Это история об одном человеке, которого я назвал бы искателем…

Искатель — это тот, кто что-то ищет; не обязательно тот, кто находит. Это также и не тот, кто обязательно знает, что именно он ищет. Это всего лишь тот, для кого собственная жизнь — это поиск.

Однажды искатель забеспокоился и подумал, что надо бы ему посетить город Каммир. И начал собираться в путь. Он научился придавать большое значение тем чувствам, которые приходили к нему из неизведанных глубин его души. Вот поэтому-то он оставил все свои дела и отправился в дорогу.

Через два дня пути по пыльным дорогам он уже смог увидеть вдалеке очертания Каммира. Справа от тропинки по направлению к городу на возвышении просматривался какой-то зеленый остров, который привлек его внимание. Подойдя поближе, он обнаружил, что это холм с множеством восхитительных деревьев, птиц и цветов, окруженный небольшой изгородью из полированной древесины. Полуоткрытая бронзовая дверца словно приглашала его войти.

Он на время позабыл о городе, о том, куда и зачем он шел, и поддался соблазну немного отдохнуть в этом месте. Искатель вошел внутрь и стал неспешно продвигаться меж белых камней, которые как будто в случайном порядке были уложены среди деревьев.

Его взгляд, словно бабочка, порхал и останавливался на каждой мелочи этого разноцветного рая.

Его глаза были глазами искателя, они были открыты навстречу всему неизведанному, и, возможно поэтому, он обнаружил такую надпись на одном из камней:

Абдул Тарег,
прожил 8 лет, 6 месяцев, 2 недели и 3 дня.

Он невольно вздрогнул, поняв, что это был не просто камень, а надгробная плита. Он почувствовал жалость при мысли о том, что ребенок прожил так немного. Оглядевшись, искатель увидел, что и на соседней плите тоже есть надпись. Он приблизился, чтобы прочитать ее. Надпись гласила:

Ямир Калиб,
прожил 5 лет, 8 месяцев и 3 недели.

Искатель был потрясен. Это прекрасное место было кладбищем, а каждый камень — могилой. Одну за другой принялся он читать надписи. Все они были схожими: имя и скрупулезно подсчитанное время жизни. Но самым ужасным оказалось то, что человеку, прожившему дольше всех, было чуть больше одиннадцати лет.

Сильно опечаленный этим открытием, он сел и заплакал. К нему подошел проходивший мимо смотритель кладбища. Заметив, что искатель плачет, он спросил, не оплакивает ли он какого-либо родственника.

— Нет, не родственника, — ответил искатель. — Что здесь происходит? Что случилось в этом городе? Почему столько детей похоронено в этом месте? Что за проклятие лежит на этих людях?

Старик улыбнулся и сказал:

— Успокойтесь. Никакого проклятия нет. У нас есть древний обычай. Хотите, я расскажу вам о нем…

И он начал свой рассказ:

«Когда юноше исполняется пятнадцать лет, родители дарят ему книжечку. Такую, как у меня. Ее носят на шее. С этого момента каждый раз, переживая что-то очень приятное, открываешь книжечку и записываешь в ней:

Слева — что вызвало наслаждение.

Справа — сколько длились эти мгновения.

Такая вот традиция.

Например, ты познакомился с девушкой и влюбился. Продолжительной ли оказалась радость знакомства? Сколько длилась безумная страсть? Неделю? Две? Три с половиной? Затем — волнение первого поцелуя… это необычайное удовольствие. Как его измерить? Полторы минуты? Столько, сколько длится поцелуй? Или еще. Добавить переживания, связанные с ним, его послевкусие. Два дня? Неделю?

Потом — рождение первого ребенка…

А свадьба друзей?

А долгожданное путешествие?

А встреча с братом, который вернулся из далекой страны?

Сколько было отпущено наслаждений?

Часы? Дни?

И так мы отмечаем в книжечке каждый момент радости… Каждое мгновение.

У нас так заведено: Когда кто-то умирает, нужно открыть книжечку и сложить время наслаждения, чтобы записать его на могиле. Потому что для нас только это и есть действительно ПРОЖИТАЯ ЖИЗНЬ».

Хорхе Букай