Работа на эпиграфе: "Райская птица"
Справа: "Охота"

С Ольгой мы встречаемся у нее в офисе. Пока она готовиться к интервью (и последующему за ним своему обычному рабочему дню), я разглядываю внушительные чертежи на стенах и столах офиса. ОЛЬГА ПИВЕНЬ – свободный художник, который на данный момент работает инженером по согласованиям. О творческом процессе, о вдохновении и насущных проблемах художника в интервью RIGHT.

RIGHT: Оля, на твоей визитке написано «свободный художник». Что ты вкладываешь в это словосочетание?

ОЛЬГА ПИВЕНЬ: В словосочетание «свободный художник» я вкладываю то, что я пишу не на заказ, я пишу для себя, т.е. я пишу то, что мне нравится. Скажем так, я хочу быть не коммерческим художником, я хочу, чтобы люди поняли именно мое мировоззрение, и, как следствие, приобретали работы, что вполне логично, если они поняли, и им это нравится.

R: Расскажи, как долго занимает написание одной работы?

О.П: Все зависит от работы. Годами, конечно, я не работаю. Я, как человек экспрессивный, всю свою энергию выкладываю на холст или на бумагу.

R: То есть, это происходит практически одномоментно?

О.П: В принципе, да. Но я могу что-то потом дорабатывать, если вдруг мне со временем перестало нравиться. То есть, я могу свои работы переделывать.

R: Почему ты вообще начала рисовать?

О.П: Я понимаю, что многие в детстве рисуют, кого-то и в художественную школу отдают родители, а у меня была обратная ситуация. Родители мечтали, чтобы я пела, засунули меня в ансамбль Локтева. Особенно такая цель была у мамы и у бабушки. Папа был совершенно четко уверен, что художник из меня вообще никогда не получиться. Наверное, все началось с такого стремления, что называется, сделать назло. Мне хотелось доказать именно папе, что из меня может выйти вполне приличный художник.

R: Ты уже доказала или ты еще в процессе?

О.П: Частично! Он уже не настолько категоричен. Папа живет в Уфе и собирает живопись. Теперь у него в коллекции несколько моих работ. Для меня это неплохой прорыв, так как мама в основном хвалит работы.



"Море со скалами"

R: Оля, расскажи, как ты училась рисовать?

О.П: Два года я отучилась в институте на ландшафтного дизайнера. Я никому не позволяла вклиниваться в свою работу, то есть, я не давала рисовать на моей работе.

R: Это тяжело, преподаватели любят мне кажется рисовать.

О.П: Да, они обожают это делать, и из-за этого у меня были конфликты. Но я пошла на этот шаг, потому что я считаю, что преподаватель многое может, но когда он пишет свою работу. И что хочу сказать я, это совершенно разные вещи.

Неожиданно нас прерывает телефонный звонок. Оля берет трубку и говорит: «ЭТС проект, добрый день!». Решив все вопросы, она возвращается ко мне и продолжает:

- Я пришла в институт, я даже не знала, как карандаш в руках держать правильно, а акварель вообще для меня была страшным-страшным сном! После двух лет обучения, я ушла, потому что они мне больше ничего не могли дать. Потом я много занималась дома, по Интернету. Я искала надзирателя, который бы указывал мне на все мои ошибки и чуть ли не бил по голове чем-то тяжелым! Я знаю еще со школы, что мне это просто необходимо. Когда меня бьют, когда меня ругают, у меня что-то получается. Как только меня начинают хвалить, я расслабляюсь. Сейчас я сама над собой стою и себя контролирую.

R: Кто оценивает твои работы?

О.П: Я очень люблю проводить такие маркетинговые исследования, как я их называю. То есть, я могу спокойно прийти в какой-нибудь магазин, погулять по торговому центру и пообщаться с людьми. Даже прошу отметить в альбоме, который я ношу с собой, какие работы людям нравятся. Прошу сказать, какие не нравятся и желательно почему – например, цветопередача, форма.

R: И что люди охотно говорят?

О.П: В принципе, большинство да.

R: Что-то зависит от этого, от того, что ты услышишь или нет? Ведь, когда ты рисуешь, ты вряд ли будешь думать о людях, у которых ты спрашивала мнение, или ты думаешь об этом?

О.П: Когда я рисую, я просто думаю как изобразить то, что я хочу, какими техниками, приемами воспользоваться. А мнения людей на данный момент мне любопытно. Я участвую в конкурсах, выставках. Творчество рассчитано на зрителя, и поэтому мнение зрителя очень важно.
Конечно, в будущих работах я учту какие-то конструктивные замечания. Мне кажется, если художнику замечания не делают, он не развивается как художник, не совершенствуется как профессионал. И мне кажется, даже лучше негативное мнение, чем вообще никакое.

R: У тебя очень яркая живопись! Думаю, она в любом случае вызывает какую-то реакцию.

О.П: В своих картинах я стараюсь передать какой-то смысл, желательно что-нибудь еще мистическое приплести.

Мы смеемся, и Оля продолжает свою мысль:

- Чтобы было нескучно! Я по жизни не люблю скуку, вообще ни в чем. Ни в одежде, ни в прическе. Следовательно, и в работах я не терплю ее. Может от этого часть моих проблем!
Например, мой муж любит классическую живопись, и не очень приемлет такие более творческие направления,как авангардизм, абстракции.
Еще такой момент. Галереи просят писать абстракцию на холсте, потому что это лучше продается, но бумага дает больше возможностей. Такие техники, как акварель, гуашь, акрил в смеси на бумаге выигрывают. Больше возможностей порисовать руками. Вообще, абстракции пишутся всем, чем на данный момент хочется! Это к вопросу о скуке.


"Зимняя яблоня"

R: Ты спрашиваешь, что твой муж думает по поводу работ?

О.П: Конечно, спрашиваю. Он мой самый главный критик. И даже периодически он дает очень нужные советы. Вопрос в том, в какой форме он это делает. Наверное, самый тяжелый зритель это друзья и родственники, которые тебя знают с пеленок, и которые удивляются, что ты начал что-то делать. Друзьям и родственникам сложно продавать работы. Они их не особо ценят, и считают, что ты им должен их подарить.

R: Оль, давай теперь о процессе. Ты в тишине или под музыку пишешь?

О.П: Нет, я под шансон.

Мы заливаемся смехом, и я на всякий случай уточняю:

- Правда?

О.П: Честно. Обычно я пишу одна, потому что я сосредотачиваюсь на работе и на музыке одновременно. Понятно, что я не пишу какие-то блатные картины. Сейчас мне очень нравится исполнитель Мафик. До этого я слушала Трофима. Мужа это дико раздражает. Он вообще шансон не переваривает, а мне нравится позитив, который оттуда идет. Даже если это какая-то грустная песня, типа «Владимирский централ», все-равно… то ли музыка меня притягивает, то ли этот язык блатной. Он очень понятный человеку, даже тому который не сидел!
Я даже в картинах хочу какие-то такие элементы делать, особенно я думаю в графике. У меня масса планов на эту тему. Я хочу привнести именно ощущение от песен. То есть, это не обязательно будет тюрьма, как у Ван Гога.

R: Он тоже слушал Трофима…


За спиной у Ольги ее работы. Справа "Настроение" и слева "Солнечная Рапсодия".

* * *

Наша встреча длилась немногим более часа. И до интервью я была знакома с работами Ольги, но теперь они предстали передо мной в новом более ярком свете. Пока я, в очередной раз, листала альбом с репродукциями, Оля поделилась важным моментом, которым, наверное, можно обозначить ее творческое кредо:

- Нет предела совершенству! Художник растет всю свою жизнь, тем более, такой как я, который все испытывает, всем интересуется. Я готова заняться какой-нибудь росписью посуды, сумок. Мне любопытно все.
Есть еще предложение сделать шелковые платки с моими картинами. А сейчас, ради эксперимента, я пишу в полуакадемическом стиле, но все равно мне говорят, моя рука там прослеживается.

Это правильное любопытство, этот интерес к жизни по силам составить значительную долю успеха в творческой жизни автора, ведь художник никогда не должен останавливаться и закостенеть вместе со своей палитрой. Недаром, Оля Пивень строит планы и закупает холсты для новых экспериментов, в чем желаем ей успеха!