1.

Цветочное

Сирень и Пионы

1.

1.

1.

 Даренкины мечты

1.

 
2.


3.

4.

Хайнц родился в 1940 году в Вене. После образования, полученного в Австрии, он продолжил свою учебу в Германии, Голландии и Италии, поддерживая контакты с известными художниками — это способствовало ему расширить сферу деятельности и совершенствовать свою профессиональную деятельность. Он живет и работает в Италии. Он — мечтатель и романтик с кистью и цветами романтического импрессионизма, так сказать connoissenrs. Точное стилистическое определение его работ достаточно сложно определить.

 Heinz Scholnhammer

Молодой негр-африканец обратил-
ся к Господу после проповеди амери-
канского миссионера. Проповедник
в этот раз много говорил о чудесной
силе Духа Святого. Новообращенный
негр жадно ловил каждое слово. «Рас-
скажите мне еще что-нибудь о Духе
Святом!» — попросил он миссионера
позже.
— Если хотите больше узнать
о Духе Святом, то хорошо бы вам по-
слушать доктора Торрея. Поезжайте
в Америку, он преподает в духовном
колледже богословие.
Для молодого человека это пред-
ложение было заманчивым, но денег
на билет он не нашел и решил своими
путями добраться к доктору Торрею.
Он проник на пароход, отправляю-
щийся в Америку, забрался в трюм
и только через несколько дней пути
его обнаружили матросы:
— Чей ты? Где твой билет? Куда плы-
вешь? — расспрашивали они беглеца.

18.

«Ах, скоро ль Христос придет?!
Как хочется, чтобы скорей»,—
Вздохнешь ты в душе своей
Под ветром новых невзгод.

Быть Божьим рабом не легко —
Предательства. Непониманье.
Гоненья. И злых языков
Обдуманные терзанья.

А ты, как и все, человек,
Душа —
не осадная башня,
...Но краток страданий век,
И все они — день вчерашний.

Истаяли силы твои,
Но, немощь открыв пред Богом,
Смирись, ибо, как Илии,
Тебе
предстоит
дорога.

На этой земле унылой
Кроме тебя немало
В боренье растративших силы,
Израненных и усталых.

И чтобы им в помощь быть
На их тернистом пути,
Ты должен
себя забыть
И снова идти.

Но ты в блокаде скорбей
Тоскуешь, как некогда Лот,—
«Ах, скоро ль Христос придет?!»
И мыслишь: «Хотя бы скорей».

Желанье хорошее, но
С желаньем нужда не согласна,
И только одно пока ясно:
Придется страдать все равно.

Но будешь в пути не один.
Господь обещает в Слове,

Что Сам пойдет впереди
И путь пред тобой приготовит.

И в немощи Божью силу
Еще испытаешь не раз.
А вечность тебя не забыла,
О, разве она не для нас?

И, встретившись со Христом,
Пройдя долиною плача,
Не станешь жалеть ни о чем.
На небе
мыслят
иначе.

В. И  1978г. №2-3

В. И. 2011г. №1, №2.

Воспоминания Николая Семёновича Мазурина, служителя церкви г. Кулебаки Нижегородской обл, позднее сотрудника СЦ ЕХБ
 

Н. С. МАЗУРИН (1928—2005)

Кто оставит жену или детей

До заключения читал я Слово Божье: «...кто оставит... отца или мать, или жену, или детей... ради имени Моего, получит во сто крат и наследует жизнь вечную» (Матф. 19, 29). Но читать — одно, а вот когда это слово коснулось меня буквально и мне пришлось рано утром прощаться с женой и детьми, то это совсем другое. Вошёл я в одну спальню — там спали взрослые дети — попрощался с ними; вошёл во вторую — с младшими попрощался (у меня двенадцать детей — 7 сыновей и 5 дочерей); подошёл к люльке, где лежала самая маленькая дочка, ей был годик, она только училась ходить. Тепло, она раскрылась, спит мирным сном и не знает, что папа подошёл прощаться с ней на годы или навсегда. Вот здесь-то я прочувствовал, что значит оставить жену, детей... Но в это время Господь укреплял, вспоминались слова: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня...» (Матф. 10, 37). Деток, отца и мать, жену мы любим, но во дни испытания дорого исполнить волю Божью.

Попрощался и пошёл в милицию, на этот раз не арестовали. 16 февраля 1972 года пришёл на работу, идёт мастер: «Николай Семёнович, тебя ищут». Мысль проскользнула: «Дети пришли!» Обернулся — милиция. Попрощался с рабочими. «Ты вернёшься!» — «Ребята, я больше не вернусь». Так и случилось.

Привезли в Горький, в тюрьму. 1 марта был суд. Длился семь дней. Какую дивную заботу проявлял Господь в эти дни! Укреплял, настолько ободрял, казалось, не меня судят и ветры дуют не в мою сторону,— благодарение Господу.

Вынесли приговор — 5 лет лишения свободы, я даже не смутился. Слава Господу, Он укреплял, утверждал, давал силы в нужное время.

Заместитель прокурора предлагал: «Отрекитесь, пока не поздно». В половине суда можно было получить освобождение, но ценой отречения от истины.

На протяжении всего срока в лагере я вспоминал слова из Священного Писания: «...Я заставлю врага поступать с тобою хорошо во время бедствия и во время скорби» (Иер. 15, 11). Так и было.

Заключённые уважали. Беседовать приходилось с начальствующими, обличать за неправильное поведение, сквернословие: «Если вы не имеете уважения к нам, то уважайте хотя свои погоны».

За шесть месяцев до конца срока меня представили на административную комиссию по условно-досрочному освобождению.

Стою у двери, думаю: сейчас войду и доложу: «Гражданин подполковник, Мазурин, осуждённый по статьям 142 и 227-й сроком на 5 лет, на комиссию явился». Так я приготовился, но, когда вошёл, сказал: «Здравствуйте». Подполковник ответил:

— Здравствуйте. Ну как, Мазурин, молиться будем?

— Будем! — будто заранее был подготовлен ответ.

— А политические вопросы?

— Мы проповедуем Христа распятого, политика нас не касается.

— Ну иди, будем ходатайствовать о твоём освобождении.

В. И.  №4 2011

«Мне часто задают один и тот же вопрос: "За что Вас повторно осудили в 1985 году?

В чём Вас обвиняли продлившие внутрилагерный срок?" Отвечу на это подробно. Начинался 1984 год. Я слышал, что братьев, сотрудников во Христе, оставляют в заключении, добавляя им срок. Я тогда точно не знал, за что с ними так поступают, но эти суды были и для меня сигналом готовиться к новому сроку. Долго ждать не пришлось. За десять месяцев до освобождения приехал представитель КГБ из Молдавии для беседы со мной. Я в это время находился в Омске в колонии № 3. Среди многих вопросов был и такой: "Как вы относитесь к регистрации общин?" Впоследствии я узнал, что с этим вопросом приезжали ко многим братьям в лагерь. Я отказался разговаривать на эту тему, а он продолжал. Упомянул удачный "Киевский эксперимент", когда зарегистрировалась в Киеве центральная община ЕХБ по ул. Пухова, а её примеру последовали общины Киевской области. Мой собеседник дал понять, что "Киевский эксперимент" можно применить и в Кишинёве. Ведь Кишинёвская община ЕХБ оказывает влияние на всю Молдавию. После этого разговора я понял: меня не освободят, чтобы я не мешал регистрации общины в Кишинёве. Мне хорошо были знакомы события в Киевской церкви. Пресвитер церкви Иващенко Я. Е. подал голос в защиту независимости церкви, за что и был изолирован властями... Это же ожидало и Кишинёвскую церковь. Я писал из штрафного изолятора:

ПРИЩЕПА ИГОРЬ. РУССКИЕ ПЕЙЗАЖИ

Кого Мне послать? И кто
пойдет для Нас? Ис. 6, 8

И повелительно, и нежно
Господь позвал тебя на труд.
Работы — океан безбрежный
Для сердца, для ума и рук.

Привыкнув жить в тепле, в покое,
Себя не ставя под удар,
(И время смутное такое!) —
Ты отказался от труда.

Ты отказался от труда...
И кто-то, прежде незаметный,—
Святою ревностью горя,
Бесшумно занял твое место.

Но беспристрастно взвесь теперь
Перед лицом великим Божьим:
Приобретений иль потерь,—
Чего же в твоей жизни больше?

Ты отказался от разлук,
От будней в вечном напряженье
И от поддержки Божьих рук
В усталости, в изнеможенье.

Духовно, вроде, не ослаб
И в церкви местной не помеха;
Но нет во всех твоих делах
Ни вдохновенья, ни успеха...

В собранье ходишь ты, поешь,
Благословений ловишь капли...
А был готов пролиться дождь!
Но отказался ты... Не так ли?!

В.И. 1978г. №1