"...Когда мы говорим о церковной или религиозной культуре, мы чаще всего понимаем под этим словом субкультуру, связанную с той или иной религиозной традицией. Например, православная субкультура предполагает определенную, говоря современным языком, моду на одежду, предполагает определенный образ жизни. Особенно когда вы посещаете храм: стоят женщины в платочках, длина юбки соответствующая, ну и человек ведет себя соответствующим образом. И вот людям иногда кажется, что религиозная культура — это либо произведения о Боге, о Церкви, либо некий определенный образ жизни. Этот образ жизни бывает очень сложно воспринять человеку, который в этой культуре не рожден, и чаще всего такие люди говорят: «Я неверующий человек».

А на самом деле речь идет о том, что человек принадлежит другой культуре. Большинство людей среднего и старшего возраста родились в Советском Союзе, были воспитаны в советской школе, оказались под сильным влиянием идеологии. В какой-то момент они изменили этим взглядам — просто под влиянием реальной жизни, а вот войти в церковную культуру не смогли. Это не так просто. Даже многие люди, положительно отвечающие на вопрос, есть Бог или нет, не могут в церкви перекреститься, потому что были воспитаны иначе.

Вот поэтому, когда мы говорим о религиозной культуре, нужно говорить не только о культуре, связанной с той или иной религиозной традицией, но и о некоем мировоззренческом основании культуры. Ведь «культ» и «культура», слова латинского происхождения, которые означают «поклонение» и «возделывание», имеют один корень. Возделывание чего? Например, грядки, поля. Вот поле — незасеянное, совершенно дикое. Приходит человек и начинает вспахивать это поле, культивировать, и вместо диких растений на этом поле произрастают злаки или фруктовые сады. То же самое происходит и с внутренним состоянием человека. Культура — это способ, средство возделывания человеческой личности. Что значит «возделывания»? Для чего возделывают поле? Для того чтобы с этого поля собирать плоды, то есть то, что нельзя получить в дикой природе — таким образом, мы совершенствуем природу.

Вот я и говорю о том, что все мы должны быть соработниками Бога, чтобы усовершенствовать этот мир. Такой процесс совершенствования мира — это и есть культивирование этого мира. Если в результате культурного действия человек становится чище, светлее, обостряется его нравственное чувство; если он яснее видит различие между добром и злом; если у него возникает желание помогать другому человеку, наступить на горло собственной песне, разрушить свой эгоизм — то, несомненно, такая культура является религиозной, потому что она совпадает с Божиим замыслом.

При всем этом в том или ином произведении такой культуры (если речь идет о литературном произведении) может ни разу не упоминаться слово «Бог» — как, например у Пушкина. А может и упоминаться слово «Бог» — помните стихотворение «Пророк»? Оно принадлежит к светской или религиозной культуре? Конечно, к религиозной, как и все его творчество, за каким-то, может быть, исключением. Вот там, где мы видим культуру как силу и средство возвышения человеческой личности, — там собственно культура. А всякая такая культура, ориентированная на эту Божественную цель, религиозна по своей природе вне зависимости от того, называем мы ее религиозной или нерелигиозной.

И вот еще о чем можно сказать в связи с этим. Конечно, культура религиозных традиций включена в эту Культуру с большой буквы. А если культура не культивирует, а разрушает? Иногда я наблюдаю по телевизору собрание молодежи, на котором люди просто теряют человеческий облик под звуки той или иной музыки. Были случаи, когда я посещал такого рода собрания молодежи и видел их лица… Когда после такого собрания идешь по площади и видишь десятки шприцов и разбитые бутылки с алкоголем — такое впечатление, что ты в грязном хлеву. Вот это что — культура или антикультура? Любое действие, которое называется культурным, но которое раскрепощает человеческий инстинкт, страсть, провоцирует агрессивность, разрушает нравственные идеалы семьи, любви, верности, — это не культура, это антикультура.

Поэтому для меня нет понятия религиозной или нерелигиозной культуры. Для меня есть понятие культуры как процесса культивации, возвышения человеческой личности навстречу тем целям, которые Бог поставил перед нами, а значит, навстречу Богу — вне зависимости от того, сознает автор или не осознает свою принадлежность к вере. Если он живет в Божественной системе ценностей, он творит религиозную культуру. А есть антикультура, дьявольская культура, которая разрушает человека — не культивирует его, а превращает в животное, в зверя.

Сегодня вопрос о культуре — это вопрос о нашем будущем, потому что мы живем в условиях свободы. Не существует никакой цензуры, каждый выбирает то, что он выбирает. И, к сожалению, иногда средства массовой информации создают стереотипы, которые усваиваются массовым сознанием, в том числе молодежью, как пример, как идеал. Я не хочу называть никаких телепередач, но, думаю, вы поймете, о чем идет речь. Существует несколько передач на наших каналах, которые без отвращения ни один нормальный человек смотреть не может — когда самое низменное, гаденькое, пошлое, безграмотное показывается всему миру. Потом смотришь — дети в школе начинают повторять эти интонации, которые являются не интонациями русского языка, а безобразным подражанием английскому. И если мы будем и дальше действовать таким образом, тогда вместо культивации будет происходить распад человеческой личности, а там, где распад — там смерть. Благодарю за внимание..."
http://www.patriarchia.ru/db/text/1176977.html