Баранов Юрий



М. Веллер. Наш князь и хан: Историческая повесть-детектив. – М.: АСТ, 2015. – 288 с. – 20 000 экз.


Два предварительных замечания в порядке предупреждения. Официально Веллер именуется русским писателем, но это не совсем так. Он русскоязычный иностранец, гражданин Эстонии. Бывает, что русский писатель живёт и работает за рубежом, оставаясь русским, но это не тот случай. Россию Веллер, мягко выражаясь, терпеть не может, а проще говоря – ненавидит, это чувство брызжет с каждой страницы его книги. И ещё. Представляют Михаила Иоси­фовича как «некоммерческого» писателя, поражаясь огромным тиражам его книг. Это уж ни в какие ворота не лезет. Он самый что ни на есть коммерческий, и удивляться его издательским успехам ни в коем случае не надо.
В аннотации книга именуется «романом из времён Куликовской битвы». В ней говорится: «Русская история была фальсифицирована пиарщиками Средневековья. Сражение с Мамаем и карательный набег Тохтамыша выглядели вовсе не так, как нам внушали веками. И сами мы – не те, кем себя считали…»
По Веллеру, врали все историки, врали в угоду властям, и вот явился он, дабы явить нам истину. Притом у него нет ни одной ссылки, ни одного имени какого-нибудь историка. Ни одной цитаты. Врут – и всё. Попутно – высокомерные заявления, что народу истина не нужна, а ею интересуются лишь немногие избранные, как следует из контекста, и Михаил Иосифович в том числе. По Веллеру, Дмитрий Донской был полнейшим негодяем и бездарным полководцем, на Куликовом поле он выполнял приказ монгольского хана Тохтамыша наказать взбунтовавшегося против него военачальника Мамая, и не более того. Никакой борьбы за избавление Руси от ордынского ига, никакого зарождения общерусского национального единства не было, да и битвы самой не было. И не благословлял Дмитрия святой Сергий Радонежский на битву – ненавидел он князя. А после битвы почти все русские княжества якобы вознамерились отдаться Литве, да только хан Тохтамыш этого не допустил. И тому подобная трактовка буквально всех событий той трагической эпохи.
Нет, я бы не сказал, что Веллер разбирается в исторических фактах, как свинья в апельсинах. Свинья просто ест, она не называет апельсины яблоками или грейпфрутами, тем более не испытывает к ним ненависти. А Веллер, говоря о каком-либо факте, объявляет его либо несуществующим, либо имеющим противоположный смысл, либо неправильно истолкованным. Например: «Итоги Куликовской битвы были для Московской Руси вполне горестными и бессмысленными. Людские потери ослабили силу государства… территориальные уменьшили экономический потенциал. Нашествие Тохтамыша, сжёгшего и вырезавшего Москву и окрестности (1382), усугубили зависимость Московии от Орды. Когда через сто лет Орда развалится – это никак не будет зависеть от московского сопротивления».
Правда, в некоторых сферах он, по-видимому, действительно плохо осведомлён – особенно это относится к вопросам церковным. Например, он пролил слезу по поводу того, что «почитаемый всеми Сергий Радонежский остался без митрополитства», что Дмитрий Донской противился получению Сергием высшего церковного сана. Значит, ничегошеньки не знает «русский писатель» о нашем великом праведнике, о его жизни и его принципах. Помянул Веллер и кандидата в митрополиты Митяя – чтобы лягнуть его и обозвать «услужливым духовником». Между тем этот Митяй (Михаил) был очень образованным выдающимся деятелем государственного ума. Но Веллера такие фигуры не интересуют. Он ищет на Руси лишь рабов и холопов, холопов и рабов.
И, конечно, бандитов. «Объединение Руси по методам было бандитскими разборками. Каждый бандит копил силы, набирал сторонников и заручался поддержкой старшего авторитета. Каждый бандит хотел нагнуть и обязать другого. Стать бригадиром, а там и рулящим», – пишет Веллер об истории ненавистной ему страны. Назойливо повторяет он, что Русь и Орда были одинаковыми – и политически, и этнически (Орда, правда, по его мнению, получше). И это не просто выверт невежды. Это сознательное отдаление нашей страны от Европы, от христианской цивилизации вообще. Уравнивая Русь и Орду, Михаил Иосифович выводит за скобки тот неопровержимый факт, что русские действовали на своей земле, а монголы пришли из очень далёких краёв, с берегов Керулена и Онона, что они были захватчиками. «Исторический детективщик» упорно талдычит, что Россия – это, в сущности, та же монгольская империя. И даже обложка книги паскудно-хулиганская: на портрет Брежнева (или какого-то другого советского лидера) наложена маска Чингисхана.
Веллер во многих местах ёрничает, высмеивая то, что якобы русские историки приукрашивают действия (в том числе воинские свершения) своих и очерняя «татар». Слово беру в кавычки, потому что монголы и татары – это далеко не одно и то же. Предки нынешних татар, жители Волжской Булгарии (на которую пришёлся первый удар монголов), жили и трудились на своей земле, как и все окрестные народы. И Куликовская битва, формально являющаяся темой веллеровского опуса, не была битвой русских с татарами. Как пишет известный и авторитетный (не чета Веллеру) писатель-историк Юрий Лощиц: «Сражение 8 сентября 1380 года не было битвой народов. Это была битва сынов русского народа с тем космополитическим подневольным или наёмным отребьем, которое не имело права выступать от имени ни одного из народов – соседей Руси». Веллер среди других своих, мягко выражаясь, легковесных утверждений выражает сомнение, что в воинстве Мамая бились генуэзцы, – кто, мол, их видел? А русские историки вписали их незнамо почему. Умалчивает детективщик, что генуэзцы и венецианцы имели веские причины для участия в битве. Они хапали бешеные прибыли на работорговле. Обычно русских (а также польских, молдавских и черкесских) рабов они покупали у ордынцев и во много раз дороже перепродавали в Италии. Естественно, себестоимость пленников, захваченных ими самими, оказывалась куда меньшей. Но молчит об этом Михаил Иосифович.
И здесь надо подчеркнуть, что автор многократно указывает на подобие и СССР, и нынешней РФ той средневековой Руси. Аналогии у него простецкие: лгут о Куликовской битве – так же лгут и о Великой Отечественной войне. «Во всей советской литературе о войне, – пишет он, – немцев в 41-м году было больше, и автоматы у них. И танков много – а оказалось потом, что больше было наших, и техники куда больше было нашей, и били нас меньшим числом». Врёт Веллер беспардонно. Давным-давно уже всё подсчитано и измерено, и прежде всего то, что у Гитлера было в полтора раза больше людей и промышленный потенциал был поболе нашего – стали, например, они производили в три раза больше, чем СССР. Но зачем Веллеру напоминать об этом читателю? Его натовским начальникам это может не понравиться. И русофоб старается – обдаёт читателя помоями своей клеветы: от обвинений в антисемитизме до майданной трактовки нынешних событий на Украине.
В начале рецензии уже приводились слова из аннотации: «И сами мы не те, кем себя считали». Ничтоже сумняшеся «исторический сочинитель» рубит: «Государство наше – из Орды, а народ всё больше из Литвы». По его мнению, нас сначала колонизировали варяги-норманны, дав нам зачатки государственности, потом структуру отшлифовали монголы. Вот и всё. Так же бесхитростно объясняется национальный характер русских – рабы, пресмыкающиеся перед начальством.
Перечисленные недостатки книги «Наш князь и хан», естественно, не всем представляются недостатками. Публике пошиба Шендеровичей и Ахеджаковых, Латыниных и Макаревичей, поклонникам «Серебряного дождя» и стряпня Веллера наверняка понравится. А чего – на Россию и на русских гадит, мозги читателей разными ссылками на источники и учёными рассуждениями не утруждает. Да ещё пересыпает свою речь блатными и полублатными словечками. Перо у Веллера, надо признать, бойкое; как ещё Гоголь говаривал, «лёгкость в мыслях необыкновенная». Союзники упомянутых господ правят современным российским издательским бизнесом – чего удивляться тиражу в 20 тысяч экземляров, недоступному хорошим русским писателям. А что автор – иностранец, этим господам ещё приятнее, это делает его как «источник исторических сведений» ещё авторитетнее.

ЛГ 10-12-2015

– И помни, Золушка: как пробьёт 12 часов, начнётся полное импортозамещение!
_____________
– Колян, твоя очередь сказать тост.
– Не умею я тосты говорить.
– Да ладно тебе ломаться-то!..
– Ну хорошо… Козлы вы все. И уроды…
– Чего-чего?!
– Ну предупреждал же: не умею я их говорить!
_____________
– Не родился ещё тот враг, которому я отдала бы свой ужин!
_____________
– В ООН собираются принять закон, по которому нельзя есть живые организмы, айкью которых превышает ваш собственный.
– И чё?
– Положи мандарин на место!
_____________
– Папочка, любименький, можно я тебя поцелую?
– Денег нет. Меня уже мама поцеловала.
_____________
– Так… Прошу высказываться. Какие есть предложения?
– Сложносочинённые и сложноподчинённые.
_____________
SMS от него: Дорогая, я сильно поранил ногу на работе. Настя довезла меня до травмпункта. Ногу могут ампутировать.
SMS от неё: Кто такая Настя?!
_____________
Пост в соцсетях:
Батя сказал мне вчера, что если я буду, не сделав уроки, сидеть ВКонтакте, он будет меня возить мордой по клаве. Ага, испугал ежа голой жолджэ.юбьтимсчяфывапролджэъхзщшгнекуцййё1234567790-=\...
_____________
– Как настроение? Боевое?
– На боевое лицензии нет. Травматическое.
_____________
Обида – как укус комара: если не расчёсывать, то пройдёт быстро.

Гость «ЛГ» – народный артист СССР, лауреат государственных премий, солист Большого театра России Александр Ведерников долгие годы не только дружил с композитором, но и был первым исполнителем многих его произведений. О том, что связывало двух выдающихся музыкантов, о непростой дороге к творческим вершинам, о роли искусства в жизни – наш разговор.


– Мои земляки-вятичи, – вспоминает Александр Филиппович, – как-то мне подарили избу прямо на берегу реки. Кстати, для неё всю мебель мастерил я сам. И до сегодняшнего дня мы с семьёй там летом отдыхаем. Для меня это любимейшее место рыбалки. За многие годы нашей дружбы с Георгием Васильевичем он, сам заядлый рыбак, мечтал посетить благословенные вятские места, разделить со мной эту ни с чем не сравнимую радость рыбалки. Надо сказать, что в этом деле он был потрясающим спецом – досконально изучил все повадки рыб. В этом я не раз убеждался, выезжая вместе с ним в Дом творчества в Карелии. Ловили там угрей, форель, щук, судаков. Ему порой попадались замечательно большие экземпляры. Угнаться за ним никто не мог. Помню, звоню ему, когда он уже серьёзно болел, – Георгий Васильевич всё сокрушался, что так и не исполнил своей мечты: «Эх, Сандро (так он меня называл), так мы и не съездили на Вятку…»
А познакомились мы с ним в 1958 году, после моего переезда из Ленинграда в Москву, где я стал петь в Большом театре. Однажды в Московской филармонии мне предложили исполнить его цикл «Страна отцов». До этого мне о Свиридове ничего не было известно, но я всё-таки выучил ноты. Так получилось, что он жил буквально через стенку от меня, в соседнем подъезде, и тоже, как и я, на шестом этаже. Наверное, с этого и началась наша дружба, которая не прерывалась сорок лет. Кстати, мы и родились с ним в одном месяце. Правда, я немного младше. Что я могу о нём сказать? Всё его творчество было пронизано христианством. На моём большом жизненном пути мне встречалось немало крупных личностей, но человеческий и творческий масштаб Свиридова мне трудно с кем-то сравнить.
– Вам доводилось наблюдать, как проходил его творческий процесс?
– Могу только сказать, что сочинял он легко и непринуждённо, не напрягаясь. Вспоминается случай, когда я гостил у него на даче, которую они вместе с супругой Эльзой снимали недалеко от Звенигорода. Зашли в лес поискать грибы. Казалось, он был увлечён собиранием, и вдруг срывается и поворачивает к дому. Я, естественно, за ним. Прибежали домой, он садится за рояль и просит жену включить магнитофон. Конечно, это были лишь намётки к его будущей музыке на стихи Алексея Прокофьева – кантате «Ладога». «Понимаешь, – говорил он мне, – когда в голове звучит музыка, уже ни о чём другом не думаешь – только о ней, – она ведь словно с небес к тебе спустилась…» Может, поэтому у Георгия Васильевича нет ни одной «проходной» мелодии…
– Александр Филиппович, у вас в доме помимо множества картин, написанных вами, висит портрет Свиридова с кошечкой…
– Обратите внимание, я ничего здесь не придумываю: просто изобразил, как я его оценивал, «человека-гору». А прислонившейся к нему кошечкой, которая действительно у него была и его обожала, я хотел подчеркнуть чистоту, доброту, тепло свиридовской души. Он мне потом говорил, что среди портретов, которые его запечатлели, мой был самым-самым.
– А с чего началось ваше «художество»?
– О, это отдельная история. В уральский посёлок, где проходили моё детство и отрочество, ещё накануне войны были сосланы из других районов страны репрессированные немцы. Случайно я познакомился с одним из них, звали его Данилой Даниловичем, да ещё с чудной для русского уха фамилией – Лидер. Он окончил, по-моему, три курса Ленинградской академии художеств. Сначала его определили в шахту на погрузку угля. Пока не увидели, как он срисовал с фотографии портрет начальника участка. Качество изображения было настолько высоким, что в дальнейшем специально под него придумали должность главного художника шахты. В здании её управления одна стена высотой в два этажа была без окон, и он на ней изобразил двух сражающихся всадников в доспехах – в белом и в чёрном. Сюжет, естественно, таков: белый, олицетворяющий добро, явно берёт верх над чёрным. Такая своеобразная трактовка войны, где победить обязательно должен защитник Отечества. Когда эту замечательную картину увидело местное районное начальство, его тут же назначили главным художником клуба «Горняк». А я как раз в это время пел там в хоре, но, узнав, что Лидер возглавляет живописный кружок, тут же в него записался. Увлёкся настолько, что вскоре мы с ним подружились. И это увлечение прошло, как видите, через всю мою жизнь. Посмотрите, одна из моих картин называется «Мечта о Вятке», где в селе Мокино я родился. А вот моя «Троица», она навеяна рублёвской. Кстати, один из моих сыновей, Борис, унаследовал это увлечение, став после окончания Суриковского института профессиональным художником. Другой – наверное, знаете – известный дирижёр.
– Известно, что в Большом театре, где вы служили с 1958 года, вы исполнили практически все ведущие басовые партии в русских и зарубежных операх. Чтобы накопить столь впечатляющий творческий багаж, необходимо иметь не только талант и отменное здоровье, но и обладать потрясающим чувством самодисциплины. Не зря ведь говорят, что каждый выход артиста к рампе – это тяжкий физический труд, колоссальный расход нервных клеток….
– Наверное, это у меня от отца. Когда в начале войны он пошёл служить, мы вместе с мамой ездили в расположение его части в Чебаркульский лагерь. Помню, меня поразила тогда удивительная атмосфера воинской дисциплины. Тем более что я был парнем, мягко говоря, не слишком управляемым. На военных сборах в Троицке, где мы проходили свои боевые университеты, моё легкомысленное поведение постоянно становилось предметом нареканий начальства, меня регулярно заставляли выполнять подсобные работы: чистить картошку, приводить в порядок нужники и т.д. В Чебаркуле же я тогда, что называется, кожей ощутил, что такое солдатская служба со всеми её суровыми реалиями. К тому же само непростое время диктовало быть более собранным. Конечно, большим потрясением для меня стало начало войны, хотя я в полной мере ещё не представлял себе, в какую беду для страны это выльется. А понимание огромной вселенской беды пришло, когда немцы подошли к самой Москве. Помню, каждый новый день становился испытанием нервов: что будет дальше?
Жила наша семья как все – лишения нас не обходили. Отец с утра до позднего вечера трудился прорабом, стал рано приучать к труду и меня – привёл в столярную мастерскую. Среди детей – а это, кроме меня, братья Николай, Сергей и сестра Галина – я был самым старшим. Жили мы в бараке, и когда отец ушёл на фронт, забота о семье фактически легла на меня и на мать, работницу шахты. Помню, во время войны народ жадно прислушивался к каждому слову Левитана в радиоэфире. А уж как радостно и шумно стали воспринимать его объявления об освобождении городов от гитлеровцев! Именно тогда особенно остро, наверное, впервые в жизни я, ещё, по сути, пацан, стал ощущать свою причастность ко всему происходящему в настрадавшейся от ожидания победы стране. Самым же памятным для меня стало возвращение отца с фронта. Правда, папа был весь изранен, и, честно признаюсь, мы не очень верили, что он выживет, но выжил ведь.
– В спектаклях Большого вам ведь не однажды доводилось исполнять партии фронтовиков…
– Да, в операх Кирилла Молчанова. Это были и старшина Васков в спектакле «Зори здесь тихие», и командир в «Неизвестном солдате». Спектакли пользовались большим успехом у слушателей и пришлись на время, когда в зале ещё сидели ветераны войны, родственники не вернувшихся с неё. Помню, своих героев я не играл, настолько их характеры и поступки органично вплелись в моё творчество, в жизнь. Тем более и возраст совпадал с возрастом героев.
– Одна из ваших коронных партий – Иван Сусанин в одноимённой опере Глинки… Молва свидетельствует, что у вас были неприятности, когда вы решились поменять у вашего героя некоторые слова. Это так?
– Слова – не слишком: просто «народ» поменял на «царя», как у Глинки. Но вопросы у моих критиков – а это было ещё в безбожное советское время – вызвало то, что, идя на верную смерть, мой герой истово крестился. Пришлось доказывать, что, во-первых, Сусанин был православным христианином, а во-вторых, благодаря христианству образовалась Россия. Меня даже куда надо несколько раз вызывали, но я стоял на своём: крещусь там, где без этого никак. Особенно когда поёшь: «Боже, сохрани Россию!» Так ведь не только в «Иване Сусанине»! Как не перекреститься Досифею в «Хованщине», где такой текст: «Христиане, помогите!»? В общем, претензии ко мне руководство предъявляло за то, что часто крестился на сцене. «Вы понимаете, что делаете, Александр Филиппович?!» – «Следую исторической правде! – невозмутимо говорил я. – В то время все были христиане, все крестились. Что же мне, плюнуть на это, что ли? Это же наша история, наши предки!» Приходилось настаивать, проявлять характер. До сих пор удивляюсь, как многие мои опасные по тем временам поступки оставались без плачевных последствий. Вообще то, что сегодня православие не только не преследуется, но и всячески поощряется, я считаю правильным. Правда, иногда трудно поверить тем, кто сегодня, крестясь, ещё вчера притеснял православие, рушил церковные колокола.
– Это правда, что многое в доме и на даче вы делаете своими руками?
– Я вам уже рассказывал, что в вятской избе я всё мастерил сам. Вообще действительно на даче и в доме всё сделано моими руками. Особенно увлекаюсь сантехническими работами: краны, буксы – всё это моё. На даче всегда любил грядки копать, полоть, сажать яблони, прививать их. Люблю косить, причём кошу чаще не газонокосилкой, а обычной косой. Купил мотоблок и вспахал им весь наш садовый участок. Сооружал теплицы, выстроил баню и гараж. Кстати, и в автомобиле хорошо разбираюсь, так что ремонтировал его всегда сам. К ведению хозяйства приучило детство. Во время войны корову надо было кормить, так скошенным мной сеном только и спасались от голода. В юности сам собрал телегу, колёса от старых брошенных плугов отыскал на полях. Сам выковывал в кузнице оси для них. Мастерил и сбрую. Впрягал в телегу корову, правда, скажу по секрету, больше везёшь сам, чем корова. По пологой дороге или на спуск она ещё тянет, а вот в гору приходилось телегу самому толкать.
– Что-либо изменилось в вашей жизни по мере, скажем так, вашего взросления?
– Как сказано у поэта: «Под старость краток день, а ночь без сна длинна, и дважды в год к нам не придёт счастливая весна…» Раньше я был весь погружён в работу: театр, записи на радио, телевидении, концерты, гастроли. Страшно порой вспомнить: пою Пимена в «Борисе Годунове» («Ещё одно, последнее сказанье…») и, срывая за кулисами бороду, мчусь в Колонный зал Дома союзов на концерт. Была колоссальная нагрузка, но она, наверное, тогда способствовала постоянной творческой готовности, заряженности, освоению мастерства и дисциплине режима труда и отдыха.
– Что бы вы пожелали нашим читателям?
– Хочется пожелать всем и каждому беречь честь россиянина, бороться за правду, отстаивать её, где бы ты ни трудился, чем бы ни занимался. Чтобы делал это без страха и боязни. Чтобы всячески поддерживал нашу веру в лучшее, в том числе и во Христа, ведь без веры можно и оскотиниться. Помнить, что те, кто с ней беспощадно боролся, просто хотели, чтобы мы верили только в них, чтобы если и молились, то только за них. Слава богу, наступили другие времена. И ещё: чаще слушать классическую русскую музыку – Глинку, Чайковского, Рахманинова и, конечно, Свиридова, столетие которого отмечаем. В ней воплощена та самая правда российской жизни, которая всегда была народной опорой и которую нам не следует терять…

Беседовал Анатолий ЖУРИН

ЛГ 10-12-2015

Свиридов - 100


Для огромного числа людей имя Георгия Свиридова в первую очередь ассоциируется с бессмертной музыкой к фильму «Метель» Владимира Басова. Младший сын режиссёра Александр рассказал о том, как рождалась картина. Гениальной музыки Свиридова в ней могло и не быть…

– Александр, у вас, кажется, к этой работе отца особое отношение?
– Для меня «Метель» в каком-то смысле «фильм рождения»: мы – ровесники, в эмбриональном состоянии я в каких-то кадрах наверняка присутствую. Это первая совместная картина моих родителей – моя мама (актриса Валентина Титова. – В.П.) сыграла в этой картине свою первую большую роль.
– Из всех повестей Белкина «Метель» – самая короткая, всего четыре страницы. Как случилось, что Владимир Павлович решил экранизировать именно её?
– Он почувствовал в этой истории нечто очень важное – русский характер. Событий на полный метр в «Метели» вроде бы действительно недостаточно. Отец рассказывал, что редактура «Мосфильма» была буквально в панике, – сценарий почти без диалогов и объём – 15 страничек. Запустить картину было непросто. Отцу дали добро только благодаря тому авторитету, которым он обладал на «Мосфильме».
– Но это же Пушкин! Неужели у киночиновников могли быть какие-то возражения против классика?!
– Ещё какие! Возражения начались сразу: зачем вообще снимать повесть какого-то там Белкина? Мало того что автор – выдуманный Пушкиным писатель, так и сам он цитирует рассказ какой-то глуповатой романтической «девицы К.И.Т.», над которой Пушкин, по сути, издевается. Тогда уж если снимать, то исключительно как пародию. И непременно ввести Александра Сергеевича в качестве резонёра! Чтоб он разъяснил, что девица бредит французскими романами… Отцу пришлось убеждать руководящих скептиков, что Пушкин неспроста выпустил повести без своей фамилии и иронизировать он над Белкиным не собирался (что-что, а иронизировать Феофилакт Косичкин умел!). Наоборот, Александр Сергеевич полагал, что и такой вот наивный, сентиментальный писатель России тоже нужен.
– К самой картине у них, надеюсь, нареканий не возникло?
– Ну как же без нареканий, если не был учтён литературно-исторический контекст, в котором Пушкин борется с французским романтизмом! Разумеется, у самого Александра Сергеевича нигде нет ни строчки о том, что он борется с этим самым романтизмом. Но литературоведам виднее. Подключились даже академики, точно знающие, как правильно понимать «наше всё». Но… Публика картину приняла сразу и безоговорочно. Зрители узнали в ней своего поэта. Я считаю, что картина до сих пор недооценена. Героиней фильма стала удивительная русская природа, та самая, Пушкиным воспетая, метель – стихия, вершащая людские судьбы, потрясающе снятая замечательным оператором Сергеем Вронским. Оказалось, что сюжет – это не только тогда, когда люди говорят и ходят. Для того времени это была картина совершенно нетипичная. По сути, это полнометражный клип...
– …с гениальной музыкой!
– А ведь изначально писать её должен был не Свиридов, а Вениамин Баснер. Но он был занят какой-то другой работой и совершенно не вписывался в график съёмок. Обычно композитор пишет тему, а режиссёр уж «под неё» снимает. Но музыки не было, а сроки поджимали. И получилось, что все эти дивные пейзажи, проезды троек, проходы полков снимались отцом по вдохновению, придумывались чуть ли не на ходу, в такт какой-то его собственной внутренней музыке. Всё могло провалиться – ну ходят бравые вояки, ну речка подо льдом блестит. Раз блестит, два блестит, сколько можно! Со слов моей мамы, отснятый материал был смонтирован без музыки и принесён Баснеру. А тот отцу и говорит: «Что-то у меня нет сил, давай Свиридова попросим: Пушкин – его стихия». Георгий Васильевич поначалу сопротивлялся: «Как я буду писать музыку на уже скроенный фильм? Вы меня за халтурщика держите?!» Но отцу как-то удалось уговорить его посмотреть материал.
– И родилось одно из величайших симфонических произведений ХХ века – сюита «Метель».
– Я даже не знаю, чья это картина, – она в той же мере Свиридова, в какой и Басова. Георгий Васильевич, наверное, каким-то чудом расслышал ту музыку, что звучала в душе отца, когда он снимал. И получилась не просто красивая романтическая история, а фильм о России, о русском духе, о людях, для которых такие понятия, как честь и достоинство, любовь и верность, не пустой звук. По легенде прототипами Бурмина и Марьи Гавриловны были генерал Сабанеев и его супруга Пульхерия Яковлевна. Якобы Иван Васильевич сам и рассказал Пушкину по секрету о странных обстоятельствах своего брака. Так что, похоже, никакой иронии над французским романтизмом в этой истории нет. Наоборот, Пушкин и написал её, чтобы подчеркнуть: у вас во Франции это, может, и романтическая выдумка, а у нас в России такое и в жизни произойти может.

Беседовала Виктория ПЕШКОВА

ЛГ 10-12-2015

Почему дама, воспитывающая голубого пуделя, или бабушка с черепашкой не могут считаться ячейкой общества


Серьёзные специалисты по демографии способны заглядывать в будущее и даже имеют версию, почему распался Советский Союз. Доктор философии Анатолий Антонов объясняет, что такое семья, прогнозирует численность населения и даёт парадоксальные ответы на сложные вопросы корреспондента «ЛГ».

– Анатолий Иванович, многие учёные сегодня избегают слова «семья», заменяя его безжизненно-нейтральным – «домохозяйство». Встречал и вовсе странное определение: семья – это то, что ты таковым считаешь.
– В современной науке отчаянно борются два направления – фамилистика и либеральные модернистские концепции. Прежде всего – гендерно-феминистские. Эта постмодернистская наука и у нас, и за рубежом (наши повторяют то, что происходит на Западе) доводит определение семьи до абсурда: ею могут считаться и дама, воспитывающая голубого пуделя, и бабушка с черепашкой. Расширительные толкования семьи позволяют запихнуть сюда всё что угодно. В том числе и пресловутые гомосексуальные пары, и даже одиночек.
Я представитель просемейной, фамилистской научной школы. И считаю, что семья – это общность родителей и детей на основе совместной социально и экономически значимой деятельности родителей и детей. То есть обязательно единство родительства, супружества и родства. Меня обвиняют в том, что под такое определение ни одна реальная семья не подпадает, поэтому я и утверждаю, что семья находится в кризисе. Такое строгое определение ставит в жёсткие рамки всю современную реальность.
– Дочь моих друзей – студентка – живёт с однокурсником гражданским браком. Снимают квартиру, сами её оплачивают, сами себя кормят, одевают… И попробуйте им сказать, что они не семья…
– Такое сожительство принято называть гражданским браком, очевидно, потому, что слово «сожительство» звучит менее деликатно. Режет ухо. Его стесняются. Цель сожительства – сексуальное удовольствие двоих. В нём нет ничего греховного, предосудительного. Сожительствуйте – ради бога! Но при чём здесь семья? Она начинается с появлением ребёнка.
– Даже без печати в паспорте?
– Нет. Брак должен быть официально зарегистрирован по законам, существующим в той или иной стране. Всё остальное – не семья, а подделка. Стремление что-то девиантно отклоняющееся преподнести как нечто более-менее приемлемое.
Из 40 млн. российских семей лишь 17 млн. настоящих (полных) – с родителями и детьми. Остальные (12 млн. бездетных пар и 11 млн. «ячеек» с одним родителем), да простят меня за жёсткий термин, – семейные осколки.
У нас такая страна, где в массовом сознании одновременно сосуществуют несколько систем ценностей, нередко противоречащих друг другу. В одной ситуации человек ведёт себя как явный семьянин, в другой – как антагонист семьи. В одной и той же голове мирно сосуществуют и старые традиционные представления, и новые – модернистские. Мы анализировали реакцию телезрителей на популярный некогда мексиканский сериал «Богатые тоже плачут». Одну из главных героинь Марианну (сироту, несчастную девушку…) зрители жалеют, хотя она в разводе, то бросает ребёнка, то вновь его обретает. Словом, Марианна часто ведёт себя антисемейным образом, но наша аудитория страшно ей сочувствует.
– Понятно, что в России, с учётом депопуляции, нужно поднимать рождаемость, в том числе и ужесточая понятие «семья». Но как быть с теорией перенаселённости?
– Самый известный проповедник теории перенаселённости Пол Эрлих (вопреки собственным предсказаниям до сих пор здравствующий) предрекал гибель человечества по этой причине ещё в 1970 году. Когда понял, что его прогнозы не сбылись, перенёс апокалипсис на начало текущего века. И снова попал впросак.
Да, сильно затухающим темпом (подчёркиваю – сильно затухающим!) численность населения продолжает увеличиваться. По некоторым расчётам, к 2060–2070-м годам нас на планете будет 9 млрд. человек (плюс-минус 200 млн.). Дальше население Земли начнёт убывать. К середине века даже Азия и Африка станут малодетными.
Чтобы население той же Европы не уменьшалось, но и не увеличивалось, необходимо, чтобы женщина рожала в среднем 2,2 ребёнка за жизнь, а сейчас этот показатель равен 1,4–1,5 ребёнка. Полуторадетная Европа – это сокращение её численности через 50 лет ровно в два раза.
В странах Азии, Африки и Латинской Америки суммарный коэффициент рождаемости равен где-то 2,7. А ведь совсем недавно было 4–6 детей на одну женщину. Потенциал, накопленный в возрастной структуре стран Азии и Африки, закончится к 50-му году нашего века, число детей у одной женщины будет меньше двух. Сокращение рождаемости происходит везде, а Европа, Северная Америка, Россия депопулируют. 50 лет назад население стран развитого мира было 1,5 млрд. человек, сейчас – 1, 15 млрд. И сокращение продолжается.
Демографические процессы имеют невероятно сильную инерцию. Один год в демографии – это примерно 30 календарных лет. Три года – век. Предсказать, что будет через 100 лет в политике или в экономике, почти невозможно. А демографы могут спокойно сказать, что произойдёт через 6–7 и более демографических лет, какая часть населения, рождённая, скажем, в 2015 году, доживёт до 100 лет. Причём по всем странам. Речь не об отдельных рекордсменах-долгожителях, а о средней продолжительности жизни.
По этому показателю (особенно по смертности младенцев) мы очень отстаём от Европы. В 1974 году в СССР была закрыта статистика смертности. До кого-то в ЦК КПСС дошло, что объявленный Хрущёвым к 1980 году коммунизм, оказывается, строится… на костях. В капиталистических странах смертность уменьшалась, а у нас увеличивалась. Это был невероятный прокол. И тенденция сохраняется до сих пор. По средней продолжительности жизни мужчин мы где-то на 130-м месте.
– Читал, что продолжительность жизни у нас увеличилась. Это не так? Сколько живут «среднестатистические» российские мужчина и женщина?
– Средняя продолжительность жизни в России – 64,5 года у мужчин и 76 лет – у женщин. Мы единственная страна в мире, где сохраняется этот колоссальный разрыв. В странах Европы и в других развитых странах, в Японии, например, эти цифры соответственно 80 и 86 лет.
У нас расходы на социальную поддержку в 10 раз меньше, чем в Европе. Там 5 процентов от ВВП, а у нас 0,5. Даже до одного процента не можем дотянуть. У нас неблагоприятная тенденция мужской смертности в цветущем, трудоспособном возрасте. На втором месте после сердечно-сосудистых заболеваний смертность от несчастных случаев – убийства, ДТП, самоубийства… Это всё связано с культурой, с социальными условиями жизни. Люди ведут себя так, будто не собираются жить до глубокой старости. 50–60-летний мужик, оглядываясь назад, начинает проклинать свою молодость, поскольку ещё не умер, но ему надо постоянно лечиться, он развалина. Если бы он с самого начала рассчитывал дожить, например, до 80 лет, он бы и вёл себя иначе…
– Получается, что не только семья в кризисе, но и страна в зоне риска?
– А хотите мою версию, почему развалился Советский Союз? К краху привела система единственного ребёнка, которая у нас сложилась в конце 60-х годов. Это был бунт выросших, окрепших подростков против старших. Младшие восстали против того, что они всегда младшие. Они захотели быть взрослыми, настоящими, полноценными. Захотели смести всё, что ассоциируется со старшими, с дедушками-бабушками, которых они в глаза не видели, потому что бабушки-дедушки погибли на войне или загнулись на трудовом фронте. Их книжные ценности транслировались по радио, но плевать было этому младшему поколению на эти ценности, потому что не живые бабушки-дедушки транслировали эти ценности, а посредники. Дети не могли принять эти ценности от живых отцов – те тоже остались на фронтах и где-то ещё…
К 80-м годам в структуре населения накопилось огромное количество единственных детей. В стране сложилась система жизненных ценностей, где неприятие старших вылилось в социокультурный переворот, переросший в политический. Всегда найдутся люди, которые на эту основу водрузят своё знамя.
Беседу вёл Сергей РЫКОВ

ЛГ 10-12-2015

Бондаренко Владимир


ВООПИиК отмечает 50-летний юбилей. Событие это не просто из сферы культуры. Всероссийское общество охраны памятников – явление политическое.


На Руси традиционно большой подъём начинается с крутого спуска. Так было и в давние времена, и в Великую Отечественную войну. Так было и с русским возрождением второй половины ХХ века. Сначала – торжество хрущёвского космополитизма, когда и Гагарина у нас называли не героем России, а «сыном Земли», «посланцем всего человечества». Но вскоре в противовес липкой либеральной «оттепели» стали звучать новые голоса.



С 1963 года центром русского возрождения становится журнал «Молодая гвардия», возглавляемый 30-летним А. Никоновым – смелым, мужественным журналистом. Именно при нём вышли знаковые «Письма из Русского музея» В. Солоухина, воспоминания И. Глазунова, статьи о русской духовной культуре М. Лобанова («Просвещённое мещанство»), В. Чалмаева («Великие искания», «Неизбежность»), повесть «Господин Великий Новгород» Д. Балашова, стихи Ф. Чуева, В. Сорокина…
Наряду с первым русским журналом появились и первые русские национальные организации. Ещё в 1962 году по инициативе Ильи Глазунова и архитектора-реставратора Петра Барановского возник клуб любителей памятников истории и культуры «Родина», который просуществовал до ноября 1968-го и был из предосторожности закрыт властями.
Однако к тому времени уже по­явились и в Москве, и в Ленинграде другие, более мощные патриотические организации, прежде всего «Русский клуб» и знаменитый ВООПИиК – Всероссийское общество охраны памятников истории и культуры.
Духовными зачинателями, организаторами легального русского национального движения были замечательные учёные, художники, писатели, музыканты – Б. Рыбаков, П. Корин, И. Глазунов, Г. Свиридов, Л. Леонов, В. Солоухин, П. Барановский. Председателем был избран академик И. Петрянов-Соколов, химик, всю жизнь занимавшийся созданием боевых отравляющих веществ, и по своей идеологии открытый русский националист.
24 июля 1965 года вышло официальное постановление Совмина о создании ВООПИиК. В числе его задач – забота о памятниках и святынях Отечества, чтение лекций по русской культуре и искусству. К популяризации русской мысли, русской традиции привлекаются лучшие отечественные силы. В лекциях начинают упоминаться выдающиеся исторические фигуры, мыслители: Данилевский, Катков, Розанов, Леонтьев, Победоносцев, Иоанн Кронштадтский и Серафим Саровский...
При обществе был вскоре создан «Русский клуб», который возглавляли писатель Д. Жуков и историк С. Семанов. Прекрасно помню заседания клуба в Высокопетровском монастыре, я был тогда начинающим критиком, но с откровенной тягой к русской национальной культуре. Очевидно, сказались северные поморские корни, да и мои учителя-наставники повлияли, просто близкие друзья – Валентин Устинов, Владимир Личутин. Ввёл меня в это сообщество Дмитрий Жуков, об исторической прозе которого я написал одну из первых статей.
В поздний брежневский период, да и в нынешние времена первоначальную идею ВООПИиК выхолостили, превратили в реставрационно-архитектурное общество. И сейчас, на 50-летний юбилей, были и приветствия властей, и награды, но уже среди его лидеров нет идеологов русского патриотического движения.
Я знаю и помню ВООПИиК как первую легальную русскую партию, как форму организации русского духовного сознания, изрядно размытую за все наши интерна­ционалистические космополитические времена. Помню и первый публичный манифест русского движения: «Берегите святыню нашу!», опубликованный в майском номере «Молодой гвардии» за 1965 год, который подписали Сергей Конёнков, Павел Корин и Леонид Леонов:
«В последние годы довольно усердно производится разгром памятников нашей национальной старины... Потомки никогда не простят уничтожения памятников русской национальной культуры... Из души, из сердца каждого русского человека исходит требование: «Остановитесь! Берегите нашу святыню!»
Историю написания манифеста я восстановил с помощью Валерия Ганичева. Он вспоминает в одном из интервью: «То были люди, ведущие в своих сферах искусства: скульптор, художник и писатель, безупречные моральные авторитеты. 90-летний Конёнков был жизнерадостен, всё время вспоминал, что он из Смоленска, а смоляне всегда первыми встречали врага... Корин был раздумчив, рассказал, как создавал образ Александра Невского, как Сталин назвал Невского первым на параде 7 ноября 1941 года. И повторил, что нас должен вдохновлять «образ великих предков», а нам то Розу Люксембург, то Клару Цеткин подсовывают… Дольше всех сидел над письмом Леонид Леонов, подбирал, улучшал. Решительно вычеркнул обращение «Наша славная советская молодёжь», ворчал: «Вот во время войны была славная, а сейчас пусть докажет»…»
Подтвердил Валерий Ганичев и активное участие Юрия Гагарина в русском проекте, его инициативу восстановить храм Христа Спасителя. Запомним эту дату, 25 декабря 1965 года, ровно 50 лет назад. Идёт Пленум ЦК ВЛКСМ, первый космонавт Юрий Гагарин выступает с докладом о воспитании молодёжи, и вдруг звучат «живые слова», поразительные для того времени. К счастью, они зафиксированы в стенограммах пленума. «Для воспитания поколений важно сохранять, беречь, если надо – и восстанавливать памятники. И не только Великой Отечественной войны, но и всей нашей истории. Ведь взорванный храм Христа Спасителя – это же был памятник Отечественной вой­не 1812 года!..»
За манифестом «Берегите святыню нашу!» последовал цикл вечеров лидеров русской национальной литературы С. Семанова, Д. Жукова, В. Кожинова, окрепла наша «деревенская проза». Уже в 1968 году в той же «Молодой гвардии» появилась ещё одна манифестная статья Михаила Петровича Лобанова, ныне отмечающего своё 90-летие. Многие откровенно удивлялись, как она могла появиться в легальном советском журнале.
Лютый русофоб, ныне живущий в США, Александр Янов, в те времена марксист-интернационалист, писал: «Сказать, что появление статьи Лобанова в легальной прессе, да ещё во влиятельной и популярной «Молодой гвардии», было явлением удивительным, значит сказать очень мало. Оно было явлением потрясающим… объективные выводы, которые следовали из его статьи, были тем не менее настолько откровенно социально-политическими, что ошеломлённое общество буквально оцепенело... Даже на кухнях говорили об этой статье в основном шёпотом».
Так с мая 1965 года русская партия пошла в наступление. В 1969-м писатель и историк С. Семанов возглавил отдел «Жизнь замечательных людей» в издательстве «Молодая гвардия».
«При Семанове «ЖЗЛ» заговорила о коренных устоях русской нации… «ЖЗЛ» стала спасением для изголодавшихся по духовной пище русских людей… открылся русский мир во всём его самобытном блеске и мессианском великолепии», – писал А. Байгушев. Ещё одним центром русского национального сознания становится журнал «Наш современник». Валерия Ганичева назначают главным редактором самой массовой газеты – «Комсомольская правда».
Уже в 70-е годы С. Семанова назначают главным редактором журнала с миллионным тиражом – «Человек и закон». «Молодая гвардия», «Наш современник» и «Москва» становятся важным политическим и идеологическим центром ВООПИиК. Власти были испуганы. Это угрожало господствующей идеологии. Не так страшны были либералы, глядящие на Запад, больше пугали патриоты, охраняющие государство, но по-своему, с русским акцентом.
13-1-49.jpg
В 1973 году вышла русофобская статья идеолога ЦК КПСС Александра Яковлева «Против анти­историзма», по сути, повторяющая клевету западных антисоветчиков и отечественных диссидентов типа Янова. Брежнев возмутился: «Он хочет поссорить меня с русской интеллигенцией», – и выгнал Яковлева из ЦК, отправил послом в Канаду.
Но уже готовился контрудар андроповской команды. Полетели со своих мест и Семанов, и Ганичев, и Никонов. Был лишён многих юридических и финансовых прав и ВООПИиК. Критик Марк Любомудров так писал об этом периоде: «Если бы Андропов процарствовал ещё год-два-три, то русское патриотическое движение уничтожили бы под корень».
Можно было убрать из элиты, из начальства всех патриотов, однако запущенные в народ идеи русского возрождения уже нельзя было выкорчевать. Так с 1965 года и до сего времени при всех зигзагах верховной политики (от полного отрицания русского патриотизма в годы Горбачёва и Ельцина до имперского официоза нынешнего времени) русская национальная культура господствует в народных умах.


P.S. Как всегда, изменчиво отношение чиновников к патриотизму. Вот и сейчас, в юбилейный год ВООПиК, власти столицы надумали выкинуть знаменитое общество из дома Телешова. Выпущено предписание освободить помещение на Покровском бульваре, 18/15, Московскому городскому и Мос­ковскому областному отделениям общества. Видимо, для здания в центре города нашлось другое, коммерческое применение.

ЛГ 10-12-2015

Из книги Георгия Свиридова «Музыка как судьба»


О лжи и правде

Вся жизнь (видимая) – ложь, постоянная ложь. Все уже привыкли к этому. Мы живём, окружённые морем лжи. Дети и родители, мужья и жёны, общества, континенты, целые народы живут в полной неправде. Отношения человеческие (видимые нами), государственные, деловые – ложь.
Правда возникает лишь на особо большой глубине человеческих отношений, возникает редко и существует, как правило, короткий срок. Потому-то так ценна всякая правда, даже самая малая, то есть касающаяся как бы малых дел. Правда существует в великом искусстве, но не во всяком искусстве, считающемся великим.
В оценках (узаконенных как бы временем) тоже многое – неправда. Лживого искусства также очень много. Вот почему так воздействует искусство Рембрандта, Мусоргского, Шумана, Ван Гога, Достоевского, Шекспира и др. великих художников. Но не всё правда даже в этом великом искусстве, часто её искажает, например, красота (эстетизм!), ремесленное начало искусства; например, у Баха много фальшивого, пустого искусства (фуги и др.). Есть неправда от позы художника, от самой неправды его души и от многих других причин.
Вся эта мысль очень верная, трудно её высказать мне, не хватает слов и, м.б., понимания всей глубины этой идеи, сейчас, ночью, пришедшей мне в голову, совсем не от дум об искусстве, а из размышления о человеческих отношениях.

Трагическое и прекрасное

За последнее время появилось очень много измышлённого искусства, исходящего из мысли, из разума, из рассудка. С разумом мы привыкли отождествлять нечто спокойное и уравновешенное – разумное. Я имею в виду другое. Измыслить можно всё, что угодно. «Из мысли» («из разума») может исходить состояние неблагополучия или драмы, всё, что угодно (в том смысле, что не пережитое, не прочувствованное душою, не выстраданное). Вот такого измышлённого искусства самых разнообразных состояний: и сухого, и торжественного, и очень драматичного, и бодро-оптимистического, и истеричного, и безысходного – такого искусства появилось огромное количество. Появилось очень много измышлённого.
Надо сказать, что в этом направлении достигнут большой прогресс, что техника измышлённого искусства стала необыкновенно высока. Очень развились и техника, и умение измыслить всё: измышлённое искусство, измышлённые чувства, измышлённое положение, измышлённые состояния...
Для этого состояния человека придумано бесконечное количество новых инструментов, новых музыкальных средств, именно исходя из мысли (разума, придумки, выдумки) проведена огромная экспериментальная работа, и тут действительно добились очень многого: люди применяют самые сложнейшие средства музыкальной выразительности. Тут и гамма уже мала стала и обязательно надо применять все двенадцать звучащих звуков, и даже их мало, обязательно надо применять ещё четвертитонные звуки.
Вот это искусство, которое презирает простоту, т.е. не то чтобы презирает, а без особенного уважения относится к простому, потому что измыслить простое как раз очень несложно. Простого искусства можно измыслить бесконечное количество и так просто, как писал Шуберт или, допустим, Гурилёв и Варламов, или Глинка.
Музыкантская среда полупрезрительно относится к Верди и Пуччини, не говоря уже о Леонкавалло, Масканьи. Между тем всё это – гениальные композиторы, гениальные художники, произведения которых не устарели и сохранили огромную силу воздействия. Опера Леонкавалло «Паяцы» относится к числу тех подлинно гениальных произведений, влияние которых было исключительно велико… Если взять нашу русскую художественную жизнь, то можно с несомненностью сказать, что воздействие этой оперы ощущается в таких, например, произведениях, как драма Блока «Балаганчик», балет Бенуа и Стравинского «Петрушка».
Точно так же, как и воздействие «Кармен», отзвуки музыки Бизе чувствуются в русской живописи начала нашего века, например, у Коровина, Врубеля (его цыганки), у Рахманинова, а с другой стороны у Берга в «Воццеке». Только у Берга это доведено до пароксизма (в этом нет гениального). Это не народно. Разница между «Кармен» и «Воццеком», несомненно, в пользу первой.
Подлинно гениальное, подлинно великое не должно быть доведено до крайности. Оно сохраняет черты правдоподобия, оно как бы существует в жизни, оно увидено в жизни. Это не доведено до истеризма, до ужаса.
Выходит так, что истинно трагическое остаётся прекрасным. «Кармен», несмотря на весь трагизм своего содержания, несмотря на гигантскую силу своего воздействия, остаётся красивым произведением… Герои не кричат, не вопят, оркестр лишён какой-либо громоздкости, брутальности – классичен, строг. Он не надрывается. Музыка «Кармен» предельно проста.
Когда слушаешь «Катерину Измайлову», приходит в голову мысль о какой-то удивительной неправде этого произведения. Слушая эту музыку, совершенно нельзя представить себе тихую жизнь этого городишки – маленького, полусонного, с колокольным звоном по вечерам, городишки, где в сущности все люди знают друг друга, городишки, где вряд ли может возникнуть характер, обрисованный Шостаковичем, но где может прекрасно возникнуть злобный характер, описанный Лесковым, в тишине, сытости, праздности. Ибо героиня Лескова кротка от рождения, такой она родилась, а не стала благодаря обстоятельствам, только проявилась благодаря им.
В этой «уездной» драме неуместен и нелеп гигантский оркестр вагнеровского (экспрессионистского) типа. Его преувеличенные, грохочущие, ревущие звучности с обилием медных инструментов скорее подошли бы для изображения картинного, декоративного ада типа фресок Синьорелли или Микеланджело, или Доре, либо для выражения страстей какого-нибудь Воццека (человека ненормального, безумного, заведомо сумасшедшего). Но здесь всё заурядно, всё прагматично, всё обыденно, и вот в этой обыкновенности, в этой обыденности, неисключительности злодейство – и есть самое страшное.
Неумело и непоследовательно романтизировав свою героиню, Шостакович отступил от правды характера, созданного Лесковым, хотя некоторые детали, например, преувеличенная сентиментальность, характерная для убийц, верно схвачены композитором.
Поистине ужасающее впечатление производит язык оперы, совершенно невозможно представить себе русских людей прошлого века, говорящих на столь чудовищном волапюке.

ЛГ 10-12-2015

Серия сообщений "Неумирающие мысли":
Часть 1 - Герцен о Европе и европейцах
Часть 2 - «Подлинно гениальному не нужны крайности»

События последнего времени показывают, насколько стремительно меняется мир. С чем связаны перемены? Чего ждать в будущем?
Наш собеседник – известный итальянский писатель и публицист Джульетто КЬЕЗА.



– Недавно вышла ваша новая книга «Мир на пороге вой­ны». На ваш взгляд, ситуация такова, что мировая вой­на возможна?
– По-моему, название точно отражает нынешнюю ситуацию. Но когда говорю так, встречаю возражения и в Италии, и в России. Видимо, люди не хотят и боятся этому верить.
Вспомним обе мировые войны – они подготавливались долго. Первая началась в 1914 году, а готовилась 10 лет. Вторая мировая война тоже была подготовлена заранее.
Сейчас видно, что мы накануне глобальной катастрофы. Ситуация без преувеличений в тысячу раз опаснее, чем была в канун предыдущих двух войн. Видим конец целой эпохи: впервые человечество на таком опасном повороте. Ранее было немало драматических, кровавых кризисов. Ныне не просто кризис, а радикальное изменение всех параметров жизни.
В последние годы мы пребывали в иллюзии о возможности бесконечного качественного и количественного развития. А это невозможно. И социально-экономическая модель, в которой мы живём, не может продолжаться долго: через 20 лет мир ощутимо изменится.
Несколько цифр. В начале прошлого века население мира насчитывало 1 млрд. 200 млн. человек, сейчас – примерно 7 млрд. Опираясь на политические системы прошлого, невозможно управлять таким миром. Единственная империя – американская – требует и хочет добиться любой ценой, чтобы XXI век был американским. Это невозможно, даже если Америка самая сильная. Всё происходящее говорит об этом.
До нас на Земле в согласии с природой прожили примерно 4000 поколений людей. Последние 4–5 поколений нарушили гармонию. Но мы продолжаем жить по инерции. Сегодня солнце встало и завтра встанет, а послепослезавтра… уже сомневаюсь.
В книге я предупреждаю: мы – первое поколение, которое будет жить в новых условиях. Насколько они будут драматическими, зависит от нашей дальновидности. Кризис приобретает характер, я бы сказал, этический, а не только политический. Это буквально: быть или не быть? Жить или не жить? И как жить, с какими ценностями? Массово убивая друг друга?
И неправда, что мы не можем предвидеть будущее, – у нас есть фундаментальные инструменты прогнозирования. Наши возможности гармонизировать отношения с природой высоки.
Но почему миллионы людей вокруг нас, и в России, и в Европе, и в Америке, имеют мало представления о драматизме момента? Причина – система информации полностью направлена на то, чтобы нас обманывать. Люди думают, что живут свободно. Но они в тюрьме.
Фундаментальный пункт для спасения человечества – создать новую систему массовой информации.
– Да, на людей обрушивается очень много искажённой информации вокруг, например, убийства Бориса Немцова, «исчезновения» малайзийского «боинга». События вроде бы мало связаны между собой, но…
– Чтобы понимать происходящее, следует осознать, что либеральной демократии, как мы её представляем, давно нет. Осталась обложка, церемониалы – без содержания. Например, кто убил Немцова? Это явно группа людей, которая прекрасно знала о функционировании средств массовой информации. Они понимали: реакция последует автоматически – все журналисты будут писать одно и то же.
Я не имею представления о том, кто реально убил, но совершенно точно те, кто организует эти убийства, прекрасно знают, как действуют средства массовой информации.
То же с «боингом» в Донбассе. Я был в Риме, и через три минуты после сообщения о катастрофе все итальянские агентства, а также Рейтер, Ассошиэйтед Пресс сказали: «Русские сбили малайзийский самолёт». Автоматически для десятков миллионов людей до того, как хоть что-то прояснилось о произошедшем, уже было как бы официальное заключение.
Работают квалифицированные специалисты. Думаю, они уже подготовили по меньшей мере 5–6 новых провокаций против русских.
Продолжается война на Украине. Те, кто её организовал и спровоцировал, подготовили новое напряжение в Приднестровье. Изолируют 150 тысяч русских, а также военных, которые находятся там законно, выполняя миссию миротворчества. А что может Россия? Даже если русские самолёты в случае необходимости должны будут проложить авиационный мост, они должны лететь над Украиной. Это ли не повод для новой эскалации? Я в Италии на конференции рассказал про Приднестровье. Никто даже не знал, что оно существует. Как никто не знает на Западе, что на Украине живут 10 млн. русских.
Люди, которые организуют всё это, имеют громадные деньги, могут купить любое правительство. Украинское или итальянское, бельгийское – всех вместе взятых или по отдельности.
Их шантажируют. Каждый находится под наблюдением, все их контакты, счета в банках, с кем живут – всё под контролем.
Все руководители правительств находятся в таком положении – не могут принимать решения самостоятельно. Значит, не только нет никакой демократии, но есть одна империя – американская – как инструмент. Империя –это не только Америка. Империя – это несуществующее государство, которым управляет группа людей. Пол Кругман назвал их «хозяевами Вселенной». Там не только американцы.
Нам надо предпринимать все меры, чтобы они нас не ввергли в войну.
– ДАИШ, или ИГИЛ (запрещённая в России организация), как известно, тоже во многом детище Запада. Как думаете, не накачивают ли эту силу для того, чтобы создать управляемый хаос? Когда бы люди ради спасения, чтобы остановить хаос, даже ждали и просили своего рода мирового концлагеря?
– Да, они создали всё это. Ведь немыслимо кому-то создать армию в 70 тысяч штыков, если нет громадных средств. Они вооружены, организованы. Значит, надо найти, кто? Америка? Нет, не только. Это и Саудовская Аравия, и Катар…
В Викиликсе выложили документы о том, как велись переговоры, чтобы создать альянс, который сломает Сирию. Говорили открыто. Они давали деньги на «протесты» против Дамаска, Израиль давал технологические, коммуникационные ноу-хау. Значит, это альянс между Израилем и Саудовской Аравией. Значит, сунниты хотят не только создать хаос, они организуют войну, которая может стать началом третьей мировой войны.
Америке это выгодно. Хаос заставит всех забыть, что настоящий центр мирового кризиса у них. Сами на грани взрыва.
Война на Украине – показатель, что они спешат. Киев уже был в руках американцев в декабре 2013 года. Зачем устраивать такое невероятное побоище? Потому что они спешат.
В 1998 году группа «Неокон» писала, что в 2017 году Китай будет самой большой угрозой для безопасности США. Сейчас 2015 год, очень близко! Американцы рассчитывали: первый этап – сломать Россию. Ведь Россия – единственная страна, которая может остановить Америку. Россия имеет сдерживающую стратегическую силу. Китай – ещё нет, но через три-четыре года будет иметь. Значит, надо сломать первое препятствие. По­этому так сильно спешат.
Я как европеец считаю: Европа должна понимать, что надо иметь дело с Россией, поскольку именно она всех нас защищает от войны. Это вопрос уже не о том, нравится или не нравится… Россия – союзник против войны. Это самое важное. Россия – заслон военной операции. Если Россия не выдержит, будет очень плохо для всех. Тогда точно не избежать войны.
Если Россия будет сломлена (я не думаю, что так будет), Китай станет неуправляемым. Китай – другая цивилизация, которую Запад не в состоянии поглотить: 1 миллиард 400 миллионов человек с пятью тысячами лет истории и культуры. Те, которые полагают, что в состоянии одолеть Китай, могут сделать это одним способом – сломать. Но эта война будет последней для всех. Может, кто-то и выживет, но что будет вокруг?
– Вы резко критикуете власти, подчас независимо от направленности их идеологии и действий. Не страшно?
– Стоит ли всем этим заниматься? Стоит. Получаю отзывы: «Читал вашу книгу. Во многом разобрался и прозрел»…
В книге «Вместо катастрофы» я пишу, как можно защититься. Главная территория, которую надо защитить людям, – интеллект. Человек, который защищает свой интеллект, очень силён и способен руководить другими. И конечно, защита нашего тела, самой жизни. Фундаментальное право человека – жить.
Это новая форма демократии – не либеральная демократия через представителей, но демократия, когда миллионы людей защищают себя, место, где они живут.
Мы не знаем, где находятся «хозяева Вселенной». Я не думаю, что Бильдерберг – место, где принимают решения. Слишком важные решения не принимаются даже при малейшей публичности.
Наша защита – это умножение пунктов сопротивления. Умножение до такого момента, когда они уже не могут преследовать всех нас… И для меня самая приятная вещь – этим заниматься. Если что-то знаю, молчать не могу.
– В каком состоянии левое движение в Италии? Может ли оно как-то противостоять глобализации и кровавым играм «мировых элит»?
– Левые силы в Европе уже не существуют как сильная оппозиция. Это одно из следствий крушения СССР. Я считаю, что в Советском Союзе не было коммунизма и социализма. Было формирование временное, которое не могло существовать долго, поскольку не смогло выстроить в полной мере систему сопротивления остальному миру. Но миллионы людей видели, что есть альтернатива. Она исчезла.
Это одно. Другое – все социал-демократические, коммунистические партии на Западе поняли, что надо адаптироваться. И сейчас левые в Европейском парламенте голосуют вместе с правыми – создаются антинародные альянсы консерваторов и левых. Про таких левых забудьте – от них ничего хорошего ждать не стоит!
Есть другие силы. Мы видим политическую революцию, она проходит самостоятельно, без лидеров. По результатам последних выборов в Европе старые партии (и левые, и правые) теряют доверие. В Испании растёт новая политическая сила. Её представители ещё не в парламенте, но уже завоевали муниципалитеты в Мадриде, Барселоне…
Складывается революционная ситуация. Беспрецедентная, между прочим. В Великобритании были две партии – лейбористы и тори. В течение последних выборов одна партия, которой раньше не существовало, UKIP (United Kingdom Independent Party), взяла верх и стала первой. Беспрецедентный случай. То же и в Италии. На последних выборах новая партия «Движение пяти звёзд» получила 9 млн. голосов – 25 процентов. Во Франции партия Марин Ле Пен также на подъёме. Марин говорит: «Если буду президентом, поставлю вопрос о выходе Франции из НАТО». «Сириза» в Греции – тоже феномен. Если всё вместе взять, получается, что идёт настоящая политическая революция. Почему? Европа жила в течение 40 лет на базе одного социального пакта. Элиты сказали: «Голосуйте за нас, а мы вам дадим очень хорошую европейскую модель». Благосостояние, средние слои жили хорошо, бедных людей немного...
Но кризис всё меняет.
Думаю, левые силы не в состоянии быть серьёзной силой, поскольку уже потеряли всё. Коррумпировались. Нужно новое поколение, новые люди, которых нельзя шантажировать. С этой точки зрения я оптимистически смотрю на ситуацию: через два-три года, если мы переживём большой кризис, политическая география Европы станет неузнаваемой.
– Идёт информационная война. Россия тут подчас про­игрывает. Что делать, чтобы не отступать по меньшей мере?
– Давно говорю, что Россия должна создать линейку телевизионных структур на Западе. Уже хотя бы потому, что многое из произведённого в Москве может содержать ошибки, поскольку ваши журналисты не знают в полной мере ситуацию у нас.
Прорывать информационную блокаду необходимо. Например, во время украинского кризиса почти все каналы ТВ на Западе скрывали истинную ситуацию. На севере Италии аудитории в 400 человек я задал вопрос: «Сколько людей погибло на Украине?» Молчат. Многие даже спрашивают: что, действительно погибли? Я сказал: «Да, погибли. Сколько, кто из вас знает?» Один поднял руку: «Тысяча человек». А есть информация секретной службы Германии – 50 тысяч человек. Но публика не знает.
Поэтому очень важно, чтобы Россия инвестировала в информационные каналы.
Я, например, создал свой маленький телеканал «Пандора ТВ», его смотрят 80 тысяч человек в день. Но я уже давно говорю: готов работать над телевидением, даже если оно создано с участием России, но только чтобы вашу точку зрения слышали. В Италии есть десятки журналистов, которые не хотят делать пропаганду, готовы работать со мной. Но чтобы создать канал, нужны очень большие средства.
То же самое должно происходить во Франции, в Германии, Бельгии, Финляндии, Прибалтике. Пусть люди слышат и одну версию, и другую. Пусть сопоставляют.
– В Италии находится один из важнейших мировых источников влияния – Ватикан.
– Всё, что меняется с приходом нового папы, Франциска, – реальный сдвиг.
Католическая церковь находилась и находится в большом кризисе. Последние 50 лет по меньшей мере она идентифицировала себя с Западом. А папа нынешний понял: если католическая церковь продолжит и дальше идти тем же курсом, она потеряет громадную паству. Все западные страны – это около 900 млн. человек, а остальные 6 млрд. населения не могут жить как подневольные. Франциск понял, что надо, чтобы церковь католическая могла бы жить и осуществлять новые принципы… А как ты их можешь распространить, если твоя вера против всех остальных? Ты потеряешь 6 млрд. человек, чтобы сохранить еле-еле 1 млрд.?
Сейчас в Ватикане всё больше священников из Индии, Латинской Америки...Происходит гигантский поворот – прямая атака против капиталистической системы. Заметьте, первая реакция США на заявления папы была очень отрицательной. Но начинается борьба даже внутри католической церкви в Америке. Это серьёзно. Я читал энциклику папы римского, согласен на 90 процентов c тем, что он писал. Папа уже дважды говорил: «Осторожно, мы сползаем к третьей мировой войне». Ещё и поэтому считаю его большим союзником.
Путин встречался с ним, это был сильный политический шаг, который укрепил авторитет и Путина, и России в целом.
– Вы начали бороться с фальшью, в том числе Америки, в информационном поле. Вас в США явно не любят…
– Да, происходящее, может быть, и опасно для меня лично, но я смотрю на них и вижу, как они раздражены, как меня ненавидят. Тем не менее не могут остановить. И чем больше людей обо мне узнают, тем труднее им будет это сделать. Они не могут атаковать открыто, поскольку у меня есть своя история, также трудно сказать, что я сумасшедший, и т.д. Тогда они избрали другой путь –умалчивание. Меня игнорируют. Если я буду ещё более мощной фигурой, конечно, мне будет ещё сложнее. Но я получаю от своей деятельности только удовольствие. Менять мир в лучшую сторону – что может быть лучше?


Беседовала Екатерина ГЛУШИК

ЛГ 10-12-2015

С середины ноября в «Фейсбуке» замелькали фото дальнобойщиков. Простолицых, набычившихся на фоне большегрузов мужиков как-то ущемили, повысили какие-то тарифы, и они возмутились. Тогда это не особо задевало. У всех плохо: санкции, мировые вызовы. А потом позвонил дядя Саша из Соль-Илецка, почти родственник, – тоже оказался дальнобойщиком. Вспомнил двор его в весенней слякоти, старый Камаз, купленный в кредит, умершую корову, лежащую у сарая со вздутым боком…
В трубке слышались голоса мужиков, перебивающих друг друга, пытающихся высказать мне, «москвичу», свою боль, пожаловаться и попросить помощи с публикацией их письма. В письме земляки напоминали президенту, что в декабре 2014 года в послании к Федеральному Собранию он прямо заявил: хватит «кошмарить» бизнес, налогов новых ближайшие четыре года не вводить и к этому вопросу не возвращаться.
А 15 ноября 2015-го в России запустили «Платон» – систему взимания платежей с грузовиков массой свыше 12 тонн за вред, причиняемый ими дорогам. Стоимость проезда составляет 1,53 рубля за километр, а с марта 2016 года «прыгнет» до 3,06 рубля. То есть три тысячи рублей с тысячи километров. Но сегодня с дальнобойщиков уже снимают несколько платежей на улучшение дорог: за проезд по платным участкам; сам транспортный налог и налог в «соляре» и бензине в виде акциза – примерно 7 руб. И вот теперь ввели ещё и «Платон». И земляки задаются вопросами: «Долго нас будут доить?! Где хорошие дороги, которые мы якобы портим?»
Дальнобойщики всё жаловались на сынка какого-то олигарха. И я выяснил в интернете, что оператором «Платона» стало ООО «РТ-Инвест транспортные системы», одна половина которого принадлежит частному лицу, а вторая – дочке госкорпорации «Ростех», «РТ-Инвест». Однако судя по размещённой в интернете информации, сама «РТ-Инвест» государственная лишь на четверть – 74,99% владеет ООО «Царицын Капитал».
С большим, так сказать, возмущением писали земляки: «Мы категорически против введения новых поборов в виде «Платона». Не только как водилы, но и как патриоты. Сбор, который имеет все признаки налогового, ведёт частная компания с уставным капиталом 100 тыс. рублей. Она якобы должна передать деньги государству. Но на основании каких документов, непонятно…
Технико-экономическое обоснование проекта СВП (система взимания платежей) основано на недостоверных исходных данных, подготовлено исключительно в интересах оператора. Причинение вреда дорогам большегрузными автомобилями никак не доказано. Ввиду регулярных сбоев в данный момент система «Платон» к запуску не готова как технически (система крайне ненадёжна и нестабильна), так и в части оснащения транспортных средств бортовыми устройствами.
Введение подобной платы увеличит инфляцию как минимум на 4%, то есть на 10–15% вырастут цены на всё, что производится и потребляется в РФ. И подорожание коснётся в первую очередь товаров первой необходимости – это хлеб, молоко, макароны и прочие продукты.
Если государство считает, что мы наносим большой ущерб дорогам, мы готовы на увеличение акциза на топливо на 50 копеек или на дополнительный (в разумных пределах) федеральный транспортный налог. Мы хотя бы будем понимать, что эти деньги идут в казну. Не будет нужды просиживать в очередях на регистрацию, оплату, изучать компьютеры, прокладывать, заморачиваться и высчитывать маршруты»…
Однажды в детстве, сидя у окна автобуса, я увидел, как шофёр в осенней грязи под самосвалом барахтается с гаечным ключом. До сих пор помню эту картинку. Работа дальнобойщика страшная – полжизни на колёсах. Спит в кабине, сам ремонтирует машину в любую погоду. Одновременно и водитель, и слесарь, и бухгалтер с логистом…
Протестуют дальнобойщики почти по всей стране – Питер, Курск, Белгород, Волгоград, Дагестан, Черноземье, Ростов-на-Дону, Брянск, Оренбургская область и другие. Но на новостных каналах сообщений об этом почти нет. Говорят об Асаде и Эрдогане, о Столтенберге и Цукерберге, а об этих отчаявшихся, готовых уже на Москву идти, – нет. Это как же так? Всё отключается и блокируется в огромной стране, когда речь заходит об интересе одного отдельно взятого кармана?
Фарид НАГИМ


P.S. На самом деле проблема не столь очевидна, как кажется дальнобойщикам. Во-первых, решение о взимании платы в счёт возмещения вреда, причиняемого дорогам федерального значения транспортными средствами с массой свыше 12 т, было принято ещё в 2013 году. А начать взимать платежи планировалось уже с ноября 2014 года.
Во-вторых, Конституционный суд РФ ещё в 1998 году указал, что эти платежи по своей природе налогом не являются. Государство часто передаёт заказы бизнес-структурам, и это никого не возмущало. Почему же сейчас такая реакция? Почему всегда ратовавшие за передачу различных функций от государства к бизнесу оппозиционеры вдруг так рьяно поддержали протесты дальнобойщиков? Почему их не смущает точно такая же система взимания платежей в Европе? Почему возмущает, что все большегрузы будут теперь «под колпаком»? То есть не смогут пересекать наши во многих местах прозрачные границы, не уплатив таможенных пошлин? Это плохо или для демократического государства нормально?
Может быть, говорить стоит о размере платежей, аппетите обслуживающей «Платон» компании и неотработанности системы? Введена она была в крайне неудобный момент. Все уже и так очень сильно затянули пояса, а впереди Новый год, когда хочется и санкционного помидорчика, и настоящего шампанского, и утки в апельсинах. Пора сесть с дальнобойщиками за стол переговоров, иначе их протестом вполне могут воспользоваться те, кто всё ещё грезит «болотной».
Отдел «Общество»

ЛГ 10-12-2015

Ляпин Олег


Когда же люди в мантиях станут независимыми от власти и зависимыми от общества?


Согласно опросам, три четверти россиян считают, что справедливости в нашем суде не найти. Процедура избрания и назначения судей непрозрачна, продолжает действовать «телефонное право», процесс уголовного судопроизводства по-прежнему носит обвинительный характер, а принцип состязательности и процессуального равенства сторон соблюдается далеко не всегда. Из видимых результатов реформ можно назвать лишь сомнительное объединение Высшего арбитражного суда РФ и Верховного суда РФ, против которого выступало подавляющее число практикующих юристов и адвокатов.


Процессуальные «хитрости»

Немного о процессуальных хитростях судей, которые «страшно далеки от народа».
Судья нередко оставляет иск «без движения», пользуясь нечёткостью формулировок в процессуальном законодательстве, и без объяснения причин возвращает документы истцу. Человек имеет право подать иск ещё раз, но нет никакой гарантии, что он не будет возвращён так же незаконно и в следующий раз. Каждый ли гражданин выдержит такое унижение?
Нередки случаи удаления из зала профессиональных юристов под формальным предлогом, а то и без такового. Судьи могут преднамеренно и постоянно перебивать выступающего, навязывать своё мнение, отказывать в удовлетворении поданных ходатайств вне зависимости от их содержания. То есть по факту сторона состязается не столько с другой стороной процесса, сколько с председательствующим судьёй.
Также популярный способ игнорирования интересов граждан – это отказ в рассмотрении жалоб на действия или бездействия должностных лиц. Мол, иск не подлежит рассмотрению в суде общей юрисдикции, так как имеется «иной порядок» обжалования. На самом деле в большинстве случаев никакого «иного порядка» не существует – судьи просто злоупотребляют тем, что незаконный отказ гражданину по «недостоверному основанию» заведомо ненаказуем.
Нередко судьи, по каким-то причинам «благоволящие» к одной из сторон, принимают и приобщают к делу любые принесённые этой стороной материалы. В деле оказываются недопустимые доказательства, на основании которых и выносится решение. Не способствует повышению доверия граждан и практика считать показания сотрудников правоохранительных органов в суде показаниями незаинтересованных лиц.
Разве всё это можно назвать соблюдением принципа состязательности и равенства сторон? Или вот такой характерный для большинства российских судов эпизод: прокурор перед слушанием уголовного дела «коротает время» в кабинете судьи, который ведёт это дело, а затем они вместе перемещаются на глазах у посетителей в зал для рассмотрения уголовного дела. Стоит ли удивляться тому, что доля оправдательных приговоров составляет не более 0,6% (!) от общего количества рассмотренных судами дел?
Ещё одно из злоупотреблений – переписывание или подмена протоколов заседаний. Это делается с одной целью – исказить (в угоду одной из сторон) истинный ход судебного процесса. Случаются и совершенно экзотические вещи в форме оглашения резолютивной части решения в пользу одной из сторон, присутствующей на заседании, а мотивированное решение, подписанное судьёй, выносится в пользу другой стороны.
Наконец, в судах сложился и неукоснительно соблюдается незаконный обычай отказывать в отводе судьи вне зависимости от мотивов заявления об отводе. Например, судья прямо в определении о назначении дела к слушанию высказал своё мнение по существу и обозначил сторону, которая выиграет процесс, что недопустимо. Казалось бы, всё очевидно и отвод должен быть удовлетворён. Однако в нём отказывают: вот если бы судья озвучил победителя процесса на площади средь бела дня – это заранее высказанное мнение, а вот если он заранее высказал своё мнение в тексте документа – это всего лишь его процессуальные действия.

«Местное» правосудие

Обжаловать действия судьи в квалификационную коллегию, состоящую по большей части из этих же судей, бессмысленно. Как, увы, и в вышестоящие судебные инстанции, которые думают больше о статистике, чем о соблюдении законности и главенстве права.
Раньше всё было просто. Решение первой инстанции обжаловалось в кассацию в суде субъекта Федерации, затем была недолгая система надзора в том же суде, потом – в Верховном суде РФ. Сейчас же помимо кассационной в судах субъекта Федерации появилась апелляционная инстанция. И руководит судьями, работающими в этих двух инстанциях, один человек – председатель суда! Вы видите в этом хоть какую-то логику? Я – нет.
Чтобы добиться справедливости, нужно пройти несколько этапов: апелляцию и кассацию в суде субъекта Федерации, в Верховном суде РФ, в надзорной инстанции Верховного суда РФ. И ладно бы они ещё работали… Всё сводится к составлению определений-отписок. Только меняются названия сторон и описание иска. При этом отсутствие нарушений законодательства в 99% случаев определяется исключительно на основании приложенных к жалобе судебных актов, без истребования дел и изучения материалов.
В каждую из инстанций граждане должны представить заверенную судом копию судебных актов. То есть шесть возможностей для обжалования означает, что придётся как минимум шесть (!) раз выстоять очередь в канцелярию суда и шесть раз подвергнуться унизительной процедуре обыска (называемой «досмотром») службой судебных приставов на входе в суд. Почему нельзя пуб­ликовать тексты судебных актов на сайте Верховного суда РФ по примеру системы «Электронное правосудие» арбитражных судов? Система «ГАС «Правосудие», где теоретически публикуются решения судов общей юрисдикции, работает из рук вон плохо, и публикация, к сожалению, не избавляет гражданина от необходимости посещать канцелярию суда.
Напрашивается один ответ – такая неразбериха кому-то выгодна. Также кому-то выгодно не вводить систему аудиозаписи судебных процессов в судах общей юрисдикции. Наталкивают на определённые мысли и отказы кассационных инстанций гражданам в рассмотрении их жалоб в последний день процессуального срока для обжалования. Да, можно срок восстановить через суд первой инстанции. Но это опять время, нервы, лишние затраты.
А если вам удастся добраться до Верховного суда, то готовьтесь к тому, что вашу жалобу могут даже не прочитать и через несколько дней отфутболят с текстом шаблонного определения. И хорошо если так. Бывали случаи, когда судьи Верховного суда путали описательную часть решения с мотивировочной и считали доказанными факты, которые даже не рассматривались судом первой инстанции.
Какой логикой руководствуется надзорная инстанция при передаче дела в Президиум Верховного суда, не скажет вам ни один профессиональный юрист. А ещё есть такое понятие, как «местное» правосудие, когда в регионах каждый судья трактует закон по-своему.
И это только верхушка айсберга.

Каста неприкасаемых

По сути, сегодня судебная система – это закрытая каста неприкасаемых, полностью слившаяся с исполнительной властью. Что же нужно сделать, чтобы повернуть наш суд к справедливости и независимости? Главное – это изгнать из современных судей дух чиновничества. Не начальству они должны служить, а праву, букве закона. Это означает, что нужно изменить законы так, чтобы не чиновников они боялись, а опасались потерять репутацию честного и беспристрастного судьи.
Но пока в судьи будут назначаться отставные прокурорские и полицейские сотрудники, репрессивного уклона суда нам не избежать. В России свыше 30% действующего корпуса судей приходится на бывших сотрудников аппарата судов, 17% – на бывших прокуроров, 16% – на бывших полицейских. Чаще всего судьями становятся юристы с плохим заочным образованием, а это не менее 60% судей. К моменту получения диплома им исполняется требуемые по закону 25 лет, они имеют необходимый пятилетний стаж работы. Средний возраст начала карьеры – 31 год, 57% надевают мантию судьи до 30 лет.
Для сравнения: в США на должность судьи приходят зрелые люди, имеющие большой авторитет. Это вершина юридической карьеры. Средний возраст кандидатов – 40–45 лет.
В России престиж профессии судьи невысокий. Хотя есть регионы, в которых, по слухам, должности судьи продаются. Характерно, что в наших кинофильмах и сериалах торжество справедливости всегда заключается в поимке преступника. До судьи сюжет доходит крайне редко. И сценарист, и зрители знают: суд выполнит то, что ему скажет прокурор. В американских боевиках и блокбастерах могут быть продажные полицейские, бессовестные прокуроры или адвокаты, но чрезвычайно редко отрицательными персонажами становятся судьи. Это выражает отношение общества к судьям. Не всё американское – плохо.
И наша задача – не только создать условия для независимого и справедливого суда, но и изменить отношение общества к этой профессии. Сделать так, чтобы слово «судья» стало синонимом справедливости и честности.

Извечный русский вопрос

Что делать? В первую очередь необходимо создать независимый орган, отвечающий за управление судебной системой. Он должен избираться профессиональным сообществом независимо от исполнительной и законодательной ветвей власти и не должен быть напрямую связан с Верховным судом РФ (как происходит сейчас). Ему должны быть отведены те функции, которые сейчас исполняет судебный департамент при Верховном суде (материально-техническое обеспечение деятельности судов).
Необходимо реформировать систему назначения судей. Если бы председатели высших судов и их заместители назначались пожизненно, то была бы надежда на их независимость. Но они назначаются лишь на шесть лет. Председателей нижестоящих судов президент назначает по предложению председателя Верховного суда тоже на шесть лет. Самое страшное в этом порядке – именно назначение на ограниченный срок с правом президента переназначить председателя суда. Этой нормой закона председатели нижестоящих судов поставлены в полную зависимость от исполнительной власти и председателей высших судов.
Эту проблему можно снять, реформировав порядок назначения председателей нижестоящих судов: они должны избираться судьями соответствующего суда на ограниченный (короткий) срок без возможности переизбрания. При этом у председателей судов должны остаться преимущественно процессуальные полномочия, а из административных – только установление общего порядка работы суда и руководство аппаратом. Правила распределения материальных благ, жилья, дополнительных выплат и пособий, включая механизмы увеличения должностных окладов, должны быть общими.
Также у председателя суда необходимо забрать такие полномочия и неофициальные возможности, как: распределение дел между судьями (как вариант можно предложить жребий); право не соглашаться с рекомендацией кандидата на должность судьи; право возбуждать дисциплинарное производство в отношении судей и определять их карьерный рост.
Необходимо законодательно устранить всякую возможность оказания финансовой помощи со стороны региональных властей, как то: ремонты зданий судов или предоставление квартир судьям. Все расходы судов должны оплачиваться только из бюджета судебной системы, иначе о независимости от чиновников говорить не приходится.
Полезно также изменить границы судебных округов, чтобы они не совпадали с границами субъекта Федерации. А по отдельным категориям дел (обжалование действий должностных лиц, рассмотрение дел по выборам в органы местного самоуправления и др.) изменить территориальную подсудность. Зачастую просто бессмысленно обжаловать действия чиновника в местный суд, поскольку заранее понятно, что судья не пойдёт против исполнительной власти, которая предоставляет ему материальные блага.
Более того, стоит рассмотреть вопрос о перенесении апелляционных и кассационных жалоб в суды других регионов. Написал, например, гражданин из Тулы апелляционную жалобу, подал её в Тульский областной суд, а по окончании процедуры нажал на кнопку распределения – и электронный жребий направил её, скажем, в Белгород. Исключить затраты гражданина на проезд в другой регион на судебное заседание очень просто: системы видеоконференц-связи успешно работают в арбитражных судах не первый год и доказали свою эффективность.
Было бы полезным ввести систему отчётности судей о любых контактах и телефонных разговорах во время рассмотрения дела, предусмотрев ответственность за их сокрытие. Однозначно основанием для отставки судьи должно стать его выступление в СМИ с любым комментарием по нерассмотренному делу. Но при этом он не может подвергаться дисциплинарным взысканиям или смещаться с должности за критику решений и действий председателя суда.
Необходимо предоставить судьям гарантию того, что дела о привлечении к дисциплинарной ответственности, вплоть до прекращения полномочий, рассматриваются квалификационными коллегиями и Дисциплинарным судебным присутствием – в качестве второй инстанции – в соответствии с принципами справедливого разбирательства. Судья должен иметь право на обжалование. Думаю, что в целях обеспечения объективности Дисциплинарное судебное присутствие имело бы смысл вывести из подчинения Верховного суда и, возможно, даже дать право обращения в него общественным организациям и СМИ.
Зарплата судьи сегодня выросла до очень достойных размеров. Но почему окончательный размер оклада определяется статусом суда, а не квалификацией? Почему судья, как чиновник, должен стремиться подняться по служебной лестнице? Иерархия окладов в зависимости от статуса суда неуместна. Судья должен иметь право на максимальный оклад, оставаясь районным судьёй.
Нельзя ограничиваться полумерами и называть реформой то, что ею на самом деле не является. Самый яркий пример – это присоединение Высшего арбитражного суда РФ к Верховному суду РФ, по сути, разрушившее прекрасно выстроенную систему арбитражных судов. В результате этой реформы эффективность работы арбитражных судов резко снизилась. Теперь и там, как в судах общей юрисдикции, решения могут готовиться месяцами; сроки рассмотрения дел в надзорной инстанции увеличились с двух до семи месяцев; перестали регулярно выходить обзоры практики арбитражных судов; расформированы отлично работавшие аналитические отделы Высшего арбитражного суда РФ; часть значимых для бизнеса споров передана на рассмотрение судов общей юрисдикции (например, споры об определении кадастровой стоимости земельных участков, дела об обжаловании нормативных актов в сфере предпринимательской деятельности).
И это далеко не полный перечень «успехов» проведённой реформы. Но зато достигнута её главная задача – выстроена чёткая беспрекословная иерархия судебной системы. Никто не может теперь иметь собственное мнение, отличное от мнения руководства Верховного суда РФ. Неужели слухи о том, что такое сосредоточение судебной власти в одних руках было сделано под конкретного человека, имеют под собой какие-то основания?
P.S. Реформа судебной системы началась у нас ещё в 1992 году. Тогда был принят Закон «О статусе судей в РФ», провозгласивший их независимость и несменяемость. Практически каждый год в него вносились изменения и дополнения, но, похоже, выстроенная модель по-прежнему неработоспособна. Так что же нужно предпринять, чтобы наши граждане начали доверять суду, чтобы он стал действительно независимым от исполнительной власти и зависимым от общества? Приглашаем к дискуссии юристов, законодателей и всех активных членов общества.


ЛГ 10-12-2015

Барашев Никита

Для Италии, да и почти всех стран Европейского союза, основная головная боль сейчас – потоки беженцев из Азии и Африки и опасность в связи с этим наводнения Старого Света террористами. Европа пытается поставить запруду, но работа по её возведению, увы, больше напоминает потуги лебедя, рака и щуки.


При этом удивляет другое. Например, в Италии парламентские партии вместо того, чтобы объединиться и вместе решить проблему беженцев, превратили тему в предмет политической борьбы.
Левые обвиняют правых, утверждая, что послабление с иммиграционными законами случилось ещё при Берлускони, правые же, отбиваясь, напоминают, что ещё до правительства Кавальере левые закрывали глаза на ежедневную высадку сотен и тысяч нелегалов на Лампедузу и выдавали виды на жительство всем кому попало. Словом, вместо действий – постоянный поиск виновных. Но если представители правых партий – «Народа свободы» и «Лиги Севера» – призывают немедленно закрыть границы, никого не впускать и объединиться с Россией в борьбе с международным терроризмом для обеспечения безопасности и благополучия сограждан, то многие депутаты правящей Демократической партии считают, что принимать надо всех, а уж потом разбираться, кто из них кто. Дескать, беженцев надо не только приютить, но и интегрировать в итальянское общество.
Кровавые примеры Нью-Йорка, Лондона, Мадрида и Парижа «демократов» не очень убеждают. А ведь там действовали ребята именно «интегрированные». Да и в самой Италии, когда «интегрированные» выходцы из мусульманских стран демонстративно выкидывают из местных школ и больниц христианские символы – кресты с распятием, требуют отмены рождественских праздников, эти выходки непрошеных гостей левых не очень смущают, поскольку, говорят они, Италия хоть и католическая страна, но государство-то у нас светское.
Теперь вот очередная террористическая бойня в Калифорнии. Кстати, тоже в светском государстве. Как выяснилось, в центре помощи инвалидам Сан-Бернардино беспощадно расстреливали публику опять же «интегрированные» террористы, о чём первой сообщила здесь авторитетная газета «Коррьере делла Сера». По крайней мере двое террористов, убитых американскими спецслужбами в ходе преследования, были мусульманами. Это 28-летний Саид Рижван Фарук и его 27-летняя жена Ташфен Малик. Сам Фарук, родившийся в Иллинойсе в семье пакистанца, в соцсетях говорил о себе: «Я – мусульманин с современной семьёй».
Да и жил он современно. Последние пять лет Фарук служил инспектором Медицинского департамента. Проверял качество воды в бассейнах, строго следил за тем, чтобы персонал местных магазинов неукоснительно соблюдал личную гигиену, использовал правильное мыло и качественные моющие средства. Словом, проявлял заботу о людях, за что получал 70 тысяч долларов в год. Вполне приличная сумма, чтобы достойно содержать семью.
А вот как эта «благообразная и современная семья», интегрированная в американское общество и не обойдённая стороной «американской мечтой», вела себя 2 декабря, в день страшной бойни.
По словам «Коррьере делла Сера», муж и жена проснулись утром, как обычно, и спокойно собрались уходить из дома. На прощанье нежно поцеловали шестимесячную дочурку, оставив её на руках бабушки, которой сказали, что пошли к доктору. Через некоторое время, переодетые в камуфляж, они безжалостно разряжали автоматы по безоружным людям, собравшимся на праздник в центре помощи инвалидам Сан-Бернардино. 14 убитых, 17 раненых.
Может, эта новая трагедия приведёт к некоторому отрезвлению сторонников «всех пущать» и интегрировать? Или для этого нужно ждать следующей бойни, ещё страшней и кровавей? На этом фоне угрозы ДАИШ (запрещённой в РФ организации) взорвать собор Святого Петра в Ватикане, Колизей и театр Ла Скала уже не кажутся больной фантазией создателей голливудских триллеров.
Между тем американский президент Обама 7 декабря обратился к нации, пытаясь объяснить, почему власти не смогли предотвратить атаку сторонников радикального ислама в Сан-Бернардино. Но, видимо, прозвучало всё не очень убедительно. Критически высказалась даже соратница по партии Хиллари Клинтон. А другой кандидат в президенты, Дональд Трамп, написал в Twitter: «И это всё? Нам срочно нужен новый президент». Очередными обещаниями победить терроризм вряд ли удастся переубедить американцев, 60 процентов которых, по последним опросам, считают, что Обама проигрывает эту битву.


ЛГ 10-12-2015

Попов Вадим

Почему к юбилею Георгия Свиридова великому русскому композитору не установили памятник в столице? Не назвали его именем улицу, площадь, станцию метро? Ведь, казалось бы, гениальность его неоспорима, символичнее даты не придумаешь — 100-летие всё-таки. «ЛГ» выступила с инициативой поставить Свиридову памятник в Москве, более двадцати тысяч москвичей проголосовали за эту идею в интернете, но всё тщетно... Как вообще работает механизм увековечивания? По какому принципу определяют достойных памятника? Как подбирают кандидатов для награждения высшими наградами России?


Первой награждённой орденом «За заслуги перед Отечеством» I степени (из числа творческих деятелей) была Майя Плисецкая. Знаменитая балерина получила одну из высших наград России, где не жила со времён распада СССР. Обосновалась в Германии, приняла литовское гражданство. Недавно в её честь открыли сквер в самом центре столицы. Торец примыкающего дома украшен произведением бразильского граффитиста. Говорят, Майе Михайловне нравилась эта работа, изображающая её. Ну что же, придётся москвичам потерпеть аляповатую инородную картину в патриархальной среде Большой Дмитровки.
Величественный образ Майи Плисецкой, старательно создаваемый СМИ, уже заслонил и Анну Павлову, и Галину Уланову, стоит ли говорить о Екатерине Максимовой – шесть лет прошло после её смерти, и ни переулка в её честь, ни мемориальной доски.
Орден «За заслуги перед Оте­чеством» I степени в основном получали безоговорочные авторитеты, личности масштабные, но вдруг в одном списке с Людмилой Зыкиной, Игорем Моисеевым, Элиной Быстрицкой, Александрой Пахмутовой возникали фигуры – как бы сказать поделикатнее – несоизмеримые, что ли. Вот, например, почётнейшей наградой России награждают Леонида Броневого, пусть и любимого народом артиста, но к гениям явно не относящегося. Если бы орден выдавался за антисоветские взгляды, тогда вопросов нет: Броневой – достойнейший из достойных, но ведь I степень за другое – за нечто поистине великое, за «особо выдающиеся заслуги»…
Или возьмём последнего по счёту кавалера – Геннадия Хазанова… Чувство неловкости испытываешь, наблюдая, как юморит директор Театра эстрады, получая награду. Странно, Геннадий Викторович артистом давно не работает, возглавляемый им театр занят в основном предоставлением площадки в аренду. Какие такие «особо выдающиеся заслуги»? Народная любовь? Но ведь не менее любим народом Михаил Задорнов, однако такими высокими наградами он почему-то не отмечен.
Народ так устроен (и это вполне естественно), что невольно сравнивает одного художника с другим, определяет для себя значимость персоны, в том числе и с оглядкой на государственные награды, топонимику, памятники, частоту упоминания в СМИ. Благодаря всем этим атрибутам славы в обществе формируется иерархия ценностей.
За последние четверть века сложилась система, где, к примеру, Галина Вишневская выше Ирины Архиповой (которая и с властями не конфликтовала, и в эмиграции не была). Хотя голос первой степени, безусловно, принадлежит Ирине Константиновне, нивелируется это обстоятельство орденом первой степени Галины Павловны. Да и СМИ постарались, чтобы безотказно срабатывала в общественном сознании ассоциация: оперная певица – Вишневская, поэт – Бродский, писатель – Солженицын, режиссёр – Тарковский...
Хотя всё очевиднее, например, монументальное величие Сергея Герасимова… Наряду с памятниками Бродскому и Мандельштаму могли бы появиться в Москве и другие – Николаю Рубцову, Юрию Кузнецову…
Вдохновенное прославление Булата Окуджавы выглядит избыточным, когда забыт гений русского романса Аполлон Григорьев. Высоцкого у нас вспоминают так часто и так громко, увековечивают его имя так старательно, будто народ о Владимире Семёновиче забыл и срочно надо о нём напомнить. Но не пора ли воздать должное действительно несправедливо забытым – Михаилу Анчарову, например? Уникальная личность, писатель, поэт, сценарист, бард, которого и Высоцкий считал своим учителем…
Но что говорить об Анчарове, если даже Горький оказался в немилости: скульптуру Шадра – Мухиной депортировали из центра Москвы в резервацию «Музеона». Если 100-летие великого Георгия Свиридова не явилось поводом установить ему памятник в столице... Зато Мстислав Ростропович увековечен – и в виде памятника, и лайнер Аэрофлота в его честь назван, и теплоход, и присвоено его имя улицам и вузам…
А всё почему?
Рассчитываешь на памятник? Надеешься, что именем твоим назовут улицу? Будь с Родиной подчёркнуто холоден, подмечай изъяны, не прощай слабости. Стань «гражданином мира», и твой авторитет в России существенно возрастёт.

ЛГ 10-12-2015

Замостьянов Арсений






Нынешний конфликт, спровоцированный турецкой верхушкой, напоминает о страницах истории нашего былого противостояния. Конкуренция Москвы (Петербурга) и Стамбула часто решающим образом влияла на положение карт на ломберном столе Восточной Европы. Что было в драматической истории российско-турецких отношений и что особо запомнилось?

Карл Маркс, когда писал о возвышении Руси при великом князе Иване III, обмолвился: «султан Баязид, перед которым Европа трепетала, впервые услышал высокомерную речь московита». Это не случайный штрих: пикировка Москвы (Петербурга) и Стамбула веками определяла положение вещей на ломберном столе Восточной Европы. Турция обосновалась на пространстве Древней Руси – Правобережная Украина, Приазовье, даже Астрахань входили в зону влияния османов.

Там и начались первые столкновения двух воинственных держав. В 1556 году Астрахань присоединилась к Русскому государству, Турцию это не устраивало. У султана Селима II созрел план, который был впоследствии реализован только при Сталине, – соединить каналом Волгу и Дон. Тогда на Волге стал бы хозяйничать турецкий флот с Азовского моря. В 1569 году войско Касима-паши (кстати, Реджеп Эрдоган родился в квартале Касимпаша – уж не знаю, того ли) начало осаду Астрахани, а тысячи землекопов стали прорывать канал… Но воевода Серебрянский-Оболенский не дремал, и казаки умело атаковали захватчиков. Непрошеных гостей прогнали.
Православный мир ощущал сиротство после захвата Константинополя османами в 1453 году. Это было не просто завоевание города: шла межрелигиозная война, и собор Святой Софии вскоре перестроили в мечеть. Но думать о «щите на вратах Цареграда» Русь тогда не могла: куда важнее было выстоять в противостоянии с поляками и крымчаками. Освобождение Греции самые экзальтированные мыслители считали главной миссией России. Но не они определяли стратегию державы: как известно, успех в политике приносят терпение и расчётливость. Не следует считать наших далёких предков прямолинейными фанатиками. Иррациональные мотивы потребны лишь как острая специя, как редкий ракурс, когда на полотно знамени падает солнечный луч. Здравый смысл и рачительность, вопреки мифам о разухабистой русской гульбе и лени, были магистральными ценностями в государстве Российском. А иначе московское княжество не разрослось бы до масштабов континентальной державы. Конкуренция-то была жестокая – и не в последнюю очередь с османами.
Двум империям тесно на континенте. Турция веками значительно превосходила Россию по мобилизационным возможностям – по населению, влиянию на соседние народы. Но ни одной серьёзной войны Россия Турции не проиграла, за исключением Прутского похода. Крымская война не в счёт, там верх взяла не Турция, а мощная коалиция. А турок, начиная с румянцевских времён, русские научились побеждать «не числом, а умением».
Греческий проект Екатерины Великой – отчаянно мифологизированный сюжет, хотя и неслучайно внуков императрицы нарекли Александром и Константином. Витиеватые оды Василия Петрова воспевали объединение России и Греции в единую мощную православную империю. Но для императрицы честолюбивый план был скорее пропагандистской декорацией. Самым вдохновенным приверженцем Эллады слыл Григорий Орлов. Потёмкин уж точно был приверженцем реалистической политики шаг за шагом укрепляться на Чёрном море и на Дунае. Штык пробивал дорогу строительным лопатам: новые территории немедленно осваивались, там возводились города.
Что ещё осталось от Греческого проекта? Кроме эллинских наименований крымских и новоросских городов – идея освобождения православных народов Османской империи, в первую очередь греков, болгар и сербов. После Екатерины все войны с Турцией Россия вела во многом за свободу единоверцев. А две екатерининские русско-турецкие войны – это батальные поэмы, эпос русского духа. Бригадир Суворов писал шутливо:
Султана коли б я с его престола сбил
И девушек его всех вкупе попленил,
Прислал бы дюжину к тебе на утешенье
Или с Ефремовым я в Меккую слетал
И Магометов гроб там быстренно достал:
Довольно б было мне такое награжденье!
А потом он составил план «последней, решительной» войны с Османской империей. Всё рассчитал: куда бросить казаков, куда – егерей. Можно было малой кровью занять Стамбул, освободить порабощённые народы, утвердить на южных рубежах «возлюбленную тишину». С тех пор не раз при Николае I, развивая успех кампании 1829 года, вполне реально было «дожать» «больного человека Европы», но император рассудил, что распад Османской империи вреден не только для султана, но и для нас. Скобелев и солдаты-освободители 1878 года остановились в полушаге от великого города…
Турецкий черноморский флот превосходил российские эскадры по техническим возможностям: помогали союзники султана – то англичане, то французы. Но выучка матросов и военное искусство командиров, как оказалось, более весомый козырь. Адмирал Ушаков в сражениях с турками оттачивал новаторскую тактику морского боя и не знал поражений.
Россия при Екатерине добилась власти над Чёрным морем, дошла до Днестра, помогла Грузии, используя для оперативных действий единовременно не более 150 тысяч солдат. Что это были за чудо-богатыри? Рекруты, крепостные, в большинстве своём – из бедных деревень. В солдатах проходила вся жизнь, и для многих она оказывалась предпочтительнее крестьянской доли. В армии не только кормили, но и обучали. Она соответствовала идеям социального прогресса, ещё не понятым идеологами. И потому Россия стала воинской державой и несколько десятилетий не знала поражений. Побеждать поперёк прогресса затруднительно. Это правило сработало и в 1855-м. Тогдашняя система, при внешней внушительности, оказалась отжившей. Требовалось другое отношение к людям, к армии. Крымская травма долго сказывалась на русском самосознании. Помогла сабля Скобелева и новый прорыв на турецком фронте.
В картишки нет братишки, но без тактических союзников весомые политические задачи не решаются. В союзнических отношениях главное – не улыбки и встречи «без галстуков», а проработанная взаимная ответственность. Александру III приписывается острота: «У России два союзника – армия и флот». Относиться всерьёз к репризе нельзя – хотя бы потому, что именно этот император подписал едва ли не самый масштабный союзнический договор в истории России. Россия успешно продвигалась на Юг, когда дипломатия поддерживала армию. А как только в 1854 году мы оказались в одиночестве против коалиции, – случилась катастрофа. На самонадеянность не имеют право даже сильные державы – история наказывает.
Зато 1878 год мы вспоминаем, приосаниваясь. То был один из звёздных часов нашего Отечества.
«Мама, мама! Вон, взгляни...» –
«Что там?» – «Ружья, сабли вижу...
Русские!..» – «Да, то они,
Встретить их пойдём поближе.
Это их послал сам Бог,
Чтобы нам помочь, сынок».
Мальчик, позабыв игрушки,
Побежал встречать солдат.
Словно солнцу рад:
«Здравствуйте, братушки!»
…Ну и храбрый же народ!
Сколько сил в нём молодецких!
Вот один казак ведёт
Целый полк солдат турецких.
А народ, смеясь, глядит:
Жалкий у злодеев вид,
Тащатся как побирушки!
Русских храбрецов-солдат
Все благодарят:
«Здравствуйте, братушки!»
София встречала солдат как освободителей. Рядом с русскими сражались болгарские ополченцы. Для этой армии не было невозможного. Очертания Стамбула были видны без сильной оптики. Что ж, не пора ли готовить щит Вещего Олега? «Смею думать, что в настоящую минуту между нами и Константинополем нет серьёзных преград…» – писал Скобелев командующему. Правда, после честной победы западные державы на Берлинском конгрессе провели небезуспешную атаку на славянское братство. Пришлось учитывать интересы Австрии и Англии…
Болгария, несмотря на нынешнюю пронатовскую позицию софийской верхушки, помнит русских героев, сражавшихся за свободу братского народа. В болгарских храмах поминают русских воинов, павших на той войне. А то, что наши политики редко находят общий язык, – это их недоработка, а не вина народов. Нас будут умело разобщать, играя на противоречиях, на эмоциях. Появляются радикалы, культивирующие разобщение и обиды. Но нашего лётчика без чьей-либо разнарядки оплакивали народы, освобождённые от османского сапога, – болгары, греки, сербы…
И Россия, и Турция не выдержали напряжения Первой мировой войны. Политические системы рухнули, империи распались. Москва вместо Петрограда, Анкара вместо Стамбула – революционные волны обеспечили странам новое будущее. И недавние враги нашли общий язык. Ататюрк был правителем того же почтенного масштаба, что и вожди СССР первых поколений, и столь же спорным. В 1924 году дебютный международный матч сборная СССР по футболу провела с друзьями-соперниками – турками.
…Летом 1942 года, когда Германия наступала на Сталинград и Кавказ, Турция провела мобилизацию и перебросила 750-тысячную армию к советской границе. В Москве (в Ставке и в Генеральном штабе) не сомневались, что стоит показать слабину на Волге – и турки хлынут в Закавказье. Сталинградская победа переменила течение истории – Турция посчитала за благо спрятаться от войны. Экономическое сотрудничество с Германией Анкара продолжала до полного ослабления рейха, но военный нейтралитет выдержала. Потому и не стала «жертвой Ялты».
Сегодня нам нужно помнить не только льстящие нашему самолюбию уроки Измаила, Шипки и Сталинграда, но и давний крымский урок. Заклинаниями ничего не добьёшься. Должна снова заработать система отбора способных профессионалов. Её пытались насадить у нас и Пётр, и Екатерина, и большевики – тогда-то и приходил успех. И в истории мы должны ценить победителей, профессионалов, а не горемык.

ЛГ 3-12-2015

Кузьменков Александр

Толковать об Алексее Слаповском – что в открытые двери ломиться: по-моему, и без комментариев всё понятно. Но это лишь по-моему. Думаю, не забыты ещё восторженные аттестации Курицына и Немзера: те дуэтом объявили А.С. одним из самых ярких современных прозаиков, более того – ключевой фигурой новейшей российской словесности. Первое утверждение сомнительно, зато второе бесспорно. Ну, не то чтоб совсем уж ключевая фигура, но одна из. Как пишут в школьных сочинениях, типичный представитель эпохи.

ВРЕМЕНА НЕ ВЫБИРАЮТ

«Вопросом, что есть Интеллигент, никто не задавался. Его просто или перевоспитывали, или уничтожали».
А. Слаповский. «Российские оригиналы»
Вот с эпохи, стало быть, и начнём. Слапов­ский явился читателю в 90-е, культурно-исторический контекст которых…
Нет, не так. С вашего разрешения, небольшой экскурс в теорию. В своё время Ортега-и-Гассет сформулировал главную коллизию ХХ века: восстание масс. Не так давно И. Лавровский уточнил: восстание мещан. Не знаю, как оно в проклятом буржуинстве, а для наших широт поправка более чем точна. Все русские революции минувшего столетия были восстаниями среднего класса против аристократии: сначала дворянской, а потом номенклатурной. Потому контекст 1990-х был до оскомины похож на контекст 1920-х: кто-то из интеллектуалов эмигрировал, а кто-то мимикрировал под бюргера-победителя. Грех не вспомнить ну о-очень категорический императив Левидова: «Революция есть организованное упрощение культуры… Литература… займёт её подлинное место: не поучения, не обличения, а только и исключительно развлечения», – писано это в 1923-м, но вполне годится и для 1993-го.
Слаповский при таком раскладе и впрямь оказался знаковым литератором эпохи культурных суррогатов. Точно так же, как Никас Сафронов – знаковым живописцем или группа «На-На» – знаковым музыкальным явлением. Обыватель, чтоб вы знали, не чужд высоких потребностей. Правда, с непременным условием: лишь бы не пришлось поднимать глаза выше плинтуса.
Времена и впрямь не выбирают. У литератора другой выбор: кем быть в своём хронотопе.

ПРОЗА: ПОШАГОВЫЙ РЕЦЕПТ

«Чем жиже продукт, тем легче проглатывается».
А. Слаповский. «Качество жизни»
Не взыщите, опять-таки придётся отвлечься. Большой писатель – это всегда какая-нибудь гипертрофия. Невероятное, фасеточное зрение Платонова. Изощрённый, почти композиторский слух Бунина. Оголённые нервы Гаршина. Продолжать реестр можете по собственному усмотрению, да всё это, изволите видеть, крайности, вершины или бездны, которые бюргеру не нужны по определению. Сам он – величина среднестатистическая, и его требования к культурному продукту точно таковы: чтоб никакой езды в незнаемое. Потому в 20-е годы всеобщим любимцем был Иван Молчанов: «И стягивает грудь тугую / Жакет изысканный у ней…» В 90-е массовый читатель искренне полюбил Слаповского. Что, кстати, вполне закономерно. Пелевинская поп-философия была адресована рерихнутой образованщине; Сорокин потчевал фекалиями снобов, страдающих стокгольмским синдромом. Но среднестатистическому читателю, по слову Стивена Кинга, требовался литературный эквивалент гамбургера. Российским издателям можно отказать в чём угодно, но не в чутье на конъюнктуру: в рекордно короткий срок бигмаков настряпали на все буквы алфавита, от акунинбургера до топольбургера.
На словах Слаповский не раз открещивался от этого непотребства, декларируя «активное и благородное противостояние диктату рынка». Но на деле оказался более чем к месту: без особых изысков, зато с интонациями массовика-затейника. Плюс к тому суть важное обстоятельство – в высшей степени необременителен. «Взвешен и найден лёгким» – что у пророка Даниила хула, то на российской литературной барахолке однозначный комплимент. У А.С. напрочь отсутствуют открытия любого свойства: идейные, стилистические, сюжетные, психологические. Осмысливать тут ничего не требуется, потому как нечего. Читательскому спокойствию ничто не угрожает: трагедии микшируются, а комедии отдают плесневелым анекдотом про тёщу. Метафоры и разные прочие синекдохи уволены без выходного пособия, ибо не фиг: грешно лишний раз читателя напрягать (переводчика, кстати, тоже). В результате возникает проза вполне лаодикийского качества: ни холодна, ни горяча – в общем, удобоварима. И никакого послевкусия: ни интеллектуального, ни эмоционального.
Автор не особо утруждается – стало быть, и публике комфортно. Комфортно ей ещё и оттого, что подобное чтение возвышает: оказывается, bürgerliches Drama (не в жанровом смысле, в прямом) может быть предметом изящной словесности. «Ведь я этого достоин!» – стилистика слоганов здесь вполне уместна.

ЗА ДВУМЯ ЗАЙЦАМИ

«При желании можно то Гоголем пройтись, то Достоевским прикинуться».
А. Слаповский. Интервью «Литературной газете»
Но раздражает даже не это. Ну не к лицу А.С. честно работать клоуном у… э-э… в общем, расхожую цитату и без меня вспомните. Решая извечную проблему, как невинность соблюсти и капитал приобрести, – Слаповский обрёл оружия любимейшего род: компиляцию.
В начале литературной карьеры он прилежно копировал прозаические миниатюры Хармса, но со временем расширил репертуар, освоив и зощенковский новояз («Кублаков интимно хватал Анну Антоновну»), и кручёныховскую заумь («Бор а циципи. Рпе сека, зоркотимся!»), и нарочитую платоновскую алекситимию («О каждом человеке у милиции – точное уголовное знание») – то флейта слышится, то будто фортепьяно… Наш герой тащит из чужих амбаров и сусеков не только стиль, но и фабульные схемы. Весьма точен диагноз Арбитмана: Слаповский складывает «мозаичную картинку нашего бытия из готовых пластмассовых кусочков старенького литературного конструктора, который уже тысячекратно использовался до него».
Но не интертекстом саратовский умелец интересен, а технологией монтажа. В «Первом втором пришествии» он лихо комбинировал мотивы «Любимова» и «Евангелия от митьков». В «Участке» персонажи «Деревенского детектива» разыгрывали интригу «Шведской спички». Сущим оксюмороном выглядит «Висельник», где архискверная достоевщина зачем-то пересказана выморочным волапюком советских деревенщиков: «хамствовать», «побухтистее», «с ошарашинкой», «неженство» (от «неженки») и пр.
На нынешнем безрыбье хроническая цитатность слывёт невиданным полётом мысли. Что ж, очередной привет от лаодикийского ангела: и плебеи сыты, и интеллектуалы целы.
Последние приклеили на слаповскую прозу ярлык «авантюрно-философская» и на том успокоились. Точнее, А.С. их успокоил: «Мне это интересно – попробовать поиграть со своим предполагаемым читателем в некий жанр, сделать несколько шагов ему навстречу, слегка его обмануть, начать лихо и весело, а когда он догадается, что речь идёт об очень серьёзных вещах, может быть, даже философских, уже будет поздно. Он уже вчитался!»
Оно конечно, лестно числить себя культуртрегером. Опять же со классики в полк, со мыслители в лик, в белом венчике из роз… К несчастью, тезис о миддл-литературе, располагающейся между бульварной и элитарной, – лишь мантра для самогипноза. Подробности у Вильяма нашего Шекспира: «Скорее красота стащит порядочность в омут, нежели порядочность исправит красоту». Примером тому Пелевин, утопивший эзотерические мемы в похабных каламбурах вроде «За Е. Боннэр!». В подобной синергии жанров попса начинает и выигрывает, и А.С. не исключение.
Фольклорный персонаж таскал с завода детали в надежде собрать детскую коляску, но неизменно мастерил пулемёт. Со Слапов­ским приключился тот же казус: вечный ситком на выходе, несмотря на самые разные детали от самых разных производителей.

ОСОБЫЕ ПРИМЕТЫ

«Я очень брезгливо отношусь к дурно написанным текстам – будто вошёл в лифт, где недавно проехала компания бомжей. До физиологического отвращения».
А. Слаповский. Интервью журналу Psychologies
Было бы несправедливо утверждать, что А.С. абсолютно безлик. Опознать его можно по некоторым специфическим признакам.
Скажем, по героям, чья фамилия начинается с отрицательной частицы: Непрядвин, Неядов, Невейзер – с ними обязательно что-нибудь этакое, да случится.
Или по красавицам, которые поголовно Нины (см. «Качество жизни», «Участок», «Висельник»).
Или по цветам невинного юмора. «Участок»: кобеля Цезаря селяне кличут то Цеденбалом, то Циррозом, то Целлофаном – очень смешно; жаль, что Цырик незаслуженно забыт. «Поход на Кремль»: министр в дерьме извалялся. Ещё смешнее, ага.
Или по идиолектам. Я уже говорил, что Слаповский предпочитает посконную простоту фразы – и правильно делает, между прочим. При попытках выстроить более-менее сложную конструкцию дипломированный филолог теряется и косноязычит, будто пэтэушник на экзамене. Как правило, при этом страдает анатомия персонажей. Руки у них наделены сердцем («сердобольная рука» – см. «Участок») и странным образом соединяются с пищеводом («тощая, вскормленная акридами рука» – («Висельник»). Скуловые кости подвижны («скулы заиграли» – там же) – как только глаза не выпадут? Пуще всего озадачивает портрет красавицы (Нины, естественно): «Грудь, вот одна, а вот другая, венерины холмы, как поэты говорили» («Висельник»). Алексей Иванович, да ведомо ли вам, что называют по-латыни mons veneris? Два лобка на груди – сюр высокой пробы. Да-а, поспешил Магритт умереть, то-то были б иллюстрации!
Или по тотальному отсутствию смысла. Но это уже отдельная тема.

В ПОИСКАХ УТРАЧЕННОГО КОНЦЕПТА

«Без катарсиса не только в драме, но и вообще в искусстве всё становится бессмысленным абсолютно. Ну, занимательность – хорошее свойство, но это же для собак Павлова – первая сигнальная система».
А. Слаповский. Интервью интернет-журналу «Драматургия»
Не люблю спойлеры, но тут без них не обойтись.
Итак, «Поход на Кремль»: начинающего виршеписца убили в милиции. Понятно: погиб поэт, невольник чести. Несчастная мать с мёртвым сыном на руках отправляется в Москву требовать справедливости. Понятно: «Пьета» – Тициан, Микеланджело и Ван Гог в одном флаконе. По пути к ней присоединяются все кому не лень, и Mater dolorosa теряется в фарсовом сонмище статистов с ильфопетровскими фамилиями: Скунсевич, Бездулов, Струдень, Синистрова – их в общей сложности 121. Это не считая безы­мянных. Или неодушевлённых, поскольку в книжке любая тварь дрожащая право имеет – хоть бы и этикетка от минералки: «Прочитал этикетку: «Сурожская», природная минеральная питьевая. Перевернул. С обратной стороны было написано: «Вода гидрокарбонатная кальциево-магниевая. ТУ…» Дальше много цифр. Потом: «Содержание основных ионов: гидрокарбонат (НСО3) – 250–450 мг/дм, кальций (Са2+) – 10–150 мг/дм, магний (Mg2+) – не более 100 мг/дм, общая минерализация – 0,3–0,7 г/дм». Сущности, на страх Оккаму, множатся от страницы к странице без всякой на то нужды. Фабула, развалившаяся на микросюжеты, явно киношного происхождения: «10 долларов», «День полнолуния», «Магнолия»... Сшить все лоскутки хотя бы на живую нитку автору явно не по силам – приходится кое-как вымучивать коду: убиенный невзначай оживает (каталепсия), манифестанты расходятся. Текст не оставляет после себя ничего, кроме лютой оторопи. Ну перемазался министр дерьмом. Ну высказался полковник в духе армейских анекдотов: «Предупреждаю! Я давал присягу во имя, если кто, чести! Поэтому любого, кто только, то да! А то тоже мне!» Ну обнаружились у поэтессы позывы к фроттеризму. И?..
Примерно те же впечатления вызывает «Оно» – история гермафродита по имени Валько (средний род, если кто не понял). Валько учится, пишет претенциозные стихи, становится комсомольским функционером средней руки, женится на лесбиянке с транссексуальными наклонностями. И?.. Под занавес А.С. перебирает несколько вариантов клаузулы, но ни один не кажется ему удовлетворительным. Да ладно, хрен с ним, и так сойдёт…
По счастью, есть у меня единомышленники. Л. Данилкин: «Пока читаешь все эти анекдотцы и историйки, кажется, что лучше уж и быть не может, а как книжке конец, так на вопрос – зачем мне всё это рассказали? – слышишь лишь какое-то инфантильное ку-ку». И. Гулин: «Апофатический метод у Слаповского не работает. После снятия всех покровов лжи в центре оказывается не несказуемая истина, а удручающий пшик. Ничего».
Впрочем, при общей лаодикийской теплохладности другие варианты исключены: идеи в подобной среде не водятся, им нужна литература иного градуса. Так что вопрос о смыслах у А.С. – откровенно риторического свойства. С тем же успехом можно спрашивать, отчего так в России берёзы шумят. Однако А. Василевскому ещё в 90-е удалось найти ответ: «Повесть («Закодированный, или Восемь первых глав». – А.К.) написана? Написана. Что сказано? Ничего… Она, как и множество произведений новейшей российской словесности, написана для того, чтобы быть напечатанной. Чтобы, возможно, быть отмеченной критикой. Чтобы, может быть, выдвинуться на премию… Ну и так далее. Не берите в голову».
Вот именно: не берите.

МЫСЛИ ВДОГОНКУ

«Из какой сырости и плесени (в хорошем смысле слова) заводятся у нас такие люди, совершенно непонятно».
А. Слаповский. «День денег»
Аксиома: писатель – не тот, кто пишет, а тот, кого читают. А потому остаётся в очередной раз повторить вслед за товарищем Кобой: других писателей у нас нет. Почему? Потому что нет других читателей. И только-то.


ЛГ 3-12-2015

Славин Алексей



Неподалёку от берлинской узловой станции «Восточный крест» (Ostkreuz) расположен пункт приёма металлолома. Чуть подальше – автомастерская, где я ремонтирую машину. Между ними на маленьком пустыре я не раз видел длинные отрезки толстого кабеля, мотки проволоки, чушки, болванки, диски, желоба. Когда же минувшей весной несколько линий городской электрички остановились из-за кражи кабеля, я вдруг понял, откуда этот металлолом. И что дело его добычи поставлено в Германии на реальную бизнес-основу.
Сами посудите, только за год – около трёх тысяч случаев крупного воровства: от десятков метров рельсов до целых дистанций сигнальных и контактных проводов (однажды их срезали аж 800 метров, прервав скоростное сообщение Берлин–Гамбург). Из-за хищений металла на немецких железных дорогах опоздания поездов за год составили 2,5 тысячи часов. Впрочем, тащат металл не только в Германии. В Англии, например, ущерб от разбойных набегов на различные транспортные объекты тамошние компании оценивают чуть ли не в миллиард фунтов.
Умудрённые опытом бытописатели ткнут, конечно, в Среднерусскую возвышенность и выволокут на свет божий классическое наследие: мол, зараза красть общественно полезные металлоизделия – например, гайки с рельсов – пошла от климовских мужиков-рыболовов (см. «Злоумышленник» А. Чехова). Да, тогда в Европе грузила уже являлись общедоступным продуктом, который можно было заполучить за ничтожные су или пфенниги. В отличие, кстати, от самого разрешения на рыбалку, что стоило ой-ой-ой. А потому законопослушные пейзане и кнехты сидели смирно и на ж/д имущество не покушались. Вот что значит насыщение рынка!
Что же касается климовской конвертации гаек в грузила, так это наше отечественное ноу-хау, которое вполне достойно патента! Нынче же времена сомкнулись, и на фоне всё растущего европейского пауперизма вкупе с попрошайничеством (см. «Письмо с еврозоны», – «ЛГ», 2015, № 6) произошла, наконец, столь желанная для многих поколений либералов смычка менталитетов – европейского и российского. Помните ведь, и у нас были успешные попытки расчленения на цветмет даже знаменитых скульптур? Так вот, не надо самокопаний! В Альбионе бронзовую инсталляцию известного скульптора Барбары Хепуорт «Разделённый круг», которая почти полвека простояла в сквере на юге Лондона, также спилили за считаные минуты. И – бесследно. В немецком Дюссельдорфе из парка выволокли бронзовую двухметровую Пандору, в Дармштадте – пастушка со свирелью, в Плауэне содрали с церкви медный водосточный жёлоб, а в соседней Чехии верхолазы-металлоискатели и вовсе повадились снимать церковные колокола.
Да что колокола! В английском городке Редмаршал разобрали медную крышу церкви XIII века. Последний раз этот храм грабили 300 лет назад. Вора, правда, тогда повесили, признав колдуном.
Нынче берут всё, что плохо лежит, стоит или висит. Крышки от канализационных люков, оконные решётки, медные перила. Даже оформление могил: бронзовые вазы, светильники, фигурки птичек с ангелочками. В городке Мёрс, например, обезображены таким образом свыше 180 могил. Увозят порой даже сами памятники. Сдирают покрытия с кладбищенских склепов. Выковыривают буквы с могильных плит и ограждений. Как, например, на берлинском кладбище «Лилиентальштрассе», где похоронены солдаты Второй мировой.
А уж выкапывать трамвайные пути на заброшенных кругах сам бог велел: давно лежат без дела... В кризис любой приработок в жилу. В том же Дюссельдорфе пытались увезти экскаваторный ковш. Не срослось: чушка весом почти в тонну раздавила хилый автоприцеп. Волна лихих налётов нахлынула на склады металлолома. «Мы начали устанавливать на открытых территориях сигнализацию и видеокамеры, о чём раньше и не помышляли, нанимаем охранников, – посетовал председатель Федерального объединения компаний по переработке стали и утилизации отходов Ульрих Лойнинг. И горько прибавил: – Вторсырьё нынче приходится охранять примерно так же, как ювелирные магазины».
И вот железнодорожники, энергетики, связисты и приёмщики-утилизаторщики вступили в священный союз, решив насмерть биться с металловорьём. Так, для охраны 34 тысяч километров немецких путей сообщения в срочном порядке мобилизованы 3700 охранников. Некоторые участки в тёмное время суток патрулируют вертолёты с приборами ночного видения. Изделия с особо соблазнительных объектов стали маркировать инвентарными номерами и покрывать специальным аэрозолем, дабы сразу определить, что металл краденый. В приёмных пунктах завели хитрые формуляры и сканеры для документов. Разослали циркуляр: немедленно информировать полицейские органы обо всех подозрительных предметах, сдаваемых в пункты вторсырья. Во Франции запретили принимать металлолома больше, чем на 500 евро в год с человека. Всё без толку.
Как пепел в сердце Клааса, звучит для западного металлоискателя: средняя цена за лом меди – 5 евро за кило, медесодержащих сплавов – 3 евро. И побежали грызуны за добычей… Проблема носит транснациональный характер. Срезанные в одной стране ЕС кабели, провода, колокола или кладбищенские цепи едут себе спокойненько куда-нибудь на задворки континента, где контроля за скупкой вообще по­чти нет. Например, в Хорватию, Румынию с Болгарией или страны Балтии. И дальше – в Китай, неистощимый рынок для цветных металлов. В Брюсселе уже не раз звучали призывы сделать борьбу с кражами металла на объектах инфраструктуры пан-европейской. Один чиновник недавно даже так и отрезал: «Для нас это проблема номер два после терроризма».
Ни много ни мало!.. Как с головой-то, дядя? А никак. Чушка.


На снимке:Тоже пойдёт на цветмет?.. Копия статуи Свободы в немецком городе Грайфсвальде.
Фото: ИТАР-ТАСС


ЛГ 3-12-2015

Тростников Виктор


Убивающие себя, чтобы показать непокорность и новую страшную свободу
Конец XIX века и начало XX были временем больших научных достижений. В этот период учёные разгадали структуру не только атома, но и жизнеустроения человечества. Идея непрерывности сменилась идеей дискретности. Исследования Константина Леонтьева, Николая Данилевского, Макса Вебера, Освальда Шпенглера и Арнольда Тойнби показали, что людской род не является чем-то единым и однородным, а состоит из различных сообществ, каждое из которых основывает свой уклад жизни и свою иерархию ценностей на собственном типе верования. Внутри такого сообщества его члены моментально опознают друг друга как своих, а членов других сообществ ощущают чужими.
Эти коллективные субъекты Данилевский назвал культурно-историческими типами, но впоследствии их стали именовать цивилизациями. Именно цивилизации являются главными действующими лицами на исторической сцене: всемирная история есть не что иное, как зарождение, развитие и закат цивилизаций и их взаимодействие, которое варьирует от плодо­творного сотрудничества до смертельной вражды. В 30-х годах XX столетия Тойнби насчитал пять таких игроков: западноевропейскую и североамериканскую протестантскую цивилизацию, русскую православную цивилизацию, исламскую цивилизацию, индуистскую и дальневосточную.
В течение последних 70 лет нарисованная им картина не подвергалась пересмотру. Но в самом начале XXI века, а точнее, 11 сентября 2001 года, произошло событие, которое должно было бы натолкнуть на мысль о таком пересмотре. Сносом небоскрёбов-близнецов Международного торгового центра заявил о своём выходе на площадку земного шара новый игрок, претендующий на то, чтобы стать ещё одной цивилизацией, с собственной государственностью и собственной территорией. Правда, он выдаёт свою деятельность за восстановление истинно исламской цивилизации, пришедшей в упадок, но никогда нельзя верить самоопределениям. Уверения идеологов ИГИЛ (террористической организации, деятельность которой запрещена на территории РФ), будто они возвращаются к истокам мусульманской веры, очевидно ложны, поскольку основой их стратегии является террор, к которому никогда не призывал Мухаммед. В Коране можно найти суры, где благословляется мирное сосуществование с людьми другой веры, а если в нём и попадаются такие высказывания, которые можно истолковать как призыв к уничтожению неверных, то надо вспомнить, что в нашем Священном Писании, а именно в Ветхом Завете, огромное количество обращений Бога к израильтянам, в которых Бог требует от них уничтожения языческих племён от младенцев до стариков и даже их скота.
Дать правильную оценку возникшему на наших глазах культурно-историческому типу оказалась способной только Россия, сохранившая в своём сознании глубинное религиозное измерение. Ключ к пониманию сути обсуждаемого предмета спрятан именно в этом измерении.
Характеристическим признаком так называемого радикального исламизма является, конечно, террор – стратегия убивания ни в чём не повинных людей для того, чтобы вселить страх в остальных. Возникает вопрос: имеются ли в истории прецеденты применения такой стратегии? Ответ однозначен – имеются, притом в изобилии. Не углубляясь в далёкое прошлое, можно назвать французских якобинцев, от действий которых и пошёл сам термин «террор», русских народовольцев, эсеров и большевиков, китайских хунвейбинов, камбоджийских полпотовцев и различного рода латиноамериканских повстанцев. Ничего нового ИГИЛ не придумал, это давно практикующийся вид политической деятельности. Неужели же за долгое время никто не осмыслил этого постоянно повторяющегося явления?
Одно такое осмысление нам известно. Оно содержится в романе Достоевского «Бесы», написанном по материалам судебного процесса над террористической группой Нечаева. Писатель проницательно указал на коренное различие мотивации вербовщиков и завербованных, участвующих в террористическом движении. Руководитель группы Пётр Верховенский делает террор средством захвата власти; используемый им самоубийца Кириллов руководствуется не практическими, а чисто идеальными побуждениями. Вот как он их излагает: «Атрибут божества моего – Своеволие! Это всё, чем я могу в главном пункте показать непокорность и новую страшную свободу мою... Я убиваю себя, чтобы показать непокорность и новую страшную свободу мою». Оба вида мотивации, вскрытые Достоевским, присутствуют и в современном терроризме, но мы не хотим их замечать, ограничиваясь заклинаниями о том, что террористы – нелюди и отморозки. Но что-то не похожи на нелюдей и отморозков отличница философского факультета МГУ Варенька Караулова и парижская хохотушка, любившая примерять ковбойские шляпы и приведшая в действие находящееся на ней взрывное устройство. Видно, их не удовлетворяла пустая жизнь, которую они вели, и они искали нечто более серьёзное, – а что может быть серьёзнее смерти?
Смерть понимается современным человеком как прекращение не только внешней, телесной, но и внутренней, духовной деятельности, а поскольку интуиция подсказывает нам, что духовная жизнь не должна прекратиться, ибо она не ограничена рамками времени, то понятие смерти воспринимается как мистическое, сакральное, пробуждающее в душе отклик религиозного чувства, дремлющего даже в атеистах. На этой сакральности смерти и играют террористы, пристраиваясь к ней, как мародёры пристраиваются к победоносному войску. «Вы же согласны с тем, – говорят они нам, – что право отнимать жизнь по своему усмотрению имеют только боги? Но вы видите, что мы обладаем этим правом и распоряжаемся смертью, как хотим сами. Значит, мы – боги». Но этого шулера, похитившего у Бога полномочия раздавать смерть, людское сообщество никогда не примет в свои ряды. На деле сначала божественность, а потом вытекающее из неё право отнимать жизнь, а у них – сначала незаконно присвоенное право отнимать жизнь, а потом якобы вытекающая отсюда божественность.
Древнегреческого Прометея распяли на безлюдных скалах; его современных подражателей распнут на захваченной ими территории ковровыми бомбардировками, если надо – вакуумными бомбами, а если понадобится – и тактическим атомным оружием. Это распинание уже началось, и меня наполняет гордостью сознание того, что самое активное участие в этом принимает наша мудрая цивилизация. Мудрость её проявляется в политике абсолютного неприятия терроризма. К сожалению, не все наши партнёры столь же принципиальны. Америка не хочет победы террористов, но готова не слишком препятствовать их деятельности, пока они не свергнут Асада. Турция не хочет расширения «Исламского государства», но охотно скупает у него по дешёвке нефть. Когда русская авиация своими бомбёжками помешала этому бизнесу, турки пришли в такую ярость, что совершили безумный акт расстрела нашего самолёта.
Но несмотря ни на что, терроризм обречён, и гарантом этого является возвращение на мировую сцену великой державы под названием Россия. Когда-то Александр Невский сказал нам: «Не в силе Бог, а в правде». Сегодня у нас помимо правды есть и достаточно силы.


ЛГ 3-12-2015

Пухнавцев Олег


«Берегите Россию!» С этим призывом Бориса Ельцина трудно не согласиться. Однако на фоне конфликта с Турцией хочется вспомнить не слова, а события, которые происходили в годы его правления.

1993 год: авианесущий крейсер ВМФ России «Киев» продан КНР, переоборудован в фешенебельный отель развлекательного парка «Бинхай». 1994 год: авианесущий крейсер «Новороссийск» продан южнокорейской компании, разобран на металлолом. 1995 год: авианесущий крейсер «Минск» отбуксирован в Южную Корею, позже стал экспонатом развлекательного парка в Шэньчжэне... И это лишь эпизоды развала нашей армии. Глядя на карту возможных военных действий, понимаешь значение уничтоженных кораблей...

Итак, в Екатеринбурге реализован проект идеологического свойства – построен громадный мемориальный комплекс общей площадью 88 тыс. кв. метров. Для сравнения: Музей Ленина в Ульяновске (1970 г.) имеет площадь 19,2 тыс. кв. метров (именно это здание во времена перестройки обычно приводили в качестве примера неуместной советской гигантомании). Чтобы оценить масштаб «Ельцин Центра», напомним и о других впечатляющих квадратурах: Новая Третьяковка на Крымском Валу – 12 тыс. кв. метров, Кремлёвский дворец съездов – 55,6.

«Ельцин Центр» – это не просто архитектурная гипербола, это ещё и внушительная сумма затрат – 7 миллиардов рублей (из них 5 миллиардов – средства налогоплательщиков). Для сравнения напомним: пятилетняя государственная программа патриотического воспитания имеет бюджет чуть более полутора миллиардов. Вместо «Ельцин Центра» можно было произвести, к примеру, семь самолётов Су-30 СМ или построить 70 детских садов. Однако предпочтение отдали увековечиванию памяти Бориса Николаевича Ельцина.

Казалось бы, это предприятие не принесёт устроителям политических дивидендов, ведь в России Ельцин, деликатно выражаясь, не слишком любим и популярен. Самое обширное социсследование по данной теме проводилось в 2007 году. С тех пор в настроениях народа мало что изменилось (кроме роста поддержки Владимира Путина). ВЦИОМ представил рейтинг Ельцина в сравнении с другими руководителями страны за 100 лет нашей истории. Это уникальные данные о политических предпочтениях сограждан, прекрасный материал для обобщений и политтехнологических рецептов.
Если бы власть поставила перед собой цель понравиться народу, ей следовало бы (основываясь на исследованиях ВЦИОМа) построить грандиозный мемориал, прославляющий Советский Союз, установить величественный памятник Леониду Ильичу Брежневу на Воробьёвых горах или (что проще всего) хотя бы принимать Парад Победы с трибуны Мавзолея Ленина… Однако власти с напористостью и энтузиазмом реализовывали проект «Ельцин Центра»...

Кому это нужно?

Вот результаты опроса ВЦИОМ, где самая противоречивая фигура – Николай II, самые притягательные лидеры – Ленин и Брежнев, самая презренная персона – Горбачёв, но полное, оглушительное фиаско терпит как раз Борис Николаевич Ельцин.

Один процент желающих жить в эпоху Ельцина (при статистической погрешности исследования 3,4%) – результат знаковый. Недавний флешмоб «Остров 90-х», организованный в Москве «Ельцин Центром», вряд ли изменил статистику предпочтений. На этом социологическом фоне гигантский «Ельцин Центр» вызывает ещё большее недоумение. Впрочем, многих удивило и участие президента России в церемонии его открытия.
Конечно, у В. Путина такая народная поддержка, что и это не поколеблет его рейтинга. Понятно, что это мог быть просчёт советников, которые включили в рабочий график данное мероприятие. Когда-то ведь устроили Горбачёву встречу с крупным корейским сектантом. Почему бы не вовлечь Путина в ритуальное действо тоталитарной секты «невидимой руки рынка»?
Церемонию открытия «Ельцин Центра» удостоили вниманием известные персонажи: певец Андрей Макаревич, воинственно лояльный экзотической украинской власти; главный редактор «Дождя» Михаил Зыгарь, написавший книгу о Путине, где разве что земляным червяком президента не называет; политтехнолог Глеб Павловский, регулярно разъясняющий на «Эхе Москвы» сущность «кровавого путинского режима»; бывший президент Татарстана Ментимер Шаймиев, взявший от ЕБН столько суверенитета, что чуть от России вместе с этим грузом не отделился…
Здесь были и надменно-таинственный администратор Волошин, и само одиночество Шушкевич, и не требующий определений Чубайс, и эталонный метросексуал Усков, и крупный латвийский землевладелец Будберг. А ещё – Абрамович, Познер, Потанин, Собчак. Но кроме Собчак ещё и Пинчук. А это уже не просто какая-нибудь скандальная медиаперсона, а человек, которого эксперты называют одним из организаторов украинского «Евромайдана». Ну а где зять, там и тесть – Леонид Данилович Кучма, автор книги «Украина не Россия».
Собственно, Путин выступал со сцены «Ельцин Центра» перед теми, чьи финансовые интересы серьёзно пострадали от его политики на Украине, в чьё мировоззрение не укладывается сирийская кампания, чьи культурные коды противоречат идее присоединения Крыма.
Вряд ли Владимир Владимирович это обстоятельство не осознаёт. Скорее всего, он следует принципу «держи друзей близко, а врагов ещё ближе», гнётся, не ломаясь, под тяжестью снега, подобно ветке сакуры. Благосклонный электорат эту стратегию понимает и, безусловно, «простит» президенту ритуальную речь о «противоречивых 90-х», надеясь, что когда-нибудь ветка наконец отпружинит в чей-нибудь олигархический лоб...
Однако проект «Ельцин Центра», конечно, не ограничивается церемонией открытия. За этой структурой уже числится множество «гуманитарных проектов» (в том числе премирование украинских литераторов – русофобов и бандеровцев). «Ельцин Центр», что называется, устремлён в будущее. Это (выскажем оценочное суждение) своего рода глобальная НКО российской юрисдикции, которая заменит множество мелких «иностранных агентов».
Примечательно и место «прописки» «Ельцин Центра» – в Екатеринбурге. Болотный переворот, который не удался в Москве, теперь, видимо, будет организовываться на Урале и в Сибири. В общественном сознании белоленточная идеология ассоциативно связана с Москвой и Петербургом. А между тем «самый либеральный мэр» у нас – господин Ройзман, считающий воссоединение с Крымом ошибкой… А в Уральском федеральном университете (им. Ельцина) руководство запрещает антифашистскую выставку, поддерживающую ДНР и ЛНР... А депутат от Новосибирска Пономарёв ездит по Украине с русофобскими лекциями… А Новосибирский государственный университет участвует в организации молодёжного лагеря, в манифесте которого чёрным по белому: «чуть ли не половина участников «Летней школы» выходила митинговать на Болотную площадь»… О Перми, приютившей белоленточника Марата Гельмана с его безумными инсталляциями, и говорить нечего…
Вы думаете, случайно зачастил на Урал американский посол? Думаете, политтехнологи не знают, что представляет собой либеральная тусовка городов-миллионников? Именно она стала движущей силой «демократизации и гласности» в СССР – Харьков, Днепропетровск, Свердловск, Новосибирск... Именно техническая интеллигенция, начитавшаяся Стругацких, тонко организованные гуманитарии, впечатлённые доктринами академика Сахарова, и стали опорой Горбачёву и Ельцину. «Геополитическая катастрофа» – на совести и этой публики.
Да, апологеты перестройки постарели, поиздержались, потеряли товарный вид, но с горем пополам воспроизводились. Людей нужно поддержать, дать им новый импульс, предоставить штаб, трудоустроить. Сколько либеральных проектов и деятельных либералов может поместиться на 88 тысячах квадратных метров? Библиотеки, кинотеатры, архивы, а самое главное (в глазах молодёжи) – модное тусовочное место. В эффектной ретроатмосфере, в актуальной дизайн-среде, среди прикольных старинных ЗИЛов, декоративных «пустых прилавков» с берёзовым соком и морской капустой можно дефилировать, влюбляться, делать селфи и учиться демократии. Не сомневайтесь, молодое поколение обязательно научат «беречь Россию» по заветам великого Ельцина.


ЛГ 3-12-2015

Раскрыт секрет знаменитой картины Малевича


Вадим ПОПОВ


Исследование картины «Чёрный квадрат» с помощью рентгеновских лучей и микроскопического анализа подтвердило выводы «Литературной газеты», основанные на здравом смысле и чувстве юмора. Итак, Казимир Малевич просто-напросто закрашивал неудачную кубофутуристическую композицию чёрной краской, а из этого обыденного процесса сделали культ.
«Теперь уже почти неважно, имеем мы дело с тупиковым живописным любомудрием или же для прикола на выставке в красном углу вывесили по-чёрному загрунтованный холст…» – писала «ЛГ» к 100-летию великого авангардиста. Однако научные сотрудники Третьяковки рассудили, что важно, и доказали вторую версию.
Кроме всего прочего, исследователями установлен досадный факт: оказывается, «Чёрный квадрат» все эти годы висел перевёрнутым. На картине обнаружена надпись «Битва негров ночью», сориентировавшая, где у произведения верх, а где – низ.
Что же теперь делать?..
«ЛГ» подозревала, что картина Малевича – это ординарное изображение широко распространённой геометрической фигуры, а приписываемые ей контексты с подтекстами – выдумка искусствоведов. Но если «ЛГ» права, значит, у нас на глазах рушится вся конструкция «современного искусства». Ведь оно стоит на четырёх написанных Малевичем «Чёрных квадратах», будто Земля в представлении древних на трёх китах.
Скандал и провокация стали обычным делом для нынешнего «актуального искусства». «ЛГ» отмечала, как повлиял на эту практику «Чёрный квадрат»: «Разумеется, и прежде в искусстве без продуманного скандала не обходилось, но после «ЧК» скандал стал обходиться без искусства».
Но если «актуальное современное искусство» зиждется на ложном догмате «Чёрного квадрата», неужели грядёт эпоха реабилитации реализма?
Будем надеяться, прозорливая публикация «ЛГ» возымеет действие. Там сказано: «О чём же нам надо помнить при виде «Чёрного квадрата»? Наверное, о том, к чему ведёт агрессивная, обедняющая новизна, а ведёт она к разрушению плодотворной традиции, обесчеловечиванию искусства, которое становится вроде шахидки, спрятавшей бомбу там, где обычные женщины вынашивают плод…»


ЛГ 26-11-2015

Янкова Наталия


Russland-Versteher

Недавно центральной фигурой в ток-шоу Дмитрия Куликова «Право знать» на канале ТВЦ неожиданно стал «русский немец» Александр Рар, а вскоре он был приглашён в программу «Познер». Частый гость на российском ТВ родился в эмигрантской семье, близкой к НТС и власовцам, работал в различных западных проектах по «построению демократии» в СССР, а после его распада – в России. Александр Рар был в Германии в большом почёте, пока в мае 2012 года не случилось его интервью «Комсомольской правде». В нём он позволил себе «высказывания, не соответствующие западным ценностям», так говорится в документе внешнеполитического органа Германии, где Рар состоял на службе. Его уволили за несколько замечаний, осуждающих Америку и не осуждающих Россию. В Германии его тут же стали называть Рара Russland-Versteher, что можно перевести как «понимающий Россию». Но что это за определение, прямой перевод которого не совсем соответствует смыслу, в него вкладываемому?
Этим определением теперь клеймят сторонников России и Путина. Среди них – политики, журналисты, деятели культуры и даже духовенство. Вот ряд конкретных «понимающих Россию» немцев.
Первый, кого так назвали в Германии, был Герхард Шрёдер. Его дружба с Путиным продолжается уже много лет. ТВ Германии жёстко критиковало Шрёдера, а с начала кризиса на Украине эта критика превратилось в травлю. Когда Евросоюз ввёл санкции против России, нашлись политики, которые предложили подвергнуть санкциям и Шрёдера, очень сожалели, что запретить въезд в Германию Шрёдеру невозможно. Благодаря дружескому общению Путина и Шрёдера, а также сотрудничеству последнего с Газпромом бывший канцлер даже изменил свои политические взгляды. Он публично признался, что его действия на посту канцлера во время вой­ны с Югославией были нарушением международного права.
Профессор-славист Габриэле Кроне-Шмальц, бывший директор московского бюро канала ARD, за её отношение к России тоже подвергается травле. Несмотря на это, она приходит на телевидение и говорит, например о том, что аннексия – это неправильное определение того, что произошло с Крымом. Зачитывает документ, в котором дано правильное определение аннексии. Громко заявляет, что договор об ассоциации с ЕС разрушит Украину; что постоянно демонизируются Путин и Россия; что на Украине всё не так однозначно; что говорить о Кличко как о серьёзном политике так же смешно, как предполагать, что Каспаров может стать президентом России.
По поводу того, как интерпретировать это недавно введённое в политическую лексику Германии определение «понимающий Путина», видный немецкий политик Оскар Лафонтен рассуждал в течение 15 минут в ток-шоу «Анна Виль». Это был такой тонкий троллинг, которым он хотел придать этому определению положительную окраску. Остальные участники дискуссии, среди которых был известный русофоб профессор Винклер, обвинявший Россию в том, что она начала Вторую мировую вой­ну, утверждали, что «понимающий Россию или Путина» – это позорное клеймо. Лафонтен отвечал: политики должны понимать друг друга, это необходимое условие мира на земле.

Команда Путина

Антироссийские политики в Германии обеспокоены тем, что «понимающих» Россию и Путина становится всё больше. Особенно после того, как официальный Запад стал поддерживать откровенно фашистский режим на Украине. Патриархи немецкой политики Хельмут Шмидт и Эгон Бар (совсем недавно скончавшиеся), как и Шрёдер, давно были известны как сторонники России. Они пытались повлиять на тех, кто определяет политику Германии в отношении Украины. К «патриархам» присоединяются и действующие политики, например Гюнтер Ферхойген (СПГ) – вице-президент Еврокомиссии. Он был обвинён СМИ в том, что пользуется выражениями из лексикона «агрессора Путина» и называет украинское правительство «настоящими фашистами».
Сара Вагенкнехт, так же как и её муж Оскар Лафонтен, известна своей политической отвагой. На одном из телевизионных ток-шоу Лафонтен, характеризуя политику США, прямо назвал Обаму убийцей, а Вагенкнехт недавно стала председателем фракции партии «Левые» в бундестаге и не устаёт обличать г-жу Меркель, что ТВ вынуждено демонстрировать. Её предшественник, тоже «понимающий» Грегор Гизи, ещё в 90-е осуждал Германию за решение бомбить Югославию.
В Германии появилось ещё одно новое определение, которое объединяет этих людей, – «команда Путина». В неё входят и совсем неожиданные персонажи. Так, известная в Европе немецкая феминистка Алис Шварцер, которая ещё совсем недавно защищала Pussy Riot и требовала «призвать Путина к порядку и осво­бодить «мужественных художниц», изменила своё отношение к Путину и включена в «команду». И конечно, теперь СМИ занялись ею. Вдруг обнаруживается, что она не полностью заплатила налоги. Выгребается всё возможное, чтобы дискредитировать Шварцер. В «команде Путина» был очень активен журналист Петер Шоль-Латур. Постоянный участник ток-шоу на немецком телевидении, он с самого начала украинских событий во всех эфирах разъяснял, что на самом деле представляет собой якобы древняя страна Украина, как она возникла в ХХ веке и территории каких государств в неё вошли.
Ещё в декабре 2014 года произошло громкое медийное событие – появилось открытое письмо под названием «Опять война в Европе? Только без нас». Известные политики, деятели культуры, духовенство Германии призывают к сохранению мира, за который отвечают Америка, Европа и Россия. Подписавшие письмо требовали уважать Россию, не вытеснять её из Европы, а вести с ней диалог на основе равенства участников. Подчёркивалось, что стремление России к безопасности так же легитимно, как у других стран – Германии, Польши, Украины. В письме сделан акцент на то, что Россия с 1814 года, со времён Венского конгресса, относится к признанным великим державам. Все, кто пробовал это положение изменить, терпели поражение, причём ценой большой крови.
Письмо подписали два бывших канцлера Германии Хельмут Шмидт и Герхард Шрёдер, бывший президент Германии Роман Герцог, профессор доктор Габриэле Кроне-Шмальц, знаменитые кинодеятели – режиссёр Вим Вендерс, актёр и режиссёр Клаус Мария Брандауэр, артисты Марио Адорф, Ханна Шигула и другие не менее значительные личности. Всего 60 подписей.
Смерть Хельмута Шмидта потрясла Германию. Трансляция по ТВ похорон этого великого «понимающего Россию» политика, как и совсем недавние репортажи тележурналистов о терактах во Франции и в небе над Синаем, показали изменение риторики в отношении России. То же можно отметить и в телевизионных репортажах о последней «двадцатке», в одном из которых прозвучали слова: «два самых могущественных человека в мире – Путин и Обама». Это потепление в отношениях России и Запада даёт надежду на то, что привычная в последние полтора года матрица разрушится и «понимающих Россию» на германском ТВ станет больше.

ЛГ 26-11-2015

Ливри Анатолий




Побудят ли теракты в Париже лидеров ЕС разобраться в истоках и причинах происходящего?

Когда нация в агонии, философу нужно провести диагностику, чётко разграничить две физиологические тенденции. Первая – умирает весь народ, и настал момент подумать, кто займёт его место. Вторая – прогнили только рамки политической системы, а значит, ещё можно спасти общество с помощью смены «элит», революции (благотворной, если она не навязана извне).

Самое крупное западноевропейское государство гибнет не только как республика, но и как нация, в течение столетий создававшаяся её монархами. Диагноз: прогрессирующий остеопороз этническо-религиозного скелета и как следствие – разложение власти, которая лишила страну границ, армии и валюты.
«Бегство мозгов», массовая «иммиграция желудков», нищета, распродажа нацио­нального достояния ради выплаты процентов арабским кредиторам. Тотальная безграмотность населения, пестуемая невежеством университетских профессоров. Каждый четвёртый француз не в силах объяснить прочитанной газетной фразы, каждый третий профессор французского университета не располагает минимальной общей культурой для адекватного восприятия простейшего текста.
К принятию законов об однополых «браках» французов усердно готовили с мая 1968 года. Экстремистские союзы извращенцев, существующие во Франции на деньги налогоплательщиков, призывают доносить в полицию на сограждан, которые осмелились использовать не только печатно, но и в частных беседах выражения «нормальная семья», «нормальная половая ориентация». Для подобных «преступников» тут предусмотрено тюремное заключение, а гигантские подразделения служб порядка специализируются почему-то не на террористах (этих идейных наследниках парижского путча 1789 года), а исключительно на преследовании инакомыслящих.
Лобби извращенцев диктуют условия политикам, вынужденным обещать, что какая бы партия ни пришла к власти после президентских выборов 2017 года, закон об однополых «браках» не будет отменён, а содомиты с трибадами получат-таки право усыновлять детей. Попутно члены правительства усердно рекламируют образовательные программы, дрессирующие французов с ясельного возраста подчиняться новой вере, которая утверждает относительность понятий «мужчина» и «женщина». При этом Россия, утвер­дившая закон о запрете пропаганды в школах половых извращений, со смаком расписывается субсидируемыми СМИ как «нацистский ад на земле».
Терапия Пятой респуб­лики требует срочных мер: выхода Франции из ЕС (что развалит бюрократического монстра и позволит спасти весь континент), пересмотра устаревшей «Конвенции о статусе беженцев» (1951), лишения французского гражданства всех получивших его с 1962 года и высылки их из страны (так этнических европейцев изгнали из североафриканских департаментов Франции, созданных шестью поколениями их предков). Необходимо также установление столь высокого государственного жалования (а не пособия!) француженкам за рождение детей, чтобы между выбором быть матерью или не щадя себя делать карьеру инженера, адвоката или медика большинство гражданок выбирали первое. Не помешает восстановление смертной казни, в том числе за государственную измену, а также организация «Нюрн­бергского процесса» над политиками, уничтожившими «ливийский замок», который запирал Африку до убийства Муаммара Каддафи. Ведь именно этот замок оберегал Европу от беззастенчивой демографической агрессии. И это лишь несколько спасительных хирургических вмешательств, которые, похоже, Франция не готова принять психологически.
Именно потому было вполне ожидаемо кровавое представление в Париже. Многие террористы, кстати, были известны спецслужбам, которые просто боялись арестовывать «новых французов», поскольку это чревато потерей голосов миллионов избирателей. Так демократия в который уже раз оказывается на стороне преступников против человечности.
Прогноз на будущее не­утешителен. Нация, некогда задававшая тон всему миру, продолжит угасать в муках и нужде. И хуже того – будет презираема юными этносами, которые уважают лишь насилие и исполнены неистребимой воли к жизни.

ЛГ 26-11-2015