Он, глаза задумчивые щуря,
шахом развалившись на ковре,
знает, что, в конце концов, прощу я
варварский кошачий его грех.
Он напился в кухне валерьянки,
он разбил в шкафу с вареньем банки,
расцарапал он сервант блестящий,
выдернул с клубками на пол ящик.
 

 

Он по шторе лазал к потолку,
выяснял, кто там вопит "ку-ку".
Он с кукушкою разборку учинил...
Я потом полдня часы чинила.
 

Он планировал спланировать к дивану,
но в аквариуме принял ванну.
То ль морским он котиком там был,
то ли "кашалотом" гордо плыл.
 

 

Его час ловила Аграфена
и полдня сушила его феном.
И от устатку не вязал он лыка...
А я от жалости ему всю ночь мурлыкала.