С таким объемом сумасшествия, происходящего в нашей жизни каждый день, обязательно нужно делать перерыв, то есть время, чтобы отключить ваш разум от суматохи, забот, работы и просто посмотреть на некоторые красивые и счастливые вещи. Как например эти восхитительные мыши-полевки.

Эти эффектные кадры были сделаны Майлсом Гербертом, британским фотографом и руководителем «Captivelight». Этот человек также устраивает различные семинары и тренинги,на которых обучает людей, как правильно фотографировать хищных птиц, лягушек, мышей и многих других зверьков.

«Эти мыши-полевки были сфотографированы в помещении — в моей фотостудии, говорит Майлс. Мы предоставляем свою фотостудию для фотографирования профессиональным фотографам, которым нужны качественные и красивые кадры. Использование специально разработанной студии позволяет нам не зависеть от погоды и делать любые кадры. Однако, если клиент хочет, мы можем предоставить для него открытую студию на свежем воздухе»

«Практически все животные, с которыми мы работаем растут вне воли, так как по сравнению с дикими, они более спокойны и устойчивы к такими нагрузкам. После фотосессий мы отправляем животных в заповедники» — объясняет Майлс.

Мышки получают огромное удовольствие во время фотоссесси, так как им очень нравится кушать тычинки и нектары цветов. Малыши отвлекаются, наслаждаются вкусной едой, а мы тем временем работаем не покладая рук. Это беспроигрышная идея, благодаря которой, вы можете увидеть всю красоту этих крошек, резвящися среди тюльпанов.

Взгляните на эти яркие и очаровательные кадры, которые заставят вас улыбнуться даже в самые грустные и печальные дни. Приятного просмотра!

       29 ноября исполнилось 29 лет, как умер мой друг Натан Эйдельман. Завтра я ложусь в больницу, могу к 29 не вернуться, потому воспоминания о Натане публикую сегодня.

 ПЕССИМИСТОМ БЫТЬ ПОШЛО Две тонны цемента       Случилось так, что в 1948 году я оказался в компании бывших учеников знаменитой в Москве 110 школы. К тому времени все мы уже были студентами. Я учился на втором курсе юридического института, Валя Смилга - на физтехе, Юлик Крелин - в медицинском, а Натан Эйдельман на историческом факультете МГУ. 
     
     

       Ребята как ребята, дулись в подкидного дурака, и проигравший должен был громко блеять барашком. Устраивали небогатые, но очень веселые и шумные застолья, во время которых Смилга и Эйдельман затевали буйные словесные баталии, один из них называл какое-нибудь историческое имя, скажем, Навуходоносор, а другой тут же обязан был отчеканить: “605 - 562 до нашей эры”. Юлик Крелин находился в состоянии постоянной влюбленности, и нас, еще заставших раздельное обучение и окончивших мужские школы, это очень занимало.
       В школьных и студенческих застольях я участвовал и прежде, и девочки давно уже меня интересовали. Однако компания Натана чем-то существенно отличалась от всех, где я бывал раньше. По возрасту мы были ровесниками, и росли примерно в одинаковых семьях, но что-то в этих ребятах было такое, чего не было в других моих сверстниках. Может быть, раскованность, легкость в общении друг с другом, этого мне лично всегда не хватало. Может быть, начитанность не по годам, чем они даже чуть-чуть кичились. От них впервые и услышал я запомнившуюся мне фразу о том, что всегда надо уметь “сохранять лицо”. Я в ту пору об этом еще не задумывался.
       Скоро в семью Эйдельманов пришла беда. Его отец, фронтовик и известный журналист, был обвинен в сионизме и посажен. Освободился он уже после смерти Сталина. Рассказывал, как в бараке сосед, старый еврей, однажды спросил его, сколько писем разрешено ему писать домой. Яков Наумович ответил: одно в полгода. Сосед вздохнул: “А если бы победил Лев Давыдович, вам бы разрешали писать целых два письма.”
       Эйдельман - старший отличался энциклопедической образованностью и взрывным темпераментом. Этим в полной мере наградил он и сына.
       Когда через много лет отец умирал от рака, Натан от него не отходил. Умирал Яков Наумович тяжело, мучительно и при полном сознании. Накануне смерти, с трудом произнося слова, он спросил, когда играет бразильская команда - в те дни шло первенство мира по футболу. "Послезавтра”, - сказал Натан. “Жаль, - прошептал Яков Наумович, - я уже не узнаю результат”.
       МГУ Натан закончил в 1952 году, диплом защитил о банковском капитале, очень тогда увлекался экономикой. Отец еще сидел, и Натана никуда не брали на работу. Помогли... две тонны цемента. В одном из подмосковных городов - устроиться в самой Москве Натан и не рассчитывал - директор заводской школы рабочей молодежи, с которым Натан вел переговоры, спросил, чем он может им помочь. “В каком смысле?” - не понял Натан. “Ну, скажем, нашему заводу очень нужен цемент”. Цемент? Откуда у Натана цемент? Но случайно оказалось, что дальний родственник Эйдельманов как раз занимается строительными материалами. Цемент был отправлен, и Натана взяли преподавать историю.