Из Фессалии Помпей поплыл на остров Лесбос, взял там на свой корабль свою жену Корнелию и своего младшего сына Секста и вдоль берегов Малой Азии поплыл на Кипр. На этом острове он получил от римских откупщиков и торговцев довольно много денег и собрал на них 2000 человек войска, большую часть которого составляли купленные им рабы. Помпей думал или плыть к своим друзьям в Африку, или переправиться в Азию и заключить союз с парфянами. Однако план войны в союзе с парфянами был расстроен тем, что Антиохия приняла сторону Цезаря; плыть в Африку Помпею было неприятно потому, что там он был бы снова окружен надменными оптиматами. Он получил известие из Египта, возбудившее в нем новые надежды. С того времени, как римляне возвели на египетский престол Птолемея Авлета, в Александрии оставался римский гарнизон. Численность его увеличивалась принятием на службу римских изгнанников и азиатских наемников; но воины были деморализованы, подобно двору и народу. Многие из них прежде служили под начальством Помпея. Он надеялся, что они присоединятся к нему и образуют основу нового войска, которое он наберет.

Гней Помпей

Обстоятельства казались благоприятными. После смерти Птолемея Авлета власть наследовали его дети – Птолемей Дионис, которому было тогда тринадцать лет, и Клеопатра, которой было семнадцать. Дионис был назван мужем Клеопатры, и было объявлено, что они будут вместе править государством; но по совету евнуха Потина, человека честолюбивого и алчного, Дионис отнял у Клеопатры участие в правлении. Она бежала в Сирию и набрала войско, чтобы силою восстановить свое право. Царь и его советник стали с войском у Пелузия, готовясь отразить её нападения. Помпей посадил на корабли свое войско, состоявшее из 2000 человек, поплыл в Египет, стал у Касийского мыса и отправил в стан царя послов с просьбою о дозволении придти в стан. Царь и его руководители, уже знавшие о фарсальской битве, стали совещаться, как поступить. Софист Феодот, любимец Потина, сказал: допустить Помпея, значит, поставить над собой господина и прогневить Цезаря. Отказать Помпею в приеме, значит, подвергнуться его мщению, не приобретая признательности его противника. Поэтому остается одно: убить его; мертвые не кусаются.

Это мнение было принято. Послы Помпея были отпущены с любезным приглашением. Войско Диониса стало на берегу; Ахилл, египетский военачальник, с двумя центурионами, служившими прежде у Помпея, и несколькими воинами сел на большую лодку и поплыл к Касийскому мысу перевезти Помпея на берег. Предлогом приглашения пересесть на лодку было выставлено то, что море у царского стана мелко и большой корабль не может подойти к берегу. Помпей был обижен тем, что приглашение передается ему не таким почетным образом, как следовало бы, и, переходя на лодку Ахилла, произнес слова: Софокла «Приходящий к тирану становится рабом». Переезд не был далек; когда Помпей ступил на берег, военный трибун Луций Септпмий нанес ему сзади глубокую рану; падающему нанесли новые раны Ахилл и центурион Сальвий. Закрывая голову тогой, Помпей упал на землю и умер. С воплем ужаса смотрели на изменническое убийство жена и сын Помпея со своего военного корабля, стоявшего неподалеку от того места берега. Кормчий повернул руль, чтобы спастись от гибели, и корабль быстро уплыл.

Помпей умер от руки своего прежнего воина на песчаном берегу Египта 29-го сентября 706 от основания Рима (24 июля 48 г.), накануне дня своего рождения и годовщины своего блестящего триумфа. Через несколько дней приплыл в александрийскую гавань Цезарь. Он гнался за Помпеем, справедливо рассчитывая, что взять в плен полководца противников будет делом, довершающим их поражение. Феодот привез ему на корабль голову Помпея и перстень убитого. Цезарь залился слезами и в ужасе отвернулся. У него не было ненависти к Помпею, не было желания мстить. Помпей был побежден, и слезы победителя о его смерти были искренни. Цезарь велел предать голову Помпея сожжению в огне драгоценных курений и с почестями похоронить её прах. Тело Помпея было брошено убийцами на песке пустынного берега в добычу зверям; но два прежних воина Помпея сложили костер из обломков рыбацкой лодки, сожгли покинутое тело и похоронили пепел.

Такова была смерть Помпея, которому дано было название «Великий» и который много лет владычествовал над Римом с царским могуществом. Он умер неподалеку от города, где в великолепном мавзолее покоился прах Александра Великого, бывшего идеалом для него. Очень немногим из людей счастье так благоприятствовало, как Помпею. Оно наградило его крепким здоровьем, богатством; он наследовал от отца обширные имения и верных клиентов в своей родной области Пицене, сады и дома в Риме и окрестностях столицы. Помпей имел средства царской щедростью приобретать себе много приверженцев, действовавших в его пользу, постоянно напоминавших народу о нем, между тем, как он, не одаренный красноречием, держал себя далеко от народа в торжественном величии. Храбрый воин, превосходно умевший скакать на коне, бросать дротик, мастер во всех гимнастических и военных упражнениях, он рано получил возможность приобрести военную славу. Народ, не всегда умеющий различать случайный удачи от талантов, приписывать его уму, его стратегическому гению все те успехи, которые щедро давало ему счастье. Помпей часто пожинал посеянное другими, сплетал свой венок из лавров, сорванных руками других. Но римский народ, любимцем которого был он много лет, с восторгом видел в его победах результаты удивительных дарований этого человека, который своей благородной осанкой, живостью взгляда, серьезным, доброжелательным, полным достоинства выражением лица внушал толпе доверие и почтение, сохранял среди всеобщего разврата вельмож семейные добродетели, вел умеренную, скромную, чистую жизнь, не обогащался на счет государства, не принимал участия в сладострастной роскоши, бывшей почти всеобщим пороком оптиматов. Любовь народа и удача дали Помпею призрачное величие. Восхищение толпы, раболепство льстецов наполнили его тщеславием. Его так долго называли «Великим», что он сам стал считать себя великим человеком, дары счастья – плодами своей гениальности. Таким образом, Помпей играл печальную роль воображаемого гениального полководца. «Судьба вела его в бездну по цветам, – говорит историк Друман. – Силы его не подвергались испытаниям и не окрепли: когда гладкий путь, которым шел он к торжествам, сменился путем неровным, он не сумел идти по нему».

Театр, выстроенный Помпеем в Риме ок. 61-55 гг. до Р. Х. Реконструкция

Лукан, через 120 лет после смерти Помпея написавший поэму о междоусобной войне, в которой он погиб, сравнивает разбитого при Фарсале полководца с украшенным богатыми священными приношениями старым дубом, низвергаемым упавшею на него всесокрушающею молнией.