Через горы и воды

В дождливый день слушаю ливень. 

Весной, летом, осенью, зимою 

и утром хорошо, 

и вечером неплохо... 

.

 Читать далее

.

И даже в лжи
Всегда есть доля правды!
И, верно, ты, любимая моя,
На самом деле не любя меня,
Быть может всё-таки немного любишь?

Хотей, один из Семи богов счастья с мешком в одной руке и веером в другой

Цветы увяли.
Сыплются, падают семена,
Как будто слезы...

Струи уходящей реки..., они непрерывны; но они - всё не те же, прежние воды. По заводям плавающие пузырьки пены..., они то исчезнут, то свяжутся вновь; но долго пробыть - не дано им. В этом мире живущие люди и их жилища... и они - им подобны.
В «перлами устланной» столице вышки на кровлях рядят, черепицами спорят жилища людей благородных и низких. Века за веками проходят - и нет им как будто конца..., но спросишь: «так ли оно в самом деле»? - и домов, с давних пор существующих, будто так мало: то - в прошлом году развалились, отстроены в новом; то - был дом большой и погиб, превратился в дом малый. И живущие в них люди - с ними одно: и место - всё то же; и людей так же много, но тех, кого знаешь ещё с давней поры, средь двух-трёх десятков едва наберётся один или двое. По утрам умирают; по вечерам нарождаются... - порядок такой только и схож, что с пеной воды.
Не ведаем мы: люди, что нарождаются, что умирают..., откуда приходят они и куда они уходят? И не ведаем мы: временный этот приют - ради кого он сердце заботит, чем радует глаз? И сам хозяин, и его жилище, оба уходят они, соперничая друг перед другом в непрочности своего бытия... и зрелище это - совсем, что роса на вьюнках: то - роса опадёт, а цветок остаётся; однако хоть и останется он, но на утреннем солнце засохнет; то - цветок увядает, а роса ещё не исчезла; однако хоть не исчезла она, - вечера ей не дождаться.

В осенних сумерках
Долго-долго тянутся досуги
Скоротечной жизни.

.