|
В Киеве перевернули новую страницу:
посадили пани Юлю в смрадную темницу.
Криминальный Янукович, равнодушный к праву!
Знали мы, что ты готовишь наглую расправу
. Всю Европу растревожишь, рейтинг свой изгадишь —
но ведь ясно: если можешь, все равно посадишь.
Пани Юля так и знала все об этом цикле:
вам, таким, победы мало — вы топтать привыкли!
Где ж понять совкорожденным рыцарства науку,
научиться побежденным протягивать руку!
Прежде хоть щадили даму люди правил старых…
Как-то встретишь ты Обаму с Юлею на нарах?!
Плачут хлопцы и юницы в Виннице и в Ницце:
сидит девица в темнице, и коса в темнице…
А в России увидали — и довольно квакнут:
начиналось на Майдане — кончилось вот так вот.
Но не празднуй, Янукович, легкую победу!
Не копи себе сокровищ к тайному побегу.
Время мчится, точно пуля, с ним никто не сладит,
— помни, выйдет пани Юля и тебя посадит.
Будет править самовластно и тоталитарно —
хоть сейчас она несчастна, но всегда коварна.
Я уже и на Майдане, либерал-ботаник,
понимал, что эта пани далеко не пряник.
Ведь не век тебе, как ныне, быть козырной масти —
надоест же Украине блатота у власти!
Юля — пани непростая и сравнить-то не с кем,
а за ней такая стая, что куда донецким,
— и когда взлетит высоко, стоит захотеть ей,
и взамен второго срока ты получишь третий.
Не сойти Украйне с круга из-за этой пары.
Так и будете друг друга упекать на нары.
Пожениться бы вам, дети, не мотать бы срок бы
— против вас никто на свете устоять не смог бы;
но никто не верит ныне в пользу коммутаций.
Все равно что Украине с Русью побрататься.
Вот и понял я случайно, слава тебе Боже,
почему у вас Украйна — не Россия все же.
И от вас, дивя планету, лучшие съезжают,
и у вас свободы нету, а врагов сажают,
понимающих лажают, дураков ласкают…
Но у нас, когда сажают, то не выпускают.
И у нас бы Тимошенко сделала карьеру,
подольстившись хорошенько к нашему премьеру,
и резвилась бы, как серна, и цвела, как вишня,
— но у нас бы если села, то уже б не вышла.
Если ж кто у нас и выйдет — никого не судит,
потому что плохо видит и почти не ходит.
Впрочем, Бог располагает, помнит дебит-кредит:
русский долго запрягает, да уж как поедет!
Зашумит, заколобродит — и за две недели
одновременно выходят все, кто здесь сидели.
Радость с гибельным оттенком, с запахом пожара —
ибо вместе с их застенком рухнет вся держава
, накренятся все оплоты, упразднятся боги —
тут уж не свести бы счеты, унести бы ноги,
ибо всех — отнюдь не тайна — ждет большая дуля.
Нет, Россия — не Украйна.
Возвращайся, Юля.
Дмитрий Быков, Новая газета (РФ),8 августа
|
