Малайзия

Мария Мернова 

Американский фантаст Рей Брэдбери предположил, что не вовремя прихлопнутая бабочка может изменить государственный строй страны. Малайский учитель Дэвид Го доказал, что вовремя выращенная бабочка может определить судьбу нескольких поколений.

Фото: Masterfile / East News

«Севшая на плечо человека бабочка приносит несчастье, избежать которого можно, лишь получив бабочку в собственность» — эта примета помогла живущим в джунглях орангазли (так называют представителей коренного народа Малайзии) неплохо зарабатывать, продавая крылатых тропических красавиц. В начале 1980-х годов этот живой товар стал популярен в Европе и США. Малайзия могла обеспечить им рынок как никто другой — здесь обитает более 1000 видов бабочек. Однако примета орангазли обернулась против них самих — довольно быстро бизнес перешел в руки крупных игроков.

Большинство скупщиков продавали чужих бабочек, но увлекающийся энтомологией учитель английского языка Дэвид Го решил сделать насекомых действительно своими и начал разводить бабочек на ферме. За 30 лет она стала крупнейшей не только в Малайзии, но и в мире, а дело перешло в руки одного из сыновей Го — Джозефа.

Джозеф Го часто выбирается в джунгли за новыми экземплярами для фермы

Поначалу Джозеф не был уверен, что готов, как и отец, посвятить жизнь бабочкам, и отправился в США учиться на архитектора. Однако после обучения мистер Го все равно вернулся к семейному делу. Вначале спроектировал здание фермы, а потом постепенно взял весь бизнес отца в свои руки. Жена Джозефа занимается маркетингом и продажей сувениров в магазинчике при ферме, а дочь играет в саду с насекомыми. Сейчас Penang Butterfly Farm входит в перечень главных туристических достопримечательностей острова Пинанг, а ее хозяина друзья называют Мистер Баттерфляй.

В павильоне поддерживается определенный микроклимат: температура около +28–30°С, влажность 80%

Свет в конце тоннеля

На ферме среди компактных лабиринтов тропической растительности планируют стайками бабочки. Здесь их не меньше 4000 штук по крайней мере 120 различных видов. Встретить подобное разнообразие можно разве что на страницах энциклопедии. От такого количества красоты — порхающей, сидящей на ветвях цветущих кустов — захватывает дух. Именно этого эффекта и добивался встречающий нас невысокий улыбчивый человек — хозяин фермы Джозеф Го. «Ради того, чтобы посетителям казалось, что сад — кусочек дикой природы и все в нем происходит само собой, пришлось использовать различные ухищрения, — говорит Джозеф. — Я сам спланировал территорию. Благо образование у меня подходящее».

На ферме нет случайных растений — каждое из них подобрано для определенного вида бабочек

Пространство действительно необычное. Например, двери сада открыты настежь. По идее, бабочки могли бы улететь. Однако все на месте. Фокус довольно прост — в сад посетители попадают из темной прохладной галереи, где температура воздуха приятна для людей +22–24°C. Бабочек же привлекает свет и тепло, им подавай тропики с 30-градусной жарой. Поэтому насекомые не стремятся к черной дыре прохода — им там совсем не комфортно. Для дополнительной защиты вход занавешен легкими шторами из бамбуковых палочек. Для человека — радующий глаз декор, для бабочки — непреодолимая преграда.

По саду расставлены кормушки. В меню фрукты и сахарный сироп

Воздух в сад поступает таким образом, чтобы его потоки не сбивали бабочек с курса. Кормушки специально расставлены в разных местах: это позволяет посетителям лучше разглядеть насекомых, а бабочкам не сталкиваться друг с другом.

Отдать на съедение

Самая сложная задача — прокормить гусениц

Сад лишь вершина айсберга, которую видят туристы. «Производственные мощности» находятся на расстоянии нескольких километров и больше похожи собственно на ферму, чем на райский сад. Джозеф — один из немногих «бабочководов», занимающихся производством полного цикла. «Мы сами выращиваем бабочек — от личинок до порхающих фей, — объясняет Джозеф. — Большинство же компаний идут по легкому пути, чтобы не связываться с такими сложными процессами, как сбор яиц и кормление гусениц: закупают куколки на стороне — как раз у таких крупных ферм, как наша».

Куколки отправляют заказчикам из Европы и США в термобоксе. Каждый производитель старается усовершенствовать его конструкцию, чтобы снизить количество брака — куколок, из которых выводятся ущербные бабочки, например с прозрачными крыльями или вообще без них. Процент брака иногда может доходить до 20. При этом стоят куколки от 1,5 до 80 долларов за штуку, есть экземпляры и по 650 долларов за пару — все зависит от того, насколько редкий вид.

Около 20% прибыли тратится на образовательные программы

Ферма в Пинанге поделена на несколько зон. Основную часть жизни будущие бабочки проводят в стадии гусеницы, у некоторых видов этот период может длиться долгие месяцы. Гусеницы чрезвычайно прожорливы: одна способна съесть листву с целого дерева. Если бы ребенок с рождения прибавлял в весе так же, как гусеница, то к подростковому возрасту он был бы больше 120 килограммов! На ферме основное место занимают оранжереи для выращивания растений. Часть растительности время от времени переезжает в демонстрационный сад. Цветы служат «столовой» для бабочек, а листья — «жилплощадью», где насекомые откладывают яйца. Но большая часть растений идет на съедение гусеницам. Ветви, на которые их подсаживают, обматывают сверху тканью, для того чтобы насекомые не расползались по всей оранжерее, разные виды не перемешивались. Когда гусеницы поедают все листья внутри этого «загона», их пересаживают на новое место. Особо редкие виды содержат в отдельных контейнерах.

Игра в куклы

Отъевшиеся и накопившие силы гусеницы окукливаются. Куколок, не предназначенных для продажи, оставляют для продолжения рода и пересаживают в инсектарий — своеобразный родильный дом для бабочек. С помощью биоклея каждую куколку вручную прикрепляют к тонким веточкам. Хотя нынешним работникам грех жаловаться — раньше каждый кокон подвешивали на нитке, на что уходило гораздо больше времени и сил.

Скорость формирования бабочки можно регулировать, изменяя температуру в инсектарии

Пока кокон висит, в нем происходит революция: все, что когда-то было гусеницей, превращается в тестообразную массу, из которой формируется принципиально новое существо. При желании естественный ход событий можно замедлить или ускорить — достаточно повысить или понизить температуру в боксе. Главное, не перестараться и не «пережечь» куколки. Вычислить оптимальный температурный режим и влажность — дело специалиста-техника. Выход бабочки из кокона происходит стремительно (от 30 секунд до пары минут). Иногда техникам приходится выполнять еще и роль акушеров, помогая бабочкам освободиться от коконов.

После пяти линек гусеницы окукливаются

Большую часть работы выполняют вручную, о механизации не может быть и речи. Поэтому желающих часами пересаживать гусениц с одного куста на другой, развешивать куколки и разматывать хоботки бабочкам, чтобы накормить их, найти не так просто, как кажется. По уровню безработицы Малайзия на одном из последних мест в мире.

Свобода по контракту

Новорожденных бабочек сортируют — часть отправляют полетать в саду, другую оставляют для продолжения рода, а третью… выпускают в джунгли.

Вышедшая из кокона бабочка не может взлететь, пока ее крылья не просохнут

— Такое «расточительство» на самом деле тоже приносит прибыль, — объясняет Джозеф. — У нас с природой, можно сказать, своеобразный контракт на взаимовыгодных условиях. Дело в том, что при размножении в неволе насекомые постепенно начинают деградировать, их окраска становится не такой яркой и устойчивой. Поэтому время от времени нужно отпускать бабочек в джунгли, чтобы позже получить «вливание свежей крови». Среди бабочек, кстати, есть такие привереды, которые просто не спариваются в неволе, единственный способ получить потомство — выпустить их на свободу, чтобы потом отловить часть для откладки яиц. Однако некоторых насекомых, например желтую птицекрылку Елены (Troides helena), мы выпускаем бескорыстно — просто, чтобы повысить численность в природе. А также высаживаем в джунглях ее любимую еду — лиану Aristolochia tagala, ставшую из-за вырубки лесов редким видом. Без этой лианы птицекрылка просто не сможет жить.

Ускользающая красота

Для кормления бабочек предусмотрена отдельная зона. Большинство из них нет необходимости уговаривать есть, однако ослабленных новорожденных красавиц специалистам иногда приходится кормить принудительно, а это дело довольно непростое. Нужно зубочисткой размотать тончайший хоботок бабочки, свернутый колечком, и опустить его в сок. За час один человек может накормить подобным образом не более 15 бабочек. От полноценного кормления напрямую зависит успех размножения — голодная бабочка не в состоянии спариваться и откладывать яйца.

Сложность в том, что разные бабочки предпочитают и разное меню. Одним нужен нектар цветов, другим — сладкая смола, стекающая со стволов деревьев, третьим — сок подгнивших фруктов. Есть и бабочки с уникальным ферментным комплексом, позволяющим расщеплять белковые компоненты цветочной пыльцы, благодаря этому продолжительность их жизни превышает три месяца, что для бабочки огромный срок.

— Век бабочки в состоянии имаго, то есть насекомого с крыльями, недолог,— вздыхает Мистер Баттерфляй. — Это конечный этап жизни, самый красивый и самый непродолжительный — обычно он составляет 2–3 недели. Довольно быстро крылышки бабочек истончаются, покрываются сетью «морщинок» и начинают крошиться. По большому счету красивые крылья, ради любования которыми мы тратим столько сил, самой бабочке нужны лишь для того, чтобы найти партнера, спариться, отложить личинки для продолжения рода — и все!

Однако именно за возможность всего несколько минут наслаждаться этой недолговечной красотой люди по-прежнему готовы платить большие деньги.

Фото: Diomedia (x5); Shutterstock, Penang Butterfly Farm (x2), Sime, Corbis / ALL OVER PRESS

vokrugsveta.ru