16.05.2013 Юрий Игнатьевич Мухин поместил на своём сайте статью "А он, гад, не помнит!":

"После того, как польская армия под командованием генерала Андерса, откормленная и вооруженная СССР, в разгар Сталинградской битвы, не сделав ни одного выстрела по немцам, сбежала из Советского Союза на Ближний Восток (и там искусно уклонялась от встречи с немцами до самой битвы у Монте-Кассино в 1944 году), в СССР из оставшихся поляков начало создаваться Войско Польское. Его 1-ю дивизию советское командование попробовало использовать в бою у поселка Ленино (Могилевская обл.) 12-13 октября 1943 года, а сами поляки назвали этот бой «Битвой под Ленино». И в этом году круглый юбилей этой битвы, и я хотел было дать этот материал к дате – в октябре. Но…
Не так давно мы с известным националистом Константином Крыловым участвовали в одной телепередаче, и он в перерыве рассказал мне о своем видении поляков. "Сначала", - объяснял он, - "мне, как и любому русскому, их поведение казалось оскорбительным. Но я побывал в Варшаве, и там посетил музей вооруженных сил Польши. И вот представьте, ведет нас пожилой усатый экскурсовод из зала в зал, и в каждом зале он рассказывает об очередной битве поляков с москалями, и в каждом зале есть экспозиция, посвященная этой битве. И так зал за залом, одна битва с москалями за другой, наконец, огромный зал «чуда на Висле» с огромной аллегорической картиной победы Пилсудского над все теми же москалями. И я их понял, - сказал Крылов, - и перестал на них обижаться. Надо образно представить себе ситуацию, - объяснял Крылов. Представьте, что на одной площадке живут старая дева Моника и сантехник Ванька. И вот этот Ванька время от времени напивается «в усмерть», вваливается к Монике и насилует ее всякими способами. Наутро она предъявляет ему претензии, а он таращит на нее глаза: «Я? Вчера? Тебя??!! Не может быть! Не помню…». Понимаете, тут оскорбительно не то, что он изнасиловал, а то, что он, гад, этого не помнит!"
Так вот, поскольку я, все же, кое-что помню об этой славной битве поляков с германцами, то не хочу портить полякам праздник, и даю материал задолго до юбилея.
Вообще-то, по принятым у военных критериям, армейские соединения численностью до армии ведут БОИ, объединения численностью в армию и больше, при особом напряжении боев, имеют право назвать их СРАЖЕНИЕМ, и только войска, численностью в несколько фронтов, могут вести БИТВУ. Но у поляков с битвами плохо, поэтому у них и дивизия в ходе двухдневного неудачного наступления не бой вела, а целую битву. Что поделать, на безрыбье и рак рыба. Во всяком случае, поляки в честь этой битвы выпустили и медаль, и крест.
Википедия сообщает об этом подвиге польского оружия и дает его подробности. Вот некоторые:
«1-й польской дивизии поручалось действовать в первом эшелоне, в центре боевых порядков армии. В качестве поддержки она получила два полка лёгкой артиллерии из составов 144-й и 164-й дивизий, 538-й миномётный полк, 67-ю гаубичную бригаду и 298-й сапёрный батальон. Задачей польских частей был прорыв обороны противника на двухкилометровом участке от деревни Ползухи до высоты 215,5. Затем дивизии следовало организовать наступление в западном направлении с целью достижения рубежа реки Пневка, чтобы позднее атаковать в направлении сёл Лосево и Чурилово. … Польская дивизия шла в свой первый бой в полном уставном составе, усиленная полком средних танков, ротой стрелков, вооружённых противотанковыми ружьями, фузилёрной ротой 1-го женского батальона и заградительным отрядом. Общая численность личного состава дивизии вместе с 1-м танковым полком к 11 октября составляла 12683 солдата, в том числе 994 офицера, 2560 подофицеров и 9129 рядовых. Несмотря на то, что количество живой силы превышало уставное, дивизии не хватало 100 офицеров и 918 подофицеров. Польские части имели на вооружении 41 танк, 335 противотанковых ружей, 391 орудие разных калибров, 1724 автомата и 673 пулемёта».
Почти 400 орудий и 41 танк на 2 км фронта – неплохо, надо сказать, вооружили поляков, отобрав артиллерийские полки у двух советских дивизий. (Скажем, соседи поляков, советские дивизии, шли в атаку, имея численность чуть более 6 тыс. человек). Опустим излагаемые поляками детали этой героической двухдневной польской битвы, так и не закончившейся исполнением поставленной советским командованием задачи. Итог: «1-я польская пехотная дивизия им. Т. Костюшко потеряла в ходе битвы под Ленино примерно 3 тысячи бойцов. Погибли, умерли от ран или болезней 510 человек (51 офицер, 116 подофицеров, 343 рядовых). Ранения получили 1776 солдат, пропали без вести 652 человека, попали в плен — 116.
Дивизия лишилась 27 % личного состава, что превышает в процентном отношении потери II Польского корпуса в битве при Монте-Кассино».
Однако, должен сказать, что в советских архивах есть документы, которые несколько портят впечатление от этого подвига.

«Москва. Секретно.
Тов. Сталину.
К участию в последней операции по прорыву фронта противника в составе 33-й армии была привлечена 1-я Польская пехотная дивизия.
В первый день операции 12.10 дивизия в начале атаки, после мощной артподготовки, показала неплохие результаты. В дальнейшем, подвергнув­шись массированным ударам авиации и контратакам с флангов, дивизия проявила крайне слабую устойчивость. Управление в дивизии и в частях было потеряно, подразделения на поле боя перемешались. Часть подраз­делений разбежались и сдались в плен.
С целью предупредить осложнение на участке ударной группы, Во­енный совет фронта разрешил командарму-33 в ночь на 14.10 вывести 1 ппд в резерв.
В итоге двухдневных наступательных боев дивизия потеряла: 502 чел. убитыми, 1680 чел. ранеными, 663 чел. пропавшими без вести.
Всего боевых потерь — 2845 человек.
Наибольшие потери понес 1 Полк (1263 чел.).
Учитывая показания пленных противника, надо полагать, что значи­тельная часть пропавших без вести сдалась в плен.
С выходом частей польской дивизии на передний край, еще до начала наступления, одиночки поляков, как показывают пленные, своими показа­ниями вскрыли группировку и рассказали немцам о нашем наступлении — до 25 человек перебежали на сторону немцев. Эти факты не были своевременно вскрыты в дивизии, установлены только по показаниям пленных, захваченных 12 и 13.10.
Военный совет считает:
1. 1-я Польская пехотная дивизия не является достаточно боеспособным соединением.
2. В дивизии боевая сколоченность крайне низкая, слабое управление в звене рота, батальон, полк.
3. Для повышения боевой готовности дивизии необходимо предоста­вить ей 15-20 суток на дополнительную учебу.
4. В этот срок дивизию еще раз тщательно проверить и изолировать явно ненадежных.
5. Дивизию в дальнейшем использовать лишь для развития успеха.
Соколовский, Булганин. № 608/к исх. № 15963 19.10.43. 2.17 ЦАМО. Ф. 208. Oп. 2513. Д. 325а. Л. 554-555».

Сдаться в плен во время наступления – это надо уметь, это надо иметь военные таланты! И большую любовь к плену.
Советскому командованию надо было как-то увеличить боевую способность этого воинства, отец, к примеру, рассказывал, что у них в дивизии всех солдат и офицеров, у которых фамилия оканчивалась на –ский, послали служить в Войско Польское, и даже рассказал анекдот, ходивший в конце войны в армии.
Перед боем в польском полку Войска Польского польский ксендз проходит перед строем и дает солдатам целовать крест. Один солдат отказывается: «Я комсомолец». «Целуй, - шипит ксендз, - я сам коммунист!».
И пока Польша была нашим союзником, советский Агитпроп делал все, чтобы Ванька забыл помянутые подробности, но сейчас СССР нет, Польша вступила в НАТО, и я, как видите, кое-что помню об этой польской битве.
Хотя и не уверен, что в данном случае моя память будет приветствоваться пани Моникой".