Владимир Ильич Шляхтерман - журналист

Российский генерал Порфирий Ивашко работал во многих государствах и не обо всей его деятельности можно сегодня рассказать. Однажды, в ходе военных учений далеко от Москвы генералу Ивашко вручили распоряжение: завтра прибыть в Москву. В Генеральном штабе Порфирию Максимовичу объявили приказ о том, что он назначен военным советником командующего одним из округов Народной армии Вьетнама. И пояснили: правительство Вьетнама обратилось в Москву с просьбой прислать им военных советников.

Порфирий Ивашко (в штатском) на встрече с НГШ Маршалом Советского Союза Николаем Огарковым, прибывшим с визитом во Вьетнам.  Фото предоставлено автором

ПРИГЛАШЕНИЕ ВО ВЬЕТНАМ

Было принято решение направить во Вьетнам специалистов – зенитчиков, связистов, артиллеристов и других. А в качестве общевойскового советника предстоит выехать Порфирию Максимовичу. «По роду своей службы вы в курсе положения в том регионе. Опыта командования крупными военными формированиями вам не занимать, были и на штабной работе. К тому же служили на Дальнем Востоке», – добавили в Генштабе.

Насчет опыта генштабист упомянул справедливо. Порфирий Максимович командовал и батальоном, и дивизией, работал в штабах объединений. А когда был командиром полка в знаменитой 25-й Чапаевской дивизии, то его полк за отличные успехи в боевой подготовке и освоение новой техники наградили орденом Красного Знамени. Событие в мирное время довольно редкое.

Действительно, служил на Дальнем Востоке капитан Ивашко. В таких местах, где огромные тихоокеанские волны обрушиваются на побережье безлюдных сопок. Морозы и пурга жуткие. О таких во Вьетнаме и не знают. А что роднит те сопки и дельту Меконга, так это одинаково непроходимые как тундра, так и джунгли. «Полагаю, – продолжал генштабист, – вам будет легко найти общий язык с вьетнамскими военными, вы же учились вместе с ними. Наверняка встретитесь со своими старыми знакомыми».

Порфирий Максимович кивнул: да, учились. На их курсе в Военной академии в Москве обучались 11 вьетнамских офицеров. Трудолюбивые, смышленые ребята, имевшие боевой опыт борьбы с колонизаторами и их марионетками в партизанских отрядах и в тогда еще только создаваемых частях Народно-освободительной армии. Они были преисполнены решимости быстрее освободить свою родину от врагов. Вьетнамские слушатели нередко обращались к советским коллегам за учебной помощью. И часто эти консультативные беседы затягивались на многие часы. Вьетнамские офицеры пользовались большим уважением у наших военных.

Генерал Ивашко спросил:

– Когда выезжать?

– Через два дня.

Советская страна на протяжении всего своего существования оказывала посильную всестороннюю помощь народам, боровшимся за свою национальную независимость против поработителей в различных областях: политической, экономической, военно-технической, культурной. При поддержке Страны Советов многие народы смогли защитить себя от агрессоров вновь созданными вооруженными силами. Многие годы в труднейших условиях наши советники и специалисты оказывали помощь национальным кадрам в создании собственных вооруженных сил.

В ОСНОВЕ СОВЕТСКАЯ ШКОЛА

Военный советник – даже в Военном энциклопедическом словаре нет такого словосочетания. Есть «военный совет», есть «военспец» (то есть военный специалист), а вот «военный советник» нет. Наверное, в военно-учебных заведениях их не готовят. Танкистов, авиаторов, связистов и других специалистов, общевойсковых командиров готовят, а их нет. В Главном управлении кадров Минобороны есть некий список высших офицеров, которых завтра можно вызвать и сказать: получена просьба от такого-то государства – направить к ним военного советника. Предлагаем вашу кандидатуру.

Может быть, и правильно, что специально не готовят: ведь неизвестно, какая страна запросит такого советника. А какая там обстановка? Вчера вроде все было спокойно, а сегодня вспыхнула гражданская война. Или неожиданно осложнилось положение на границе. Того и гляди, начнутся боевые действия. Да разве все повороты в политической жизни предусмотреть? А они, эти повороты, еще как часто случались! И почти всегда – неожиданно. А чтобы ввести читателя в курс дела, вот два примера из довоенной жизни.

Особенно трудно пришлось советникам в первые годы Советской власти. Только-только закончилась Гражданская война в России, а уже Китай обратился к нам: пришлите военных советников. В один из летних дней 1923 года слушателю восточного факультета Академии Генштаба Красной армии Александру Черепанову сказали: «Вы назначаетесь военным советником в Китай». Что должен был ответить Черепанов? Правильно: «Есть, ехать!».

Задавать вопросы было бесполезно, ибо кадровик и сам не знал, что это такое – военный советник, каковы его обязанности и что он ни в коем случае не должен был делать. Кадровик не мог познакомить с должностными инструкциями и наставлениями – их просто не было. Кадровик лишь ведал, что вновь испеченному советнику 26 лет, что в Гражданскую он в 21 год командовал красноармейским полком, воевал с Юденичем и белополяками, а сейчас в академии учит китайский и хочет служить на Дальнем Востоке.

Так Александр Иванович оказался в числе первых пяти военных советников, прибывших в Китай. Обстановка в стране была сложнейшая. Под влиянием Октябрьской революции в России росло революционное движение в Китае. Ему активно противодействовали многочисленные милитаристские группы, началась японская агрессия.

Черепанов стал советником руководства военной школы Вампу – по своей сути, единственной кузницы военных кадров. Начальником школы был гоминьдановец Чан Кайши, а комиссаром – коммунист Чжоу Эньлай. Понятно, на чьей стороне были симпатии советников, но боже упаси хоть как-то это показать. И уже в первом сражении роты школы Вампу нанесли серьезное поражение численно превосходящим силам милитаристов.

Потом были бои, в которых с самой лучшей стороны показали себя курсанты Вампу и ее выпускники, создававшие боевые соединения Национально-революционной армии. Эта армия спустя два десятилетия окончательно изгнала с материка противника.

Через десять лет А. И. Черепанов вернулся в Китай уже главным военным советником. И вновь встреча со старыми знакомыми – Чан Кайши и Чжоу Эньлаем. Чан Кайши тогда возглавлял борьбу с японской агрессией и прислушивался к рекомендациям советников. Но как же трудно было им, знавшим истинное лицо главнокомандующего! Не зря говорят: Восток – дело тонкое. А в то время – трижды тонкое! В Великую Отечественную генерал-лейтенант Черепанов командовал армией, а осенью 1944 года получил назначение на должность заместителя председателя Союзной контрольной комиссии в Болгарии. Впрочем, неожиданным такое назначение не назовешь: учли опыт работы генерала в Китае.

УЧИЛИ ВОЕННОМУ ДЕЛУ

Осенью 1936 года в Испании генерал Франко поднимает фашистский мятеж. Начинается вооруженная борьба республиканцев с мятежниками. Правительства Англии и Франции и зависимые от них европейские государства объявляют о так называемой политике невмешательства, препятствуя законному правительству приобретать за границей оружие. Зато мятежники получают щедрую военную помощь от Германии и Италии. И не только самолетами, танками, пушками, но и людьми.

Лишь Советский Союз отправляет республиканцам снаряжение, вооружение, продовольствие. Все это доставляется с неимоверными трудностями. С не меньшими невзгодами в Испанию добираются и советские добровольцы, в том числе и военные специалисты. Они особенно нужны республике, так как у нее нет регулярной армии и значительная часть офицерского корпуса перешла к мятежникам.

Вот в такое нелегкое время в Испанию пробирался советский доброволец Кирилл Мерецков. За его плечами – годы службы в армии. Последняя должность перед убытием в Испанию – начальник штаба Особой Дальневосточной армии, которой командовал прославленный полководец маршал Блюхер, успевший побывать военным советником в Китае. Задушевные беседы с маршалом очень много дали Кириллу Афанасьевичу, то, чего ни в одном учебнике не прочтешь.

В Испании военный советник Мерецков столкнулся с анархией. В республиканской армии были части, целиком состоящие из анархистов. И командовали ими анархисты. На одном участке к наступлению готовилась анархистская бригада. Советники-волонтеры Петрович и Вольтер (то есть будущий Маршал Советского Союза Кирилл Мерецков и будущий Главный маршал артиллерии Николай Воронов) прибыли в часть.

Пришел час атаки, а командира нет: то ли забыл, то ли просто безответственно отнесся к своим обязанностям. Мерецков и Воронов решили вместо командира возглавить подразделение. Прошли в окопы, дали команду к атаке, выскочили и в полный рост пошли вперед. Фашисты открыли по ним огонь. Оглянулись: мать честная, за ними ни одного бойца! Возвратились, уговаривали, убеждали. Ничего не помогает – ни один из окопа не вылез. Атака сорвалась. И Воронов, и Мерецков, конечно же, знали о Махно, но, наверное, ни в одном академическом курсе не говорилось о возможности вот такой ситуации.

Между тем генералу Ивашко с другими подобными проявлениями приходилось сталкиваться в странах, только что ставших независимыми. И военному советнику стоило немалых трудов убедить военное руководство в том, что без дисциплины и единого командования армии у страны не будет. Но и вековые национальные традиции надо учитывать. Прямо скажем: архисложная задача стояла.

ПРИНЦИПЫ РАБОТЫ

Порфирий Максимович Ивашко делится своими наблюдениями:

– В ходе длительной работы советником сложились основные принципы деятельности: работать с национальными командными кадрами с учетом реальных местных условий, нравов и обычаев. При этом соблюдать правило, советовать – не значит поучать. Устанавливая доверительные отношения, приходилось блюсти максимум тактичности. Как правило, в первые послевоенные годы коллективы военных советников возглавляли военачальники, прошедшие Отечественную войну. Офицеры создаваемых армий проявляли громадный интерес к опыту той войны, и наши ветераны сполна удовлетворяли этот спрос.

– Вас, Порфирий Максимович, по молодости лет на Отечественную войну не взяли. Но за сорок лет нахождения в армии наверняка вы служили с участниками войны?

– Конечно. С большим удовлетворением вспоминаю службу под командованием генералов, а впоследствии маршалов Андрея Гречко, Василия Чуйкова, Виктора Куликова, Николая Огаркова, генералов армии Геннадия Обатурова, Григория Салманова, Федота Кривды, Ивана Павловского. Видел, как они работали, воспитывали, заботливо растили командные кадры. Очень многому у них научился.

Особенно тепло Порфирий Максимович отзывается о Герое Советского Союза Иване Григорьевиче Павловском. Он служил под командованием Павловского на Дальнем Востоке. А еще через несколько лет главком Сухопутных войск Иван Павловский по поручению министра обороны проводил учения в дивизии, командиром которой планировалось назначить подполковника П. М. Ивашко. Год Порфирий Максимович исполнял обязанности комдива, и учения должны были показать, как он прошел испытательный срок.

Иван Григорьевич Павловский, судя по всему, высоко оценил работу Ивашко, и того назначили командиром дивизии. Подполковник-комдив в мирное время – факт редчайший в нашей армии. Порфирию Максимовичу одновременно досрочно присвоили звание полковника.

Но вернемся во Вьетнам. Встретили генерала Ивашко исключительно тепло. Командующий округом воевал с колонизаторами много лет, боевой опыт подкреплял учебой на краткосрочных курсах в СССР. У командующего и советника сложились доверительные отношения, что, конечно, положительно сказалось на успешной работе.

Мы беседуем с Порфирием Максимовичем в его московской квартире. Он достает большую карту, расстилает на столе. На карте условными знаками отражены действия частей вьетнамской Народной армии во время операции по разгрому противника. Карта выполнена тщательно, как и полагается это делать опытным штабистам. Я не удержался и спросил:

– Ваша работа?

Порфирий Максимович улыбнулся, свернул карту и убрал. Как любят говорить дипломаты – не опроверг, но и не подтвердил. Сколько лет прошло с тех пор, а еще не наступило время сказать, как рождались такие карты.

УЧЕНИКИ РУССКИХ СОВЕТНИКОВ

Порфирий Максимович продолжает вспоминать:

– Я живо интересовался историей Народной армии. И поражался мужеству и стойкости вьетнамцев. Представьте себе, французский экспедиционный корпус, вооруженный танками и авиацией, находится во всех важных центрах. На севере многочисленные гоминьдановские части, изгнанные из Китая; на юге – английские войска, прибывшие сюда, чтобы принять капитуляцию японцев. А у создаваемой Народной армии ни военной техники, ни вооружения. Советский Союз тогда, в 45-м, не имел возможности помочь народу Вьетнама.

– Меня поразила организация борьбы против агрессоров, – говорит генерал Ивашко. – В каждой деревне был староста, назначенный колониальной властью. И был подпольный староста, назначенный народной властью. В деревне патриоты, подпольщики были разбиты на боевые тройки. Каждый знал только своего руководителя. Соблюдалась строжайшая дисциплина. Сигнал тревоги, и в считанные часы собирался вооруженный отряд. А носильщики? Это же настоящие герои! На руках только по известным им тропам в джунглях переносили за сотни километров тонны грузов. Шли ночами, а чтобы не сбиться с пути, носильщику вешали на спину светящуюся древесную гнилушку.

– Вы с деятельностью рот пропаганды знакомились?

– Да, поразительно продуманная тактика. В деревню приходит такая рота. Пока часть бойцов обучала военному делу юношей, грамоте – жителей, другая работала на полях.

Очень тяжко пришлось Народной армии во время отражения американской агрессии. Сотни тяжелых бомбардировщиков поднимались с аэродромов Таиланда, Японии, Филиппин и бомбили города и деревни Вьетнама. Конечно же, Пентагон сообщал об атаке с воздуха на военные объекты. Хотя ему было достоверно известно, что их, как и крупных промышленных предприятий, в стране практически нет.

ВВС США сбросили несколько миллионов тонн бомб, десятки тысяч мирных жителей погибли. Но Народная армия давала отпор. За очень короткий срок создали весьма эффективную противовоздушную оборону. Части ПВО были оснащены советскими средствами.

– Надо было обучить вьетнамцев владеть этим оружием, – рассказывает генерал Ивашко. – То, что сделали наши специалисты и советники, можно считать подвигом. Их ученики оказались на высоте. За период воздушной войны над территорией Вьетнама было сбито 4180 американских самолетов и более тысячи летчиков взяты в плен. Даже в годы Второй мировой войны США таких потерь не несли.

Спрашиваю Порфирия Максимовича, встречался ли он со своими вьетнамскими однокурсниками по Московской академии.

– С тремя встретился, даже работали вместе. Они возмужали, выросли в опытных командиров, героически воевали. Спрашивал о других. Увы, ответы были однотипными: погиб в бою. По народному обычаю помянули этих славных парней, отдавших жизнь за Родину.

Работу генерала Ивашко высоко оценили вьетнамские власти. Порфирий Максимович достает из шкатулки боевой орден «Медаль дружбы», почетный знак Министерства обороны. Вручая награды, министр национальной обороны Вьетнама тепло благодарил его за огромную, бесценную и очень эффективную помощь. А начальник вьетнамского Генерального штаба напомнил:

– У нас в стране говорят: тем, кто привязан друг к другу, расставаться тяжело. Мы никогда не забудем вас, переносившего вместе с нами многие лишения.

Во время трехгодичной с лишним командировки генерал Ивашко был переназначен старшим в группе военных советников Генштаба. И его начальник не для красного словца упомянул про лишения. Бомбежки, обстрелы, ночевки в пещерах и джунглях. Все пришлось пережить. В заветной шкатулке хранится орден Красного Знамени, весьма почитаемый в офицерской среде. Это тоже награда за командировку во Вьетнам.

НАРАСХВАТ ПО СТРАНАМ И КОНТИНЕНТАМ

После возвращения из Вьетнама опыт генерала Ивашко понадобился и в некоторых других странах. Кроме основных задач военным советникам приходилось решать и специфические. Как всегда, этот вызов в Генштаб был срочным.

– На севере Эфиопии случилась страшная засуха, населению одной из провинций грозит голодная смерть. Правительство страны обратилось к нашему руководству с просьбой о срочной помощи. И она будет оказана. Туда направляется военный госпиталь. Морем и по воздуху перебрасываются техника, снаряжение, продовольствие, персонал. Вам надлежит возглавить эту операцию. Вы уже работали в Эфиопии, знакомы с условиями, обычаями. В ваше распоряжение поступают автомобильный батальон, вертолетный отряд. Вылет завтра утром.

– Есть вылететь завтра утром, – ответил генерал.

– Место развертывания базы было уже выбрано. Местные власти готовили жилье для приема населения, врачей и других специалистов. Армейские палатки стали больничными корпусами, – рассказывает Порфирий Максимович. – Еще расставляли оборудование, а транспорт уже доставил первых пациентов, среди которых преобладали дети. На них было больно смотреть, не просто истощенные, их тельца просвечивались насквозь.

Надо отдать должное эфиопскому руководству, оно оперативно реагировало на все ситуации, обеспечивало доставку всего необходимого. Министр здравоохранения постоянно находился на базе, пока не были созданы все условия для работы.

– Наши врачи, медсестры трудились с высочайшим напряжением, – продолжает Порфирий Максимович. – Они буквально валились с ног от усталости. Также самоотверженно работали летчики, техники, водители. Их усилиями были спасены десятки тысяч жизней. В нашем госпитале не зарегистрировали ни одного летального исхода.

Поймав мой недоверчивый взгляд, Порфирий Максимович вновь твердо произнес:

– Ни одной смерти! До сих пор с чувством восхищения вспоминаю тех советских специалистов, которые спасали людей от смерти. Вот начальник отделения переливания крови, доктор медицинских наук Светлана Максимовна Донде. Когда не придешь, она всегда на рабочем месте, придирчиво контролирует работу медперсонала, аппаратуры. А как она искренне радовалась, когда видела возвращающихся к жизни людей.

Порфирий Максимович с теплотой говорит о встречах после выполнения задания с доктором Донде в Киеве, с невропатологом, полковником А. П. Стареньким в Полтаве. Конечно, вспоминали Эфиопию.

У генерала Ивашко были командировки и в другие страны: Ангола, Ливия, Кувейт. Там создавались или реорганизовывались национальные армии; командный состав нуждался в компетентных советах. Особенно сложно приходилось в тех странах, где шла вооруженная борьба, а законную власть и ее противников активно поддерживали правящие круги разных государств. За словесной шелухой о демократии, свободе зачастую стояли вполне осязаемые экономические, а то и военные интересы.

Однажды Порфирия Ивашко пригласили в хорошо знакомый кабинет и сказали:

– Нужна помощь народной власти ДРСП.

– Я, признаться, не знал тогда, что это такое. А вы слышали о такой стране? – обратился ко мне Порфирий Максимович и, насладившись моим угадыванием типа «ДР – демократическая республика, а вот СП», добавил: Сан-Томе и Принсипи.

Я слышал об этой стране и даже знал, что правящая там партия провозгласила построение в будущем социализма.

– Государство расположено на двух островах вулканического происхождения, – просвещал меня генерал Ивашко, – в 300 километрах к западу от Экваториальной Африки. Производство сельскохозяйственное, кукуруза, бананы, кофе, а главное какао. Почти весь урожай в прошлом шел в Португалию, чьей колонией были острова. Поступления от экспорта какао были основной частью бюджета республики. Население составляло чуть больше 100 тысяч, тогда так было.

– Так и армия там крошечная. Зачем вы понадобились?

– Совершенно верно, армия маленькая. Но вот в чем дело. Основные продукты питания населения – это кукуруза и морепродукты. Рыбопромышленники многих стран Европы, Азии и даже Америки беззастенчиво грабили морские богатства страны. Правительство Сан-Томе и Принсипи намеревалось объявить морскую акваторию островов своей экономической зоной и собиралось серьезно заняться рыболовством. Но контролировать эту зону у республики не было ни сил, ни средств. Поэтому решили построить на одном из островов РЛС – радиолокационную станцию. Она позволяет обнаруживать, распознавать непрошеные объекты, определять их местоположение и даже параметры движения.

– О чем нарушители осведомлены?

– Так же, как и знают, что за этим может последовать наказание. Вот наши военные специалисты и помогали создавать такую РЛС, обучали для работы на ней национальный персонал. Спустя некоторое время я узнал, что количество нарушений в этой зоне резко сократилось.

Вот такой скромной, для очень многих из нас незаметной, деятельностью по просьбе законных правительств занимался генерал-лейтенант Порфирий Ивашко. От Южно-Китайского моря до Гвинейского залива. Вот написал – незаметной. А для кого-то – причем по обе стороны границ – еще как заметной! А ведь звучит, право же, скромно – военный советник.

nvo.ng.ru