Обманка как художественный феномен

Один из типов европейского натюрморта - "trompel'oeil" ("обманка"). 

Обманка - иллюзия или мистификация?


ГРАФИН

Вода в графине - чудо из чудес,
Прозрачный шар, задержанный в паденье!
Откуда он? Как очутился здесь,
На столике, в огромном учрежденье?
Какие предрассветные сады
Забыли мы и помним до сих пор мы?
И счастлив я способностью воды
Покорно повторять чужие формы.
А сам графин плывет из пустоты,
Как призрак льдин, растаявших однажды,
Как воплощенье горестной мечты
Несчастных тех, что умерли от жажды.
Что делать мне?
Отпить один глоток,
Подняв стакан? И чувствовать при этом,
Как подступает к сердцу холодок
Невыносимой жалости к предметам?
Когда сотрудница заговорит со мной,
Вздохну, но это не ее заслуга.
Разделены невидимой стеной,
Вода и воздух смотрят друг на друга...

Александр Кушнер, 1962

Историю обманок открывает "Натюрморт" итальянского художника Якопо де Барбари (1504), в котором главное внимание уделено иллюзионистически-точной передаче предметов.

А продолжил  итальянский художник Джузеппе Арчимбольдо  (Giuseppe Arcimboldo)

Особенно популярны обманки стали в 17 и 18 вв.
В России 18 в. натюрмотра как "законного" жанра искусства не существовало, зато обманки пользовались спросом. Развлечение своего рода - наблюдать, как гость или прислуга пытается прогнать муху, ползущую по письменному столу с бумагами. потом оказывается,что и муха, и бумаги,и прочие мелочи вроде ключей, старых писем, затертых игральных карт - нарисованы

Лотман:

Крайним выражением этой тенденции могут считаться миниатюры Федора Толстого, воспроизводящие капли воды, упавшие на рисунок, и ползающих по нему мух, и натюрморты, выполненные в жанре «trompe l’oeil»*. Таковы прославленные «Шкафы для украшений» Георга Хинца,

«Доска с рисунком и отпечатком» М. Эккардта,

натюрморты Г. Теплова, 

Т. Ульянова и др.

На первый взгляд натюрморты этого типа могут показаться то ли данью примитивному натурализму, то ли чем-то относящимся к внехудожественному иллюзионизму, «tour de force», демонстрирующим ловкое мастерство и более ничего. Такое представление ошибочно: перед нами игра на грани, требующая изощренного семиотического чувства и свидетельствующая о сложных динамических процессах, которые, как правило, протекают на периферии искусства еще до того, как захватывают его центральные сферы. Именно имитация подлинности делает понятие условности осознанной проблемой, границы и меру которой нащупывают и художник, и его аудитория. Если с этой точки зрения посмотреть, например, на акварель Ф. Толстого «Цветок, бабочка и мухи» (1817, ГРМ), то нетрудно заметить, что на лежащем перед нами листе художник сталкивает разные типы условности: бабочка и цветок «как бы нарисованы», а капли воды на рисунке и мухи, ползающие по нему и пьющие эту воду, «как бы настоящие». Таким образом, бабочка и цветок становятся рисунками рисунка, изображениями изображения. Для того чтобы зритель уловил эту игру, ему необходимо тонкое ощущение семиотических регистров, ощущение рисунка как не вещи, а вещи как не рисунка.

Граф Федор Петрович ТолстойЦветок, бабочка и мухи. 1817. 

Граф Федор Петрович ТолстойЯгоды красной и белой смородины. 1818. 

ван Хогстратен / Samuel van Hoogstraten

Вещи и люди нас
окружают. И те,
и эти терзают глаз.
Лучше жить в темноте.

Я не люблю людей.
Внешность их не по мне…

Вещи приятней. В них
нет ни зла, ни добра
внешне. А если вник
в них - и внутри нутра.

Преподнося сюрприз
суммой своих углов
вещь выпадает из
миропорядка слов.

Вещь не стоит. И не
движется. Это - бред.
Вещь есть пространство, вне
коего вещи нет.

из стихотворения И.Бродского "НАТЮРМОРТ "

Себастьян Боннекруа 

Стена в мастерской художника


Здесь элементом обманки становится натянутый на подрамник натюрморт типа «Vanitas".
Это характерный джля многих натюрмортов приём "искусство в искусстве", усиленный эффектом иллюзии.

Лотман: 
Следует также отметить, что свойственное «trompe l’oeil» повышение меры иллюзорности сопровождается одновременно и повышением меры условности: увеличивается вещная реальность, но уменьшается реальность пространственная. Обманки стремятся к плоскостному, двухмерному миру, строго фиксированной точке зрения зрителя. Не случайно идеальным объектом изображения в таком натюрморте является стена и прикрепленный к ней лист бумаги или столешница с положенной на нее акварелью. Взгляд зрителя направлен перпендикулярно плоскости рисунка – горизонтально или сверху вниз.

С. ван Хогстратен / Samuel van Hoogstraten 

Edward_Collier's_trompe_l'oeil_painting 

Современные художники теперь часто пишут обманки, поскольку они привлекают покупателей.

Мне нравятся картины художницы Жанин Делапорте

А ещё бывают подобные росписи на стенах домов, которые ныне стали очень популярны...