день неуютный
мокрой одеждой после чужого дождя
шкурка растресканной кожи
из эскалаций кофейных поставок уганды
родинке автора пиковой драмы
утренний шёпот волнистых размеров только в цезурах остался
рифмы и ритм убежали под белый ещё не желающий таять осадок зимы
долгой болезненной и оттого нелюбимой теперь
лики с бумажками мимо
симкой паркую завязь бессмысленных фраз
всё что осталось от утра прошлое слово из ветра вчерашнего
вне сожалений сознания путь
разве что в приступах боли беззлобных упрёков беззубая месса
узости артикуляций припудренных кашлем чужим из сбежавшего детства
где почему то к трём литрам приклеились два
нет у лягушки моей молока
только ржавеющий йод на исходниках клавиш павших фалангами пальцев на рифмы
правой руки из полуденной пыли уборок
морок и сон отличаются уровнем боли
здесь же по прежнему нараскарячку клёна услужливый ствол
будней унылых мы странное братство
мономеньшИнство штрихкода сбежавшего с тона на терры
