Лебедь в европейской традиции, во многом уходящей корнями в традицию кельтскую, птица сильная и прекрасная, но совершенно не счастливая. Есть множество сказок и историй с печальным финалом, где фигурируют лебеди или герои, превращенные в лебедей. Кельтский сюжет, который лег потом в основу многих сказок (включая даже поздних андерсоновских «Диких лебедей») называется «Изгнание детей Ллира» (Oidheadh Chlainne Lir). Он рассказывает о четверых детях Ллира, старшего бога морей. Когда их мать умерла, Ллир женился на другой женщине по имени Аойфе, но та оказалась бесплодной, и возревновала мужа к детям от первого брака. Она превратила их в лебедей, накинув им на шеи золотые зачарованные цепи, и хоть она не смогла лишить детей волшебной крови ни разума, ни дара речи, им все равно пришлось оставаться лебедями. Аойфе наложила на заколдованных детей несколько гейсов (запретов): что сначала проведут они 300 лет на озере Лох Дерраварх, потом 300 лет на морских скалах к востоку от Ирландии, а потом еще 300 лет на скалах в западном море. Еще одним гейсом было то, что не спадут с них чары до тех пор, пока «женщина с юга не сойдется с мужчиной с севера». Четверо детей Ллира действительно провели 900 лет в лебединых обличьях, но когда получили право вернуться с западных островов на родную землю, в центр Эрин, племена Туата де Даннан уже были изгнаны под холмы сынами Миля, и лебеди не увидели чертогов своего отца – лишь холмы, поросшие дроком и вереском. В отчаянии они поселились в родных местах, а через некоторое время встретили христианского священника, который крестил их, разрушив чары. Но чары, наложенные их мачехой, все же были сняты неправильно, гейс о «мужчине с севера и женщине с юга» был нарушен, и когда лебединое оперение спало с них, теоретически бессмертные и вечно юные дети волшебного народа оказались дряхлыми девятисотлетними стариками, которые вскоре умерли и были похоронены по христианскому обряду в освященной земле. И если вы вспомните другие лебединые сказки, - возможно, даже более поздние, вы увидите, что у них редко бывает счастливый финал.
Лебеди в кельтской традиции вообще часто ассоциируются с волшебным народом, с их чарами, волшебством – например, король Мидир из сида Бри Лейт и сам умеет превращаться в лебедя, и свою жену, Этейн, тоже превращает в лебедицу, чтобы покинуть двор короля Эохайда. Лебединые девы присутствуют и в германо-скандинавском, и в кельтском мифе, и их белоснежное оперение, как правило, говорит об их иномирском происхождении, что в сюжетах подчеркивается тем, что с ними нельзя обращаться, как с обычными, земными женщинами. Мужья лебединых дев прячут их одежды из перьев, но если дева вновь найдет свой лебяжий наряд, она немедленно исчезнет, улетит лебедицей, и более никогда не вернется к своему земному супругу; белоснежные перья тут - ключ, открывающей ей дорогу домой, в Потусторонний мир. Легенда о лебединых девах нередко сплетается с легендами о девах – хранительницах земли и вод, берегущих покой священных водоемов. Лебеди воспринимались также как символы телесной чистоты и верности.


От Н.М.