Иван-Царевич бродил по лесу, выискивая стрелу.
— И где она, мать ее? Сюда же стрелял. В лес. Логичнее, конечно было выстрелить в поле, но там – подсолнух. Потом по подсолнухам носиться, искать... Нереально. Лучше в лесу.
— Не стрелу ищешь, добрый молодец? — голос лягушки был на удивление низким и мелодичным.
— Ее треклятую. Не падала тут?
— Вот она. Она?
— Она вроде. Похожа. Наконечник золотой... Понимаю, что глупо. Понимаю, что расточительно. Традиции, мать их... И жениться уже давно можно по-человечески. Так нет же... Стреляй, ищи... Нашел вот.
— В жены меня хочешь взять?
— Не хочу. Но придется. Слово дал. Где упадет стрела – там и женюсь.
— Женишься? Обещаешь? Точно? Обратку не дашь потом?
— Слово царевича! Падлой буду!!! Чего уж? Не первое поколение царевичей так женится. Кому больше везло, кому меньше. Чего там делать надо?
— Целуй меня.
— Фиии, жаба... Ну, чего уж там? Цалую...
БЗДЫЖШЬ!!!!! Поляну заволокло туманом... Из тумана шатаясь появился царевич.
— Фигассе!! Ну где ты там, ненаглядная? Покажись мужу.
Из тумана вышел юноша. Странный какой-то. Женоподобный весь.
— Не понял. – удивился царевич – Пацан, ты тут царевну не видел?
— Недоросль... – жеманно захихикал юноша. – Самца лягушки отличить от самки не могут, а туда же – жениться. Дал слово – держи. Ты на мне жениться обещал, праативный...

Немного хорошего юмора!!!

www.liveinternet.ru/users/smart50/post225094115#BlCom616378254

Как печально! По сути дела, эта романтическая история не кончилась ничем. История взаимоотношений между двумя гениями – Франции и России. Между великим художником и великим поэтом. Однако эта любовная страница была…

Мы живем, как умеем: к нам ночи приходят и утра,
И воздушные замки уносит прибоем веков,
И когда-то давно нам сказал воин древний и мудрый:
"Все погибнет в сраженьях, останется только любовь".

Да, любовь, но за ней в синих звездах и в кружеве черном
Бесконечная ночь, боль и слезы не сказанных слов,
Где мы бредим во мгле и где ловим друг друга за горло,
Словно это не явь, а блестящие фантики снов.

И любовь так сильна, так сладки ее прикосновенья,
Так призывны слова и такое блаженство в глазах,
Что нам хочется жизнь подарить за одно лишь мгновенье
И простить для нее все, что было, всю горечь и страх.

Ведь когда ее нет, мир нам кажется взорванным раем!
Мы готовы за все заплатить и погибнуть любя.
Мы срастаемся с ней, и когда мы ее потеряем,
Нам так хочется вслед навсегда потерять и себя.

Мы клянемся чем можем, и клятвы своей не нарушим:
Пробиваться на зов ее, колокол, шепот и звон,
Ведь она так зовет, что нам хочется выкричать души
И напиться ее, и умолкнуть на время времен.

Косо падает снег над застывшей от боли дорогой,
И в алмазах зимы наше дерево жизни и нить,
Уводящая вдаль, в третью тысячу лет от порога.
Мы, конечно, пойдем. Мы попробуем снова. Любить.


© Copyright: Ромарио Радригес, 2007
Свидетельство о публикации №1706250558