Российский миллиардер, президент футбольного клуба «Монако» Дмитрий Рыболовлев объявлен персоной нон грата при дворе князя Монако. Каплей, переполнившей чашу терпения местного бомонда, стал скандал, связанный с «хобби» миллиардера, скупавшего полотна известных мастеров и затеявшего шумную судебную тяжбу со своим швейцарским арт-дилером.




Европа нас гнобит неутомимо;
Как в горле кость духовность наша ей.
Не дрейфь, Евгеньич! Мы с тобою, Дима!
Скупай! Судись от пуза! Богатей!

Аристарх Зоилов-II


ЛГ 27-09-2017

Славин Алексей

Какие роли играет канцлер Германии

После теледебатов «Меркель–Шульц» всем стало ясно, кто будет канцлером ФРГ после выборов в бундестаг 24 сентября – Ангела Меркель.

В первый раз она возглавила правительство 12 лет назад, став в 51 год не только самым молодым федеральным канцлером, но и первой женщиной на этом посту и вообще второй (после жившей в X веке императрицы Феофании) – во главе всей Германии.

В послевоенной истории Германии вряд ли найдётся политик, которого недооценивали бы так же сильно, как её. Лишённая харизмы и выдающихся ораторских способностей, она тем не менее не раз называлась и журналом «Forbes», и журналом «Time» самой влиятельной женщиной в мире.

Она хочет стать канцлером в четвёртый раз.

Своя

Она всегда появляется без опозданий даже на самые скромные встречи с избирателями. Она может спокойно махнуть пару литровых кружек пива, сидя в окружении толпы полупьяных сограждан на пивном фестивале в Мюнхене. Она может провести урок истории в старших классах в качестве сменного преподавателя. Она любит и умеет работать. Народ пришёл в умиление, увидев на телеэкранах, как канцлер, сидя под колпаком сушки в парикмахерской, работала с документами.

Она вместе со вторым мужем, профессором-физиком Иоахимом Зауэром, живёт в съёмной квартире, хотя в её распоряжении служебный пентхаус в Ведомстве федерального канцлера.

Фрау Меркель признаётся, что любит возиться в саду и готовить. По её словам, лучше всего ей удаются картофельный суп, бульоны, шницели, блюда из рыбы. С удовольствием печёт пироги.

Наконец, она – женщина, что для феминистской Германии, где не без её давления законодательно установлена квота женщин в правлении крупных концернов, играет весьма серьёзную роль. Внешне Меркель является отражением среднестатистического немецкого избирателя. В этом, собственно, и кроется секрет её личной электоральной привлекательности.

По мнению журнала «Сicero», её главный козырь – «скромное обаяние обыкновенной женщины, которая ничего не хочет для себя».

Когда в своё время её оппонент Пер???? Штайнбрюк заявил, что зарплата канцлера слишком мала (сейчас примерно 18 820 евро в месяц. – А.С.), Меркель ответила одной фразой: «Достаточно».

Кстати, глава берлинской мусороуборочной службы получает больше, чем она. А о европейских чиновниках я и не говорю.

Решения

Ангела Доротея Меркель (в девичестве Каснер) родилась 17 июля 1954 в Гамбурге. Отец Хорст Каснер – теолог. Мать Герлинда – учитель латыни и английского. Спустя несколько недель после рождения Ангелы семья в разгар холодной войны добровольно переезжает из благополучной ФРГ в Восточную Германию, где сразу получает большой дом и аж два автомобиля. Через три года, в 1957 году, Каснер уже руководит колледжем для пасторов в городе Темплине. Он – в руководстве евангелической церкви. Ему даже разрешён выезд на Запад.

Ещё школьницей Ангела проявляет интерес к русскому языку. Будучи студенткой физфака Лейпцигского университета, выигрывает олимпиаду, получив в награду поездку в СССР. Позже она не раз посетит Советский Союз (кстати, именно в Питере она познакомилась со своим первым мужем).

После вуза Ангела устроилась в Институт физической химии при Академии наук ГДР, где вскоре стала секретарЕм комитета комсомола по идеологии (FDJ – Союза свободной немецкой молодёжи. – А.С.), членом райкома, членом Общества советско-германской дружбы. При этом не будучи членом СЕПГ.

В 1986-м Меркель защитила диссертацию (это после восьми лет аспирантуры; видимо, комсомольская работа отнимала много времени!). Для этого ей понадобилось не только сдать минимум по марксизму-ленинизму, но и написать реферат «Что такое социалистический образ жизни?». В том же году ей разрешили посетить ФРГ, а это было проявлением высокого доверия.

Естественно, возникает вопрос: каковы были её отношения с госбезопасностью. Сама Меркель признаёт, что «штази» пыталась её завербовать. Но она отговорилась, сославшись на природную болтливость. Однако «отказницу» продолжали держать в секретарях по идеологии. В общем, «если не веришь, – прими за сказку».

Падение Берлинской стены в прямом смысле застало Ангелу в сауне. И это символично. Видимо, вихрь всеобщего очищения погнал её, как и многих тогда, из учёных в политику. Она вступила в свежеиспечЕнную партию «Демократический прорыв» и стала её пресс-секретарЕм. То, что все её первые политические наставники были агентами «штази», уже не играло никакой роли: после присоединения партии к ХДС на неё обратил внимание всесильный Гельмут Коль и вскоре пригласил в правительство на должность министра по делам женщин и молодёжи. «Ты поведёшь за собой женщин», – сказал ей канцлер. Он называл её «девочкой». И журналисты долго звали Ангелу Меркель – «девочка Коля». В ноябре 1999 года разразился скандал по поводу незаконного финансирования ХДС. Коль отказался назвать имена спонсоров, сославшись на данное им честное слово. И тогда настал час Меркель. 22 декабря 1999 года в газете «Frankfurter Allgemeine Zeitung» вышла её статья, в которой она призвала партию решительно порвать со «старой гвардией». Вскоре она становится сначала генсеком, а потом и председателем партии. Покойный Коль так и не простил ей предательства. Вот как характеризует её восхождение аналитик из Гамбурга Андреас Боген: «Биография Ангелы Меркель – это биография типичного номенклатурного работника, продвигавшегося вверх по партийно-бюрократической лестнице, благодаря своему прилежанию и связям».

Контекст роли

Бывшей «девочке Коля» удалось разобраться со всеми политическими конкурентами, либо выведя их из игры, либо встроив, как нынешнего министра финансов Вольфганга Шойбле, в свою систему. И всё это – тихо, без особых скандалов. «Она передвигает фигурки на шахматной доске так, чтобы никто не представлял для неё опасности» – пишет биограф Меркель Жаклин Бойсен. Так, например, произошло с Кристианом Вульфом, ярким региональным политиком из Нижней Саксонии, которого Меркель «выдвинула» в президенты ФРГ. А потом помалкивала, когда его заклевала пресса. «На повышение» в президенты пошёл и её предполагаемый конкурент на нынешних выборах, популярный глава МИДа, социал-демократ Франк-Вальтер Штайнмайер.

Та же Бойсен добавляет: «Она принимает решения на основании цифр, данных и фактов, легко забывая об идеологических установках своей партии, если аргументы говорят в пользу какого-либо шага». Возможно, самый известный пример прагматичных установок Меркель – выводы, сделанные из аварии на японской АЭС «Фукусима». Сторонница атомной энергии в одночасье превратилась в её противницу, и вот уже Германия постепенно закрывает свои атомные электростанции.

Газета «Berliner Morgenpost» в одной из статей выдвинула гипотезу о том, что настоящей Ангелы Меркель не существует. Её следует характеризовать в контексте той роли, которую она исполняет в данный момент. Времена и роли меняются, а вместе с ними - и Ангела Меркель.

Так, она прекрасно понимает, что сегодня реальных противников у неё на домашнем поле нет. И потому проявляет принципиальность, продолжая убеждать мир, что решение бесконтрольно принять беженцев было верным.

Она умеет выжидать, быстро занимая выигрышную позицию. Так, буквально накануне прошлых выборов был решён вопрос о минимальных зарплатах для работников с ограниченным договором найма, долго вызывавший ожесточенные споры, и тем самым она вытянула козырь у социал-демократов. Осторожность на международной арене – её политическое кредо. Лишь однажды, в 2003 году, она позволила себе резкий политический демарш, поддержав, в отличие от Шрёдера, политику Буша-младшего в Ираке. И в перспективе, кстати, выиграла: в Америке её считают надёжным союзником, а поддержка США многого стоит. Её критика Трампа полна недоговоренностей, как бы «подковёрна». В отличие от её противника на выборах, бывшего президента Европарламента Мартина Шульца, который открыто заявил, что Дональд Трамп «слишком долго находится на посту».

Меркель все эти годы держала и собирается держать дистанцию в отношениях с Россией. Санкции и антироссийская риторика – глубинная реакция на кардинальные «нарушения порядка», которые в принципе чужды её пониманию мира – она видит в нестабильности опасность для страны.

Германия для Европы или Европа для Германии?

«Вне зависимости от результата выборов мы полагаем, что политика Германии по отношению к еврозоне не претерпит серьёзных изменений, – считает старший экономист банка Berenberg в Лондоне Хольгер Шмидинг. – Страна продолжит оказывать помощь партнёрам, требуя за это исполнения определённых условий».

И это похоже на правду. Известный публицист Ральф Больман в книге «Немка. Меркель и мы» так характеризует отношение канцлера к европейскому проекту: «Она понимает, что сохранение ЕС и зоны евро – в интересах Германии, но в отличие от своих предшественников не готова жертвовать ради этого другими национальными интересами. Ведь в первую очередь Меркель – прагматик, и, если какая-то идея кажется ей утопичной, она легко может от неё отказаться. Как только Меркель поймёт, что единая валютная политика мешает экономическому росту ФРГ, она станет главным распорядителем на похоронах евро».

В Европе её часто сравнивают с Маргарет Тэтчер. Сама канцлер как-то заметила по этому поводу: «Есть одна существенная разница: она была химиком, а я физик».

…Говорят, на её письменном столе – портрет российской императрицы Екатерины II, немки из маленького княжества Ангальт-Цербстского.

И это неудивительно: Меркель берёт уроки власти, потому что любит впасть.

{b]Алексей Славин,[/b]

собкор «ЛГ», Берлин

На снимке: с Гельмутом Колем, который её выдвинул, а она его предала.


ЛГ 20-09-2017

Бесаме мучо

Рулю как-то по городу. Попутно радио слушаю. И слышу в новостях, что сегодня, мол, оказывается, Всемирный день поцелуев. Грустно мне как-то стало оттого, что жизнь моя последнее время так складывается, что поцеловать меня сейчас, в сущности, некому.

И ровно в этот момент меня на светофоре «целует» в зад «девятка»!




ЛГ 13-09-2017

◊ Пробуждение смерти подобно.

◊ По Стеньке и княжна.

◊ Любовь зла: променяешь козла на осла.

◊ По усам текло, а оказалось фуфло.

◊ Лабать – не строить.

◊ Рьяному горы по колено.

◊ С миру по нитке – нищему сума.

◊ SMS-ка не воробей; отправишь – не поймаешь.

◊ Чем дальше в лес, тем дольше не отыщут.

◊ Хороша девица, да с нею не спится.

◊ Плохому монтёру пальцы мешают.

◊ Не там лихо, где гром да шумиха, а там лихо, где живут тихо.

Владимир Галкин,
Калязин


ЛГ 06-09-2017

ПЕРСОНА ГРАТА
ТОЛЬКО…

● Жизнь – это что угодно, только не то, что мы о ней думаем.

● Только в своё время можно жить в своё удовольствие.

● Безотказно работает только закон подлости.

● Некоторых можно уважать только после третьего стакана.

● Женщины рождают мужчин только потому, что без них они не могли бы родить женщин.

Александр Петрович-Сыров, Москва

ЛЮДИ, НЕ ЗАБЛУЖДАЙТЕСЬ!..

● Было бы неплохо, если было бы хорошо.

● О том, что деньги не пахнут, может заявлять только тот, кто не чувствовал запаха настоящих денег.

● За всё надо платить. А за некоторые поступки ещё и расплачиваться.

● Падение нравов всегда сопровождается подъёмом безнравственности.

● Жизнь заставит – и будут семеро одного ждать.

Ник Плотч, Новосёлки, Московская область

БРАТ ТАЛАНТА

● Когда глаза разбегаются, руки, как правило, не доходят.

Евгений Гусев, Ярославль


● Тряхнул стариной. Посыпался песок.

Виктор Козорезов, Астрахань


● Порой не так упрямы факты, как те, кто на них настаивает.

Александр Минченков, Москва


● Занимающийся самоедством не переваривает себя.

Ашот Наданян, Ереван, Армения


● С годами приходит не мудрость, а уходит дурацкий оптимизм.

Андрей Соколов, СПб


ЛГ 06-09-2017

Сухомлинов Владимир

Валерий Шамбаров считает, что при монархии наша страна всегда преуспевала

«ЛГ» продолжает разговор о революционных событиях 1917 года. Наш собеседник – известный историк и писатель ВАЛЕРИЙ ШАМБАРОВ.


– Валерий Евгеньевич, смысл и историческое значение событий 1917 года, двух революций разного содержания, до сих пор предмет дискуссий. Пользуясь словами из знаменитого фильма, многие люди, похоже, и поныне уверены: «красные придут – грабят, белые придут – грабят». Чем для вас, для историка, значим 1917 год? И какая революция – Февраль, Октябрь – была Великой? Что вообще надо праздновать сто лет спустя?

– Что ж, фраза крестьянина из фильма «Чапаев» на удивление верна. Если добавить, что и сами крестьяне тоже активно грабили. Сперва разграбили чужую сельскохозяйственную собственность – государственную, помещичью, «кулацкую». Потом взялись грабить городских жителей, за продукты выменивая по дешёвке их имущество и ценности. Ну и их самих стали грабить – всё закономерно. Правых в Гражданской войне не было. Наш народ соблазнился практически весь. После чего его стало вовсе не трудно расколоть и стравить между собой, брат на брата.

Обе революции можно называть «великими» разве что из пропагандистских целей или в насмешку. Потому что обе являлись осознанными внешними диверсиями, нацеленными именно на развал и крушение Российской империи. Издательство «Вече» представляет ныне трилогию, созданную мною в соавторстве с Еленой Николаевной Чавчавадзе. Уже вышли «Лев Троцкий. Тайны мировой революции», «Кто заплатил Ленину?», а сентябре выйдет третья книга – «Революция: западня для России». Эти работы строго документальные, использовались материалы не только из отечественных, но и из американских, французских, британских, германских, канадских, швейцарских архивов. Факты подтверждают версии, выдвигавшиеся уже давно.

Февральская революция организовывалась британскими политическими кругами, дипломатами и спецслужбами (хотя и США отчасти приложили руку). Между прочим, уже тогда применялись всем известные сейчас технологии «цветных революций». Октябрь – операция американцев, которые умело использовали в своих целях и часть большевиков, финансируемых Германией, причём продвигая их в «первый ряд» – ведь крушение России требовалось свалить исключительно на немцев. Так что праздновать столетие революций было бы правомочно в Лондоне и Вашингтоне. А русскому народу – разве что каяться и посыпать голову пеплом, что поддался на соблазны и позволил втянуть себя в чужие глобальные игры.

– Революциям предшествовало начало Первой мировой войны. Вы, насколько знаю, считаете, что Россия вступила в неё не менее подготовленной, чем противник. Да, страна была на подъёме, за спиной военные победы и опыт поражений, в целом славная история. Но, извините, факты говорят и о том, что если немцы довозили снаряды и снаряжение на фронт грузовиками, то мы нередко использовали гужевой транспорт. Большая разница. Поясните свою позицию.

– Что ж, начнём с «моей позиции». По первому своему образованию я физик, хотя имею также высшее политическое образование по специальности «Международные отношения и международная политика», а также и военное образование. Но основу дала именно физика – нас учили доверять только фактам, а из них делать выводы. У гуманитариев, к сожалению, обычно наоборот. Основная аргументация – цитаты из тех или иных источников. Получается, что выводы заданы заранее, а факты подчас просто подтягиваются к ним. Хотя нередко авторитеты меняются, и оказывается, что чуть ли не всю историю надо переписывать заново. Что и происходит – на протяжении одного поколения у нас история перекраивалась не раз: советская, перестроечная, либерально-западническая. Я же подхожу к истории как к точной науке. «А» должно вытекать из «В» и подтверждаться «С», иначе задача решена неверно. То есть идти от фактов.

Возьмём ваш пример. На начало вой­ны 1914 года в русской армии было 3 тысячи автомобилей, в германской – 83 штуки (там автотранспорт вообще недооценивали). Ваше утверждение исходит, видимо, из какого-то предвзятого частного мнения (или из некомпетентного художественного произведения) и выдаётся за факт.

– Нет, я основываюсь не на художественном произведении, а на данных, которые приводит один из наших выдающихся историков.

– Увы, видимо, в этом случае он ошибается, поскольку его тезис явно фактам противоречит. Кстати, полная механизация германской армии даже в годы Великой Отечественной войны – это миф. Были механизированные корпуса, дивизии, но в обычных армейских частях преобладал именно гужевой транспорт.

Реальные цифры показывают, что в 1914 году наша армия по технической оснащённости (если брать всё в совокупности) превосходила Англию и Францию. Уступала лишь Германии, но ведь эта страна целенаправленно готовилась к войне. Для сравнения: в русской дивизии имелось 48 орудий, у немцев 72, у французов 36. А всего в русской армии – 7030 орудий (из них 240 тяжёлых), в германской – 9398 (2296 тяжелых), во французской – 4800 (тяжёлых не было вообще). У России имелось 263 аэроплана, у Германии – 232, у Франции – 156.

По подготовке личного состава русские во многом превосходили и немцев. Солдат обучали действовать рассыпным строем, перебежками, быстро окапываться на каждом рубеже. А германские военные в начале войны маршировали на поле боя, как на параде, в плотных шеренгах, в ногу – и падали целыми шеренгами под русской шрапнелью и пулемётами. Французы воевали ещё хуже. У них культивировалась «наполеоновская» тактика, штыковые атаки сомкнутым строем. Окапываться вообще запрещалось. Не было тяжёлой артиллерии, полевых телефонов. Радио и авиация считались как бы ненужными игрушками. Не было даже защитной формы. Французы начинали войну в красных штанах и ярко-синих мундирах – утверждали, что красивая форма повышает боевой дух. Всё это сказалось на ходе боевых действий, когда Германия чуть не раздавила западных союзников, а спасала их Россия – разгромив австрийцев, заняла Галицию, нанесла немцам тяжёлые поражения под Гумбинненом, Варшавой, Лодзью, уничтожила турецкую армию под Сарыкамышем.

– Но почему же тогда победы сменились поражениями? Про­явились внутренняя слабость царской армии и серьёзные недоработки в боевой подготовке?

– Нет, проявилась слабость коалиции с западными державами. Их встревожили успехи России, озаботили обещания, которые ей пришлось надавать (особо стоит упомянуть Босфор и Дарданеллы). В 1914 году во всех воюющих странах выявилось общее явление – острый дефицит оружия и боеприпасов. Воюющие державы взялись экстренно перестраивать и мобилизовывать собственную промышленность. Кроме России. А у неё тоже были, конечно, слабые места. Но англичане за взятки навязали русскому военному министерству свой вариант – изготовить всё необходимое на британских заводах «Виккерс». Там был размещён заказ на 5 млн. снарядов, 1 тыс. аэропланов, 250 тяжёлых орудий, 27 тыс. пулеметов, 1 млн. винтовок, 1 млрд. патронов, 8 млн. гранат и др. По самым важным пунктам отгрузку продукции намеревались начать в марте 1915 года. Этого должно было хватить на летнюю кампанию.

Но в реальности Россия не получила… вообще ничего. Когда подошёл срок отгрузки, вдруг выяснилось – всё, что было изготовлено для нас, британское правительство забрало для своей армии. Нашу страну, грубо говоря, просто подставили. Это и привело к «Великому отступлению» 1915 года, когда русские батареи молчали, и атаки приходилось отражать штыками.

К весне 1916 года проблемы со снабжением удалось пре­одолеть. Причём без западных «друзей», своими силами и ресурсами. Хоть и с запозданием, но Россия совершила в годы Первой мировой гигантский промышленный рывок. По подсчётам академика Струмилина, производственный потенциал России с 1914 до начала 1917 года вырос на 40%. Производство машинного оборудования всех типов возросло втрое, производство химической промышленности – вдвое. Наша страна обогнала в производстве артиллерии Англию и Францию! Выпуск орудий вырос в 10 раз и достиг 11,3 тыс. в год. Выпуск снарядов увеличился в 20 раз (67 млн. в год), винтовок в 11 раз (3,3 млн. в год).

Результат – пришли блестящие победы. Брусиловский прорыв, Эрзерум, Трапезунд, Эрзинджан. Кстати, громадные людские потери тоже относятся к области легенд, если взглянуть не на «мнения», а на строгие документальные данные. Последняя сводка боевых потерь царской армии была представлена в «Докладной записке по особому делопроизводству» №4(292) от 13(26) февраля 1917 г. На всех фронтах с начала вой­ны было убито и умерло от ран 11 884 офицера и 586 880 нижних чинов; число отравленных газом составило соответственно 430 и 32 718; потери ранеными и больными – 26 041 и 2 438 591; контуженными 8650 и 93 339; без вести пропавшими – 4170 и 15 707; в плену находилось 11 899 офицеров и 2 638 050 солдат. Итого: 63 074 офицера и 5 975 341 солдат (ЦГВИА СССР, ф. 2003, оп. 1, д. 186, л. 98).

Мы видим, большинство из этих миллионов выбыло по ранению или по болезни (и многие после излечения возвращались в строй). Погибших было ощутимо меньше, чем в других воюющих державах – около 600 тыс. В Германии на тот же период – 1,05 млн., во Франции – 850 тыс. И это было вполне закономерно, ведь царское командование не допускало таких затяжных и тупых мясорубок, как Верден и Сомма. Однако новые успехи России крайне озаботили не только противников. Они встревожили и союзников. Именно это сделало актуальным удар в спину – революцию. Лучше этого ничего нельзя было придумать.

– У нас немало людей, особенно среди части политологов и писателей либерально-западнических воззрений, которые считают, что, например, определение типа «немытая Россия» актуально на все времена. И ничего, дескать, не меняется. Могут ли события 1917 года это подтвердить?

– Опять же обратимся к фактам. Вспомним, например, что русские люди всегда были очень чистоплотными, даже во времена Средневековья ходили в баню не реже двух раз в неделю. А вот на Западе не мылись почти никогда. Отсюда и родилась знаменитая французская парфюмерия – забивать запахи пота и грязного тела. Современный англо-американский культ чистоты – достижение более позднего времени, его переняли в XIX веке от китайцев. Между прочим, закономерность, известная психологам – каждый человек склонен обвинять других в своих собственных слабостях и прегрешениях. Все мифы, которые внедрялись о России, – о жестокости, безграмотности, пьянстве, рабстве – были в гораздо большей степени характерны именно для западной цивилизации.

Это актуально и сейчас. При всех декларированных «свободах» жители западных стран обладают гораздо меньшими свободами, чем русские. Они лишены права поддерживать собственные национальные традиции, культурные и нравственные ценности, лишены права воспитывать собственных детей и мешать им развращаться и разлагаться, лишены права отвергнуть фактический приоритет «меньшинств» перед «большинствами», лишены права оберегать и развивать личную духовность. И это выдаётся за «свободы»!

И вот ещё что оказывается актуальным – клевета и нападки на Россию (на её свободу быть самостоятельной, не похожей на западные модели, как раз сейчас показывающие свою гибельность). Во все времена актуально и то, что зарубежные враги нашей страны находили (или создавали) партии единомышленников внутри неё – кого-то соблазняя внешней мишурой своей цивилизации, кого-то – словесной шелухой, а кого-то и подкупая. Это действительно не меняется. Что сыграло важнейшую роль и в событиях 1917 года. Десятилетия пропаганды и подрывной работы дали плоды. В феврале заговорщиков поддержали интеллигенция, офицерство, чиновники, заражённые мечтаниями жить «как за границей». Многие из них потом и очутились за границей, в «парламентском раю» – в эмиграции. Правда, не в тех ролях, которые примеряли для себя, а чернорабочими, грузчиками, судомойками, проститутками. Но ведь он таким и был, «парламентский рай». Что хотели, то и получили, жаловаться не на что. А уж против них оказалось нетрудным поднять и народ. Куда легче, чем против царя. Вот и Октябрь.

– Сегодня на Украине идёт, по сути, гражданская война, жёсткое противостояние тех, кто хочет жить на основе, так сказать, русскости, православия, большой общей истории, и тех, кто исповедует другие ценности, даже не обязательно «бандеровские». По-моему, в любом случае такие конфликты – игра на самоуничтожение. Чему учит опыт нашей давней Гражданской войны, краха белогвардейщины и победы «Советов»?

– Гражданская война в Донбассе – явление непростое. Ведь «другие ценности», не обязательно «бандеровские» – это не просто нерусскость. Это обязательная русофобия. То есть фактически подготовка нового конфликта, с русскими. Конфликта в любом случае. Противостоят те, кто не желает враждовать с братьями и через какое-то время сцепиться в драке с русскими. Кроме того, «европейские» ценности скрытно, но вполне определённо направлены на духовную гибель обрабатываемого народа, а в перспективе и на его физическую гибель, вырождение, вымирание. Неприятие их – вполне здоровая борьба личности и народа за собственное существование. Принятие – фактическое согласие как раз на самоуничтожение. Противостоят те, кто не желает принять правила «мирного» самоуничтожения.

А опыт Гражданской войны не мешало бы вспомнить киевским политикам и военным. Запад всегда использует тех, кого считает полезными, в собственных целях, но предаёт их, когда в них отпадает нужда. Так было и с белогвардейцами, до конца цеплявшимися за верность западным союзникам. А те сделали всё, чтобы белые не смогли победить. Помогали им только для пущего разжигания братоубийства. Когда сочли, что Россия достаточно опустошена, все белые армии получили удары в спину от иностранных союзников – и Колчак, и Деникин, и Юденич, и Врангель. После чего Англия, США, Франция наперебой ринулись устанавливать дружбу с Советским правительством. Пользоваться разрухой для дальнейшего, уже капитального ограбления России – за рубеж хлынуло русское золото, бесценные произведения искусства, нефть, лес, пушнина и др. А для «помощи» в восстановлении хозяйства вовсю внедрялись концессии. Англичане получили Урал, золотые промыслы на Лене, американцы – закавказскую нефть, Кузбасс, ещё много чего. Вот они-то и стали реальными победителями в Гражданской войне. Точно так же, как становились победителями в гражданских войнах в Колумбии, Мексике, Иране, Турции, Китае и т.п.

– Как офицер в прошлом, физик по образованию, кандидат технических наук, какую общественно-политическую формулу для России вы бы посчитали правильной, ведущей к развитию, достижению того, чего людям особо не хватает – справедливости, а также уверенности в завтрашнем дне? Есть ли между Шамбаровым-физиком и Шамбаровым-лириком противоречие внутри себя?

– Исторические факты показывают – максимальных успехов Россия добивалась при монархии, при царской власти, которая строго соблюдала национальные и государственные интересы, а своим подданным давала максимальную социальную защищённость (по сравнению с теми же западными странами).

В советское время Сталин сумел добиться высокого подъёма народного хозяйства, обеспечить победу в Великой Оте­чественной войне (в которую за рубежом никто не верил). Главная причина – он в значительной мере приблизил свою власть к неограниченной монархии, многое стал перенимать из опыта погибшей Российской империи. Хотя и далеко не всё. Главного шага не сделал. Революционных разрушительных учений не отбросил, сохранив в качестве основной идеологической базы. Поэтому все его достижения оказались непрочными и легко обратимыми.

Ну а лирикой, простите, не занимаюсь. Я оперирую фактами. Всё-таки история должна быть точной наукой, а не полем для политических фальсификаций и спекуляций.



На снимке: русские солдаты готовят цилиндры с хлором для газовой атаки против германских войск.


ЛГ 06-09-2016

Неменский Олег







Польша, где с конца 2015 года власть принадлежит партии Я. Качиньского «Право и Справедливость», стала большой проблемой для соседей и с запада, и с востока. Её резкий отказ от участия в программе распределения мигрантов, реформы, которые ведут к ущемлению норм демократии, а теперь ещё и требование новых репараций с Германии за Вторую мировую войну, сделали страну источником международных скандалов. Варшава стала конфликтовать даже с новыми властями Украины, в которых она теперь рассмотрела бандеровцев.

Отношения с Россией, и так почти замороженные, продолжают ухудшаться из-за кампании по сносу памятников и всё новых исторических претензий. 1 сентября члены польского правительства и депутаты сообщили, что Россия должна заплатить репарации по Рижскому договору 1921 года, по которому Москва была вынуждена смириться с оккупацией Польшей западных земель Украины и Белоруссии. Казалось бы, другая страна постеснялась бы лишний раз напоминать о своих агрессивных завоевательных кампаниях, но только не Польша – в её традициях культ захвата чужих земель и народов всегда основан на убеждённости не просто в праве, а в долге нести другим свою якобы цивилизаторскую миссию.

Став инициатором новой «внешней исторической политики», Польша превратилась в маленькую сверхдержаву в этой сфере. Создана основательная инфраструктура исследовательской и юридической деятельности, нацеленная на выдвижение претензий к другим странам. Её цель – внушение партнёрам комплекса вины за какие-либо действия в отношении Польши или за бездействие, а значит, предательство. Трудно сказать, насколько эта политика эффективна, однако в условиях современной Европы она имеет свои шансы.

Евросоюз был создан странами, важной составляющей идеологии которых был как раз комплекс вины – у одних за фашизм, у других за колониализм. Это важнейшее идеологическое основание для многих процессов внутри ЕС, да и для самой его конфигурации. Но вот незадача – среди новых членов ЕС оказалась страна, которая считает себя абсолютно безвинной в историческом смысле и отказывается петь в одном хоре с соседями.

При этом Польша чувствует себя довольно свободно. Гигантские деньги, предоставляемые Варшаве из фондов Евросоюза (они гораздо больше, чем когда-то выделялись по плану Маршалла), по действующему семилетнему бюджету ЕС ей гарантированы, но после 2020 года уже точно выплачиваться не будут. Видимо, тем активнее в Польше ищут новые способы жить за чужой счёт, тем сильнее тяга к историческому реваншу. Как ни странно, комплекс маленькой страны, которую все обижают, прекрасно сочетается с претензиями на роль региональной державы. Всё это дополнено ощущением огромного исторического успеха последних ста лет и желанием им максимально воспользоваться. Но требовать – дело нехитрое.

В 1990-х польские политики гордились, что отказались от идеи перекройки границ, благодаря чему сохранили мир в регионе и обеспечили возможность довольно быстрой интеграции в Евросоюз. Ныне правящая партия придерживается иного подхода. Она осуждает круглый стол 1989 года, на итогах которого была основана вся политическая система Третьей республики, настаивает на пересмотре истории для установления правды, какой она видится именно ей. Взбудоражить Европу полякам под силу. Но только взбудоражить, не более.

Реальных ресурсов провести в жизнь все свои требования у Польши нет – ни военных, ни политических, ни экономических. А расчёт на новую мировую войну и победу «под крылом» США пугает даже многих поляков. Кажется, Польша вновь наступает на старые грабли – заявляет претензии, не взвесив свои реальные возможности.


Польша, где с конца 2015 года власть принадлежит партии Я. Качиньского «Право и Справедливость», стала большой проблемой для соседей и с запада, и с востока. Её резкий отказ от участия в программе распределения мигрантов, реформы, которые ведут к ущемлению норм демократии, а теперь ещё и требование новых репараций с Германии за Вторую мировую войну, сделали страну источником международных скандалов. Варшава стала конфликтовать даже с новыми властями Украины, в которых она теперь рассмотрела бандеровцев.

Отношения с Россией, и так почти замороженные, продолжают ухудшаться из-за кампании по сносу памятников и всё новых исторических претензий. 1 сентября члены польского правительства и депутаты сообщили, что Россия должна заплатить репарации по Рижскому договору 1921 года, по которому Москва была вынуждена смириться с оккупацией Польшей западных земель Украины и Белоруссии. Казалось бы, другая страна постеснялась бы лишний раз напоминать о своих агрессивных завоевательных кампаниях, но только не Польша – в её традициях культ захвата чужих земель и народов всегда основан на убеждённости не просто в праве, а в долге нести другим свою якобы цивилизаторскую миссию.

Став инициатором новой «внешней исторической политики», Польша превратилась в маленькую сверхдержаву в этой сфере. Создана основательная инфраструктура исследовательской и юридической деятельности, нацеленная на выдвижение претензий к другим странам. Её цель – внушение партнёрам комплекса вины за какие-либо действия в отношении Польши или за бездействие, а значит, предательство. Трудно сказать, насколько эта политика эффективна, однако в условиях современной Европы она имеет свои шансы.

Евросоюз был создан странами, важной составляющей идеологии которых был как раз комплекс вины – у одних за фашизм, у других за колониализм. Это важнейшее идеологическое основание для многих процессов внутри ЕС, да и для самой его конфигурации. Но вот незадача – среди новых членов ЕС оказалась страна, которая считает себя абсолютно безвинной в историческом смысле и отказывается петь в одном хоре с соседями.

При этом Польша чувствует себя довольно свободно. Гигантские деньги, предоставляемые Варшаве из фондов Евросоюза (они гораздо больше, чем когда-то выделялись по плану Маршалла), по действующему семилетнему бюджету ЕС ей гарантированы, но после 2020 года уже точно выплачиваться не будут. Видимо, тем активнее в Польше ищут новые способы жить за чужой счёт, тем сильнее тяга к историческому реваншу. Как ни странно, комплекс маленькой страны, которую все обижают, прекрасно сочетается с претензиями на роль региональной державы. Всё это дополнено ощущением огромного исторического успеха последних ста лет и желанием им максимально воспользоваться. Но требовать – дело нехитрое.

В 1990-х польские политики гордились, что отказались от идеи перекройки границ, благодаря чему сохранили мир в регионе и обеспечили возможность довольно быстрой интеграции в Евросоюз. Ныне правящая партия придерживается иного подхода. Она осуждает круглый стол 1989 года, на итогах которого была основана вся политическая система Третьей республики, настаивает на пересмотре истории для установления правды, какой она видится именно ей. Взбудоражить Европу полякам под силу. Но только взбудоражить, не более.

Реальных ресурсов провести в жизнь все свои требования у Польши нет – ни военных, ни политических, ни экономических. А расчёт на новую мировую войну и победу «под крылом» США пугает даже многих поляков. Кажется, Польша вновь наступает на старые грабли – заявляет претензии, не взвесив свои реальные возможности.



ЛГ 06-09-2017

Котельников Владимир

Исполнилось 200 лет со дня рождения А.К. Толстого

Он никого и ничего не боялся – ни царя, ни медведя, ни смерти. Близкий – по детской дружбе и своему положению при дворе – к императору Александру II, он прямо говорил ему всё, что думал и чего желал, не опасаясь высочайшего неблаговоления. Обладавший недюжинной силой, он ходил на медведя и ни разу не отступил и не упустил зверя. В последний год жизни, пережив «предчувствие близкой смерти», зная о скором конце, он спокойно ждал его.

Он всегда безоглядно любил правду и красоту – и ни в убеждениях, ни в поступке, ни в слове не изменил этой любви – при необычайно широкой натуре, многообразных интересах и увлечениях.

В личности Алексея Константиновича Толстого природная одарённость, разносторонняя образованность, страсть к поэзии отлились в ту отчётливую благородную форму, которую веками вырабатывало старопородное русское дворянство. И от старших пращуров, Толстых, и от младших, новодворянских предков по матери – Разумовских – он взял лучшие черты и на редкость гармонично в себе их сочетал. Ясный, острый ум, смелая независимость, воля к добру, нравственная твёрдость, художественный вкус составляли единое целое в нём, и это сказывалось во всём, что он делал.

И.А. Бунин, сам принадлежавший к старому дворянству, унаследовавший его кровь и культуру, может быть, лучше, чем кто-либо другой, знал цену этой личности. В «окаянные дни» пореволюционной смуты В.Н. Муромцева-Бунина свидетельствует: «Ян всё это время читает А.К. Толстого».

А в статье к 50-летию со дня смерти писателя Бунин рисует богатую, мощную и сложную личность его. Весной 1940 года он вновь обращается к ней и записывает в дневнике: «Пересматриваю опять письма и дневники А.К. Толстого. Совершенно очаровательный человек!».

Кто же перед нами? – спросим вместе с Буниным, памятуя о толстовской поэме «Иоанн Дамаскин» и его балладе «Илья Муромец»: «Иоанн из Дамаска, соправитель калифа, а потом песнопевец и святитель Божий, или же Илья из Мурома? <...> Рыцарь или витязь?»

И то, и другое, и многое ещё сошлось в его крупной, свободной, телесно и духовно сильной личности.

Прежде всего перед нами граф Толстой, потомок и родственник устроителей России, создателей её государственности и культуры. Он жил и действовал с сознанием своего неотъемлемого права – по рождению и дарованиям – занимать видное место в русской жизни, судить о ней независимо, зачастую вопреки официальным или партийным мнениям, с высоты своей родовой причастности к российской истории, с высоты русской мысли и словесности, чьим рыцарем без страха и упрёка он и вступил на своё главное поприще. Но не только русской: воспитанием и образованием он был поставлен в ряд деятелей европейского уровня. Владеющий несколькими языками, знаток западной литературы и искусства, принятый при Веймарском дворе, в светских кругах Европы, он был и человеком мира. Что не отменяло его горячих симпатий к славянству, к коренной Руси, к родственным ей народам, прежде всего малороссийскому, – симпатий, так звонко отозвавшихся уже в 1840-е годы в знаменитом стихотворении «Колокольчики мои...».

Он выбирает для поэтической разработки те периоды и эпизоды русской истории, в которых на первый план – как то было свойственно и становлению западной цивилизации – выступает крупная личность с её волей, нравственными и политическими решениями, влияющими на ход общей жизни. Таковы у него национальные герои, таковы Владимир Киевский, князь Курбский, царь Иоанн, князь Михайло Репнин, Борис Годунов. Вот почему главный исторический и творческий интерес Толстого сосредоточился на эпохе Иоанна Грозного и последующем царствовании Годунова.

Тема деспотизма и отношения к нему людей, призванных к власти, к участию в государственных делах, стала центральной для Толстого-романиста и драматурга. В русле этой темы развёртывалась его сюжетика, ей подчинялись выбор и построение характеров. В первом приступе к теме – романе «Князь Серебряный» – Толстой ещё следовал популярной литературной традиции и увлекался историко-национальным колоритом, романтизированной героикой. В драматической трилогии он уже раздвигает раму исторической картины, наполняет её внутренне сложными персонажами, углубляет коллизии до такой моральной и психологической остроты, которая позволяет соотносить его социально-этическую трактовку темы с историей России двадцатого столетия, а драматургическую её разработку – с трагедиями Ф. Шиллера и А. Пушкина.

В возникновении и развитии у него этой темы играли немалую роль личные мотивы: Толстой не признавал деспотизм ни в каком виде и ненавидел не только раболепное, но и просто терпимое, в силу каких бы то ни было обстоятельств, к нему отношение. А покорство и потворство неправедной власти, искреннее или лицемерное, эту неистребимую «русскую азиатчину», он находил и в прошлом, и в настоящем. Испытывая отвращение к ней, он всё более отдалялся от Двора (сохраняя, однако, близкие отношения с императрицей Марией Александровной и великой княгиней Еленой Павловной) и от царедворцев, чуждался чиновничества всех рангов, но не примыкал и ни к каким современным общественным течениям, вожди которых тоже обнаруживали деспотические замашки в своих притязаниях управлять мыслью и литературой. Его жизненное и идейное кредо – «Против течения», как он и назвал своё программное стихотворение.

Как русский аристократ и художник Толстой признавал монархию необходимой национально-государственной формой в России. Как гражданин и свободная личность он выше всего ценил человеческое достоинство, честь, независимость, право знать и беспрепятственно говорить правду. Русскую историю граф Толстой читал как собственную родословную книгу и, не обинуясь, записывал на её страницах свои откровенные суждения, исполненные то уважения к деяниям предков, то негодования, то гневного смеха, то пророческого пафоса. Рядом с трагедийной инсценировкой царствований Иоанна и Бориса он властной рукой, прямо поверх древних хартий и писаний почтенных историков, мог набрасывать сатирически-пародийную «Историю государства Российского от Гостомысла до Тимашева», поэтическую притчу о русском витязе («Чужое горе»), устрашающие предсказания «Змея Тугарина».

Вместе с тем, не чужда была ему и великая книга мироздания, её метафизический язык оказался у него (как и у Тютчева, с которым Вл.С. Соловьёв сближал Толстого в «поэзии гармонической мысли») созвучен языку лирическому. Продолжая вечную библейскую тему пушкинского «Пророка» и перекликаясь с прозрениями Лермонтова, он открывал «мир незримый», когда дух его «Любови крылья вознесли // В отчизну пламени и слова». Здесь Толстой обнаруживает – отчасти неожиданную на фоне его излюбленной элегической и пейзажной лирики, народно-песенной речи, балладной эпики – склонность к глубоким религиозно-философским созерцаниям.

Свой путь Толстой прошёл неколеблющимся шагом, и перо его не дрогнуло ни под наплывом современных ему политических течений, ни под напором страстей и соблазнов.

Таким он был принят двадцатым веком. И замечу – не только в своей высокой и серьёзной классичности – но ещё и как замечательный творец смехового слова: Маяковский с наслаждением декламировал его «Бунт в Ватикане» («Взбунтовалися кастраты…») и перехватывал некоторые его стихи в своих сатирах, Хармс переписывал себе абсурдно-комические сцены из писем Толстого к Н. Адлербергу.

Сегодня Толстой приходит к нам в полном, без всяких изъятий, виде. Давно собираясь осуществить этот приход, я выпустил его двухтомник в серии «Литературные памятники», а ныне благодаря московскому Редакционно-издательскому центру «Классика» реализую подготовленное мною (при участии А.П. Дмитриева и А.В. Фёдорова) первое академическое Полное собрание сочинений Толстого в пяти томах (на фото слева). Наследие его издавалось в собраниях и прежде, но это не были научно-критические издания. Теперь читатель получит не только абсолютно все тексты писателя, но и – что чрезвычайно важно – впервые полный свод других редакций, вариантов, авторской правки, который даёт представление о творческой работе Толстого (так, публикуется более пятидесяти страниц черновых записей к переводу «Коринфской невесты»). И, наконец – подробнейший комментарий, как историко-литературный, биографический, исторический, лингвистический, так и реальный, воссоздающий жизненный и культурный контекст творчества. В него входят также указания на музыкальные переложения текстов писателя и на переводы их на иностранные языки.

Надеюсь, это будет достойный литературный памятник Толстому.

Кнышев Андрей




• «А денег – нет-нет – да и… нет!»

• В каждом из нас живёт гордый дух победителя. Того сперматозоида, что когда-то финишировал первым.

• Надпись на Ноевом ковчеге: «Титаник».

• …грешит излишним благочестием.

• Жениться лучше всего на красивой и умной модели, причём желательно радиоуправляемой.

• На этом возрасте Генриэтта Витольдовна решила остановиться.

• «Это уже ни в какие ворота не лезет – ни в Спасские, ни в Боровицкие!..»

• В результате случайной половой связи Сидоров случайно родился, случайно живёт и случайно процветает.

• Из характеристики: «Имеет двух детей. Сейчас ждёт третьего – от второго».

• Передача на японском ТВ: «Сам себе харакири».

• …участник Наименьшего Сопротивления.

• «Молчание – золото...» Золотые слова!

Из новой книги Андрея Кнышева «Корточки и Цыпочки»


ЛГ 30-08-2017

У психиатра:

– Доктор, вы не поможете мне избавиться от комплексов?

– У вас какие?

– (шёпотом) Зенитно-ракетные…

= = = = =

Говорят, для пенсионеров планируется ввести новые льготы. С Нового года им будет разрешено стоять под стрелой, прислоняться к автоматически открывающимся дверям и переходить улицу на красный свет.

= = = = =

– В наши дни трудно подняться по карь­ерной лестнице.

– Я больше скажу: в наши дни к ней трудно даже подойти.

= = = = =

За фигурой надо непрерывно следить. Чуть зазеваешься – а фигура уже сидит и пирожные трескает!

= = = = =

– Папа, ты купишь мне шалав?

– Конечно, сынок. Только это лаваш называется.

= = = = =

– Привет, красотка! Номерок дашь?

– Я кому попало номерок не даю.

– Слышь, бабуля, а не слишком ли ты дерзкая для гардеробщицы?!

= = = = =

В Госдуме продолжается обсуждение во втором чтении заповеди «НЕ УКРАДИ». Уже внесено 75 поправок.

= = = = =

Зрелость приходит, когда человек поймёт, что в два раза старше он уже не станет.

= = = = =

– Я дедушка Ленин.

– Да? Ну а я тогда Инесса Арманд.

– Очень приятно. Но я внучку пришёл из садика забрать! Лена её зовут!

= = = = =

– Как у вас, женщин, всё сложно!

– Вовсе нет. Не сложно. Просто у нас всё непросто.

– Так и я о том же. Вам всё усложнить – проще простого.


ЛГ 30-08-2017

Славин Алексей

Психическое состояние жителей Германии стремительно ухудшается

По данным Федерального статистического ведомства, более миллиона человек в Германии страдают психическими и нервными заболеваниями, в частности приобретённым слабоумием. А синдрому хронической усталости подвержен чуть ли не каждый второй житель страны. Растёт и уровень самоубийств. В чём причина? В демографической ситуации? В пресловутом кризисе с беженцами? Финансово-экономических проблемах? Или во всё ухудшающихся отношениях между людьми?

Истомлённые души

Расходы больничных касс на лечение психических и нервных расстройств увеличились по сравнению с 2007 годом почти на 35 процентов. В абсолютных цифрах это более 15 миллиардов евро. Данные основаны на оценках всех возможных трат – от оплаты лекарств до расходов на санитарный транспорт.

Одна из причин – перманентное старение жителей ФРГ. «Судя по тенденции, к 2030 году в Германии болезнью Альцгеймера и приобретённым слабо­умием будут страдать 2,5 миллиона человек», – говорит эксперт Вибке Арпс.

Однако и у детишек нервишки начинают не по возрасту шалить. Каждый четвёртый ребёнок в стране подвержен сегодня тому или иному типу нервного расстройства. Частично это связано с социальным фактором: у малоимущих семей он составляет 31,2 процента, а у стабильных в материальном плане – в два раза меньше. Не надо думать, что дело только в пьянках и драках родителей-маргиналов и побоях детей. По мнению директора университетской клиники в Эппендорфе Михаеля Шульте-Маркворта, психические расстройства у детей возникают из-за постоянного психологического давления с целью побудить их лучше учиться, типа: «Учись, сынок, а то будешь, как я»…

Горят на работе

Однако в значительно большей степени, чем старики и дети, психическим и нервным расстройствам подвержены люди самого что ни на есть трудоспособного возраста – от 30 до 60 лет. Как утверждают эксперты больничной кассы АОК, каждый второй работающий житель Германии в разное время брал бюллетень из-за нервного срыва или синдрома хронической усталости, причём не один раз. Продолжительность пребывания на бюллетене из-за этих болезней рекордная – почти 25 дней в год, что существенно превышает время нетрудоспособности из-за заболеваний дыхательной системы или желудочных расстройств (6,5 дня). Из-за бюллетеней такого рода, полагает всё тот же профессор Шульте-Маркворт, потеря ВВП составляет 78 миллиардов евро в год. И это притом что многие продолжают ходить на службу из страха потерять место.

Профессор сетует на то, что психотерапевтическое обеспечение в Германии находится на «ужасающе низком уровне»: так, в больших городах на 2577 страдающих нервными расстройствами приходится один психиатр, в сельской местности – один на 23 106 человек.

Самый высокий уровень психических недугов отмечен в Берлине: той или иной их формой страдают 30 процентов населения столицы.

У последней черты

С ухудшением психического состояния нации связан и повышенный уровень само­убийств. Они происходят в ФРГ каждые 47 минут. Причиной всё чаще становятся неприятности на работе.

«Товарищ, я вахты не в силах стоять», – сказал как-то кочегар кочегару. В современном немецком производственном быту у кочегаров не находится даже товарищей.

По подсчётам экспертов Всемирной организации здравоохранения, более 28 процентов жителей старого континента (41 миллион человек) постоянно подвержены психологическому прессингу в рабочее время, который уже считается вторым по значимости профессиональным заболеванием после остеохондроза. В ФРГ от этого страдают почти два миллиона человек. Тут и невнятно сформулированные, а порой и невыполнимые приказы руководства (50 процентов случаев), интриги в коллективе и бойкот (20 процентов), даже мелкие пакости вроде похищенных со стола деловых бумаг или скрепок в клавиатуре (20 процентов).

Женщины переживают втрое чаще мужчин, молодые – вдвое чаще пожилых. Специалисты из Федерального агентства по вопросам безопасности труда (BauA) считают, что 20 процентов самоубийств в стране спровоцировано травлей, моббингом.

В общей статистике смертей на долю суицида приходится, казалось бы, немного, всего 1,3 процента. Хотя это уже больше, чем количество погибших в результате ДТП. А в группе смертей в возрасте от 20 до 50 лет, то есть самого плодотворного возраста, – половина приходится на самоубийства!

На каждую «удачную» попытку – 10–15 неудачных.

Восемьдесят процентов самоубийц, считают медики, – люди, страдающие депрессивными расстройствами. Далеко не у каждого из них есть справка с соответствующим диагнозом. «Но у большинства присутствуют вполне определённые симптомы, и скрыть их практически невозможно, – говорит Беате Волер, сотрудница Минздрава федеральной земли Бранденбург. – Стереотип потенциального самоубийцы, как человека с вечно грустным выражением лица и плохим аппетитом, ошибочен! Неуверенность в себе, чувство вины, страх, внезапные слёзы или немотивированная агрессия – вот тревожные признаки, которые могли бы вовремя заметить окружающие, в первую очередь коллеги».

Печальные цифры

В Германии среди пожилых людей, решивших покончить с жизнью, почти 35 процентов тех, кто не хотел переезжать в дом престарелых, то есть лишиться привычного уклада жизни. Каждый второй само­убийца, не доживший до 18 лет, – жертва несчастной любви. Около четырёх процентов не справились с эмиграцией.

55 процентов мужчин и 38 процентов женщин вешаются, десять процентов прыгают из окна, пять процентов – бросаются под автомобиль или поезд. Отравление газом выбирают для себя 13 процентов, лекарствами – 8 процентов, продуктами бытовой химии – 26 процентов, выхлопными газами в салоне собственного автомобиля – два процента. Огнестрельным же оружием пользуется всего один процент.

Увы, картина всюду становится всё печальнее. По данным ВОЗ, самоубийством кончает жизнь в среднем более миллиона человек в год. Самый высокий суицидальный показатель в последнее время отмечен в Литве (44 случая на 100 000 человек населения). Самая лучшая ситуация в Греции – (3,7 на 100 000). Германия с показателем 14,4 случая занимает место чуть ниже середины трагического списка.

Но всё ещё, как говорится, впереди. Если, конечно, в нашей жизни что-то не поменяется. Прежде всего мы сами – с нашим восприятием жизни, в которой хватает и радостей, и красоты.

Берлин


На снимке:Каждый лечится по-своему: некоторые немки берут в помощь от депрессии даже сов
Фото: ИТАР ТАСС


ЛГ 30-08-2017

Жуков Дмитрий





Дмитрий Анатольевич Жуков был уникальный литератор, мыслитель, переводчик, яркий человек. Казалось бы, по отцовской линии ему суждено было стать нефтяником, но его влекло иное. Так и вышло потом, но прежде был фронт, военная служба, работа в Генштабе, разведка... Он – автор повестей и рассказов, «Русских биографий» (среди его героев, например, Александр Грибоедов, Василий Шульгин, Василий Верещагин и Дмитрий Скобелев). Он – знаток Персии, книгу «Иран глазами русского» с почестями встретили там, в том числе на самом высоком уровне. Жуков не писал в стол – всё, что выходило из-под пера, сразу брали в печать. Поэтому его вдова Ирина Аркадьевна сказала: вряд ли мы найдём что-то «из неопубликованного». Просмотрели множество папок, повезло. Например, отыскалась статья 1967 года о будущем ЭВМ – очень смело, проницательно. К тому же благодаря ей я узнал от Ирины Аркадьевны, что писатель был среди создателей первого в СССР «компьютерного переводчика». Возможно, эту статью «ЛГ» позже опубликует. Сегодня же – не печатавшиеся заметки о языке. Они передают интонацию писателя, его чувство юмора, человеческую теплоту.

Владимир Сухомлинов

«Есть притча короче носа птичья» – говорят в народе, что целиком и полностью можно отнести и на счёт каламбура. Вроде бы и слово нерусское, а, как явление, каламбур (без наименования) су­ществовал в русском языке с незапамятных времён. И в любом дру­гом тоже. Владимир Даль выразился коротко: «КАЛАМБУР м. франц. – игра слов, по двусмыслию, двоякому значению...»

Теперь уж и неважно, пошло ли это слово от имени графа Калемберга из Вестфалии, который острил или путал слова, то ли вырвалось со двора Людовика ХIV, то ли со двора бывшего поль­ского короля Станислава Лещинского, обретавшегося в Люневилле. Называют ещё парижского аптекаря Каланбура. А то относят это слово к немецкому сборнику шуток Каленберга, изданному в 1500 го­ду. Просмотрите «Моление» опального Даниила Заточника, жившего в XII веке, и найдёте там немало каламбуров. «... Кому Боголюбово, а мне горе лютое; кому Белоозеро, а мне оно смолы чернее; кому Лаче-озеро, а мне, на нём живя, плач горький; кому Новый Город, а у меня в доме и углы завалились» (перевод Д.С. Лихачёва).

У французов первый «Словарь каламбуров» издан в Париже в I860 году. Важно и то, что редко какой каламбур доживает до чести быть оттиснутым на бумаге или войти в большую литературу. Как и анекдот, он всецело принадлежит стихии устной речи. Да и лучшие из анекдотов построены на каламбурах. В разговорах каламбуры рож­даются то и дело и забываются тут же, если не случится им быть занесёнными в записную книжку какого-нибудь известного человека.

Где читал, не помню, но засело в голове такое.

Знаменитый Ермолов был известный острослов. Язык доводил его даже до ссылки. Он командовал батареей, когда инспектором артиллерии был Аракчеев. На смотру приказали вывести батарею на позицию. Ермолов запоздал на несколько минут. Но лихие ухо­женные кони вынесли батарею, и орудия чётко изготовились к бою. Аракчеев разбранил Ермолова за опоздание, но похвалил команди­ра за содержание лошадей.

– Вот так, господа, – сказал, обращаясь к офицерам, Ермолов, – репутация офицера иногда зависит от скотов.

В письменном виде до нас дошли в основном каламбуры дворян­ского сословия, острословие людей пишущих, а уж как играли сло­вами крестьяне, рабочие, купцы, о том можно лишь догадываться. Незаписанная речь вызовет живой отклик и забудется навеки, ес­ли не скажет кто-нибудь что-либо подобное в похожем сплетении обстоятельств...

Как тут не вспомнить Гоголя: «Выражается сильно российский народ!.. А уж куды бывает метко всё то, что вышло из глубины Руси, где нет ни немецких, ни чухонских, ни всяких иных племён, а всё сам-самородок, живой и бойкий русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят…» И ещё добавил, что «нет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырвалось бы из-под самого сердца, так бы кипело и животрепетало, как метко сказанное русское слово».

В языке угадываются черты национального характера. И то и другое меньше всего поддаётся неумолимо убегающему времени.

Мне довелось долго служить в армии, и я не знаю роты, которую не потешал бы записной остряк. Стоило ему рот открыть, как людей начинал разбирать хохот. Доставалось и приятелям, и начальству. Жить и служить было легче.

Вот старшина роты даёт команду «смирно», оглядывает ряды и грозно говорит:

– Кто там взаду вертится?!

– Земля, – слышится из строя.

– Кто это сказал? – спрашивает, оборачиваясь на голос, стар­шина.

– Галилей, – тотчас отвечают с другой стороны строя.

В этом коротком диалоге при желании можно усмотреть, по крайней мере, три вольных или невольных каламбура.

Жаль, если никто из моих современников не завёл, подобно Вяземскому, записной книжки специально для каламбуров, которые, в отличие от анекдотов, редко передаются из уст в уста.

А что уцелело в памяти?

Известный сценарист Алексей Каплер жил в Доме творчества писателей в Коктебеле на втором этаже, вставал рано, делал зарядку с гантелями, и стук их будил другого известного писателя, Олега Михайлова, любителя поспать, обитавшего как раз под Каплером. Как-то его спросили о самочувствии, и он тотчас ответил:

– Вам-то хорошо. Над вами не Каплер…

Каламбур очень злободневен и потому недолговечен. Его рождают находчивость и безупречное владение родной речью. Недаром создатели Козьмы Пруткова заимствовали каламбуры у автора «Конька-Горбунка» Петра Павловича Ершова, о котором Пушкин сказал: «Этот Ершов владеет русским стихом, точно своим крепостным мужиком». А сам Пушкин тоже был горазд на каламбуры, и самый из­вестный – плод устной импровизации.

В.А. Соллогуб, выходя из книжной лавки Смирдина, стал со­чинять:

Коль ты к Смирдину войдёшь,

Ничего там не найдёшь,

Ничего ты там не купишь,

Лишь Сенковского толкнёшь.

И Пушкин тотчас подхватил:

Иль в Булгарина наступишь.

Нам известны в основном литературные каламбуры, то есть рождённые за письменным столом, а они не столь непринужденны, не с языка скатились... Каламбурная рифма в стихах – тоже род литературных упражнений, если даже они чрезвычайно удачны, как у Минаева, который даже к финским скалам бурым обращался с каламбуром.

Вершиной русской каламбуристики, безусловно, следует считать незабвенного Козьму Пруткова. Он весь в традиции устной шутки. Самый первый афоризм вы­мышленного поэта построен на каламбуре:

«Обручальное кольцо есть первое звено в цепи супружеской жизни».

К собственному удивлению, обнаружил, что я и сам грешил каламбурами в книге «Козьма Прутков и его друзья». Иные из них натужны, слишком литературны, а другие сносны. Например: «Маленький Кузька получил прекрасное домашнее воспитание. Кузькина мать была справедливой, но строгой женщиной, и в этом последнем её достоинстве следует, очевидно, искать корни столь распространённого русского выражения, непереводимого на иностранные языки».

В каламбуре как бы сам язык подтверждает правоту высказы­вания. И не только подтверждает, но и усиливает. Оригинальная рифма легко запоминается, и когда звучит не просто шутка, а, скажем, политическая сатира, действенность её возрастает во мно­го раз.

Порой каламбур был обезоруживающей защитой в самых рискованных обстоятельствах.

Так, известному артиллерийскому генералу Николаю Алексеевичу Аммосову, изобретателю, начальнику Сестрорецкого за­вода, приходилось жестоко воевать с артиллерийским департамен­том, отстаивая свои начинания. Рапорты его были так резки, что генерал получил строгий выговор за их «неуважительный тон». Оп­равдываясь, Аммосов написал, что никогда не терял уважения, ибо знает, что артиллерийский департамент есть нужное в России место. «Каламбур имел такой уcnex, что даже строгий Николай I приказал указать ему Аммосова издали на разводе», – вспоминал один из его современников.

И вот тут надо бы сказать ещё раз о том, что каламбур воспринимается остро лишь тогда, когда вы живёте в той обстановке, к которой относится каламбур. Или, по крайней мере, хорошо знаете обстоятельства, при которых он был произнесён.

Надеюсь на появление словарей богатой каламбуристики советского времени, в которой есть такие «церлы»:

Хоть вы и Валтасар,

Хоть вы и Навуходоноссор,

Но вы балда, сэр,

Вам в ухо дано, сэр.

И давайте снова прочтём каламбур Архангельского о Луначарском:

О нём не повторю чужих острот.

Пускай моя звучит свежо и ново:

Родился предисловием вперёд

И произнёс вступительное слово.

1987 г.

На снимке: Д. Жуков на вручении премии «ЛГ» «Золотой Дельвиг» с поэ­том, священником В. Неждановым
Фото: Фёдор Евгеньев


ЛГ 30-08-2017

Серия сообщений "Язык":
Часть 1 - Живое русское слово
Часть 2 - Слово о русском каламбуре
Часть 3 - Направо пойдёшь – в колбасу попадёшь
Часть 4 - Право на самобытность

Художественный руководитель «Гоголь-центра» Кирилл Серебренников, которому предъявлено обвинение в мошенничестве в особо крупном размере, сделал несколько заявлений. Например, сказал: «Я честный человек. Я хочу, чтобы Россия из провинциальной стала великой культурной державой».

Дело следствия и суда разбираться во всех обстоятельствах, не испытывая давления со стороны СМИ. Словом, не стоит торопить события. Но остаётся вопрос: как относиться к высказыванию режиссёра о культурной провинциальности России?

Нет, они не Макаренко

Олег Нилов, заместитель руководителя фракции «Справедливая Россия» в Госдуме РФ:

– «Благие» порывы сытых деятелей культуры, которые примостились у бюджетного пирога и нещадно его поедают, звучат на фоне действий безнаказанно жирующих топ-менеджеров и руководителей регионов. На них, видимо, и равняются новомодные режиссёры. Они уже давно решили, что и им всё можно, всё сойдёт с рук, и они и дальше могут прикрываться какими-то невероятными прожектами и платформами, на которые чиновники, давшие такой пример растраты многомиллиардных госсредств, выделяют им существенное финансирование. И вот, когда петух клюнул, и те, и другие включают пластинку об их великой миссии заботы о судьбе, о культуре России! Так и хочется сказать: «Не бережёте вы себя, всё о культуре, о России думаете. Отдохнуть бы вам, Кирилл Семёнович!»

Главные вопросы – на что вообще идёт финансирование и о ком пекутся Серебренников и его единомышленники? О тех ли ребятах, которым в маленьких городах и поселениях в культурную, духовную пищу не то что мяса, но и вермишели подчас не докладывают? Уже многие годы, получая бюджетные средства, подобные творцы не замечали, что происходит в глубинке, где молодёжь спивалась, садилась на иглу, в том числе под воздействием телевидения, венедиктовичей всех мастей. О такой культурной провинциальности никто из режиссёров не заботился, а теперь они пытаются излечить её демонстрацией филейной части вместо того, чтобы воспитывать подрастающее поколение на русской классике, чтобы любой подросток в любом уголке страны хорошо знал творчество мировых и наших корифеев культуры.

Но для многих представителей власти и богемы из компании Серебренникова эти приоритеты далеки. Мол, не царское дело! Как говорится, сытый голодного не разумеет. Вот и пекутся об узком (элитарном и платёжеспособном) кружке единомышленников.

Если бы, как некогда Антон Макаренко, они занялись настоящей просветительской работой среди детей и молодёжи, тогда можно было бы заикаться о просветительской миссии. А так это прикрытие корыстолюбивых замыслов и удовлетворение чрезмерных амбиций. Для подлинного культурного возрождения и развития нужны другие подходы и другие люди.

Голые в трамвае

Владимир Есинов, кинопродюсер, гендиректор творческого объединения «Кинопрограмма ХХI век»:

– Обратил бы внимание на то, что страна, которая так не мила Серебренникову, позволяет ему ставить фактически всё, что хочется, выделяет под его проекты немалые средства – большинству коллег такие не снились. Хотя проблема выделения и расходования средств в сфере культуры на самом деле очень острая, – это другая история.

Серебренников без опаски высказывается, как считает нужным, говоря о какой-то цензуре и политических преследованиях. Всё это не вяжется одно с другим. Даже вызывает недоумение, хотя смысл подобного «творческого поведения», думаю, многим понятен: лай на власть громче – не тронут.

Более всего удивляет, как бы помягче сказать, явно завышенная самооценка режиссёра. Если за новшество и мировой уровень выдавать появление по замыслу постановщика голых людей на сцене, то это не вчерашний, а даже позавчерашний день. В смутные революционные годы так ставили в Питере, например, «Ревизора» Гоголя, а сами актёры забавлялись поездками голыми в трамвае.

Кто бы что ни говорил, а «провинциальная культурная Россия» для всего мира – это страна Пушкина и Достоевского, Шолохова и Шостаковича, Шукшина и Распутина, Высоцкого и Ростроповича, Гергиева и Нетребко. Они символизируют собой подлинный потенциал культуры в России, её притягательную силу.



ЛГ 30-08-2017

Поляков Юрий

30 августа писателю Дмитрию Жукову исполнилось бы 90 лет

Дмитрий Анатольевич Жуков – значительная, знаменательная и загадочная фигура отечественной культуры ХХ века, настоящего, а не календарного. Он – доброволец Великой Отечественной войны и беспартийный офицер Генерального штаба, выполнявший секретные задания за рубежами страны. Он – разработчик логических схем для компьютерного перевода с иностранных языков и литературовед, жёстко споривший со структуралистами. Он – полиглот, человек европейского образования, перешагнувший племенные барьеры, и соавтор антисионистского фильма «Тайное и явное», положенного на полку в 1970-е годы. Он – блестящий прозаик, работавший в самых разных жанрах – от художественной биографии до научной фантастики. Он – переводчик сотен произведений сербских, американских и английских писателей. Он – потомок старинного дворянского рода, историк русской революции, а точнее, контрреволюции, собеседник легендарного монархиста Шульгина. Он – хранитель русского культурного наследия, один из основателей Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры, созданного в шестидесятые годы. Он – яркий публицист, просветитель, лидер «Русского клуба», задуманного как прообраз национальной партии, сподвижник Вадима Кожинова и Петра Палиевского. Он… неисчерпаем.

Когда в середине 1970-х, будучи выпускником литературного факультета и молодым поэтом, я прочитал выпущенную в ЖЗЛ его книгу об Алексее Константиновиче Толстом, то был поражён и озадачен.

Биография автора «Князя Серебряного» была написана так, точно в СССР не царила марксистско-ленинская идеология, а монархия официально признавалась, пусть и не лучшей, но вполне достойной формой правления. В книге Жукова не ощущалось тени революционно-демократической доминанты, неизбежной в работах по истории русской литературы XIX века. Да и сам язык писателя отличался от привычных текстов, словно бы автор перенёс в эпоху развитого социализма чистый слог русской классики, великодушно допустив избранные «советизмы», доказавшие свою полезность родной речи. Я не говорю уже об увлекательности и дивном умении оживлять на страницах давно умерших людей, представляя их читателю не в хрестоматийной патине, а дышащими, страдающими, ошибающимися, кающимися…

Потом в полковой библиотеке в журнале «Молодая гвардия» я прочёл повесть о любимом мной Козьме Пруткове и его весёлых создателях. Она открыла мне мир русских иронистов-интеллектуалов, нисколько не уступавших, а в социальном сарказме даже превосходивших своих знаменитых британских собратьев. Вообще смеховая культура всегда интересовала Дмитрия Анатольевича как литературоведа и переводчика, он сделал достоянием русских зрителей пьесы блестящего комедиографа Нушича и написал его биографию для ЖЗЛ.

Именно из сочинений Жукова миллионы советских читателей (а его книги выходили 100-тысячными тиражами) узнавали о драматических, прежде утаиваемых поворотах в судьбах русских титанов – Верещагина, Грибо­едова, Скобелева, Поддубного… В его книгах и публикациях современники искали и находили живую историю, вытеснявшую постепенно схемы «красных профессоров» и «примат-доцентов» И конечно же, вершиной советского периода Жукова стал знаменитый «Огнепальный» – книга об Аввакуме. Многие впервые услыхали о мятежном протопопе, прикоснулись к реальной жизни допетровской Руси, трагедии раскола, ощутили густой язык русской старины, свычаи и обычаи того времени. Как Ермак отвоевал Сибирь, так писатель отвоевал у агитпроповской историографии настоящее прошлое, открыв его советскому читателю. Житие мятежного протопопа, повесть «Огнепальный» стали своего рода символами сопротивления деруссификации отечественной культуры и безродному конформизму.

Сказать, что в условиях советской цензуры выпускать в свет такие книги –дело непростое, – не сказать ничего. У писателя были серьёзные враги, тот же заведующий отделом пропаганды ЦК КПСС А. Яковлев – автор установочной статьи «Об антиисторизме», после которой в «Молодой гвардии» рассыпали набор «Огнепального», подготовленный для ЖЗЛ. К слову, Яковлев позже стал ближайшим сообщником Ельцина. Но в недрах советской власти было немало и тех, кто поддерживал Жукова, ведь книги-то и публикации пусть с трудом, но появлялись: «Владимир Иванович», «Корни», «На семи холмах», «Биография биографий», раздраконенная в тогдашней «ЛГ». Официозный обозреватель Сергей Чупринин корил автора за упоминание неких «влиятельных сил», провоцирующих наступление массовой культуры, стыдил за употребление в отношении советской литературы буржуазной терминологии, бранил за отступление от марксистско-ленинских принципов, хотя Жуков к ним и не приступал никогда… По-моему, одна из бед современной России в том, что при попытке обновления державы в 1991 году во власти восторжествовали «яковлевы», в «искусстве» – «чупринины», а единомышленники Дмитрия Жукова так и остались в оппозиции. Уродливые плоды этого глобального недоразумения – у всех перед глазами.

Впервые я увидел Дмитрия Анатольевича в конце 1970-х на каком-то литературном собрании в ЦДЛ. Среди гомонящей, суетной, по большей части неказистой и неопрятной литературной братии вдруг появился высокий, подтянутый, моложавый, хоть и немолодой человек с удивительно умным и благородным лицом. Казалось, он явился сюда из века Толстых, мыслителей и бретёров. А за какую-то провинность, явно сердечного свойства, ему повелели вместо блестящего кавалергардского мундира носить костюм хорошего английского сукна, сидевший на нём, доложу вам, великолепно.

– Кто это? – спросил я приятеля, сочинявшего под Бродского.

– Жуков, – холодно ответил тот.

– Который? – уточнил я, ибо Жуковых в ту пору только в Московской организации насчитывалось не менее пяти.

– Тот самый…

А вот близко мы познакомились в 1986 году во время Дней советской литературы на Дальнем Востоке. После торжественного и хлебосольного, точнее, икорно-крабового открытия писатели разъехались во все уголки огромного Приморского края. Мы с Дмитрием Анатольевичем, не сговариваясь, выбрали Сахалин и оказались там вдвоём. Неделю путешествовали по острову, выступая в домах культуры, библиотеках, воинских частях, на сейнерах… Я, в ту пору молодой самонадеянный прозаик, ошпаренный первой громкой славой после выхода в «Юности» «ЧП районного масштаба», с напускной скромностью ждал читательского ажиотажа вокруг моей «антикомсомольской» повести. Но в центре их внимания неизменно оказывался Жуков, книги которого там знали, любили все: учителя, инженеры, офицеры, моряки…

Поначалу Дмитрий Анатольевич отнёсся ко мне осторожно, видимо, проверяя, к какой литературной партии я принадлежу, но очень скоро понял: ни к какой – в силу молодости и неосведомлённости. Однако в ходе разговоров об истории страны и о месте русской культуры в «новой исторической общности» он почувствовал во мне единомышленника, пусть пока и несмышлённого. Со мной была вёрстка многострадальной повести «Сто дней до приказа», бомбы, которая спустя год взорвалась на страницах той же «Юности», и я дал её прочесть старшему товарищу, ожидая, разумеется, похвал за талант и отвагу. Но Жуков смотрел на современность глазами собеседника титанов русской и мировой культуры, паря над злободневностью «перестроечных» разоблачений. Тем не менее он отозвался о моей повести с мудрой снисходительностью:

– Недурно. Живо. Хотя нельзя видеть в армии лишь недостатки. На этом обжёгся Куприн, а потом сожалел. И вот что, Юра, не старайтесь быть оригинальным любой ценой. Оригинальность, повторенная дважды, умирает. Учитесь быть точным – в словах, в деталях, в мыслях… Точность не устаревает никогда. Кстати, а почему вы пишете «он втянул ремнём по спине»? Правильно – «вытянул».

– Это опечатка, – покраснел я.

Потом, после Сахалина, была ещё целая жизнь, перешагнувшая из одного тысячелетия в другое. Дмитрий Жуков, не стесняемый более цензурой, но и не оценённый по заслугам, представил читателям немало новых сочинений – о Шульгине, Савинкове-Ропшине… В одной из последних книг он вернулся к персидской теме, интересовавшей его всю жизнь и, очевидно, связанной со службой в Генштабе… А я, став в 2001 году главным редактором «ЛГ», первым делом пригласил к сотрудничеству именно Дмитрия Анатольевича, для которого «Литературка» в 1990-е была наглухо закрыта по общеизвестным причинам: гормональные либералы, встретив просвещённого русского патрио­та, впадают в агрессивную истерику. Дмитрий Жуков стал одним из первых лауреатов премии имени Антона Дельвига «За верность Слову и Отечеству».

Он умер в 2015 году, не дожив двух лет до девяноста. Когда я думаю об уходе этого замечательного писателя, историка, мыслителя, радетеля об отечественной культуре, мне приходят на ум строки высоко им ценимого Тютчева: «Его призвали всеблагие, как собеседника, на пир». Но книги, а значит, и часть души Дмитрия Анатольевича с нами. Навсегда.


ЛГ 30-08-2017

Попробую не о месте драматурга Вампилова, но о новаторстве его драматургии.

В пьесах со временем меняются две главные, связанные между собой вещи - конфликт и герои. Эти перемены происходят, когда меняется само общество, как нас учили на марксизме «социально-экономическая формация». Разумеется, случается это не «день в день», должно пройти время, чтобы литература не только почувствовала, но и осознала происходящее. Так победивший капитализм невольно привел в театр «новую драму» - Ибсена, Чехова. Конфликт человек-человек заменился конфликтом человек – общество. После античной трагедии общей необходимости и ренессансной трагедии индивидуального начала – это конфликт между индивидуальным началом и объективной необходимостью.

Метерлинк говорит, что в противоположность исключительным коллизиям прежних пьес, надо писать о трагизме повседневной жизни. Герой стал существенно «мельче» - разорившийся дворянин, разночинец, даже разбогатевший крестьянин. Не знаю, куда бы пошла русская драма дальше, если бы революция ее не остановила. Потребовался Герой с большой буквы. Стали нужны поступки и свершения. Дядя Ваня оказался в прямом смысле лишним человеком на сцене: у Чехова ему позволялось быть, а вот советским драматургам его коллизии вменялись в мелкотемье.

Столь любимых современным российским театром героев «новой драмы» отличали повышенные нравственные требования и обязательные мечты о лучшей жизни. Это роковое сочетание неизбежно приводило их к мысли о неизбежности переустройства жизни.

Этого героя – «маленького человека», только уже нового, советского, вернул в драматургию Вампилов. Однако время было совсем другое. ХХ съезд похоронил идею социального переустройства общества, тем самым, отняв у героев пьес последнее призрачное утешение. Капитализм - откройте книгу любого великого писателя XIX – XX веков - ужасен, но и социализм показал свое нечеловеческое лицо. Мечтать стало не о чем. И тут появляются два таких абсолютно разных, но, по сути, парадоксально схожих драматурга как Г. Пинтер и А. Вампилов. Одинаково враждебный мир окружает их героев, а человек, в конечном счете, безволен и подчиняется жестоким обстоятельствам. Можем ли мы сказать про героев их пьес, что они проигрывают? Безусловно. Но проигрывает только тот, кто участвует в игре. Эти герои – герои своего времени, они еще не отвернулись от общества, не пришло время, и поэтому социальная ненужность так их ранит, поэтому исходит от них ощущение неприкаянности. Все их попытки выстроить хотя бы личные отношения кажутся призрачными, будто происходят во сне, даже если это герои «Старшего сына» - настанет утро и все исчезнет, добрые слова забудутся, человеческие связи порвутся, и в резком утреннем свете никто никого не узнает. Поэтому они не могут любить. Стремятся, хотят, но не могут. Оборванные социальные связи, выпадение из общества в том, советском контексте, лишили их сил, ибо тогда быть вне (необязательно официального, советского, но какого-то «своего», можно и антисоветского) значило не быть. Почему же мы – читатели, зрители так их неудачливых любим? Герои Вампилова постоянно чувствуют свою вину. Не только за свою никчемную жизнь, за всю тоску и бессмыслицу кругом. Тем самым эти полукомедии становятся трагедиями. А их мелкие, лживые, раздражительные герои – героями трагическими. Потому что трагический герой, говоря словами Ролана Барта, «невиновен от рождения. Он берет на себя вину, дабы спасти Бога».

Александр Вампилов не просто сочинил несколько прекрасных пьес. Он сумел нас – жителей советской России второй половины ХХ века, ввести в большой исторический контекст движения эпох. Он показал, что герой нашего времени не тот, кто бурно действует и чего-то добивается, а тот, кто за эти чужие действия чувствует виноватым себя. Это шаг в сторону Бога, сделанный в безбожном обществе того времени. И это основание, на котором стали строить свою новейшую драматургию русские авторы в новой «социально-экономической формации» конца ХХ -XXI вв. Без Вампилова мы были бы иными, во всех нас есть его родовые черты. Но отношения с отцом – это другая тема.

Ольга Михайлова, драматург, киносценарист

Беседин Платон

Сила и слабость молодых писателей

Побывал на молодёжном форуме «Таврида», на писательской смене. Форум считается общеобразовательным и, собственно, предполагает всестороннее развитие молодёжи. Так что непосредственно мастер-классы, которые я вёл, шли всего три часа в день. Остальное время участники ходили на лекции, презентации, ну и занимались всякими «приятностями», вроде купания в море, танцев или участия в пенных вечеринках.


Теперь, собственно, о молодых писателях.

Они, безусловно, яркие и талантливые – очень нежные и трогательные в своих реакциях на мир, который подсовывает им гаджеты и «вписки». Особенно, когда в одиночестве читают на берегу Ходасевича или Блока. Понятно, что «Таврида» диктует формат и здесь не встретишь жутковатых, депрессивных историй в духе Селби или Павлова. И если просачивается чернота, то в основном размыто общая или на банальные темы, где старушка не может торговать яичками на рынке. В этом больше света, нежели тьмы. Они и сами, молодые писатели, светлые – с ними приятно быть рядом.

Но есть в них и то, что мешает им двигаться дальше. И вот это уже диктуется не форматом «Тавриды» – подобное я встречал и на других семинарах, форумах, не только там, где властвует литература-light.

Они удивительно целе­устремлённые, эти ребята, но вместе с тем снисходительно-ленивые. Принесут текст, в котором будет масса описок, неточностей и ошибок. Причём совершенно явных – им и Word их подчеркнул. Но они не исправили. Спрашиваешь почему, и выясняется, что эти юные светлые писатели не особо увлекаются редактурой, не утруждая себя данным этапом. А ведь в нём – большая часть работы. И раньше за такие ошибки пытали заучиванием наизусть словаря Ожегова.

Вместе с тем лень не означает пассивность. Наоборот, эти мальчики и девочки бегают по лекциям, семинарам и ещё успевают защищать свои проекты. Ей 19 лет, днём она в красном купальнике загорает возле бассейна, а вечером ей дают грант на издание литературного журнала. Тут есть и скорость действия, и всё та же целе­устремлённость, но фокус в том, что она рассеяна, не направлена на что-то конкретное. Надо успеть всё, и литература при этом не всегда оказывается на первом месте.

Оттого многие из участников воспринимали литературу как милую прогулку, которую они совершат между остальными делами. Сегодня он тусанул на «вписке», завтра на байке по горам промчался, а послезавтра великий роман написал. Отсюда и лёгкое, если не сказать легкомысленное, отношение к делу, на практике выраженное в нежелании совершенствовать себя и свой текст.

Но в большинстве случаев литература не похожа на милую прогулку. Отнюдь. Из-за неё люди сходили с ума, спивались, сидели в тюрьмах. И написание романа не то же самое, что создание очередного проекта на грант. Нет, скорее это, как чутко отметил Елизаров, похоже на сцеживание ведра крови через дырку, проделанную в мизинце ржавым гвоздём. И если Казаков написал чудное по своей глубине и откровенности эссе о мужестве писателя, то эти ребята, заглянувшие на литературную «вписку», набросают блог о невыносимой лёгкости бытия писателя. Это на самом деле не плохо и не хорошо, но литературы не бывает без страданий, однако и только из них она, конечно, не состоит.

Здесь ведь важна ещё и основательность. Как там писал Чуковский? «Я невысокого мнения о своём литературном таланте, но я настойчив и трудолюбив». И действительно настойчивость и трудолюбие подчас значат в литературе слишком много. А к ним надо подключать знания. У молодых же ребят, к сожалению, не так чтобы всё хорошо со знанием литературы. Особенно русской. Есть перекос в сторону переводных книг, а это – соответствующий, несколько оскудевший язык. Да и ценности, основы закладываются несколько иные – те, которые не реализуются в полноте своей, ведь наследственность, среда, несмотря на все расшатывающие попытки, остаются прежними.

И главное, что характеризует молодых писателей – не всех, само собой, но тех, кого я видел и вижу, – они всячески стараются подчеркнуть свою индивидуальность, но если внешне это получается, то в текстах – с трудом. Они выглядят несколько вторичными.

Есть такое понятие – фанфик: это когда ты продолжаешь известное произведение, разрабатываешь уже существующий мир. Фанфиковый мир ограничивает больше, нежели литературное подражание, через которое мы все проходим и проходили – он сужает границы там, где, казалось бы, есть наибольшее пространство для манёвра, выдумки. Потому что текст – это абсолютная свобода. Фанфик плох даже не своей реализацией, а тем, что ты разрабатываешь чужое и, к сожалению, зачастую в нём остаёшься.

Но первое устремление литературы – поиск себя, своего голоса, индивидуальный стиль мышления и письма. Особый писательский взгляд – это, если угодно, линза, через которую Бог смотрит на мир. В нём нет и не может быть чужих взглядов. Иначе – это пенная вечеринка, где за пеной не сразу можно рассмотреть тела, а когда рассмотришь, то все они в свете софитов выглядят очень похоже и оттого довольно скучно. Мило, любопытно, конечно, но постараться надо, чтобы увидеть и возлюбить личное, главное. Молодым писателям – да и не только молодым – очень важно этим наконец-то заняться.




ЛГ 23-08-2017

Иноземцев Владислав

По нему смогут пустить не только поезда, но и прокачать нефть

Всякий раз, когда у нас говорят об «особых отношениях» с Китаем, всплывает тема большого евразийского транзита. Рассуждают, что страна может найти призвание в обслуживании перевозок из Китая в Европу и обратно. Между тем, о чём мало кто знает, почти 70% грузов, которые сама Россия импортирует из Китая, доставляют в Москву отнюдь не по Транссибу. По пути к ней товары проходят через балтийские порты – Санкт-Петербург, Хельси­н­ки или Ригу. Почему?


Всё проясняется, если сопоставить расходы: доставка одного 20-футового контейнера в Гамбург или в Гданьск из Гуань­чжоу морем стоит от 2,5 до 3,7 тыс. долл., а перевозка через Россию – от 6,3 до 8,0 тысяч. Да, доставка морем не быстра – около 45 дней (по «железке» примерно 25), но большинство перевозимых товаров – это электроника, оборудование, ширпотреб. Они не из разряда скоропортящихся и на склады должны прийти не быстро, а вовремя. Маржа торговцев не запредельна, переплачивать за бессмысленное ускорение доставки ни­кто не хочет.

Итак, Россия намерена заработать на транссибирских перевозках, но воз­можно ли это? На мой взгляд, есть два серьёзных препятствия.

Первое – готовность маршрута. Сейчас по Транссибу перевозится око­ло 85 млн. т грузов в год. Более 60% товаропотока – экспортные уголь, руда и нефть. На транзит можно «отжать» около 10%, т.е. 8–9 млн. т в год. Для ориентации: через Суэц в 2016-м прошли суда общим дедвейтом 974 млн. т. Иначе говоря, возможности Транссиба – менее 1% от того, что китайские товарищи называет Морским шёлковым путём (Mariti­me Silk Road). Поэтому как бы мы ни старались, «законодателем мод» тут не станем.

Однако вопрос даже не в этом. Себестоимость перево­зок по рельсам крайне высока, а маржа РЖД минимальна: в 2016 году госкомпания получила прибыль в 6,5 млрд. руб­лей при выручке в 1,57 трлн. (или менее 0,5% от совокупного дохода). Чтобы расширить транзитные возможности, нужны огромные деньги: на модернизацию Транссиба и БАМа монополия просила ещё до девальвации более 1 трлн. руб. из Фонда нацио­наль­ного благосостояния. Даже если средства будут выделены и рачи­тельно освоены, срок их окупаемости составит от 55 до 90 лет – и то в случае, если транзит будет востребован.

И тут возникает второй вопрос – о бо­лее близких конкурентах.

Если на минутку забыть о море, то из Азии в Европу ведут два сухопутных маршрута. Один проходит через погранпосты Китай–Казахстан (Достык или Коргас) и ведёт дальше на север – к российской границе, на Оренбург, Са­мару, Казань и далее через несуществующий пока ЦКАД либо в Польшу че­рез Смоленск и Брест, либо в Финляндию через Санкт-Петербург и Выборг. Другой также начинается на казахско-китайской границе, но ведёт прямо на запад, к порту Актау, и далее по морю к Баку и через Грузию в Турцию (либо в Туркмению и в ту же Турцию через Иран по южному берегу Каспия, как в былые времена и пролегал Великий шёлковый путь).

В обоих случаях перевозчики ориентировались бы не на недосягаемые грузы из самых бога­тых восточных китайских провинций (расстояние от них до Казахстана не малое), а на товары из быстро развивающегося Синцзянь-Уйгу­рского автономного района (он к 2025 году превысит по региональному продукту всю постсоветскую Среднюю Азию).

Сегодня казахско-китайский переход способен обслуживать около 20 млн. т грузов в год поездами и почти 12 млн. т – автомобилями. Пропускная способность каспи­й­ского порта Актау превысит 20 млн. т самое раннее только к началу 2020-х. В Рос­сии всё тоже не блестяще: нормальных дорог от казахской границы до Са­мары нет, ЦКАД будет, скорее всего, построен к 2024–2025 годам, но при любом варианте движения ограничивающим факто­ром является цена: в нашем варианте определяемая качеством дорог и всякого рода поборами (подчас необъяснимыми); в южном – сложностями перегрузки в каспийских портах. И хоть Россия обеспечивала экспериментальный прогон поезда из Китая в Германию за 18 дней в 2008 году, а через Казахстан и Грузию состав до Вены проходил за 16 дней в 2015 году, но до коммерческой эксплуатации маршрутов ещё далеко.

В Москве уверены, что транзиту через Россию нет аль­тернативы: Иран непредсказуем, опасен, переправы через Каспий дороги, большое число границ усложнит перевозки. К тому же между Китаем и Европой нет таможенных границ – Казахстан, Россия и Бе­ларусь являются партнёрами по ЕАЭС. Всё вроде в нашу пользу и надолго.

Однако в последнее время обсуждается вариант, способный радикально изменить картину.

Если взглянуть на карту Каспия в его центральной и южной части, обра­щает на себя внимание линия между портом Туркменбаши (б. Красноводск) и Баку. Она примечательна малыми глубинами (от 35 до 140 метров) и сосредоточением масштабных неф­тяных и газовых полей. Технически в этом месте может быть построен мост (технология установки пилонов, уходящих в во­ду до 170 м, отработана при нефтедобыче на шельфе). Проблема всё та же: цена вопроса. Строительство подобного моста для железнородожного и автомобильного сообщения обойдётся в сумму от 12 до 16 млрд. долларов, что долго не окупится никакими транзитными сборами. Однако выход нашли: бу­дучи законтрактована неизвестным заказчиком, компания Toto Engineering разработала мостовой переход, в котором основные несущие кон­струкции представляют собой полые бетонные каркасы, где уложены – на первый взгляд совершенно неожиданно и не безопасно – трубы газо- и нефтепровода. Только представьте себе!

Да, проект на первый взгляд кажется безумным, но нужно иметь в виду, что сейчас через Каспий не проложено ни одного трубопровода. Планировавшийся в начале 2000-х газопровод по тому же маршруту оценивался в 5–6 млрд. долл., нефтепровод может стоить ещё дороже. Но если все транзитные проекты объединить в один, то автомобильный и железнодорожный мост ока­жется фактически… бесплатным. Не говорю уже о том, что возникнет допол­нительный стимул к разработке новых месторождений в центральной части Каспия – ведь добываемое сырьё будет сразу «заводиться» в трубу через специальные компрессорные станции.

Длина пути через южный Казахстан, Туркменистан и Азербайджан в Тур­цию короче маршрута, допустим, в Польшу через Россию более чем вдвое. На подобных расстояниях очевидны преимущества автомобильного транспорта. Прогон из Синцьзяня в Стамбул может занять всего 5–6 дней, что радикально перекроит транспортную карту Евразии. России в этом случае сложно будет что-то противо­поставить взамен и никак нельзя будет помешать проекту: он проходит не в наших территориальных водах.

Конечно, сложно прогнозировать, как будет развиваться и экономическая, и политическая конъюнктура в этой части Евразии. Видимо, стороны будут ещё долго заниматься «перетягиванием ка­ната». Однако тот факт, что такие проекты стали появляться, говорит об одном: в XXI веке масштабы территории могут становиться источником не выгод, а проблем – и гигантские российские просторы уже не очень привле­кают тех, кто стремится доставлять товары из Азии в Европу и обратно – доставлять быстрее и дешевле…

Нашему правительству и учёным есть над чем подумать.


Лг 23-08-2017

И в XXI веке по Россоши маршируют альпийские стрелки

И в XXI веке по Россоши маршируют альпийские стрелки. В знак протеста двое ветеранов Великой Отечественной войны даже вернули памятные медали. Результат их демарша превзошёл все ожидания – некогда бесхозный памятник погибшим здесь итальянцам, вокруг которого и маршировали стрелки, взят местной властью на свой баланс.

Дело не только в шляпе

Корни этой истории уходят в годы оккупации Россоши. На правом берегу Дона вражескую линию фронта тогда держала 8-я итальянская армия численностью более 220 тысяч человек. В её состав входил и элитный альпийский корпус, а в Россоши располагался его штаб. В разгар зимы 1942–1943 годов в результате ожесточённых боёв вражеские войска были окружены, около 90 тысяч итальянских солдат и офицеров уничтожены или взяты в плен.

Постперестроечное потепление привело к возникновению новых связей между странами, и в Россошь прибыли итальянцы, чтобы поклониться праху павших на донской земле. И хотя период оккупации остался в памяти тех, кому довелось испытать на себе ужасы фашизма, горожане отнеслись к таким гостям с пониманием.Приехали итальянцы вроде бы с благими намерениями: «в знак покаяния и во искупление вины» построить детский садик именно на том месте, где находился оккупационный штаб, и предусмотреть в нём гостиницу, чтобы приезжающим итальянцам было где останавливаться.

В начале 90-х садик «Улыбка» уже принял малышей. В подвальной части здания разместились гостиница, детсадовская кухня и историко-краеведческий музей. Гости из Италии посещали Россошь ежегодно, ездили по кладбищам и возлагали венки под печальный напев трубы. Однако постепенно их поведение стало напоминать растущие аппетиты старухи из сказки Пушкина о рыбаке и золотой рыбке.

На торжества в честь 10-летия «Улыбки» прибыл уже караван автомобилей. Многие гости были в парадной военной альпийской форме. Печальные напевы больше не звучали, их сменил парадный барабанный бой. С боевыми знамёнами, жезлами, флагштоками и вымпелами потомки оккупантов гордо маршировали по Россоши, словно победители. Это вызывало недоумение горожан, как и снимки радостных оккупантов и описание их героических сражений в музейной экспозиции.

В скверике напротив детского садика тоже происходили странные метаморфозы. Сначала был установлен памятный камень как знак «Почести павшим». В 2003 году вместо него появился постамент, на который водрузили скульптурную композицию в виде шляпы – капеллы с пером горного орла, того самого, ненавистного для жителей Россоши военного головного убора альпийских стрелков.

В 2013 году к оккупационному символу фашизма добавилась книга «Вернуться в Россошь», которую итальянцы привезли на очередной юбилей детского садика. Из неё явствовало, что в кирпичной нише скульптурной композиции размещены останки воина дивизии «Юлия», которая «отличилась особым геройством в великой битве в излучине Дона в боях против наступающих советских войск», а на размещённом в книге снимке видно, как президент ассоциации альпийцев опускает фрагменты останков в нишу сооружаемого пьедестала.

«Памятник неизвестному оккупанту»

Так через десять лет открылась горькая тайна, что в центре города установлен «памятник неизвестному оккупанту», как его стали называть горожане. Что это? Самоуправство на чужой земле? Нет, всё делалось с согласия местной власти. Конечно, жители города недоумевали и между собой объясняли происходящее только тем, что патриотизм местных властей «растаял» от тёплых приглашений погостить в Италии.

Возникла группа инициаторов, считавших, что такое положение недопустимо и памятник должен быть снесён. Глава городской администрации вместе с ближайшим окружением из доверенных лиц, в которое входит даже директор краеведческого музея, оборонялись, разъясняя в местной печати, что «развёрнутая антиитальянская кампания грозит России международным скандалом». К тому же, утверждали, истёк срок давности для предъявления претензий к установке памятника.

Но инициаторов сноса поддержали журналисты, учёные, преподаватели, писатели. Их мнение было единым: ситуация в Россоши не что иное, как героизация фашизма, о недопустимости которой сказано в Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, принятой по инициативе России 17 ноября 2016 года: «Борьба с героизацией нацизма, неонацизмом и другими видами практики, которые способствуют эскалации современных форм расизма, расовой дискриминации, ксенофобии и связанной с ними нетерпимости».

Но между документом и его исполнением возникает пропасть. Юридический подход: поскольку не принималось никаких решений ни на областном, ни на федеральном уровне, то дальнейшие шаги следует предпринимать на местном уровне. Итальянскую сторону необходимо проинформировать о дальнейших шагах местных властей (уведомительный порядок, консультации, совместное заявление, соглашение и т.д). Под силу ли это группе энтузиастов?

Прокуратура в ответ на их запрос сообщила, что в ходе проверки установлены нарушения ст. 14 и 15 ФЗ № 131 «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», допущенные администрациями города Россошь и Россошанского муниципального района. Так, не было ни соответствующего постановления о разрешении на установку памятного знака, ни его проекта и даже названия, не проводились общественные слушания. Нарушен и Земельный кодекс РФ: не было и нет документов о выделении земельного участка для установки памятного знака. Также нет документов, подтверждающих факт захоронения останков воинов. По этой причине установленный памятный знак не имеет статуса «воинского захоронения». Привлечь виновных к ответственности не удастся, так как истекли сроки давности, однако любой горожанин может подать в суд и добиться справедливости.

Ответственные не найдены

Диву даёшься… С кем и как может судиться «любой горожанин», если нет никаких документов, где указаны авторы решений и разрешений? Кому предъявлять иск? И чего можно ждать от суда? Ответа, что истёк срок давности для предъявления претензий к установке памятника оккупанту?

Горожане предлагали властям хотя бы уравновесить ситуацию. Например, в том же сквере, где водрузили на постамент альпийскую шляпу, построить фонтан Победы и оборудовать детский сквер. Предлагались и менее затратные варианты: захоронение вернуть на прежнее место – на степное кладбище, надгробье временно перенести в «итальянский зал» историко-краеведческого музея, а на фасаде детского сада прикрепить таблички на русском и итальянском языках: «От трагического прошлого через дружеское настоящее к будущему братскому сотрудничеству». Общественность выражала готовность помогать в осуществлении замысла, но все инициативы были отвергнуты.

Так что же дальше? Пусть продолжают торжествующе маршировать по нашей земле потомки оккупантов, демонстрируя свою мощь… жителям страны-победителя?

Да, погибали солдаты обеих воюющих сторон, но в данном случае итальянцы погибали на чужой земле, которую стремились завоевать. И ни о каких победных маршах и шествиях в честь фашистов на бывшей оккупированной ими земле не может быть и речи. Тем более о памятных знаках в центре города. Достаточно доли уважения к гибели итальянских солдат, проявленной на кладбищах.


Галина Ткаченко,
Россошь – Таганрог

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

▪ В Польше, не стесняясь, пытаются истребить память о 600 тысячах советских воинов, погибших при освобождении этой страны от фашизма. После принятия поправок к закону о «декоммунизации» под угрозой сноса или демонтажа оказались 500 памятников, воздвигнутых в честь воинов Красной Армии.

▪ По сообщению The Loca,l итальянское правительство намерено выделить на восстановление музея фашизма, расположенного на родине Бенито Муссолини, 2 миллиона евро.

▪ Правительство Черногории дало «зелёный свет» проекту по превращению бывшего концентрационного лагеря в роскошный пляжный курорт с ночным клубом, СПА и ресторанами. Как пишет Daily Mail, эта новость была гневно встречена семьями тех, кто был заточен на острове Мамула в период его оккупации итальянскими войсками, однако решение властей осталось в силе.



Лг 23-08-2017

Попов Вадим

Об уроках корейской войны 1950–1953 годов

Рассуждения о том, что мир сошёл с ума, стали яркой приметой нашего времени. По ТВ, в Сети, да и просто, что называется, на кухнях мы обмениваемся ощущением нереальности происходящего. Новости то и дело дают повод для апокалиптических обобщений. И даже не теракты, которые становятся повседневностью, заставляют смотреть в будущее с тревогой, а совершенно откровенные анонсы вполне конкретных военных действий, например, на Корейском полу­острове.

Способствуют всеобщей тревожности и природа современных СМИ, которые предоставляют информацию, упрощая её до искажения. Так, например, позиция Северной Кореи относительно планов войны с США доходит до нас в виде карикатурно воинственных угроз северокорейского лидера, тогда как на самом деле она содержит множество оговорок и, по сути, является приглашением американцев к переговорам.

Массмедиа заставляют воспринимать Ким Чен Ына сума­сшедшим с бритвой в руке, как, впрочем, и презентуют Дональда Трампа в качестве невменяемой личности. Стоит ли удивляться, что под впечатлением от этих образов возникают мысли о неизбежности третьей мировой.

Когда речь заходит о корейском кризисе, наши политики и эксперты, в значительной степени выражая взгляды общества, всячески дистанцируются от проблемы: это, мол, не наша война, это регион не наших интересов. Идея, что России следует довольствоваться ролью свидетеля, всё прочнее укореняется в общественном сознании. Однако подобный подход парадоксальным образом только усиливает страхи – стороннему наблюдателю драка представляется, как правило, опаснее, чем её активным участникам.

В событиях, предшествующих корейской войне 1950–1953 годов, как и в самих боевых действиях, Советский Союз принимал самое активное участие. Этот исторический опыт невозможно игнорировать, рассуждая о сегодняшних конфликтах вокруг Корейского полуострова.

Изначально позиция Сталина была предельно осторожной. И КНДР, и КНР обращались к СССР с просьбами о военной помощи. Лидеры этих стран мечтали объединить свои народы в рамках единых государств. Вот, например, как реагировал Сталин на призывы Китая оказать военную помощь в операции по присоединению Тайваня: «В результате войны [Великой Отечественной] экономике СССР нанесён колоссальный урон, страна опустошена от западных границ до Волги. Советская военная поддержка нападения на Тайвань будет означать столкновение с американскими авиацией и флотом, создаст предлог для развязывания новой мировой войны… Если мы, руководители, пойдём на это – русский народ нас не поймёт. Более того. Он может прогнать нас прочь. За недооценку его военных и послевоенных бед и усилий. За легкомыслие…»

Почему же всё-таки руководитель СССР решился пойти на оказание военной помощи Китаю и Корее в войне 1950–1953 годов не только поставками танков и самолётов, но и командировал военных советников, зенитчиков, лётчиков, которые противостояли «под чужим флагом» американцам?

Вероятнее всего, советскому руководству стало окончательно ясно, что Корея для США – не самоцель, а плацдарм нападения на СССР. Американцы имели подавляющее преимущество в ядерном вооружении и средствах доставки – более восьмисот стратегических бомбардировщиков. В США к 1950 году уже разработали несколько планов бомбардировки советских городов, в том числе план «Дропшот», предполагающий использование против СССР трёхсот ядерных бомб.

Уязвимость советской системы ПВО была ярко продемонстрирована 8 октября 1950 года, когда в 16 часов два американских самолёта «Шутинг Стар» вторглись в наше воздушное пространство, углубились на территорию Советского Союза и атаковали полевой аэродром «Сухая речка». Уничтожив с десяток самолётов Тихоокеанского флота, американские штурмовики безнаказанно удалились. СССР только оставалось выступать с протестом в ООН. Добиться удалось извинений от президента Трумэна и обещания материальной компенсации. Американцы объяснили свои действия ошибкой в навигации из-за плохой погоды, предложили версию, что их лётчики перепутали красные звёзды северокорейцев с нашими опознавательными знаками. Прозвучало объяснение издевательски, ведь в этот день небо было ясным, а пилоты у американцев задействованы опытнейшие. Инциденту в «Сухой речке» предшествовали и другие провокации, например, за месяц до этого в нейтральных водах Японского моря у берегов Северной Кореи истребителями ВМС США был сбит советский бомбардировщик, три члена нашего экипажа погибли.

На этом фоне нынешние разговоры о том, что мир сошёл с ума, кажутся некоторым преувеличением. Всё-таки американцы не расстреливают наши военные аэродромы в 150 км от Владивостока. Да и высказывания современных американских политиков не сравнить с тем, что позволяли себе в 50-е годы разнообразные конгрессмены-ястребы, командующий американскими войсками на Дальнем Востоке генерал Макартур и президент Трумэн, рассуждающие о возможности применения ядерного оружия без каких-либо эвфемизмов.

Для любого противника США, будь то Советский Союз 50-х или нынешняя Северная Корея, самое опасное, когда у американцев возникает чувство безнаказанности, уверенность в военном превосходстве. Поэтому наша страна была вынуждена доказывать в Корее, что способна нанести значительный ущерб американским ВВС, американской стратегической авиации. К этому времени у нас на вооружении стоял реактивный истребитель МиГ-15. Именно на этой уникальной машине наши лётчики доказывали в небе Кореи бесперспективность американских планов тотального ядерного удара по СССР. Для наглядности пришлось сбить шесть десятков знаменитых бомбардировщиков Б-29 «Суперкрепость» и больше тысячи американских истребителей.

Тогда же в 1950 году началась работа над созданием зенитно-ракетного комплекса С-25 – предтечи знаменитых С-300, С-400. Таким образом Советский Союз реагировал на вполне реальную угрозу ядерного удара. В этом же году СССР объявил о наличии у него ядерного оружия. Впрочем, как и Северная Корея сегодня, СССР ещё не обладал достаточными возможностями доставки и, по сути, мог угрожать только союзникам американцев.

Современный конфликт Северной Кореи и США во многом – продолжение войны, начавшейся в 1950-м. Американцы оценивают свои потери так: 112 тыс. погибших, 303 тыс. раненых, 120 тыс. попавших в плен и пропавших без вести. КНДР заявляет о потерях убитыми в 60 тыс. военнослужащих, но если говорить о войне в целом, о двух коалициях «коммунистической» и «антикоммунистической», если считать не только военных, но и гражданское население, речь следует вести о гибели миллионов.

Каким был мир накануне корейской войны? Можно ли называть его сошедшим с ума?

За три месяца до начала боевых действий в «Нью Йоркере» напечатали знаменитый рассказ Сэлинджера «Дорогой Эсме – с любовью и всякой мерзостью», в котором и главный герой находится на грани безу­мия, и весь мир представляется слетевшим с катушек. Есть в рассказе и война – Вторая мировая, хотя и существует она в качестве фона. В интерпретации Сэлинджера она совсем не похожа на нашу Великую Оте­чественную. Достаточно нескольких деталей, чтобы понять, какая пропасть разделяет нас и американцев. Вот, например, эпизод с главным героем, находящимся в глубочайшей депрессии. Он – американский солдат, участвовал в высадке союзников в Нормандии. Читает письмо, полученное на фронте от старшего брата из Олбани: «... раз проклятущая война уже кончилась и теперь у тебя, наверно, времени вагон – так как насчёт того, чтобы прислать ребятишкам парочку штыков или свастик...»

Впрочем, главный герой рвёт это письмо с отвращением, не дочитав до конца. Всё-таки Сэлинджер – самый «русский» из американских писателей, для него «пара штыков и свастик для ребятишек» – признак того, что мир сошёл с ума.

Пожалуй, главная причина, по которой происходящее на планете многими представляется сегодня апогеем международной напряжённости, – это короткая историческая память. Вообще, если говорить об обществе в целом, можно констатировать утрату способности к историческому мышлению, что объясняется просто: народ, не ощущающий своей исторической миссии, теряет интерес к истории. После распада СССР страна, по сути, самоустранилась от решения глобальных задач, сосредоточилась на себе, а её население, хотя и получило немало бытовых преимуществ, приобрело болезни, сопутствующие своему новому положению народа-интроверта – неврозы и фобии. Открытые гео­политические пространства, которые бы вызвали в былые времена инстинкт экспансии, сегодня провоцируют у нас скорее тревогу, своеобразную историческую агорафобию, иррацио­нальный страх перед новыми горизонтами.


На снимке:Американские Б-29 сбрасывали по 800 тонн бомб в сутки. За первые полгода войны на Северную Корею обрушилось свыше трёх миллионов литров напалма>


ЛГ 23-08-2017

Болдырев Юрий



За последний месяц, по данным Росстата, задолженность по зарплате в России выросла на 7,7% и достигла 3 млрд. 455 млн. руб. (без учёта малого бизнеса) Правоохранители, вы где?

Надо разбираться: как с теми, кто не платит людям, лишь прикрываясь трудностями, так и с авторами экономической политики, приведшей к подобному.

Очередные звоночки экономической войны. Эксперты предупреждают об опасности замораживания США наших резервов на сумму порядка 350 млрд. долларов. Возможны ответные действия, но мы чрезвычайно уязвимы. Есть ли предмет для работы правоохранителей? Конечно, налицо последствия безответственной политики, в том числе в части хранения международных резервов.

Над производством распиаренного властями самолёта «Суперджет» (более чем на 70% из иностранных комплектующих) нависла угроза: сообщается, что США готовят запрет на поставки комплектующих. Есть ли предмет для правоохранителей? Западные корпорации и не скрывали, что лоббировали в России уничтожение авиапрома и его подмену почти «отвёрточной сборкой».

Но вместо созидательной активности правоохранителей, что мы видим?

Экс-полковник ГРУ Владимир Квачков приговорён ещё к полутора годам строгого режима за «возбуждение ненависти либо вражды». Так это он, так «возбуждая», не давал властям проводить ответственную политику?

Наш товарищ по Постоянно действующему совещанию национально-патриотических сил России подполковник ВВС Кирилл Барабаш приговорён к 4 годам колонии и лишению воинского звания за якобы продолжение деятельности запрещённой «за экстремизм» «Армии воли народа». Притом что организация прекратила работу, и у нас в совещании К. Барабаш представлял ИГПР «ЗОВ» – инициативную группу по проведению референдума «За ответственную власть». Вместе с ним осуждены Валерий Парфёнов, Александр Соколов (учёный и журналист, расследовавший злоупотребления в госкорпорациях и при строительстве космодрома «Восточный») и условно (по состоянию здоровья) Юрий Мухин. В чём же «экстремизм»? В якобы намерении (!) распространять экстремистские материалы.

Ясно: это они распространяли и подсовывали властям идеи уничтожения собственного авиапрома, присоединения к ВТО, хранения наших резервов в инструментах, зависимых от США, – подстрекали власть проводить безответственную политику?

Если так, то ладно, но вот беда: суд не установил ни одного факта распространения ИГПР «ЗОВ» экстремистских материалов. Но зато цели и задачи ИГПР «ЗОВ» (вполне законные) совпадают с тем же у запрещённой «Армии воли народа». И вот следствие и суд сравнивали, насколько они совпадают, заказывали экспертизы.

Бред, по-моему! Допустим, вы сделали машину – хорошую, но свет фар не по стандарту. Её запретили. Так вы вправе сделать точно такую же, без иных отличий, устранив лишь то, что запрещено – не тот свет.

«Армию воли народа» запретили за якобы распространение «экстремистских» материалов. Но если цели и задачи ИГПР «ЗОВ» (проведение референдума и ответственность власти) закону не противоречат и если ИГПР «ЗОВ» не распространяет «экстремистские» материалы – какие претензии?

А в это время сколько развелось переобувшихся на лету псевдопатриотов: и гранты получают, и госнаграды принимают, и кочуют на ТВ с канала на канал. Настоящие же патриоты могут гнобиться в тюрьмах или как минимум этой властью не востребованы.

Так, 15 августа скончался руководитель Союза офицеров, защитник Верховного Совета во время ельцинского переворота 1993 года Станислав Терехов. Светлая ему память.

На смену идут молодые: тот же Александр Соколов ему в дети годится.

И должно таких истинных патриотов поддержать.


ЛГ-23-08-2017