Межпалестинское соглашение, взгляд на него из Израиля и другие важные вопросы внешней и внутренней политики - в беседе ведущего "От шабата до шабата" 9 канала ТВ Михаила Джагинова с министром иностранных дел Израиля Авигдором Либерманом.

Михаил Джагинов: Здравствуйте, Авигдор Львович. Приветствуем вас в нашей студии.

Авигдор Либерман: Добрый день и хорошей недели.

Михаил Джагинов: Аббас заявил, как мы только что слышали в новостях, что соглашение между ФАТХом и ХАМАСом не имеет никакого отношения к Израилю - это внутреннее дело палестинцев, новое правительство признает Израиль и все подписанные с ним соглашения. А то, что ФАТХ помирился с ХАМАСом, так Израиль тоже мирился с ХАМАСом, сказал Аббас, и, в принципе, он прав. Или есть к чему придраться в этой ситуации?

Авигдор Либерман: Он абсолютно не прав. ХАМАС является террористической организацией с точки зрения и Израиля, и Евросоюза, и США. Поэтому заключение соглашения с ХАМАСом впрямую противоречит заключению соглашения с Израилем.

Михаил Джагинов: Но мы же заключали соглашение с ХАМАСом о прекращении огня?

Авигдор Либерман: У ХАМАСа главный пункт - это уничтожение Государства Израиль. Его внутренняя хартия, его устав, четко обозначает главной целью - уничтожение Государства Израиль. Поэтому Махмуд Аббас должен решить - в каком направлении он движется - или мир с Израилем или совместный альянс террора с ХАМАСом. Одновременно эти вещи невозможно ни продвигать, ни достичь их.

Михаил Джагинов: Ну, хорошо. А когда ему адресуют упреки, в частности, израильская сторона, что он не представляет палестинский народ. Теперь, возможно, он будет представлять его целиком?

Авигдор Либерман: Нет. Прежде всего, Махмуд Аббас отложил выборы на четыре с половиной года. Для того, чтобы представлять палестинский народ, не нужно создавать правительство с ХАМАСом и давать ему легитимацию. Нужно идти на выборы, нужно создавать избирательную комиссию и пригласить международных наблюдателей, которые бы подтвердили легитимность этих выборов. И поскольку четыре с половиной года он этого не делал, то очень странно, что буквально за день, накануне подписания соглашения с Израилем, он вдруг решил создать правительство с ХАМАСом. Хочу напомнить, две-три недели назад, мы были близки к пакетной следке. И тогда, за два часа до созыва израильского кабинета, Махмуд Аббас огласил, что он присоединяется к 15 международным организациям.

Михаил Джагинов: Это из-за того, что Израиль отказался выпустить четвертую группу заключенных, в составе которой были и израильские арабы.

Авигдор Либерман: Израиль не отказался. И Махмуд Аббас точно это знал, американцы ему сообщили, что через два часа собирается кабинет - утвердить всю пакетную сделку. И в тот же момент, когда он получил сообщение, он огласил о присоединении. Американцы заставили его вернуться. И тогда он начал говорить о расформировании палестинской автономии. Очень сильно на него опять-таки наехали из Госдепартамента, и тогда он снова вернулся, и мы были снова близки (к соглашению). Должны были уже собраться для того, чтобы подписать новую пакетную сделку.

Михаил Джагинов: То есть, вести переговоры с Абу-Мазеном просто невозможно потому, что он все время выискивает какие-то "запасные аэродромы"?

Авигдор Либерман: Давайте вспомним Аннаполис. Там же не только Израиль. Там был президент Буш, Кондолиза Райс, все уже было готово к церемонии в Белом Доме, а не подписанию у нас. Буквально в последние часы, перед озвучиванием того, что состоится церемония подписания в Белом Доме, Махмуд Аббас объявил - я отказываюсь, я не подписываю.

Михаил Джагинов: Авигдор Львович, вам не кажется, что в этой ситуации говорить: мы объявляем вам бойкот, водим санкции... что-то в этом есть (несерьезное)?

Авигдор Либерман: Ну, какой бойкот?

Михаил Джагинов: Бойкот руководству Палестинской автономии, отношениям на уровне министров, правительства. Ну, согласитесь, что в этом есть что-то инфантильное. Все-таки, наверное, лучше разговаривать, вести диалог, чем просто уйти в сторону и обидеться.

Авигдор Либерман: Никто не обижается, и я советую прочесть коммюнике, которое выпустил секретариат правительства после заседания кабинета. Мы говорили только о замораживании переговоров с палестинской автономией по урегулированию.

Михаил Джагинов: Экономических санкций не будет?

Авигдор Либерман: Экономических санкций не будет, но и не будет жестов доброй воли. Я хочу напомнить, что мы выплатили полтора миллиарда шекелей за палестинскую автономию.

Михаил Джагинов: Но удержали налоговые выплаты Палестинской автономии?

Авигдор Либерман: Нет, мы можем по парижским соглашениям вычесть те авансы, которые мы выдали. Мы не готовы больше делать жестов доброй воли. До сих пор израильское правительство платило больше миллиарда шекелей только Электрической компании Израиля за расходы палестинцев.

Михаил Джагинов: Вопрос по теме: вы верите, что правительство в течение пяти недель, как заявил Абу-Мазен, будет сформировано и просуществует ли оно какое-то время, или опять это все будет "халоймес"?

Авигдор Либерман: Это не наше дело. Это выбор Абу-Мазена. Если он выберет ХАМАС, то он не может выбрать Израиль. Он стоит перед выбором, он должен его сделать, а мы уже взвесим свои шаги после его решения.

Михаил Джагинов: Все однозначно. Итак, Крым, Россия, Израиль и новые разногласия со "старшим братом" - США. Честно вам признаюсь, мы хотели поднять эту тему еще не прошлой неделе, но вы были заграницей, а несколько членов правительства, ваших коллег, отказались рассуждать по этому вопросу, из чего мы сделали вывод, что слухи о том, что Биньямин Нетаниягу запретил высказываться публично на эту тему, соответствуют действительности. Я думаю, что вам, как старшему коалиционному партнеру, наверное, это все-таки позволительно и как главе внешнеполитического ведомства. Скажите, пожалуйста - почему Израиль не поддержал санкции против России?

Авигдор Либерман: Давайте посмотрим, что происходит в интернет-сообществе, и что происходит в социальных сетях, в нашей еврейской русскоязычной общине Израиля. Все рубятся друг с другом, одни за Россию, другие за Украину. У меня такая странная позиция - я за Израиль. Я не за Украину, не за Россию - а за Израиль. Я очень уважаю и Украину, и Россию.

Михаил Джагинов: Вы слышали анекдот, что в интернете идет первая война между Россией и Украиной. Убитых нет, но раненых в голову много.

Авигдор Либерман: Да. Это, скорее всего, так.

Михаил Джагинов: Так, почему Израиль санкции не поддержал?

Авигдор Либерман: У Израиля, прежде всего, свои интересы. Мы отстаиваем их всегда. И каждый раз, когда у нас есть какие-либо разногласия, и даже с Вашингтоном. Я помню, шесть с половиной лет назад, или семь лет назад, я получил телефонный звонок от Кондолизы Райс - почему вы не поддерживаете признание Косово? Как вы помните, Косово - это было детищем Кондолизы Райс, и американцы очень просили всех своих союзников поддержать. Израиль отказался. Опять-таки, из-за своих специфических интересов, как это отказались делать Испания и Греция - тоже исходя из своих интересов. И поэтому, в этом конфликте между Россией и Украиной Израиль должен, прежде всего, исходить из своих интересов. При всем уважении и к Украине, и к России, и к США.

Михаил Джагинов: Но вы тем самым косвенно поддержали российскую сторону? Тем, что вы отказались ввести санкции.

Авигдор Либерман: Мы поддерживаем свои собственные интересы. И наши собственные интересы, это, прежде всего, решение иранской ядерной программы, это уничтожение химического оружия в Сирии и так далее. Нам, для решения своих проблем, необходимо тесное сотрудничество между США и Россией, а не эскалация между этими двумя державами. Поэтому израильская позиция очень четкая - мы стараемся сделать все, что мы можем, для того, чтобы позиции всех этих государств сблизились. И, давайте возьмем наоборот, скажем, если Израиль займет какую-то позицию. Это поможет как-то разрешению конфликта? Это как-то повлияет на разрешение конфликта? Нет. Никак.

Михаил Джагинов: То есть, лучше быть мудрым, чем справедливым в данной ситуации?

Авигдор Либерман: Я считаю, что каждое государство должно, прежде всего, исходить из своей внешнеполитической линии и своих интересов. Так поступают все, и так будем поступать мы.

Михаил Джагинов: Авигдор Львович, вы долгие годы придерживаетесь линии на диверсификацию внешней политики Израиля. Вы, фактически, возродили для нас Южную Америку, предприняв огромное турне по этому континенту, вы курируете отношения с постсоветским пространством и в скором времени вы предпримете большую поездку в Африку.

Авигдор Либерман: Очередную поездку в Африку.

Михаил Джагинов: Очередную поездку в Африку. Скажите, пожалуйста, может действительно настало время перестать складывать все яйца в одну американскую корзину и с ужасом ожидать, что в следующий раз вытворит Белый дом? Может все-таки пора немножко повзрослеть?

Авигдор Либерман: Знаете, не нужно изобретать велосипед. Когда я в первый раз поехал в Африку, и я был первым министром иностранных дел после Голды Меир, которая поехала в Африку. Меня спросили - почему ты едешь в Африку? Я говорю: смотрите, я подсчитал - сколько раз за последние два года Африку посещали президент США, президент Китая, президент России? И если у этих занятых людей, не менее, чем я, нашлось время, и они почему-то решили целесообразным совершить несколько визитов в Африку, то, наверное, и нам там нужно присутствовать. Поэтому я говорю - нам не нужно изобретать велосипед, нам не нужно влезать в любой конфликт на географической карте. Нам нужно четко понимать - в чем интересы государства Израиль, и это то, что я пытаюсь сделать в своем министерстве...(9tv.co.il)