Старею . Не девочка уж . Под глазами морщины .
Стал голос спокойней , и тверже - командные нотки .
Ты знаешь , смешно , но мне нравиться стали мужчины
и узкие платья , и черные , в сетку , колготки .
Стал голос спокойней ... Нет, он все, конечно, такой же -
красивый, грудной, сексуальный, волнующий, певчий, -
но, видишь ли, нотки командные все-таки тверже ,
и значит, чему-то во мне не становится легче.
Старею , ты знаешь... Нет, как это все-таки странно -
так странно! - за тридцать взяло вдруг и перевалило!
Да, да, понимаю, еще хороша и желанна...
Нет, нет, я не спорю, за тридцать - еще не могила...
Но все же, но все же... Но в том-то вся правда и ужас,
но в том-то и суть, что я меньшему стала - не рада.
Сойти и за двадцать,
подкрасившись и поднатужась, -
оно-то, конечно...
И, в общем, при случае надо...
Старею. Не веришь? Взгляни.
Это даже не глупость -
не скрыть, не пресечь,
не списать на пустяк и ошибку.
И дело не в этом,
что тело теряет упругость,
и вовсе не в том,
что лицо потеряло улыбку,
А просто...
ну, как бы ясней?..
Все, как есть, принимаю,
и, знаешь, плевать,
и не больно, не страшно,
не стыдно.
Старею....
Все вижу и
все понимаю.
Обидно?
Да вряд ли.
(Вот видишь,
уже не обидно.)..
