ОДНАЖДЫ В ТАЙГЕ

На откосе крутого оврага,
Там, где не было встреч и разлук,
Красота, как медовая брага,
Закружила мне голову вдруг.

Я шагнул по нетоптанной глине,
Я нагнулся - и чистый родник,
Одиноко журчащий доныне,
Благодарно к ладоням приник.

И в кипенье, в хрустальных изломах
Отразил он сверкание дня,
И доверчиво ветви черемух
Наклонились, касаясь меня.

И цветы засияли, как звезды,
Будто славя рожденье свое -
Будто я красоту эту создал
Тем, что первым увидел ее...

УТЕШЕНИЕ

За эти губы, пахнущие медом,
За грустный вздох, за ласковый упрек
Чего-чего бы только ты не отдал,
Каких бы только не прошел дорог!

Встречаться больше с ней не довелося:
Ушла, забыла, затерялся след.
Идут года. Тебе уж тридцать восемь,
А ей все те же девятнадцать лет.

Она тебя любила - может статься,
Ты был ей всех дороже - может быть.
Ушла - чтобы навек с тобой остаться,
Забыла - чтобы ты не мог забыть.

ПОД ЛУГОЙ

Не зная дорог и обочин,
Шагаю в лесной глубине.
Какие просторные ночи
Подарены осенью мне!

Под этим таинственным кровом
Земля - словно дальняя весть,
Весь мир темнотой зашифрован,
Его невозможно прочесть.

Он полон надежд и наитий,
В нем нет ни вещей, ни имен,
Он праздничен и первобытен,
Как в детстве приснившийся сон.

В нем спутала все расстоянья
Ночная нестрашная мгла -
Чтоб тайная радость незнанья,
Как в сказке, к открытьям вела.

ПРЕДВЕСТИЯ

Преддверия, предчувствия, предзнания...
Еще себя не окрылил Дедал -
А кто-то уж во сне летал заранее
И с высоты Итаку повидал.

Еще и парусов на свете не было,
Но, побеждая древний океан,
Ладья с косоугольниками белыми
Уже вплывала в сны островитян.

Преддверия, предчувствия, предвестия,
Предвиденьем рожденная мечта...
Кому-то внеземные путешествия
Теперь ночами снятся неспроста.

К далеким звездам путь еще не вычислен,
Полна Земля непознанных чудес -
А чьи-то сны со скоростью космической
Уже летят за тридевять небес.

ФОРТУНА

Все мы в чем-то виноваты,
И за это день за днем
Старый Рок, Судьба и Фатум
Судят всех своим судом.

Дарят горькие сюрпризы,
Шлют нам тысячи невзгод,
И хотят, чтоб маслом книзу
Падал каждый бутерброд.

Но не зря с улыбкой юной,
Без дорог и без орбит,
Бродит девочка Фортуна,
Беззащитная на вид.

Вдруг, забыв про все препоны,
Выручает нас шутя
Статистическим законам
Неподвластное дитя;

Обезвреживает раны,
Гонит хвори со двора,
Отклоняет ураганы
И спасает крейсера;

И отводит все напасти,
И отпетых бедолаг
Отоваривает счастьем
Не за что-то - просто так.

Чтобы меньше было плача
И нечаянных утрат,
Ходит девочка Удача
Всех прощая наугад.

НАПЕВ ТРИДЦАТЫХ ЛЕТ

Быть может - вдалеке, быть может - за стеною,
Быть может - подо мной, быть может - надо мною
Пластинку прежних лет опять заводит кто-то,
И у меня с утра не спорится работа.

Сквозь известь и кирпич, сквозь плиты перекрытий,
Сквозь время, сквозь пласты слежавшихся событий,
Как через кожу шприц, мне прямо в сердце вколот
Напев тридцатых лет, когда я был так молод.

Обшарпанный рефрен, любовные угрозы
И в голосе певца заученные слезы, -
Но за тщетою слов, за их усталой сутью
Вся жизнь мне предстает как вечное распутье.

Еще не пробил час и жребий наш не выпал,
И тысяча надежд раскинута на выбор;
Все впереди еще - и доброе, и злое,
Еще в грядущем все, что отошло в былое.

И голоса друзей, войной навечно взятых,
Мне слышатся вдали, - и в грозовых раскатах
Напев тридцатых лет звучит в пыли дорожной,
Преобразясь в хорал возвышенно-тревожный.

СЧАСТЛИВЫЙ ЭКСПРЕСС

Свое отработав, уходит кочующий гром -
И мокрые звезды дрожат за оконным стеклом.
И отсветы неба мерцают на березняке,
И каждый листок - будто стеклышко в детской руке,

А поезд впервые вбегает в такие леса, -
За ним остается протоптанная полоса.
Сквозь белые рощи проносится он прямиком,
Вагоны продуты черемуховым сквозняком.

Плывет и качается влажно-зеленый хаос,
Мгновенья, как птицы, взвиваются из-под колес.
И в чьих-то глазах ослепительно отражены
Дрожащие звезды, счастливые звезды весны.