История происхождения самых популярных застольных фраз, вроде - "Штрафную ему", "За здоровье", "Сообразим на троих" и так далее и тому подобное.

Что собой представляет «штрафная рюмка»? Еще в 4-5 веках до нашей эры древнегреческий пир превратился в своеобразный культ. Количество напитков и яств не регламентировалось, однако существовали некоторые правила этикета, запрещающие приглашенным опаздывать к совместному торжеству. До нашего времени дошли уставы, в которых говорилось о том, что всякий, опоздавший к чрезвычайно важному событию, обязан заплатить штраф, именно поэтому мы и говорим о «штрафной».

«100 фронтовых». Во времена Великой Отечественной революции они выделялись солдатам самим Ворошиловым. Еще в 1940, когда войска советской армии в 40-градусные морозы увязли в снегах под Финляндией, Ворошилов приказал выдавать солдатам по 100 грамм, предназначенные для поднятия так называемого боевого духа, ну, безусловно, и в качестве согревающего, чтобы предотвратить простудные заболевания. Официальный приказ, в котором говорилось о выдаче «наркомовских» издан был Государственным комитетом обороны Советского Союза несколько позже - 22 августа в 1941 году.

Тост за здоровье имеет свою историю. Еще при царе Иване Грозном водками называли разного рода лекарственные настойки на спирту и снадобья. Принимался столь крепкий алкогольный раствор в лечебных целях исключительно. Теперь совершенно понятно, почему мы все-таки пьем «за здоровье».

Сообразим на троих. Во времена все тех же советов мужу на обед положено было выдавать рубль. Водка стоила в те времена два восемьдесят семь. Поэтому если хочешь выпить – должен найти третьего (отсюда и появилось знаменитое «третьим будешь?»). При этом даже сдача на широко известный тогда и сейчас сырок «Дружба» останется.

Гранёный стакан. Такие стаканы в XVII столетии делались из досочек, сколоченных между собою, отсюда и появились грани... Самый первый граненый стакан с применением стекла был создан в 1943 году по проекту Веры Мухиной. Согласно второй версии дизайн этого знаменитого стакана принадлежит немалоизвестному Казимиру Малевичу. Данный стакан отличался довольно высокой прочностью, ведь при падении с высоты в метр на твердую поверхность он не разбивается, а оставался целым и невредимым.

В ящике водки помещается 20 бутылок. Еще в далекую допетровскую эпоху основная мера водки осуществлялась ведрами. Во времена же Петра I в стране впервые появляется бутылка, которую заимствуют из Франции. В силу того что стандартная бутылка имела общий объем 0,6 литров, в ведре помещалось ни больше, ни меньше - 20 бутылок. На основании данных мер и велась торговая документация..

Нельзя ставить пустую бутылку на стол. Это поверье раскрывается в следующей легенде: привезли данный обычай казаки, которые вернулись из Франции после очередной военной кампании (это был и 1812-14 годы). Парижские официанты в те времена не учитывали количества отпущенных бутылок. Ведь гораздо проще выставлять счет, просто пересчитав пустые бутылки, которые остались после гулянья на столе. Вот кто-то из казацкой братии и смекнул, что на этом можно сэкономить, убрав под стол часть пустой тары.

Посошок на дорожку. На Руси издавна путешествующие и странники пользовались особым уважением. Конечно, бродяг не любили, зато странников привечали. Ведь странники ходили по свету не от чистого безделья, а от душевной потребности — ходили на богомолье (богомольцы), по святым местам и по делам торговым и родственным. Были специальные молитвы, произносимые перед началом странствий и после их благополучного завершения, существовали и обычаи, которые тщательно соблюдались.

Странник шел от одной деревни к другой, от заветного места к заветному месту, опираясь на посох. Посох был ему опорой в долгосрочных. Порой при очень тяжелых переходах, был он и защитой от лютого зверя и лихого встречного. Одним словом, посох был своего рода друг-спутник на все случаи жизни.

Путешествующие и странники перед длительной дорогой, им сулящей неизвестно что, забрасывали на спину котомку, брали в руки неизменный посох и на минуту останавливались возле калитки родного либо приютившего их на время дома. Тогда подносилась и чарка на посошок. Как правило, наливал ее старший из рода. Первому — тому, кого дальняя дорога ждала. Наговоры при этом существовали разные, однако обязательно с пожеланием удачи: «Чтоб дорога стелилась белой скатертью», «Чтоб лиха беда обошла стороной», «Чтоб с пути нечиста сила не сбила»... и другие с подобным смыслом.

Порой чарку либо ковшик ставили на посох в буквальном смысле, а точнее на его верхний самый толстый срез. При этом внимательно следили: если не опрокидывалась чарка — это был хороший знак. Отправляющийся же в дорогу чарку эту должен был до дна выпить, оставив всего несколько капель, которые нужно было выплеснуть через плечо — «дорожку смочить». После этого снова чарка ставилась на посох, однако на этот раз уже вверх донышком — дело, мол, сделано.

Стременная. Очень давний обычай этот также был связан с началом какого-либо трудного дела, например, путешествия или охоты, а может и похода ратного. Так и видится: с легкостью вскакивает пращур-воин в седло, шлем поправляет, кольчугу и меч. Стремя при этом поддерживает ему стременной. Именно в эту самую последнюю минуту прощания подносится ему стременная чарка (кубок, чаша). Подносит ему на подносе чарку любимая супруга. После того же, как чарка (кубок) полностью выпита, воин отдает ее стременному.

Закурганная. Осушить чарку закурганную — это обычай степной, казачий. Казачьи станицы ставились в старину таким образом, чтобы возле них — на основных дорогах — в обязательном порядке были древние курганы, на которых располагались сторожевые вышки, посты, сигнальные костры, зажигаемые в случае опасности.

А за курганом начиналась беспокойная степь, иногда дикая и необжитая, часто полная опасностей. Было в те времена принято провожать близких родственников и уважаемых гостей именно «за курганы». Дальше уж как с ними обойдется судьба …

Эта обязанность — «за курганы» провожать — возлагалась на молодых, сильных, удалых и смелых. Таким образом, получалось нечто наподобие почетного казачьего эскорта, при котором молодые удалые казаки демонстрировали сноровку, оружие и лошадей, соревновались в лихости. Чем многочисленнее был эскорт, лошадей, тем больше почета и уважения было уезжавшим.

Останавливались там, где делали в таких случаях остановки еще прадеды казаков. Иногда «закурганная чаша» (кубок, штоф) пускалась по кругу, иногда разливали всем в походные кружки — всем и каждому в обязательном порядке, и провожающим, и уезжающим. Пить же при этом не неволили — было это дело сугубо личное.

Пили «закурганную», как правило, не закусывая, потому что встали из-за столов только-только, да и были все мысли тогда уже о дороге. Осушали чаши под пожелания удачи, в обязательном порядке недолго молчали, чтоб случайно не спугнуть ее, а потом смотрели долго, как уносятся всадники вдаль по бесконечной дороге …

И стременная, и на посошок, и закурганная — все эти чарки выпивались, по обычаю, всегда лишь по одной и ни в коем случае не повторялись, так как от чистого сердца подносились, но не от хмельной потребности.