Когда S.B. вышел из дома он был жутко красив, как это всегда с ним бывало в похмелье. Серо-голубые матовые глаза, благородная щетина, сексуально пересохшие губы. И даже некоторое пошатывание из стороны сторону, его тоже красило. Добавляло сексуальности. Похмелье было интенсивное, он даже не смог допить чай с лимоном. Просто лег на диван, включил музыку и подпевал песням, так ему становилось чуть легче. Не надо думать, что вчера он напился просто так. Конечно, нет. Это был завершающий аккорд в праздновании его дня рождения. С утра нужно было ехать к клиенту, что-то устанавливать на компьютер, местные козлы-программисты сами не справились, и потому S.B. с остервенением чистил зубы, чтобы хоть немного погасить перегар. Выйдя из дома, S.B. порадовался, что город приготовил для него прохладную погоду, в его состоянии он бы не выдержал жары. Город вообще сегодня любил его, зажигал перед ним зеленый свет, убирал машины с дорог. Город не мог только одного - излечить его. Он с трудом дошел до остановки, сел в автобус. Точнее встал в автобус, потому что мест не было. Девушки все сидели, разглядывали его, что-то фантазировали на тему эротики, но места ему уступать явно не собирались. Он стоически стоял, откровенно разглядывая этих девушек, ему почему-то жутко захотелось секса с ними, вероятно, он ничего не смог в своем состоянии, но желание было жуткое. Девушки вышли, желание пропало, S.B. сел. Доехал, зашел к клиентам, стал что-то устанавливать, как всегда возникли проблемы, но он решил их, не приходя в сознание. Вокруг болтали тетки, секса он с ними не хотел, потому просто слушал. Говорили, как они любят пятницу, что скорее бы вечер и все такое. S.B. молча им поддакивал, да-да он тоже любит, да-да скорее бы вечер или хотя бы обед. Сделав дело, он попрощался и вышел на улицу. Спустился в метро, поезд, конечно же, ушел перед его носом, встал к колонне, прислонился спиной и впитывал холод мрамора. Думал о похмелье. Хотя он всегда был готов к нему, но все равно у него постоянно теплилась надежда, что похмелья не будет. Надежда обычно умирала с рассветом. Наконец пришел поезд, он загрузился в него, уселся напротив телевизора и стал смотреть про Винни-Пуха, показывали эпизод с Пятачком и шариком, S.B. смеялся про себя, вздрагивая от болезненной вибрации смеха. Поезд куда-то с шумом ехал, и он надеялся, что в правильном направлении...