Закавказье определит судьбу Большого Ближнего Востока

Саркис Цатурян

Русские и армяне помнят уроки истории

Географию невозможно преодолеть. Она неподвластна воле человека. Скорее наоборот: пространство формирует волю, диктует образ мышления. Информационная революция так и не смогла переформатировать геополитику до неузнаваемости. Меняются государственные границы и политика, но географический ландшафт стоически переносит удары истории. Так было в XIX и XX веках. Так происходит и сейчас, в разгар Третьей мировой войны, начатой в 2011 году. Большой Ближний Восток, простираясь от западных берегов Северной Африки до пакистанского Карачи и мусульманских штатов Индии, находится в движении. Посередине этого ареала находится Закавказье, откуда веками Российская империя черпала силу и отдавала её безвозмездно, открывая христианским народам путь к освобождению. Вот как описывает этот процесс в книге «Младотурки перед судом истории» советский исследователь Джон Киракосян: «Веками Армения стонала под игом шахской Персии и султанской Турции. В 1828 г. над Восточной Арменией занялась заря освобождения. Под сенью России перед армянским народом открылись новые горизонты развития и прогресса». В поддержку своего тезиса Киракосян ссылается на профессора Петроградского университета Николая Адонца: «Не провидением была предсказана приверженность армян политике России. Симпатии людей обусловливаются реальными условиями жизни». Адонц писал, что Западу не удастся «преодолеть тягу армян к русскому народу», что «армяне избрали ориентацию, полностью противоположную политике Запада…, они связывают свою судьбу лишь с Россией». По словам Киракосяна, «каждый раз после очередной победоносной русско-турецкой войны армянский народ приветствовал русских, будь то в Карсе или Эрзуруме, Алашкерте или Баязите, или других провинциях Западной Армении, видя в них освободителей от турецкого гнета». Те годы преподали братским народам уроки, которые актуальны и по сей день. Урок №1: ещё в первой половине XIX века стало очевидно, что сила России — залог свободы для армян.

Далеко не все в Европе были рады такому порядку вещей. Лондон негодовал. Лорд Солсбери, занимавший в 1878 году пост министра иностранных дел Британской империи, сделает всё, чтобы Петербург не получил по итогам русско-турецкой войны (1877 — 1878 гг.) значительную часть Западной Армении. «Во имя спасения христиан моя рука не остановится по каким-либо соображениям гуманности для предотвращения дальнейшего продвижения русских», — скажет британский дипломат. В годы Первой мировой войны слова Солсбери приобретут роковое значение. Историки не слишком жалуют ретроспективный анализ, поскольку он часто вызывает сожаления в адрес минувших дней. Но сегодня, спустя сто лет после Геноцида армян, становится очевидным: резню удалось бы предотвратить, будь Западная Армения в составе Российской империи, чего и добилось царское правительство на страницах Сан-Стефанского договора, пересмотренного по итогам Берлинского конгресса летом 1878 года. Геноцид армян, достигший своего апогея в 1915 году, покажет всему миру, что Лондон и Вашингтон больше волнуют нефтяные промыслы Мосула и Персии, а не судьбы миллионов османских армян. Урок № 2: как только Российская империя была втянута в водоворот Первой мировой, баланс сил на Ближнем Востоке перестал существовать, что предоставило младотурецкому правительству «карт бланш» на этнические чистки.

Современная международная ситуация напоминает события столетней давности. На месте османских армян оказались ближневосточные христиане, ставшие мишенью для террористов «Исламского государства». Подобно Британии, ослабевшей в годы войны, Америка теряет позиции на Ближнем и Среднем Востоке. Даже некогда лояльные монархии Персидского залива пренебрегают Вашингтоном. Король Саудовской Аравии Салман открыто проигнорировал саммит США — ССАГПЗ (Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива). С президентом Бараком Обамой встретились только эмиры Катара и Кувейта. Главы Бахрейна, ОАЭ, Саудовской Аравии и Омана сослались на «сильную занятость». Их можно понять: военно-воздушное наступление т.н. арабской коалиции под предводительством Эр-Рияда захлебнулось в Йемене. Более того, ОПЕК до сих пор не может «задавить» сланцевую добычу в США, что вынуждает ближневосточных нефтяников терпеть убытки. Белому дому уже никто не верит. «Теория заговора имеет право на существование. США сначала создают угрозы для арабских стран, а потом продают им большое количество вооружений. Это не сулит нам ничего хорошего», — цитирует Reuters советника по безопасности в правительстве Кувейта Сами аль-Фараджа. Обращает на себя внимание и тот факт, что саммит министров иностранных дел стран НАТО и встреча в верхах в формате США — ССАГПЗ проходят одновременно. Такое ощущение, что Вашингтон негласно обозначил черту между Востоком и Западом, которая с течением времени может перерасти в масштабный конфликт. Эпицентр этих противоречий находится в Иране.

Причем же тут Закавказье? Геополитическая значимость региона стала усиливаться на после провала международной коалиции во главе с США в Сирии (в Ираке всё же удалось сместить при помощи ИГИЛ «ненавистное» правительство Нури аль-Малики). Ключевыми звеньями новой игры становятся Туркменистан, Азербайджан, Грузия и Турция с последующим подключением Ирана. Ранее, с 2011 по 2013 год, Вашингтон делал ставку на газовые амбиции Катара, который пытался через свержение сирийского лидера Башара Асада проложить себе сухопутную артерию к Восточному Средиземноморью. Президент Сирии оказался «крепким орешком». Тем более что Иран вцепился в эту территорию мёртвой хваткой: выход Катара в Европу лишал исламскую республику стартовых возможностей в Старом Свете; Доха и Тегеран пытаются наперегонки реализовать мощности гигантского месторождения «Южный парс/Северное», поделённое между двумя столицами. Со свержением президента Египта Мохаммеда Мурси Доха выбыла из «большой игры», поскольку поддерживаемые ею «Братья мусульмане» лишились влиятельного «боевого кулака» в лице Каира. Тогда в Белом доме решили переиграть партию, поставив на Тегеран. В этом смысле подписание итогового соглашения по ядерной программе Ирана, которое подразумевает отмену санкций — реализация намеченного плана по деградации экономических позиций «Газпрома» в Европе. Отсюда следует и стремление ИРИ войти в число акционеров Трансанатолийского газопровода (TANAP). Президент Ирана Хасан Рухани не скупится на похвалы в адрес Болгарии, которая с подачи Брюсселя сначала саботировала «Южный поток», а теперь обменивается любезностями с Тегераном. «Болгария обладает превосходным географическим положением на юго-востоке Европы, что может обеспечить связь между Ираном и европейскими государствами в плане энергопоставок», — заявляет Рухани.

Однако вся эта конструкция может резко обвалиться из-за обострения ситуации вокруг нагорно-карабахского конфликта. Заигрывая с Баку, американцы вовсе позабыли о Тель-Авиве, который никогда не поддержит вовлечение Тегерана в «Южный газовый коридор». В широком смысле, Закавказье не уступает Большому Ближнему Востоку по числу противоречий. Тревогу у Вашингтона вызывает Степанакерт, который становится заложником милитаристских амбиций Баку. Поэтому на время строительства газопровода американцы и англичане (как инвесторы TANAP) будут делать всяческие реверансы в адрес и Еревана, и Степанакерта. А что потом? Что можно ожидать от Обамы, который не отважился произнести слово «геноцид» на официальном уровне, не говоря уже о его признании? «Да, мы, армяне, знаем, что такое историческая память», — отметил на днях президент Армении Серж Саргсян. Ну что ж, пришло время перейти от слов к делу.

Саркис Цатурян — редактор Восточной редакции ИА REGNUM