Королева Бона. Сигизмунд и Барбара. Любовь до гроба.

Еще о Боне Сфорца. (стянула тут http://sonnaya-ptaha.livejournal.com/99090.html )

Бона Сфорца получила блестящее образование, она знала право, географию, латынь, теологию, философию и математику. В ее жилах текла кровь Медичи и Борджиа, Бона встречалась с великим Леонардо да Винчи, который работал во дворце ее родителей Джана Галеаццо Сфорца и Изабеллы Арагонской. Дочь миланского герцога была хорошей партией, отличалась красотой и редким умом.

В 1518 году Бона стала супругой главы Великого княжества Литовского и короля Польского Жигимонта (Сигизмунда) Старого. Жигимонт I, отец двух дочерей, овдовевший в 1515 году, мечтал о наследнике и с энтузиазмом ожидал молодую невесту. Ему исполнился 51 год, а ей - 24.



Через год после свадьбы родилась дочь - Изабелла. Жигимонт был очень разочарован. Но 1 июля (или 1 августа, по другим источникам) 1520 года у Боны на свет появился долгожданный сын. При крещении он получил родовое имя Жигимонт и амбициозное - Август.

Кроме Изабеллы, королева родила еще трех дочерей - Софью, Анну и Катерину. Изабелла впоследствии стала королевой Венгрии, Екатерина - королевой Швеции, София - великой герцогиней Брауншвейг-Вольфенбютельской. Анна - женой короля Речи Посполитой Стефана Батория.

В 1527 году Бона ждала второго мальчика. Но на королевской охоте произошел несчастный случай - конь королевы споткнулся и Бона вылетела из седла. В результате ребенок родился преждевременно, был окрещен Войцехом Альбрехтом и в тот же день умер. Больше детей у Боны не было. В тот год ей исполнилось 33 года, а королю Жигимонту Старому - 60.



Бона Сфорца, безусловно, была мудрым государственными деятелем. Ее богатство возрастало благодаря собственным приобретениям и немалым подаркам мужа. В частности, он подарил ей в единоличное владение Кобринское и Пинское княжества, пущу от реки Супрасль до Ковно через всю Гродненщину - 200 км в длину и 50 в ширину. У Юрия Радзивилла королева выкупила себе Гродненское староство, у Гаштольдов - Бельск, Нарев, Сураж. Только со своих владений в Беларуси и Литве Бона получала 36 000 дукатов ежегодно - эти доходы назывались «неаполитанскими сумами».

Бона задумала и провела грандиозную земельную реформу в своих владениях - в начале 1550 годов королевские земли были разделены на волоки (21.36 га). Благодаря деятельности королевы начали заселяться малообжитые земли. Именно годы правления Боны - время расцвета для многих белорусских городов, развития ремесела и торговли. При королеве второй по значению в Великом княжестве Литовском город - Гродно - получает водопровод, при ней здесь мостят улицы и торговую площадь. С именем прекрасной итальянки связаны и ратушные городские часы, через века ставшие символом Гродно. Первое упоминание о пятисотлетних часах датируется 1541 годом, когда Бона отдала распоряжение взять на службу часовых дел мастера для обслуживания их механизма.

Королева Бона привнесла итальянскую роскошь в жизнь литовско-польской знати. Она привезла с собой свиту из итальянских мастеров и поваров. При ней в стране стало модно разводить неизвестные прежде апельсины, лимоны, инжир, оливки, изюм, миндаль, а рядом с тарелками на столах появились вилки.

Однако итальянку не слишком любили на новой родине. О ней рассказывали страшные истории - дескать, чтобы как можно дольше оставаться молодой, Бона купается в крови невинных девушек, которых выбрасывали на колесо с шипами в одной из башен королевского замка.

И все же, если бы королева ограничивалась экономическими делами, то ее образ в истории имел бы более положительную окраску. Но она очень хотела управлять своим сыном и при этом отчаянно не любила тех женщин, которых предпочитал Сигизмунд Август.



Ему было только два года, когда Бона добилась подтверждения исконных прав сына на Великое княжество Литовское, получив поддержку со стороны крупнейших феодалов Юрия Радзивилла и Ольбрахта Гаштольда. Магнаты действовали небескорыстно: в благодарность (по протекции Боны) Радзивилл получил привилегии на трокское кастелянство, а Гаштольд - титул воеводы Новаградского для своего сына Станислава. По иронии судьбы, именно эти два "союзника" будут иметь тесное отношение к самому несчастному периоду жизни королевы Боны: один как отец Барбары Радзивилл, а другой как ее супруг.

18 октября 1529 года девятилетний Сигизмунд Август получил меч и шапку великого князя, став самым юным из великих литовских князей. А через год стараниями матери еще при жизни отца его выбрали королем Польши. После коронации Зигмунд Август получил в королевском замке собственные апартаменты и вел привычную ему праздную жизнь на итальянский лад - танцы, музыка, забавы. Бону часто упрекали, что молодой король совсем не похож на рыцаря и впустую тратит время среди паненок в пении и танцах. Воспитание под руководством матери ослабило душевные силы Сигизмунда Августа и развило в нём мечтательность и нерешительность.

Первую невесту своему сыну Бона выбрала сама. Супругой 23-летнего короля стала дочь чешского и венгерского короля Фердинанда 17-летняя эрцгерцогиня австрийская Елизавета.



Коронация Елизаветы прошла в мае 1543 года. Бона была довольна, но сделала все, чтобы не допустить юную невестку к власти, не позволив Елизавете иметь большой двор. А спустя немного времени стала добиваться развода сына с Елизаветой на том основании, что они родственники.

Летом 1543 года супруги разлучились: Елизавета осталась с властной свекровью, а Сигизмунд Август отправился в Геранены, резиденцию графов Гаштольдов. Именно там он и встретил Барбару Радзивилл, молодую вдову.



Барбара, дочь Юрия Радзивилла, родилась в 1520 году и, по всеобщему мнению, была ослепительной красавицей. В 17 лет, по традиции династических браков, ее выдали замуж за графа Гаштольда. Супружество не принесло Барбаре счастья - муж так и не оценил ни ее красоты, ни ума, ни иных достоинств. Он не любил и не уважал свою жену, неоднократно изменяя ей.

Начиная с 1539 года Барбара не снимала траура - один за другим умерли ее свекр, свекровь, отец, а затем и муж. Смерть последнего принесла ей долгожданную свободу и по окончании срока траура красавица вновь стала блистать на балах, очаровывая мужчин. Молодой король был не единственным ее поклонником, но именно ему Барбара ответила взаимностью. Роман разгорался и вскоре Барбара переехала из Гераненов в Вильню, во дворец своего брата Николая Радзивилла. Рядом стоял дворец великого князя, а специально построенный подземный ход соединял оба здания, предоставляя влюбленным возможность проводить ночи вместе.



К сожалению, авторство портретов, приведенных выше, мне неизвестно. Но вот здесь я могу, наконец, назвать художника - это Ян Матейко, конечно.

В 1546 году на 20-м году жизни внезапно умерла законная супруга Сигизмунда Августа - Елизавета. И, хотя у нее было слабое здоровье (есть сведения, что она страдала эпилепсией), возникло подозрение, что королева Бона причастна к смерти невестки. Впрочем, похоронив одну жену сына, Бона стала подыскивать ему другую и выбор ее пал на Анну, единственную дочь Альбрехта Гогенцолерна, что давало Сигизмунду Августу возможность претендовать на прусскую корону.

Однако планам Боны не суждено было осуществиться. Под давлением Радзивиллов молодой король заключил тайный брак с Барбарой. Великое княжество литовское приняло этот брак как залог более тесной связи короля с их государством. Но польская знать посчитала королевский союз оскорблением своей чести.

Весной 1548 года король Сигизмунд Старый умер и Сигизмунд Август официально объявил о своем браке. Королева Бона была в ярости, однако не властна больше над сыном. Польская шляхта устроила несколько покушений на жизнь Барбары, но и это не остановило короля. В 1550 году в Кракове Барбара была коронована.



А вскоре после этого торжественного события молодая королева и великая княгиня литовская начала сгорать, как свеча, и все старания лекарей вернуть ее к жизни были напрасны. В смерти Барбары подозревали королеву Бону. Говорили, что королеву отравил секретарь Боны Людвик Монти. В этом также была убеждена и высшая знать Польши и Литвы. Молва открыто намекала на ее родство с самыми известными европейскими отравителями - Медичи и Борджиа. Бона в похоронах невестки не участвовала. Хотя доказательств отравления никто не получил, отныне между матерью и сыном началась многолетняя «холодная война».

Король тяжело переживал свое горе. И без того не слишком заботясь о делах государства, после смерти Барбары он всецело попал под влияние Николая Радзивилла, фактически уступив ему управление страной.

Следующей королевой Сигизмунда Августа стала сестра его первой жены, Екатерина Австрийская. Судьба этой женщины пронзительна и трагична - седьмая дочь герцога, в 16 лет она была отдана замуж за герцога Мантуи Франческо III Гонзага. Через четыре месяца она стала вдовой. Брак с Сигизмундом Августом не принес ей ни личного счастья, ни радости материнства.



Портрет школы Кранаха.

В 1558 году Екатерина тяжело заболела и после этого стремилась покинуть Жигимонта Августа и вернуться домой. А в 1565 году на нее было совершено покушение. Наконец, по заступничеству брата Максимилиана II, ставшего императором, Екатерина выехала в Вену.

Вернуться на родину стремилась и королева Бона, потерявшая власть над страной и сыном. Но Сигизмунд Август не желал упускать из рук огромные земли и богатства матери. Только заступничество английской королевы Марии Тюдор, свояченицы Боны, и дочери Изабеллы, которая была королевой Венгрии, помогло решить дело - Бона отказалась от недвижимого владения и выехала из Варшавы в феврале 1556 года. Королевский обоз сопровождали венгерские гусары, охраняя жизнь Боны и 24 подводы с серебром, золотом и драгоценностями. Бона вывезла из своих замков все, что смогла, - мебель, ковры, фарфор.



И этот портрет тоже принадлежит кисти одного из мастеров школы Кранаха.

В апреле того же 1556 года, через 38 лет разлуки, Бона вернулась в Италию и поселилась в семейном княжестве Бари. Но прожила она там немногим более года, и причиной ее смерти считают отравление. Она одолжила испанскому королю Филиппу II Габсбургу то ли 420, то ли 430 тысяч дукатов (одна такая монета содержала почти 3,5 г золота 986-й пробы). Историки утверждают, что, не желая отдавать долг, Филипп приказал отравить Бону и врач Ян Антонио привел приговор в исполнение. Боне Сфорца было 63 года.



Ян Матейко. "Отравление Боны".

Зигмунд Август остался один - мать умерла в Италии, две жены расстались с жизнью, коротко побыв с ним в браке, третья, можно считать, убежала. Кстати, он неоднократно требовал, чтобы Филипп вернул деньги, взятые в долг у Боны, но тщетно. И это единственное, чем любимый сын почтил память матери. Бездетный, одинокий доживал он свой век и вместе с ним покидала польский трон династия Ягеллонов.

На Варшавском сейме 1563-64 годов он передал права на Великое княжество Литовское польской короне, а через пять лет подписал Акт инкорпорации в Польшу огромных территорий ВкЛ - Подляшья, Волыни, Подолья и Киевщины (Люблинская уния). Последние годы Сигизмунд Август прожил в окружении многочисленных любовниц и колдуний, транжиря казну и сокрушаясь о своей судьбе.

Он умер в 1572 году и, как свидетельствуют хроники, в казне его не нашлось денег, чтоб заплатить за похороны. Но лучшее, что было в этом слабохарактерном, изнеженном человеке, - его верность красавице Барбаре - стало источником вдохновения для поэтов и художников на все времена.



Ян Матейко. "Смерть Зигмунда". На стене - портрет Барбары.

Напоследок - предание о Черной даме. Будто бы во время одного из своих наездов в Несвиж, к брату Барбары Николаю Черному, привез король с собой чернокнижника, пана Твардовского, который пообещал вызвать ему дух жены в том месте, где ее по-настоящему любили и помнили. Дух был вызван, но во время опыта случилось невероятное. Своей любовью Сигизмунду удалось удержать любимую на земле, не дать ей вернуться туда, откуда вызвал ее на время чародей. И духу теперь предстояло ждать земного конца короля, блуждая по залам Несвижского замка в одиночестве, чтобы воссоединиться с ним в вечности. Сигизмунд должен был лишь пообещать, что, почувствовав конец, приедет умирать сюда, в белорусский Несвиж. Смерть пришла к королю внезапно, и он не смог выполнить обещанное. Поэтому, как свидетельствуют легенды, печальный дух Барбары еще в XX веке видели несвижцы, а дух Сигизмунда, тоже одинокий и несчастный, бродил в то время по Краковскому замку.