Ануш Левонян: "Крымский прецедент" для Нагорного Карабаха

Насколько бурно реагируют на события в Крыму и на Украине в целом экспертное сообщество и СМИ Армении, настолько же сдержанной является официальная реакция Еревана и непризнанной Нагорно-Карабахской республики (НКР).

В официальных комментариях постоянно подчеркивается, что крымский референдум 16 марта, продемонстрировавший бесспорное стремление населения полуострова воссоединиться с Россией, будучи очередным проявлением права народов на самоопределение, для Нагорного Карабаха не может быть прецедентом. Как заметил по этому поводу председатель постоянной комиссии по внешним сношениям парламента Армении Артак Закарян, "проведение параллелей с карабахской проблемой неуместно, так как в случае с Крымом мы имеем дело с переходом из состава одного государства в состав другого, а в случае с Нагорно-Карабахской Республикой стоит задача международного признания состоявшегося суверенного государства".

В заявлении МИД НКР также сказано: "Право каждого народа самостоятельно выбирать свой путь развития и определять свою судьбу посредством демократического волеизъявления, закрепленное в Уставе ООН и ряде основополагающих международных документов, является одним из ключевых принципов международного права. Практика последних лет и, в частности, намеченные референдумы в Каталонии и Шотландии свидетельствуют, что признание и реализация неотъемлемого права народов на самоопределение является наиболее оптимальным и демократичным способом мирного урегулирования подобных проблем". В свою очередь, пресс-секретарь президента НКРДавид Бабаян считает, что хотя в правовом смысле крымский референдум и является прецедентом, это вряд ли сыграет существенную роль в политическом аспекте. "В политике каждая подобная проблема, конфликт имеют свою специфику. Правовые прецеденты часто не становятся фактором в реальной политике", - считает Бабаян, хотя "косовский прецедент" таковым, безусловно, стал, а "крымский", бесспорно, станет.

Симптоматично при этом, что именно на политический, а не правовой аспект вопроса обратил внимание в своем комментарии американский сопредседатель Минской группыОБСЕ по урегулированию карабахского конфликта Джеймс Уорлик. В своем микроблоге в сети Twitter посол Уорлик написал, что хотя США не могут принять действия России по Украине, есть сферы, где можно продолжать совместную работу - мир в Нагорном Карабахе. Кроме того, по его мнению, следует понять, какие уроки можно извлечь для карабахского конфликта из событий на Украине. Практически тех же тезисы повторил сегодня, 18 марта, посол США в Азербайджане Ричард Морнингстар. По его словам, события на Украине еще раз показывают, почему должен быть урегулирован нагорно-карабахский конфликт. "Важно, чтобы Азербайджан и Армения предприняли шаги по разрешению конфликта в Нагорном Карабахе, таким образом устранив нестабильность в этом регионе. Никому не нужно, чтобы этот конфликт продолжался", - добавил посол.

Комментарии Джемса Уорлика и Ричарда Морнингстара выдают растерянность обычно пышущей оптимизмом американской дипломатии. Еще буквально несколько дней назад, после встреч сопредседателей с главами МИД Армении и Азербайджана в Москве и в Париже Джеймс Уорлик утверждал, что миротворческий процесс развивается успешно и можно надеяться, что не сегодня-завтра удастся организовать еще одну встречу президентов противоборствующих сторон (Напомним, что последние прямые переговоры между президентами Сержем Саргсяном и Ильхамом Алиевым прошли в октябре 2013 года в Вене). Понятно, что сегодня, на фоне крымских событий, об очередной встрече в верхах говорить не приходится. Более того - если противоречия между Россией и Западом из-за Украины будут углубляться, к чему в настоящее время есть все предпосылки, то под вопросом окажется само дальнейшее существование Минской группы ОБСЕ, которая занимается карабахским урегулированием уже более 20 лет. Поэтому уроки из "крымского прецедента" Степанакерту и Еревану действительно необходимо извлечь.

Минский формат, на наш взгляд, имеет шансы на продолжение только в том случае, если в идеологии миротворчества произойдут существенные коррективы. Во-первых, центральным пунктом любых переговоров должен стать вопрос о проведении референдума относительно статуса Нагорного Карабаха. Этот пункт, наряду с другими, содержится в предложениях посредников (т.н. "Мадридские принципы"), но Баку отвергает проведение референдума на территории только НКР, настаивая, что плебисцит должен проходить на всей территории Азербайджана. Разумеется, с таким подходом никогда не согласится армянская сторона, что заводит переговоры в тупик. Миротворцам следует заявить, что образцом для референдума в Карабахе должны стать референдумы в Косово, Крыму и в Шотландии (это стало бы тем пунктом, вокруг которого, говоря словами посла Уорлика, можно "продолжать совместную работу"). Необходимо признать, что для его проведения не обязательно получение согласия бывшей метрополии, а также что голосование должно проходить лишь на территории отделившейся экс-автономии Азербайджана.

Есть и другой вариант - признать результаты состоявшегося в 1991 году референдума, в результате которого Карабах был объявлен независимым государством. И все остальные сложные вопросы урегулирования (отвод войск с линии соприкосновения, возвращение беженцев, компенсации, реабилитация затронутых войной территорий и многие другие) рассматривать уже с учетом такого решения. В данном случае американскому и французскому посредникам следует учесть содержание и весь тон внеочередного послания президента РФ Владимира Путина Федеральному собранию, ссылки на международное право и более того - на американский меморандум, представленный в Международный суд по вопросу Косово, где ясно сказано, что "декларации о независимости могут, и часто так и происходит, нарушать внутреннее законодательство, однако это не означает, что происходит нарушение международного права".

Также пора модернизировать подход, суть которого состоит в том, что Минская группа ОБСЕ является лишь модератором мирного процесса, а окончательное слово принадлежит сторонам конфликта. Минской группе, полагаем, следовало бы положить на стол переговоров некий окончательный вариант промежуточного мирного соглашения, учитывающий изложенные обстоятельства, и заявить, что от его принятия или непринятия Ереваном, Баку и Степанакертом зависит продолжение работы международных посредников. Только в этом случае появится шанс выработать в перспективе т.н. Большой мирный договор.

Можно возразить, что реализация таких планов обречена на неуспех, в первую очередь - из-за позиции Баку. Однако это не так. Стороны противостояния прекрасно знают, что в условиях отсутствия разъединительного миротворческого контингента именно продолжающиеся переговоры в очень значительной степени снижают риск возобновления масштабных боевых действий. Прекращение переговоров, распад Минской группы ОБСЕ актуализирует вероятность новой армяно-азербайджанской войны, в то время как ни в Ереване, ни в Баку, ни в Степанакерте войны, на самом деле, совершенно не желают - слишком велики риски, слишком неоднозначны вероятные последствия. Ясно и другое - если война станет неизбежной, в НКР могут вспомнить о предложении Владимира Жириновского относительно вступления Нагорного Карабаха в состав РФ. Москве, на фоне референдума в Крыму, очень сложно будет отказать карабахским армянам, да и вряд ли возникнет желание отказать. В Баку не могут не понимать, что в этом случае придется окончательно забыть не только о территории собственно НКР в границах 1988 года, но и о семи районах т.н. "зоны безопасности", ныне контролируемых армянской стороной. Последствия подобного развития событий для внутриполитической ситуации в Азербайджане даже трудно себе представить.

Очевидно, что изменившаяся ситуация, ясно выраженная в послании президента Путина, позиция Москвы привели Азербайджан к очевидному военно-политическому цугцвангу. Причем дело не только в "крымском прецеденте". Воевать с Карабахом, который, по-видимому, станет (пусть даже неофициально) частью территории Таможенного союза, немыслимо, поскольку это неизбежно повлечет на каком-то этапе вмешательство России. Продолжать транспортно-экономическую блокаду Армении в условиях, когда постепенное снятие санкций с Ирана обещает многократный рост армяно-иранских торгово-экономических взаимосвязей - бессмысленно. При этом определенный парадокс состоит в том, что возможное расширение западных санкций против России неизбежно стимулирует активизацию взаимодействия между западными странами и Тегераном, что поспособствует ослаблению азербайджано-турецкой блокады и превращение Армении в один из узловых пунктов ирано-европейского транзита в Закавказье.

Таким образом, можно сказать, что события в Крыму и вокруг Украины в целом могут как помешать, так и способствовать карабахскому урегулированию. И зависит это только от того, насколько мудрыми и дальновидными окажутся как посредники, так и сами стороны конфликта. Время молодецких шапкозакидательских заявлений, милитаристской риторики, грубой пропаганды прошло. Наступает время принятия ответственных решений, от которых, возможно, зависят отнюдь не только судьбы двух соседних народов.

Ануш Левонян, политический обозреватель (Ереван)