий и наград, в их числе: Орден Федеративной Республики Германии, Медаль Рыцарского Креста «Данеброг»(1989), звание Рыцаря Ордена Искусства и Литературы Французской республики, а также «Европейский Приз Датского Принца Хенрика» и Золотой «Данеброг» из рук королевы Маргреты II (2000).
В 1992 году Ноймайер стал первым лауреатом «Бенуа де ла Данс




Музыка: Ф. Шопен. По новелле А. Дюма. Гамбургский балет (Hamburg Ballet). Ноймайер сочинил для Марсии Хайде, уже находящейся на закате карьеры, и Штутгарского театра один из лучших своих балетов. Путь "Дамы с камелиями" начался с 1973 года, когда умер учитель Ноймайера Джон Кранко, и хореограф пообещал прима-балерине Штутгартского балета Марсии Хайде помочь с репертуаром. Хайде была первой Маргаритой и на премьере премьере в Гамбурге в 1981. Кто видел хоть раз Марсию Хайде в роли Маргариты Готье, тот не забудет присущей лишь испанкам (Марсия родилась в Рио-де-Жанейро) царственности. Драматический талант балерины проявился с огромной силой, когда зрелая артистка играла молоденькую куртизанку. Почти дикий латинский темперамент в соединении с какой-то едва уловимой испанской грустью и печалью остаются недостижимой планкой в трактовке этого образа. Марсия была и есть неотразима.

Джон Ноймайер катапультирует классические балеты в современность. В его спектаклях звучат симфонии Густава Малера и "Страсти по Матфею" Баха. Он берет за основу гомеровскую "Одиссею", ставит Шекспира на музыку Моцарта, объединяет сагу о короле Артуре с музыкой Сибелиуса. Джон Ноймайер однажды сказал: "Спектакли должны рождаться из духа определенной эпохи и только для конкретных танцоров".




Композитор: Рихард Вагнер, Иоганн Себастьян Бах. По новелле Томаса Манна в свободной авторской обработке Дж. Ноймайера. Костюмы: Джон Ноймайер. Сценография: Питер Шмидт (Peter Schmidt). Джон Ноймайер создал свой "Танец смерти". Таков подзаголовок работы о стареющем мужчине, которого очаровал мальчик. Тема невозможной любви и тема смерти любви, отражаются в тонком музыкальном коллаже из произведений "холодноватого" Баха и "эмоционального" Вагнера. За роль Густава фон Ашенбаха Ллойд Риггинс был награжден международным балетным Призом "Бенуа де ля данс". (запись с канала "3Sat", без полиграфии)

Балетмейстер не может объяснить, почему это так: "Трудно сказать, почему вам сегодня хочется съесть жаркое из мяса, а завтра – рыбу. В определенный момент для того или иного танцора буквально напрашивается тот или иной спектакль. И надо пользоваться этим моментом".

Джона Ноймайера всегда привлекала в балете виртуозность исполнения. Но главное - не техника. Джон Ноймайер подчеркивает: "Меня интересует сама форма танца, потому что человек в хореографии – это главное. Человек и тема, и инструмент танца".
Один из самых известных хореографов современности с большим интересом относится и к новым веяниям в танцевальном искусстве. Каждую новую форму он считает обогащением. Ведь, говорит Джон Ноймайер, "в искусстве нет границ". Но в то же время он понимает, что "каждый новый тренд просто так на себя не примеришь, только потому, что он сейчас в моде. Настоящая креативность – это продукт собственных творческих поисков. Если хореограф убежден, что танцоры должны бить друг друга и падать на сцену, тогда все в порядке. А если он не знает толком, нужно ли это, то тогда стоит подумать над тем, а нет ли какой-то другой, более подходящей формы".




Композитор: Петр Ильич Чайковский. Хореограф: Джон Ноймайер. По оригинальной хореографии Льва Иванова и Мариуса Петипа. Гамбургская государственная опера (Humburg State Opera). Дирижер: Велло Пэн (Vello Pähn). Соло на скрипке: Стефан Чермак (Stefan Czermak). Сценография и костюмы: Юрген Розе (Jürgen Rose). В постановке Джона Ноймайера – спектакль-сенсация на грани эпатажа, как, собственно говоря, и все постановки знаменитого хореографа. Ноймайер кардинально меняет сюжет балета: нет ни озера с лебедями, ни заколдованной принцессы, ни злого гения Ротбарта – есть их искаженные очертания, которые иногда возникают в болезненном сознании главного героя ( баварского короля Людвига II ), у которого есть двойник. На такую трактовку спектакля Ноймайера натолкнуло то, что реальный исторический персонаж – король Людвиг II – был страстным поклонником лебедей и лунного света. Три героя потустороннего мира – Ротбарт, Охотник за бабочками и Человек-тень – сливаются у Ноймаера в единый образ дьявола-соблазнителя. Объясняя свое неожиданное прочтение музыки П.И.Чайковского, Ноймайер пояснил, что сегодняшнему зрителю гораздо интереснее следить за прихотливой игрой подсознания героя, находящегося на грани безумия, чем за перипетиями старинной легенды о заколдованных девушках. Балетмейстер сказал, что, работая над этим спектаклем, ощущал себя психоаналитиком, исследующим темные бездны подсознания, а не сказочником. Как и во многих других спектаклях Ноймаера, в центре хореографического повествования оказывается танцовщик, отодвигая балерину на второй план. Но это отнюдь не означает, что в спектакле мало дуэтных танцев. Хореографию Ноймаера в целом отличает изощренность и изобретательность. Джон Ноймаер – признанный классик современного балета. И как сказал о нем другой прославленный хореограф Морис Бежар, «хореография Ноймаера может вызывать два противоположных чувства: бурный восторг или полное неприятие, единственно, чего она не в состоянии сделать, – оставить зрителя холодным и равнодушным".
Проблема, по словам Джона Майера, не в движениях. Они могут быть какие угодно. Главное, чтобы они были оправданы внутренней необходимостью.

Какие планы на будущее у знаменитого балетмейстера? Он только смеется: "Как ни странно, чем старше я становлюсь, тем дел у меня становится не меньше, а больше".