Мир летел ему навстречу, навстречу его вниманию. Он же, манипулируя вниманием, пытался охватить им как можно больший поток янтарных нитей. Внимание ему теперь представлялось не одним маленьким сфокусированным пятнышком, а скоплением огромного числа точек постепенно расползающихся поперек потока несущихся навстречу событий. Следуя его намерению, внимание рассредоточивалось.

И вдруг произошло что-то невероятное. Расползание точек внимания предполагалось только в плоскости поперечной к потоку событий. Но на каком-то этапе он заметил, что каким-то образом часть его внимания вдруг обнаруживало себя впереди и позади этой плоскости. Он стал видеть фрагментарно прошлое и будущее. И чем далее он продолжал рассредоточивать внимание, тем все большая его часть оказывалась по обе стороны настоящего. Теперь уже расширение внимания происходило во все стороны. Все смешалось, прошлое, настоящее и будущее были одинаково доступны его вниманию. Он погрузился в потенциальную реальность.

Ему понадобилось не один десяток раз побывать там, чтобы открылась совершенно иная картина вселенной. Она потрясла его своим великолепием. Говорят, что это невозможно передать словами, но отказаться от попытки сделать это тоже невозможно.

Там в потенциальной реальности нити событий становились совершенно условными, т.к. внимание присутствовало везде, и мир остановился. Но только не само внимание, оно не могло окончательно остановиться, движение его точек казалось хаотичным. И лишь со временем, привыкнув к новой реальности, он заметил, что они движутся не беспорядочно. Их движение напоминало танец тысяч и тысяч людей, в котором кружились хороводы маленькие и большие, а танцующие постоянно переходили из одного хоровода в другой. Это было чудо. Он все понял и больше никогда не видел бесконечных янтарных волокон. Они лишь образ создаваемый бесконечным движением хороводов нашего внимания.

Теперь, когда он вновь концентрировал внимание, огромное множество точек его собиралось в значительно меньшее число пятен, которые двигались по сплетению замкнутых траекторий. Внимание локализовалось, огромнейшая часть реальности оставалась за его пределами, и могла быть затронута им только в результате движения этих пятен. Так вновь рождалось время, а циклические траектории разворачивались в бесконечные последовательности событий. Мир вновь превращался в бешено летящий поток событий, реальность актуализировалась.

Однако там где мы бываем, там всегда остается какая-то часть нашего внимания. Это наша память, это те вешки, по которым мы можем вновь вернуться в обозначенное ими место реальности. Так было и с ним, часть его внимания навсегда осталась рассеянной по всей вселенной. Поэтому с тех пор он видел сияющие янтарные хороводы вместо линейного потока времени.