Давид родился шестимесячным. Всего за несколько дней до этого Фирдаус проходила очередное УЗИ, и ее заверили,что все отлично – беременность протекает без осложнений. А тут такое...
- Малыша уже хотели оформлять как выкидыш, - вспоминает Фирдаус. – Сказали, мол,все равно не жилец, и даже если выживет, то будет больным. Ситуация была критичной: воды отошли в три часа ночи, а родился он только наследующий день в час дня – все это время ребенку было нечем дышать. Постоянно подходили врачи, предлагали согласиться на искусственные роды (прерывание беременности на поздних сроках. – Прим.ред.), но я никого не слушала. Более того, даже от кесарева отказалась категорически:«Мой ребенок нормальный! Я буду рожать сама!»
<more=дальше>
Врачи говорили:«Проживет три днямаксимум»
Давидка родился легкий, как перышко – чуть больше килограмма. Как он смог выжить– только Богу известно. От недостатка кислорода малыш был сине-фиолетового цвета,грудная клетка напоминала впадину. Легкие до конца сформироваться не успели – спасал аппарат искусственной вентиляции легких. Сердце тоже не справлялось: два раза вообще останавливалось – была клиническая смерть, но врачам удавалось запустить его заново. Так и лежал маленький Давид весь в трубках в специальном кувезе и упорно боролся за жизнь.
- Врачи предупредили: «Проживет дня три максимум», - говорит Фирдаус. – Мы решили его окрестить: пригласили батюшку, родных прямо в реанимацию. А в конце, когда на сыночка брызнули святой водой,Давидка поднял руки и ноги.Это было его первое движение! Мы, конечно, все плакали. А наследующий день ко мне в палату прибежали удивленные врачи: появилась надежда!
«Даже если бы он былинвалидом, я бы дошла до конца»
В соседнем кувезе лежала еще одна девочка – получилось, что тяжелых детей в роддоме было сразу двое. Ту девочку медики, кстати, тоже выходили, но родные от нее все равно отказались: сразу после больницы малышку передали в детский дом. У Фирдаус даже мысли такой не было.
-Отказаться? Ни за что на свете! – возмущается она. – И хоть мы с мужем на тот момент разошлись, все равно это был желанный ребенок. Муж, кстати,тоже меня поддержал: он тогда жил в Москве, но деньгами помогал регулярно. Конечно,многие пытались отговаривать:мол, есть же у вас уже дочь, зачем вам больной ребенок? Медиков понять тоже можно – они меня жалели. Это я потом уже узнала, что последствия вентиляции легких могут быть самыми непредсказуемыми: ребенок может оглохнуть, ослепнуть, быть недоразвитым. Но даже если бы он стал инвалидом, я бы все равно дошла до конца! В больнице Фирдаус с сыном провели почти четыре месяца.
- Дольше нас там никто нележал. Огромное спасибо врачам, которые помогли его выходить. Им было непросто: уДавида была врожденная пневмония – надо было регулярно удалять гной из легких. Кроме того, он очень медленно прибавлял в весе. Это стало самой настоящей проблемой. Давидку мы кормили через зонд – брать грудь он просто не мог: не было сил, - вспоминает Фирдаус. - Пока мы не наберем два необходимых килограмма, выписывать нас отказывались. Кстати,вышло очень интересно: сынок родился 19 августа, а когда я поинтересовалась у заведующей датой выписки, она ответила:«С первым снегом, дорогая».Так оно и случилось. Дело было в ноябре: мы готовились к выписке - завтра должны были ехать домой, а ночью пошел первый снег. Это был знак!
Читать начал в три с половиной года
Дома на первых порах приходилось трудно. Периодически во сне у Давида останавливалось дыхание, и он становился белым как мел. Врач предупредила: «Если он пролежит так секунд 15-20, и вы не заметите,он может умереть во сне». Целый год Фирдаус с мамой спали по очереди – дежурили у постели ребенка.
Когда через полтора года Давид с мамой пришли в тот самый роддом, врачи были вшоке.
- Это что ли тот самый «выкидыш» бегает? – улыбались они, глядя на карапуза в валенках, который ничем не отличался от сверстников.
Врачи, естественно, были довольны. Но как гордилась сама Фирдаус! Она утверждает, что поднять сына на ноги ей помогли две вещи. Первое - абсолютная вера и второе - усиленные занятия.
Заниматься с ребенком наша героиня начала буквально с первого дня его жизни.
- Мне приносили в роддом книги, и я постоянно читала Давидке вслух, учила с ним буквы. Свекровь меня постоянно спрашивала: «Зачем ты времятратишь?», но я чувствовала,что это необходимо, - объясняет Фирдаус. – До двух лет Давидне разговаривал – только мычал. Окружающие уверяли, что он вряд ли когда-нибудь скажет «мама». Я стояла на своем:«Еще как будет!». И Давид заговорил! Более того, выяснилось,что он знает все буквы – не зря мы учили их с пеленок. Читать сын тоже начал очень рано. Какя это поняла... Идем мы как-топо улице, он останавливается перед вывеской и по буквам читает название магазина:«Б-у-р-а-т-и-н-о». И это в три споловиной года! С такими диагнозами! Я тогда чуть не расплакалась. Именно в тот момент я поняла, что мой малыш такой же, как все. Он еще долго читал по буквам, как мы когда-то с ним учили, но перед школой у него уже было беглое чтение.
От инвалидности отказались
Фирдаус уверена, что вылечить можно абсолютно любого ребенка.
- Мне врачи еще в роддоме объясняли, что с малышом нужно постоянно разговаривать, -говорит Фирдаус. – Я с Давидом разговаривала постоянно. Даже когда уходила просто попить чай, все ему объясняла. Ребенок должен слышать речь все время. Есть мамы, которые со своими детьми не разговаривают. Так, на бытовом уровне: покормил, погулял, усыпил... Это неправильно.
А еще наша героиня наотрез отказалась оформлять своему ребенку инвалидность, хотя знакомые уговаривали: в этом случае ей бы полагалось неплохое пособие и бесплатные лекарства. - Не нужны мне эти деньги!– говорит Фирдаус. – Ребенок– инвалид – это клеймо на всю жизнь. Я не хотела ставить его своему сыну. Сейчас Давиду 8,5 лет. Он ходит в обычную гимназию и очень хорошо учится, говорит на русском, башкирском, а в свободное время занимается каратэ.
Но судьба вновь испытывает Фирдаус на прочность. Не успела она поднять на ноги второго сына, как очередная проверка: третий ребенок Ролан родился тоже с непростым диагнозом –ДЦП. Но и тут наша героиня не отчаивается.
- Если уж мы со вторым ребенком выкарабкались, то и здесь все будет нормально! Я верю!</more>
/IMAGE/1295818641_thImg0361-800.jpg)
Женщина, которая в течение последних десяти лет не могла произнести ни слова, говорит, что все это просто – чудо. Бренда Йенсен (Brenda Jensen) не могла не то, что говорить, а даже дышать самостоятельно, до того момента, как международной группе медиков, включая врача из Великобритании удалось провести новаторскую операцию по пересадке гортани. 
Компания Urban Green Energy освещает улицы Сан-Франциско своими гибридными лампами, которые для свечения используют энергию ветра и солнца. Вертикальная ось ветровой турбины отлично сочетается с небольшой солнечной панелью наверху.
Пострадавший Анатолий Мендришора 20 лет проработал на деревообрабатывающем предприятии в селе Берегомет. Во время работы за станком вылетел двухметровый кол и пронзил ему шею.
