РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 41 - ПЕТР III ФЕДОРОВИЧ: 186 ДНЕЙ У ВЛАСТИ (продолжение)) |

|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 42 - ПЕТР III ФЕДОРОВИЧ: ТРАГЕДИЯ В РОПШЕ (окончание)) |

|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 43 - РОДИТЕЛИ ЕКАТЕРИНЫ II ИЗ КНЯЖЕСТВА АНГАЛЬТ - ЦЕРБСТ) |


|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 44 - ПЕРВАЯ ИНОСТРАННАЯ ПРИНЦЕССА ДОМА РОМАНОВЫХ) |

|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 45 - АЛЕКСЕЙ ПЕТРОВИЧ: ДЕЛО ЦАРЕВИЧА) |


|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 46 - АЛЕКСЕЙ ПЕТРОВИЧ: ДЕЛО ЦАРЕВИЧА (продолжение)) |

|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 47 - АЛЕКСЕЙ ПЕТРОВИЧ: ДЕЛО ЦАРЕВИЧА (окончание) |

|
РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 48 - ПОСЛЕДНЯЯ ЦАРИЦА ЕВДОКИЯ ЛОПУХИНА) |

|
>РОМАНОВЫ В ЖИВОПИСИ (ЧАСТЬ 49 - ВИЗИТ ИМПЕРАТОРА НИКОЛАЯ II ВО ФРАНЦИЮ В 1901 ГОДУ) |

|
Россия, которую мы потеряли глазами Павла Рыженко |

|
Элла,сестра императрицы.Великая княгиня Елизавета Фёдоровна |


Я на тебя гляжу, любуюсь ежечасно:
Ты так невыразимо хороша!
О, верно под такой наружностью прекрасной
Такая же прекрасная душа!
Какой-то кротости и грусти сокровенной
В твоих глазах таится глубина;
Как ангел, ты тиха, чиста и совершенна;
Как женщина, стыдлива и нежна.
Пусть на земле ничто средь зол и скорби многой
Твою не запятнает чистоту. К.Р.







|
>Янтарная комната в Екатерининском двореце |
|
Князь Олег Константинович. Часть I. |
15 ноября 1892 года в семье Великого князя Константина Константиновича и Принцессы Елизаветы Саксен-Альтенбургской (в России — Великая княгиня Елизавета Маврикиевна) родился четвертый сын- Князь императорской крови Олег Константинович.

И хоть новорожденный не получил великокняжеский титул, он все же принадлежал к царствующему дому, и с этим была определена его будущая жизнь.
Как Князь родился, духовник Великого князя Константина Константиновича приехал дать молитву в его честь.
Князь Гавриил Константинович так вспоминал это событие в своих мемуарах:
«15 ноября 1892 года родился брат Олег. Это радостное известие застало нас играющими в биллиардной; мы сейчас же надели наши игрушечные шашки и побежали вниз, к родителям. В большой гостиной мы застали духовника нашего отца, священника Арсения Двукраева, приехавшего дать молитву Олегу. Это был седой старик, в золотых очках, выглядел он очень строгим и я его побаивался. Когда мы входили в гостиную, он стоял перед большой картиной Распятия, испанской школы, и внимательно ее разглядывал. Увидя нас, он нас благословил и велел нам почаще смотреть на эту картину.
Перед тем как войти к матушке, нам приказали снять шашки. Мы вошли в спальню вместе с отцом Арсением. Как сейчас, я вижу матушку, лежащую в постели, и отца Арсения, с Олегом на руках, читающим молитву, перед киотом, освещенным лампадой. Я же стою подле постели и рассматриваю только что мне подаренную английскую книгу с картинками, изображающими английские войска».
|
Князь Олег Константинович. Часть II |
Горячо любивший русскую литературу и историю, восторженный поклонник Пушкина, князь посвящал много времени изучению произведений поэта.
Поступив в Лицей, в коем некогда учился сам Александр Сергеевич, князь возгорелся мечтой об издании всех существующих автографов поэта.
Так в 1911 году князь Олег выступил с инициативой факсимильного издания рукописей Пушкина. Они хранились в лицее, в государственных собраниях, так же были рассеянны по частным архивам.
К своему 100-летию Лицей (1911) получил удивительный дар от своего Августейшего воспитанника.
Первый выпуск «Рукописей Пушкина» вышел в начале 1912 года. Выполненное с изящной простотой и безукоризненным вкусом, издание включало факсимиле семнадцати стихотворных произведений первого лицеиста. Среди них – «Воспоминание в Царском Селе», которое пятнадцатилетний Пушкин с необыкновенным оживлением читал перед Г. Р. Державиным на публичном лицейском экзамене по российской словесности. Внешнее сходство факсимиле с оригиналами удивительно: оттенок чернил, размеры, цвет,даже сама фактура бумаги, аналогичной пушкинской, усиливали иллюзию подлинности.
|
Князь Олег Константинович. Часть III. |
Он продолжал подготовку ко второму изданию факсимиле Пушкина. Так же князь провел зиму, уделяя много времени изучению дневников, рукописей и документов своего августейшего деда Великого князя Константина Николаевича, он мечтал издать о нем биографическую книгу.

Великая княгиня Александра Иосифовна с внуками и детьми -Константином, Дмитрием,Верой и Королевой Эллинов Ольгой.
Своего деда, дети звали «Анпапа», а бабушку Александру Иосифовну «Анмама»
Великий князь, как человек и государственный деятель, всегда был идеалом для князя. Материал был богатейший, и будущий автор горел желанием приступить к работе.
Но наступил 1914 год. Личная жизнь Князя Олега и жизнь горячо им любимой России понеслась стремглав, туда вперед, в ещё неведомое тогда для всех будущее.
|
Князь Олег Константинович. Часть IV. |
В дневнике князя бой под Каушеном пропущен. Правильнее всего предположить, что записи делались в другой тетради, но что эта тетрадь в походе утеряна.
Надпись на фото: "Наши три гусара. Кошаны. Действующая армия. 7 сентября."
Надпись сделана Великим Князем Константином Константиновичем. На этом фото Князья Олег, Гавриил, и Игорь.
Между 20 августа и 11 сентября Олегом не сделано в дневнике ни одной записи. 11 сентября Олег записывает:
«II сентября полк оставался в Кошанах. Утром в 8 часов, получено было приказание строиться за деревней на поле оставшимся эскадронам, ввиду приезда командующего армией. Люди, оставшиеся с больными лошадьми ушедших на разведку эскадронов, тоже выстроены. Вскоре было приказано перевести полк на другую сторону деревни и встать около драгун. Погода стояла хорошая. Между шоссе и Кошанами на поле мы ожидали приезда ген. Ренненкампфа. Он поздоровался с полком и поблагодарил нас за усердную работу. После молебна, который был отслужен прот. Шавельским, была раздача орденов».
|
Князь Олег Константинович. Часть V |
Князь Олег Константинович
Дальнейший рассказ о событиях находим в воспоминаниях H. H. Ермолинского:
«Около часу ночи мне сообщили, что раненый проснулся. Я тотчас отправился в соседнюю палату и при свете лампады увидел моего дорогого князя. Он был бледен, как смерть. При виде меня приветливая, но крайне болезненная улыбка озарила его полудетское лицо.
— Наконец-то, Николаус!.. Господи, как я рад!.. Теперь уже никуда не отпущу! Никуда!
— Никуда и не уйду, — ответил я с волнением. — И здесь будем вместе и поправляться вместе поедем.
— Да, да будем вместе... И в Домнихе будем... Помните, как тогда?.. Хорошо это было!..
Он был убежден в своем скором выздоровлении. Приходилось глотать слезы, чтобы себя не выдать.
— Рассказал ли все Игорь? Ведь Государь мне пожаловал Георгия... Я так счастлив! Вот телеграмма... Там на столе... И от Главнокомандующего тоже...
Я сел возле кровати, поправил ему ноги, как он просил, начал разговаривать, но вскоре заметил, что он погружается в забытье. Не могу назвать наступившее состояние сном, так как настоящий сон не приходил еще долго. При всякой моей попытке встать и выйти из комнаты, он открывал глаза и останавливал меня на полдороге:
— Ну вот! Уже ушел... Только что начал рассказывать... Ведь сказал же, что не отпущу, и баста!
Я опять возвращался, садился у кровати и продолжал свои рассказы. Полчаса спустя дыхание раненого стало ровнее.
Мне удалось незаметно встать и, несмотря на скрипучие полы, тихонько выйти из комнаты. Я прилег и заснул часа на три.
|
Фотографии семьи Николая II (часть 7-я) |
|
Фотографии семьи Николая II (часть 6-я) |
|
Фотографии семьи Николая II (часть 5-я) |
|