«Мы миру можем дать намного больше, чем он - нам».

                                                                     Б.Кокархоев.

   

                         

                                   БЕСЕДА ОБ ИНГУШСКОЙ МИФОЛОГИИ   

В рубрике «Слово» мы продолжаем знакомить вас, уважаемые читатели, с оригинальными взглядами постоянного гостя на страницах «Сердало», исследователя философии  ингушского языка и культуры, занимающегося самостоятельными, независимыми научными изысканиями – Беслана  Магомедовича  Кокархоева.

На этот раз мы предлагаем вашему вниманию взгляды Б. Кокархоева на ингушскую мифологию.   

 А. Газгириева: Известно, что мифы Древней Греции оказали огромное влияние на развитие искусства и науки. Скульптура, роспись, живопись и другие виды искусства изображали богов и сюжеты греческой мифологии. Это наверно знают все. А какое влияние оказала ингушская мифология на развитие ингушской культуры и в чем особенность наших мифов?  

 Б. Кокархоев: Мифы жрецов и мифы народных масс – это разные мифы. Мифы народных масс были порождением суеверий и невежества, но мифы жрецов были просто аллегорическим и символическим описанием неких истин их тайной мудрости.

При этом жрецы или посвященные изучали в храмах искусство создания мифов, подобно тому, как мы сегодня обучаемся в литературном институте или в институте журналистики   ремеслу писателя и журналиста.

Изучение разных взглядов на мифологию и собственные исследования привели меня к убеждению, что мифы жрецов были синтезом мистики, мифа и истории, или невероятного, полу вероятного и вероятного.

То есть небыль духа (он кажется несуществующим),

быль и небыль души (она кажется существующей и несуществующей)

и быль тела (оно кажется существующим) – вот три данности,

которые они учитывали и синтезировали в одном сюжете и символизме рассказа. При наличии ключей к их символизму, можно выделить из мифов факты действительной истории, истины философии, и чисто художественные образы. Иными словами, наука, искусство и история в синтезе были сущностью древних культов.  

 А. Газгириева: Мифы, выходит – это школа, библиотека и архив памяти в одно и то же время?  

 Б. Кокархоев: Это так. Хотя главной задачей мифологии посвященных или жрецов было достижение бессмертия душами.

Смысл этого очень прост. Древние считали, что душа сама по себе смертна и бессмертия она должна достигнуть. Но как? С помощью разума.

Но существует два вида разума, один – это интуиция, которая оперирует образами и символами, а другой – это мозговой интеллект, или формально-логический ум, который оперирует логическими понятиями.

С помощью какого из этих разумов душа может добыть себе бессмертие?

Мозговой ум исчезает в момент смерти тела и мозга.

Интуиция же остается и переживает смерть мозга, тела и даже всего материального космоса.

Значит, эту задачу может решить только интуиция, и миф способствует именно ее развитию.

  Мифы – это нити, ведущие в неведомое прошлое.

У человечества нет написанной истории о столь древних временах, и сведения об этом прошлом можно почерпнуть только из мифологии.

Материки могли исчезнуть, и никакая археология не сможет найти вещественных следов деятельности человека на этих древних материках. Антропологический тип мог измениться, промежуточные типы могли исчезнуть бесследно с этими материками.

Потому остается только память человечества, в которой можно найти какие-то сведения о самых далеких временах.

Мифология содержит историю, ее нужно просто из нее выделить.  

А. Газгириева: Можно привести конкретные примеры?   

Б. Кокархоев:  В известном мифе «Семь сыновей вьюги», записанном В. Я. Светловым где-то в начале 20-го века  у жителей села Гелти (Гвелете), и переизданном И. А. Дахкильговым в девяностых годах того же века, главный герой мифа носит имя Курюко, а его отец - Созруко.

«Кур» - гордость, и в мифе дается характеристика племени нартов, к которым принадлежал и Курюко, как «славившихся неслыханным мужеством, храбростью и гордостью…» Там же говорится, что они обладали природной хитростью и умом. При этом миф подчеркивает, что нарты были, но животных на земле не было.

«Со кур в» - Я есть гордый.

«Со говз в» - Я есть хитрый.

Оккультное учение говорит, что земля находится в своем четвертом круге эволюции, и что человек в этом круге появился раньше животных, во всяком случае, раньше млекопитающих, то есть животных, питающихся млеком – молоком.

Что первое чувство, которое испытал человек с пробуждением разума и осознания своего личного Я (Со), было чувство гордости. Он в процессе эволюции терял в духовном разуме (в интуиции), увеличивался в хитрости мозгового ума.

И вся эта эволюция есть эволюция его личного Со (Я), но не эволюция Безличного Аз (Я), которое никогда не изменяется.

Мифология и философия ингушского языка, связанные вместе, позволяют говорить о том, что история ингушской расы восходит к этим нартам.

К тому же миф говорит, что нарты-великаны мельчали из поколения в поколение и выродились в обыкновенных людей. Если бы история ингушей или их памяти не шла от этих самых нартов - великанов, то язык с его философией 

не смог бы дойти до нас.

Тут история языка, культуры,  их философии,  история народа и человечества идут вместе.

То есть история ингушей оказывается важной частью истории человечества. Мифы содержат сведения, переданные от поколений к поколениям, и сведения эти объясняются философией ингушского языка и культуры.

Это и есть пример синтеза мистики или философии, мифологии и истории.

Такая история выглядит как фантастика, и наши попытки превратить миф в реальную историю, могут показаться дерзкими. Но не один оппонент в мире не сможет опровергнуть наши доводы, в чем я убежден, и если наши аргументы столь сильны, то почему же это похоже на фантастику?

Ну, разве что только в смысле - этого не может быть, хотя уже свершилось.

В отличие от других народов мы имеем мифы, неотделимо связанные с философией нашего языка и культуры, с происхождением реальных родов и народа.

Тут во всех отношениях уникальное явление, стоящее особняком от мирового мифотворчества, хотя и перекликающееся с ним. Есть и другие еще примеры.  Применение ключей к символизму позволяет почти всю культуру прочитывать как реальную историю, хотя и  очень древнюю.

Я в своих статьях лет десять назад об этом говорил, но могу теперь повторить. Оккультные учения говорят, что человечество, предшествовавшее нашему, было двуполым.

Где-то 18-ть миллионов лет назад произошло разделение полов, и люди стали рождаться мужчинами и женщинами.

Тогда же появились браки, и произошла развязка человеческой речи.

Ингушская свадебная традиция, когда жених и невеста разделены, и обычай развязывать невесте язык (нускали мот баст), может быть наследием от тех первых людей, мужчин и женщин, которые знали о своем происхождении от двуполых предков и ввели это в память своих начальных традиций.

Не берусь судить, насколько оккультные учения правы, хотя вся природа прошла через эволюцию двуполости, и в самых древних мифах говорится о гермафродитах. Но данные ингушской свадебной традиции хорошо согласуются с утверждением оккультных учений. Наши традиции и обычаи при применении особых ключей символизма выдают сведения не только об истории, но даже об эволюции.

 Речь идет о миллионах лет истории, отраженной в мифологии.   

 А. Газгириева: Но, неужели язык мог пройти через миллионы лет и дойти до нас, отражая столько сведений?  

 Б. Кокархоев: Мог, во всяком случае, ингушский язык.

Он был языком мудрости посвященных и жрецов, а они умели сохранять многое на протяжении неисчислимых веков.

При этом, истины данные в нем, не менялись, ибо истина не зависит от времени и изменений, хотя ключи могли быть утрачены за пределами храмовой преемственности.

Я глубоко убежден, что ингушский язык не является продуктом развития человеческой речи.

Он был принесен с других космических сфер и передан человечеству, обретшему дар речи.

Он изначально явился как готовая система философии.

Знание о двух Я (Аз и Со) и четырех типах бытия (в, й, д, б), принимаемых 

личным Со (Я) в макрокосме и микрокосме не могли быть открыты человеком в самом начале своего пробуждающегося разума.

А этот язык, являясь языком существ из других сфер, отметил пробуждение разума человечества.

То есть, существа, говорившие на нем, отметили факты, а после язык передали людям. Потому он содержит сведения, которые не мог зафиксировать сам человек, и сведения, которые он уже мог фиксировать сам после пробуждения разума.

И тут не нужно искать совершенство в фонетике и в других особенностях языка. Совершенство дано именно в системе функций двух Я (Аз и Со).

То есть  этим явлена истина предельная и всеобщая для всех миров и всех времен. Ни одна мудрость не может зайти за пределы этих двух начал.

Космические существа, принесшие ингушский язык на землю, отметили и зафиксировали в нем события, связанные с пробуждением самого звездного космоса. Значит, они пришли с этим языком в наш космос с более таинственных областей пространства.   

А. Газгириева: Из всего сказанного вами одно ясно, что мифология для вас какая-то сверхсложная система, с набором неисчерпаемой информации. От ингушской свадебной традиции для нас один шаг за пределы звездного космоса…  

 Б. Кокархоев: Именно так.

За обозначением «соломы» или «сена» в ингушском языке  я также вижу тайны эволюции космоса, не говоря уже о таком мощном пласте культуры, как свадебная традиция.

Я не нахожу ни одного истинно  ингушского слова, которое не было бы неким фокусом целой вселенной со всеми ее тайнами.

Что поделаешь, это особенность моего разума.  

 А. Газгириева: Как известно, вы давно высказываете свои взгляды. Но почему-то до сих пор ваши взгляды не получили научного признания. Неужели ваше мнение никто не разделяет?   

Б. Кокархоев: Тоже самое у меня спрашивают знакомые.

Во-первых, в Ингушетии нет никакой самостоятельной науки и самостоятельного научного мышления.

Во-вторых, мои взгляды, возносящие ингушские язык и культуру на небесную высоту, и уводящие их в самую немыслимую глубь прошлого, трудно усвоить, тем более, если существуют оплачиваемая официальная наука, в которой, как правило, превалирует служение не истине, а политике.

В-третьих, в моих исследованиях используются методы иного разума, то есть интуиции, и доставленное ею трудно укладывается в шаблоны мозгового ума.

Признание меня мало волнует, но вот время и возможности, которые мы упускаем, искренне жаль.

Мы могли бы миру дать нечто большее, чем мир может дать нам.                         _____________

 

 

 

Серия сообщений "БЕСЕДЫ,СТАТЬИ,ИНТЕРВЬЮ РАЗНЫХ ЛЕТ":
Часть 1 - Атланты в горах Ингушетии. (Часть первая)
Часть 2 - Атланты в горах Ингушетии(ЧАСТЬ 2)
...
Часть 8 - Симпозиум кавказоведов в Грузии
Часть 9 - В преддверии Дня рождения республики
Часть 10 - БЕСЕДА ОБ ИНГУШСКОЙ МИФОЛОГИИ
Часть 11 - О СЛОВАРЕ ТИМУРА КОДЗОЕВА