***
Проталина в мартовском небе.
Солнечный диск проступает,
Словно из-под воды.


Не успеваю рисовать то ,что вижу, поэтому пытаюсь описвать словами, которые, увы, далеко не всегда столь ярки, как хотелось бы. И все же моменты нарождающейся весны хочется сохранить в памяти, а посему...
"Я, не уставая, стенографирую эту жизнь". Так сказал Ланцберг, очень правильно, мне кажется.
Интересно подумать о том, каков тот роман, который каждый из нас пишет о своей жизни на ее протяжении? Какой он в представлении разных каждого из...? Наверняка, для некоторых это бесконечная мыльная опера, построенная из ограниченного набора сюжетов, чередующихся между собой, различающимися лишь именами персонажей. Причем весьма часто это многоактное произведение имеет крен в одну определенную сторону (ровно в ту, куда идет главный задвиг в мозговом механизме). И тогда оно превращается в сплошной день сурка.... И, что самое интересное, многие переносят это весьма спокойно, стоически, я бы сказала. (Впрочем, возможно, они этого просто не замечают) А беда-то всего в одном каком-нибудь винтике, в запавшей шестеренке, которую бы найти и поправить, и тогда жизнь пойдет дальше своим чередом. Но, к сожалению, далеко не всем под силу решиться выйти из круга и больше не бегать по нему, словно тот самый пони. Как всегда страшно.
Еще встречаются любители приключений. У тех жизнь - захватывающий роман, мало не покажется. Адреналин при прочтении обеспечен, а уж при прожитии - и подавно. Мноим и бегать не надо за авантюрами, они у них и так за хвост цепляются. Только вот... Бегут, бегут, не останавливаясь, не оглядываясь, изыскивают все более изощренные ощущения, пытаясь понизить порог чувствительности... Только вот порог не понижается, а повышается, и приходится тратить все больше времени на новые ухищрения. Времени своего здесь пребывания. а в конце пути обнаружить, что в груди давно стало пусто. внутри все выжжено острыми ощущениями, а ни на что другое времени и душевных сил не хватило, а куда они делись - непонятно. А если понятно, то очень горько.
Есть те, роман жизни которых - нечто среднее между "Повестью о настоящем человеке" и "Оводом". Главное - чтобы все было пристойно, без оплошностей, промахов и несуразностей, а то образ героический рассыплется как карточный домик. Дело жизни - как можно больше подвигов во имя других, а еще лучше - во имя всего человечества, желательно без конкретизаций. Подобный тип, как, впрочем, и все другие, имеет разновидности. Скажу только, что часто от подобных романов веет благородными страданиями (опять же, во имя, главное только - не ради себя любимого). При этом автор, как правило, мыслит широкомасштабно, глобально, а не разменивается на пустяки вроде близких или там судьбы своей собственной...
Жизнь некоторых больше похожа не на книгу, а на картину, большое полотно. Существование одних - размытая акварель с просветами в туманном небе, сквозь которые проступают остроконечные пики гор, или многоцветье, отражающеся в каплях на утреннем, омытом грибным дождем, лобовом стекле... Это может быть картина, написанная маслом, где пламя свечи медленно разгорается во тьме сырой каменной башни, а свет выхватывает из темноты очертания ноздреватого рыхлого известняка, являющие собой ступени, уходящие вверх винтовой лестницей... Или серое утро, пропитанное сыростью, впитавшее в себя все оттенки бледно-розового рассвета, кремового неяркого солнца и мучнистого тумана, в котором растворилось небо. Мелкие капли дождя повисли в плотной пелене тумана и остались так висеть, словно их нанизали на невидимую нитку... Четкий силуэт дерева черной тушью на влажном листе белой бумаги для акварели., и это, безусловно, черно-белая графика...
Или цветные карандашные наброски, пестрые и разнообразные, как мелькающие эпизоды жизни-карусели...
Да я ведь хотела совсем о другом написать, но вышло что-то не то. Или то? Неважно.
А хотела я сказать, что бывает еще мозаика, когда каждый кусочек любовно укладывается на свое место, а потом из, казалось бы, никак не связанных частиц слагается картина жизни, а мозаика (особенно если она подобна византийской) замечательно преломляет свет и кажется совсем разной с разных углов зрения. Мягкое рассеяние света придает ей неяркое, но ровное сияние...